Глава 17. Игорь

В больнице тишина. Основной персонал еще не пришел. А я, как верный пес, стою и жду хозяйку около ее кабинета. Эмма приходит значительно раньше всех остальных. И только в это время я могу застать ее одну. Знаю, что опять прогонит, но не могу уйти, так и не сказав главного. Слышу знакомый цокот каблуков и шумно втягиваю воздух. Впервые за последнюю пару дней наполняю легкие кислородом по максимуму, пытаясь уловить частички ее аромата. Цокот приближается, и я отделяюсь от стены. Выхожу навстречу и сверлю взглядом насквозь. Красивая такая, аж дыхание перехватывает, а сердце заходится трепетным волнением. Не сразу замечает меня, а когда поднимает голову – вздрагивает. – Воронцов! – шипит, как разъяренная кошка. – Ты обалдел? – Эмма… – выдыхаю хрипло и преграждаю ей дорогу. – За что ты так с нами? – Нет никаких нас и не было никогда! – огрызается зло, уходит от столкновения и нажимает ручку двери своей приемной. Но та заперта. Секретарь еще не пришла. Начинает судорожно искать в сумочке ключи. Нервничает. Это слишком очевидно. Снежная королева не так холодна и безразлична, как хочет казаться. Или я просто вижу то, что очень хочу видеть. – Себе-то хоть не ври… Я за ее спиной. Жадно втягиваю едва уловимый аромат духов, но не смею прикоснуться. Она больше не моя. Чужая женщина. Не дающая даже крохотного шанса на сближение. Все откатилось назад. Хотя нет, не назад, а гораздо дальше. Ушло в глубокий минус. – Прекрати меня преследовать, – возмущенно фыркает Эмма и резко разворачивается, едва не врезаясь в меня. Опирается на стену и складывает руки на груди, отгораживаясь от меня. Но это бесполезно. Она так близко, что сложно себя контролировать. Смотрю на ее сочные губы и нервно сглатываю. – Я был не прав и готов все исправить. – Мой голос предательски просаживается. – Игорь, опомнись… – Не могу без тебя, сдохну, понимаешь? – перебиваю, не давая договорить. – Я люблю тебя… Никогда и никому не говорил этого. Просто не испытывал ничего подобного, а с ней все по-другому. Только рядом с ней живу и чувствую по-настоящему. Словно прозрел. Подаюсь вперед, прижимая Эмму к стене сильнее. Утыкаюсь губами в шею и целую венку, что истерично колотится. – Я мужа люблю, – судорожно всхлипывает она и упирается ладонями мне в грудь. – Отпусти. – А я? – не двигаюсь с места и зло смотрю на нее. – Адюльтер… – выдыхает Эмма и трет шею. – От скуки… – От скуки? – скалюсь я. – А сосала с огоньком. Замахивается и бьет по щеке наотмашь, оставляя на коже пылающий след, но мне плевать. Я не чувствую ничего, кроме ослепляющего отчаяния. Как утопающий, хватаюсь за спасительную соломинку и впиваюсь в желанные губы. Грубо и требовательно. Терзаю и кусаю, но Эмма не отвечает… Совсем. Чужая. Теряю ее. Стремительно и безвозвратно. Никак не могу остановить этот процесс, как ни стараюсь. Эмма вычеркнула меня из своей жизни. Просто прошлась острыми каблуками, втаптывая в грязь. Только вся хрень в том, что ей без меня хорошо, а я без нее сдохну. – Хватит! – Она вырывается, вытирает губы рукавом и сбегает от меня в сторону туалета. Взлохмачиваю волосы и спускаюсь к себе в отделение. Пока еще к себе. Но, вероятно, ненадолго. В груди все горит, а сердце рвется на свободу. Хочется крушить. Уничтожать все на своем пути. Но еще сильнее хочется ее. Обратно. Насовсем. Идиот! Зачем отпустил? Зачем позволил себе эту слабость? – Игорь Александрович, там женщину привезли по скорой, – встречает меня медсестра. – Дежурному отдай, – отмахиваюсь и прохожу мимо. От меня сейчас все равно толку нет. Я на взводе. Я не в адеквате. Вхожу в свой кабинет и громко хлопаю дверью. Не знаю, как успокоить бурю внутри. Невыносимо тяжело и больно. Словно душа рвется на лоскуты. Я не был уверен, что она у меня есть. Но Эмма доказала обратное. Нашла и вырвала с корнем. Сука! Негромкий стук в дверь. – Я занят! – рявкаю зло, но дверь все равно открывается. – Чем это? – в кабинет входит Тимур. – Я закончил, а ты? – А я уволюсь к херам, – роняю голову на ладони и с силой сжимаю. – Ты с ума сошел? – Друг округляет глаза. – С такой должности не уходят. – Да плевать мне на должность, – психую и рефлекторно скидываю со стола все, до чего могу дотянуться. Какая нахрен должность, когда в груди дыра? Физически больно от этого. Эта жестокая женщина растоптала меня. Уничтожила… Не представляю, как жить дальше. Без нее. – Ты из-за этой своей, что ли? – хмыкает Тим. – Нашел из-за чего убиваться. Другую найдешь. – Таких больше нет, – откидываюсь на спинку и зависаю взглядом в пространстве. – Но ты прав. Убиваться я не собираюсь.