Глава 36. Послесловие

— Я не только твоя жена, но еще и глава Серого клана, — уперла я руки в бока. Спор о моем статусе превратился в рутину. Мы с Корвином периодически к нему возвращались. Если до беременности, муж еще отпускал меня в Озерный дворец, разобраться с делами, то после того, как лекарь вынес окончательный вердикт — я жду ребенка — мой уступчивый, любящий муж стал тираном.

— Сейчас ты ни то, ни другое, — сказал Корвин.

— Великий Прародитель, кто же я тогда?

— Ты — мать, — заявил он.

— Матерью я стану через четыре месяца, если доживу до этого благословенного дня с таким самодуром под боком.

Скрестив руки на груди, я отвернулась от мужа. Он невыносим! Всему есть предел. Нельзя запереть меня в Замке на скале до самых родов. Да и где гарантия, что отпустят потом? После найдутся другие предлоги: ребенок слишком мал для путешествий и перемещений; по-настоящему любящая мать не оставит малыша даже на пару дней. Удобно Корвин устроился. Нашел способ держать меня взаперти.

— Любимая, — муж подошел сзади и положил руки мне на плечи, — я беспокоюсь о тебе и малыше. Вдруг с вами что-то случится? Я же этого не переживу.

— Поезжай со мной. Я не против твоей компании.

— Ты же знаешь, сейчас не могу. После того, как власть в клане снова перешла ко мне, совет не отпускает меня.

Вернуть власть в Черном клане оказалось проще, чем мы ожидали. Совет был рад признать Корвина. Как выяснилось, Тео запугал их, и они просто не осмеливались ему перечить.

Возглавив клан, Корвин погрузился в дела. Слишком многое предстояло исправить. Он начал с того, что вернул мне власть над Серым кланом, официально признав его главой. И это стало камнем преткновения в наших отношениях. Единственной причиной, по которой мы ссорились. По-моему, муж уже жалел, что я стала главой. Отныне я не принадлежала ему одному. Корвин оказался ужасно ревнив. Он не желал делить меня даже с моим кланом.

Ничего, он смирится с неизбежным. Ведь клан я не брошу.

— Даю тебе месяц на решение проблем с советом, — произнесла я. — А после отправимся в Озерный дворец.

— Как пожелаешь, — обреченно вздохнул Корвин. Он знал — со мной лучше не спорить. Я найду способ настоять на своем.

Через неделю к нам приехали Двэйн с Лэей. Мы пригласили их, обсудить бесконечные пропасти. После того, как Тео лишился силы, благодать возвратилась на место. Опустошенные земли постепенно приходили в норму: проросла трава, зацвели деревья, вернулись животные. Только погибших людей было не воскресить.

Мы похоронили Тео как павшего в бою. Я настояла на почестях. Не для себя, для мамы. Она была сама не своя, винила меня в гибели сына. После похорон она пожелала удалиться в Обитель одиноких и восстановить ее. Корвин позволил, и я не возражала. Ей нужно время, чтобы прийти в себя. Возможно, когда у нее появится внук, наши отношения изменятся в лучшую сторону.

А пока мы с Корвином изучали записи брата о бесконечных пропастях. На их разбор ушло несколько месяцев и вот, наконец, мы могли похвастаться результатами. Для этого и позвали бывших повстанцев.

— Процесс извлечения благодати из бесконечной пропасти непростой, но осуществимый, — поделился Корвин новостями. — Я считаю надо попробовать.

— Хочешь увеличить количество своей благодати? — насторожился Двэйн.

Мы сидели на веранде Замка и пили чай. Фарфоровая чашка в руках светловолосого великана дала трещину, так сильно он ее сжал. Я налила новую чашку и поставила перед Двэйном.

— Аккуратнее, пожалуйста, — попросила я. — Это дорогой сервиз.

— Твой муж возомнил себя богом, а ты беспокоишься о чашках? — возмутился Двэйн.

— Дослушай его сперва, а потом делай выводы.

