42

— Я вот думаю, зачем мужчина, у которого завтра свадьба, приводит в дом бывшую жену?

Старалась говорить как можно более холодным и отстраненным тоном, чтобы понял и прочувствовал всю степень моей злости. Но этот гад почему-то улыбался, прислонившись спиной к замкнутой входной двери и сложив руки на груди. Мы стояли в противоположных концах комнаты и смотрели, не отрываясь, друг на друга.

— Сама пришла. Я её не приглашал.

— Почему на звонки не отвечал?

— Телефон отключил. Не хотел при ней с тобой разговаривать.

— А что так?

Он оттолкнулся от двери и шагнул в мою сторону.

— Не хотел, чтобы она испоганила своим языком то, что у нас с тобой есть. Пускать ее в свою жизнь не хотел.

Нет, Лиза, не сдавайся! Не смотри на него! От одного вида искорок в его карих глазах, от одного взгляда на лучики-морщинки в уголках этих глаз, от слов таких сладких, я готова была сама упасть к его ногам. Даня… Даня! О ребенке спроси!

— Почему ты позволил ей говорить о том, что она хочет забрать Даню и совсем не возражал?

Он сделал еще один шаг ко мне. Я отступила назад и уперлась спиной в стену.

— Потому что она — ненормальная. Больная она на всю голову. Не хотел видеть ее истерику и тебе с детьми показывать. Одно слово против, и видишь, что она устроила? Прав у нее на ребенка нет никаких. Сама знаешь, что Ромка с Алей пока опекунами являются. Она от Дани официально отказалась еще два года назад.

Мы давно решили, что Матвей в родительских правах восстановится после нашей свадьбы, когда я тоже смогу усыновить Даню.

— Зачем он ей?

— Вот и я думаю, зачем. Не знаю. Она так путанно объясняла, что я ничего не понял. Говорила, что помочь ему, вылечить его сможет… И при этом даже не знает, какой у ребёнка диагноз!

Я задумалась и пропустила тот момент, когда Матвей, шагнув в последний раз, прижал меня к себе. Вжался всем телом, так, что я оказалась буквально расплющена по стене. Обвил ладонями лицо и сказал, глядя в глаза:

— Мы со всем этим разберёмся. Потом. Не думай об этом сегодня. Давай не дадим никому испортить наш праздник? — я против воли своей смотрела на его губы и мечтала о поцелуе, а он снова улыбался и целовать не спешил. — Пылёвы сами детей заберут или мне отвезти?

— Я позвоню сейчас… Матвей?

— Да-а? — смотрит и улыбается, улыбается и смотрит.

— Ты какой-то странный. Почему ты улыбаешься? Почему так смотришь?

— Радуюсь, что не она, а ты моей женой будешь.

— Да-а-а? — теперь уже я протянула это слово.

— А еще поцеловал бы тебя сейчас, да полон дом детей! Тебе не кажется, что это Пылевы сегодня должны были нашего ребенка забрать, а не мы? Они совесть-то совсем потеряли. Нам к свадьбе нужно готовиться…

— Да, вроде бы, все готово…

— А репетиция брачной ночи? Я сколько ждать могу? Звони давай. И пусть весь наш детский сад к себе везут! На два дня…

… Каждый раз убеждаюсь, что Земля наша круглая, когда вот так же, как сегодня, за небольшой промежуток времени несколько раз сталкиваюсь с чем-то, что до этого не видела и не знала годами.

Вечером, когда мы уже собирались ложиться спать, а я досушивала только что наманикюренные ногти, неожиданно позвонила Аля. Я думала, что она по поводу завтрашнего праздника, но оказалось, что дело совсем не в этом.

— Лиза, ты там сидишь или стоишь?

— Сижу, Аля, сижу, говори давай!

— Если честно, мы тут с Ромой спорим уже целый час, он считает, что это можно и через пару дней вам с Матвеем рассказать, после свадьбы. Но я подумала, что нужно быть готовыми. Мало ли что…

Уже понимая, что случилось что-то нехорошее, я поторопила ее:

— Аля! Не томи! Говори давай!

— Я тут в парикмахерской сидела, а там телек работал. Так вот, в программе какой-то рассказывали о том, что многие знаменитости сейчас детям-инвалидам или, например, оставшимся без родителей, помогают — игрушки там дорогие дарят, на лечение свои гонорары перечисляют, интернаты и детские дома посещают, один певец даже многодетной семье дом построил. И, представляешь, вдруг Нелли показывают, говорят, что она — модель мирового уровня, которая недавно приехала со съемок из Амстердама (или Египта, не помню…) Она, вся расфуфыренная такая, рассказывает с грустной улыбкой о том, как возила игрушки в приют для малышей, брошенных родителями, как плакала потом весь путь домой. Представляешь? Какой абсурд, с ума сойти! Вот и верь теперь людям! Она же сама ребенка своего бросила! Чего не сделаешь ради пиара! — она вдруг прервалась, зашептала куда-то в сторону. — Рома, сейчас… Ну, дай, договорю… Да не спят они… Нет, не я разбудила… Два слова, Ромочка, пожалуйста!

Получается, что дело совсем не во внезапно проснувшейся любви, которая вдруг накрыла бывшую жену моего будущего мужа! А что? Замечательный рекламный ход! Показать, что вот у такой женщины, знаменитой, красивой, богатой, тоже есть больной ребенок, но она лечит его и не бросает! Всю жизнь на него положила… Все, что может ради него делает… А потом, когда новость перестанет быть свежей и интересной, можно ребенка назад к папе вернуть. Да только о его, о детских чувствах думать кто будет?

Данька, видимо, чувствовал, что странная истеричная женщина приходила по его душу. Потому что, когда Сергей с мамой стали звать его ночевать к ним, наотрез отказался. Да мы и не настаивали — на душе спокойнее, когда он рядом.

Алька прервала мои размышления, снова заговорив в трубку:

— Лиз? Лиза, ты еще там? Мне Марина рассказала, что она к вам за Даней приезжала. Правда?

— Да.

— Ты только не расстраивайся! Слышишь? Мы его ей не отдадим. Она никаких прав не имеет. А если пресса узнает, что Нелли сама от Дани отказалась, то ей не сдобровать! Так что, если вдруг она попытается… Пригрозим ей разглашением ее тайны! Ну-у-у, ладно… Зря я, наверное, все-таки позвонила… — и снова отвлеклась на мужа, сказав в сторону от телефонной трубки. — Да, Ромочка, ты, как всегда был прав! Но я думала… Ой, только не начинай… Лиза! Все, до завтра! Ты только сильно не переживай, ладно? Волнуешься, наверное?

— Нет, пока не волнуюсь. Все в порядке. Спокойной ночи! И Ромочке привет…

— Ага. До завтра, невеста….

Она отключилась, а я аккуратно положила трубку на тумбочку и повернулась к Матвею, копающемуся в телефоне:

— Помнится, кто-то обещал репетицию устроить… брачной ночи… Мужчина должен держать слово…