39

Испуганно вскрикнув, я отшатнулась, запнулась, не удержала равновесие и упала, выронив подсвечник. Около меня стало темно, поэтому я и не смогла узнать напавшего. А тот все никак не мог успокоиться, ругался и продолжал тянуть в мою сторону руку, пытаясь достать до юбки.

- А я ведь сразу почувствовал, что от тебя, кроме неприятностей, ждать нечего. Я же сразу сказал, чтобы Кеган не связывался с тобой. И чтобы выкинул за борт, как только поняли, что за нами погоня. Так нет же. Нашел на кого польститься.

- Вероника, с тобой все в порядке?

Поспешивший мне на помощь Маркурш, помог подняться, подобрать светильник и вновь зажечь свечи на нем. Правда, одну мы так и не нашли.

- Кто это?

В защитном жесте прижав меня к себе, сын Мины с опаской посмотрел на сидящего в клетке мужчину. Последний перестал тянуть в мою сторону руки, но при этом не прекратил прожигать полным ненависти взглядом. Пусть и не сразу, но я все же узнала по голосу напавшего на меня.

- Это один из тех, кто нас выкрал.

И да, в этой же клетке находился маг-иллюзионист. Мужчина сидел на полу, понурив голову и никак не реагируя на действия своего дружка.

- А я смотрю, в этот раз хозяин решил и вас с собой прихватить.

Несмотря на то, что я никогда не желала никому зла, сейчас все же была рада, что эти здесь. Значит, все же есть хоть какая-то справедливость в этом мире. Жаль только, что не вся труппа мошенников, а лишь те двое, кто обладал даром. Но, возможно, другие все же задумаются и в будущем побояться поставлять Шэумейсу живой товар. Хотя, все это прекратиться в любом случае. Ведь тот, кто мог определять наличие потенциального дара у детей, теперь сидит в клетке.

- Это все из-за тебя...

Маг, закованный в блокираторы, вновь на меня зашипел. Но я его прервала.

- Хочешь сказать, что это я заставляла вас похищать одаренных детей и торговать ими? Свою яму для себя вы вырыли сами своими руками. Вот теперь и сидите в ней.

Более не говоря ни слова, я развернулась и поспешила к столу. Мне жизненно необходимо было увидеть, кто именно на нем лежит. А увидев, бросилась впереди принялась тормошить мужчину.

- Броган, Броган очнись. Ну же, ты же сильный.

Зовя по имени лиера, я одновременно с этим стаскивала с его головы плотно сидящий обруч, от которого тянулось несколько проводов к постаменту с огромным кристаллом внутри.

- Ну же, Броган. Неужели ты просто так сдашься?

Одного взгляда было более чем достаточно, чтобы увидеть, что феод плох. Об этом говорили и темные круги вокруг глаз, и впалые щеки, и почти белые губы. Его можно было принять за труп, если бы не чуть заметное дыхание.

- Вероника, он без сознания и не слышит тебя. Из него слишком много магической энергии выкачано и даже часть жизненной силы. Ему недолго осталось. Прости, что я тебе сразу не поверил. Но я даже предположить не мог, что мой наставник...

Дальше слушать я не стала. Некогда было, да и не обвиняла я ни в чем Маркурша.

- Отстегни его.

Руки и ноги Брогана были пристегнуты к углам столешницы. Это значит, что даже если бы лиер захотел, он не смог бы пошевелиться или освободиться.

- Вероника, мы ему уже не сможем помочь. Если ты хочешь спасти детей, то лучше поторопиться. Нам еще надо успеть добраться до портала и настроить его.

Посмотрев в глаза парню, я прочитала в них решимость. Маркурш не собирался меня бросать тут. Мало того, он серьезно был настроен помочь нам с детьми выбраться из дома Шэумейса. Сын Мины отлично понимал, что со всеми нами будет, если мы задержимся здесь. И ведь он прав, уходить надо сейчас. При всем желании отложить побег на другой день не получиться. Если дети еще могли бы промолчать и не рассказывать о нас, чтобы дать нам время подготовиться получше, собрать продуктов немного и вещей первой необходимости, то циркачи этого делать не станут и сразу же доложат Оенгусу о нашем визите. Но и бросить ли Галладжера здесь я не могла.

- Не стой. Отстегивай его и дай мне минут десять на то, чтобы попытаться лиера привести в сознание.

Повторно уговаривать меня парень не стал и просто принялся делать то, о чем его попросили. О том, что я знаю и умею гораздо больше, чем он, молодой человек уже знал. А раз так, то не стоит мне мешать. Я же, прижавшись лбом ко лбу Брогана и обхватив его голову ладонями, тихо запела гимн жизни о том, что нельзя сдаваться и всегда надо бороться. Бороться ради себя и близких. Бороться, чтобы восторжествовала справедливость. Песню о том, как прекрасна жизнь и все будет хорошо. Только надо приложить усилия. А еще надо надеяться и верить. Верить в себя, в меня, в людей, в то, что добро победит. В то, что мы все преодолеем. Преодолеем вместе. Пожалуйста, Броган, только услышь меня. Ну, пожалуйста.

Я и сама не поняла, когда этот мужчина стал мне настолько дорог, что сейчас становилось страшно оттого, что могу его потерять навсегда. Когда именно я впустила его так глубоко в свою душу, чтобы доверять и знать, он не бросит меня в беде, что на него можно положиться, что не обманет и не предаст. А ведь все так и было. Броган не бросил и не оставил, а поплыл за похитителями, чтобы спасти нас, поэтому сейчас он и лежит тут на столе ученого-психа. Значит, и я не имею право его бросить умирать.

- Ника?!

Легкое прикосновение к щеке заставило меня открыть резко глаза.

- Ты все же очнулся?

От облегчения и радости слезы тут же застлали глаза.

- Тише. Не плачь. Все уже хорошо. Ты вновь меня вытащила. Считай, с того света.

Услышав замечание, я не удержалась от счастливой улыбки. И тут же почувствовала, как ласково обхватывают ладонями мои щеки, вытирая с них большими, немного шероховатыми пальцами, слезы. От этой, вроде как, простой и незамысловатой ласки на душе стало легко и спокойно. Я даже глаза прикрыла от удовольствия и тут же почувствовала легкое, трепетное прикосновение мягких губ к своим. Несмотря на то, что поцелуй был нежным и едва уловимым, в моей душе он неожиданно поднял целую бурю ярких чувств. Вот только разобраться в них и как-то отреагировать на действия Брогана я не успела. А все потому, что в помещении вспыхнул свет.

- М-да. А ведь такой был хороший план. Жаль. Жаль.Жаль. Сколько лет работы и всё зря. Уж от кого, от кого, а от тебя Маркурш я такого предательства не ожидал.