Лэя опустила руку на ладонь Двэйна — они поженились после победы над Теодором. Мы, к сожалению, не смогли присутствовать на свадьбе из-за дел кланов. Мужчина сразу притих. Девушка одним прикосновением усмирила его.

— Я не заберу благодать себе, — сказал Корвин. — Мне своей хватает. Но я думаю о будущем. А именно о Золотом и Красном кланах. Их необходимо возродить.

— Будешь черпать для них благодать из пропасти, как это делал Тео? — Двэйн все еще хмурился.

— Не так много, как он. С помощью благодати мы возродим кланы, вернем равновесие. Теурги перестанут быть вымирающим видом. А если у нас родится маг, ему будет с кем пройти инициацию, — Корвин приложил ладонь к моему округлившемуся животу.

— Только не надо прикрываться любовью к ребенку.

— Не буду.

— И кому ты передашь благодать? — поинтересовался Двэйн.

Корвин повернулся к Лэе:

— Что скажешь? Станешь теургом?

После долгих обсуждений именно Лэю мы с мужем выбрали на роль сосуда для благодати и главы Золотого клана. В ней течет чистейшая кровь Золотых, что редкость. К тому же мы знали ее и могли доверять. Да и сама Лэя намекала, что не против стать теургом.

— Вздумал превратить мою жену в мага? — загрохотал Двэйн. — Решил так мне отомстить? Нет уж, Лэя на это не пойдет. Если тебе так необходим подопытный, бери меня.

— Ты не подходишь, — опустил его Корвин с небес на землю.

— Почему это?

— У тебя глаза карие.

— И что с того? Ты как будто женщину себе выбираешь, а не теурга.

В отместку за дерзость Корвин прочитал Двэйну длинную и нудную лекцию о чистоте крови. Мы с Лэей чуть не задремали, а бывший повстанец многое переосмыслил понял, что с Корвином лучше не спорить. Заболтает до смерти.

— Довольно, — в итоге вмешалась Лэя. — Четырем сторонам света необходимы кланы. Я стану теургом.

После споров, которые продлились несколько дней, Двэйн покорился, и мы провели обряд, превратив Лэю из обычной девушки в теурга. Благодати взяли чуть-чуть, прямиком из пропасти вокруг Замка. Земля даже не почувствовала, что у нее что-то забрали. Зато у Золотого клана появилась глава.

Лэя быстро постигала науку управления духами. Уже через пару месяцев она и Двэйн отбыли в Янтарный чертог, заниматься восстановлением клана. И вскоре оттуда пришла радостная весть — Лэя нашла сокровищницу последнего главы. Значит, Янтарный чертог принял ее. Все складывалось крайне удачно.

Теперь Корвин искал кандидатуру на роль главы Красного клана. С этим дела обстояли хуже. Чистокровных Красных почти не осталось. Поиски затянулись, но мужу пришлось их отложить. Вот-вот должен был родиться наш первенец.

* * *

Корвин ожидал новостей о благополучных родах, стоя на балконе и глядя на небо Мрачных земель. Время тянулось бесконечно долго. Наконец, явился слуга. Бледный как простыня, он переминался с ноги на ногу.

У Корвина сердце екнуло. Что-то стряслось с Эйвери или ребенком? Неужели благодать не помогла ей благополучно родить?

— Говори, — велел он осипшим голосом.

— Миледи Эйвери родила мальчика, — слуга склонил голову, избегая его взгляда. — Ребенок принадлежит к Серому клану.

Корвин едва не расхохотался. Понятно, чего так испугался слуга. Сообщить главе клана, что кровь женщины оказалась сильнее, не каждый осмелится. Эйвери мечтала возродить свой клан и вот результат. Его жена всегда добивается, чего хочет.

В прежние времена Корвин пришел бы в ярость. Но то раньше. Сейчас же его волновало только одно:

— Они в порядке?

— Мать и дитя здоровы и чувствуют себя хорошо, сир, — кивнул слуга.

— Благодарю за добрую весть, — он похлопал мужчину по плечу и посмотрел на небо.

Небосклон медленно и величественно пересекала огненная стрела, оповещая мир о рождении теурга.