Глава 2. Эмма

Еще один день пролетел незаметно, а инвестиционный бюджет на будущий месяц так и не утвержден. Виталий медлит, чем только сильнее злит. Нужно закупать медикаменты, люди не могут ждать, а он словно не понимает. Недовольно поджимаю губы, снимаю очки и сжимаю переносицу пальцами. Устала. Не знаю, за что хвататься. Делаю, делаю, делаю, а ничего не делается. Дел словно становится только больше. Возможно, Виталий прав, и мне пора взять помощницу, но я как представлю, что ее нужно сначала ввести в курс всех дел, а потом еще и контролировать, становится дурно. Нет, я пока не готова. Телефон призывно вибрирует на столе. Переворачиваю экраном вверх – муж. Стоило только вспомнить… Вздыхаю обреченно и принимаю звонок. – Привет, – бесцветно отзываюсь. – Ты занята? – вежливо уточняет он. – Не очень, – захожу издалека и плавно выруливаю в нужную мне сторону. – Пытаюсь найти подписанный бюджет по инвестициям и что-то не нахожу. Интонацией стараюсь передать всю возможную степень обиды. Виталий чутко улавливает мое настроение и смеется. За почти пятнадцать лет брака я изучила своего мужа вдоль и поперек и знаю, как добиться желаемого. – Да будут тебе деньги. Сейчас все подпишу. – Еесли не забудет, как всегда, но я напомню, не гордая. – Сегодня вечером ты мне нужна. – Как партнер, жена или женщина? – Сделай мне три в одном, – мягко просит Виталий. – Ты в любом качестве безупречна. – А я знаю, – криво усмехаюсь, прекрасно понимая, что как женщина не интересую его лет пять точно. Да и раньше, пожалуй, тоже. – Будь дома к восьми и при полном параде. Прием очень важный. – Конечно, – натянуто улыбаюсь и сбрасываю звонок. Упираюсь ладонями в стол, смотрю прямо перед собой и глубоко дышу. Ненавижу все эти приемы. Столько фальши в одном месте. Придется улыбаться, делать вид, что я рада там находиться и просто жажду пообщаться с каждым присутствующим. А у меня столько дел… скашиваю глаза на стопку документов на столе. Эту дань я обязана платить мужу за возможность инвестировать его деньги в благотворительность. Все честно и справедливо. В дверь негромко стучат. – Да, – отзываюсь и опускаюсь в кресло. – Эмма Эдуардовна, тут вот. – Людочка входит в кабинет и протягивает мне лист бумаги. – Что там? – устало смотрю на секретаря. Сил вникать не осталось, а еще этот прием. – Жалоба. – Девушка отводит глаза в сторону. – На кого? – На Воронцова. Ну конечно, кто же еще мог отличиться. Едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. – Спасибо, я разберусь. Дожидаюсь, пока девушка выйдет, и читаю. Все стандартно. Хамил, отказался обследовать, угрожал расправой. Кто это у нас? Жена Добровольского. Денег много, мозгов нет совсем. Вот же идиот! Раздражение стремительно нарастает и норовит вырваться на свободу, но я удерживаю его внутри усилием воли. Надо опять разбираться, а я не могу себя заставить. Подхожу к окну и смотрю вдаль. Иногда мне кажется, что Игорь делает это все специально, чтобы устроить мне просто максимальное количество проблем. Так получается. А может, это просто моя карма. Но все равно бесит. Особенно Воронцов. Одним своим существованием. С самой первого дня нашей встречи. Как-то у нас сразу не заладилось, и с тех пор с каждым днем становится все хуже. Так бывает. Это мои тараканы. Или его нестандартная личность. Впрочем, какая разница. Надо идти, какой смысл терять время. Забираю жалобу и выхожу из кабинета. Людочка с надеждой смотрит на меня. Еще одна поклонница Воронцова. Вот что в нем такого, что все бабы падают и в штабеля укладываются? Не понимаю, мне он совсем не нравится. Слишком наглый, заносчивый и хам еще! Спускаюсь в гинекологию. На посту медсестра. Почему-то одна. – Воронцов у себя? – уточняю на всякий случай. Девушка вздрагивает и округляет глаза, словно приведение увидела. – Да, вроде бы… Сворачиваю к его кабинету. Дергаю ручку – дверь закрыта. Да неужели? – Воронцов! – звучно припечатываю ладонь к двери. – Тебе придется открыть эту дверь, даже если ты умер! На несколько секунд повисает тишина, а потом слышатся шаги. Щелкает замок, и дверь открывается. Молоденькая медсестра выскальзывает из кабинета и, бросив короткое «здрасти», поспешно сбегает. Закатываю глаза и уверенно вхожу. Игорь торопливо поправляет одежду. – Эмма Эдуардовна, рад вас видеть, – расплывается в улыбке и радушно разводит руки в стороны. Клоун! – Не паясничай, – окидываю его строгим взглядом. – Ты, кажется, забыл про запрет на отношения в коллективе? – Всего лишь массаж, – пожимает он плечами и подходит ближе. – За пределами больницы, – недовольно поджимаю губы и отхожу на безопасное расстояние. От него всегда пахнет сексом. Или это я просто озабоченная в последнее время. Но от близости Игоря меня слегка ведет. Давно просто мужика не было нормального. Надо исправить ситуацию, а то скоро на кого попало кидаться начну. – Что это такое? – передаю ему лист бумаги. Воронцов читает и меняется в лице. – Вот овца, – шипит зло и перечитывает еще раз. – Все же написала! – Представь себе, – хмыкаю язвительно и складываю руки на груди. – Ну тут же ни слова правды, – распаляется он и трясет несчастным листком. – Все было совсем не так! – Игорь, мне все равно, как было, – выдергиваю из его рук жалобу и припечатываю ее ладонью к столу. – Мне нужно, чтобы «вот этого» не было. Решай вопрос! – Как? – усмехается он. – Мне что, переспать с ней? – Да мне плевать как, – с вызовом смотрю в глаза и ощущаю, как по спине ползут мурашки от нашего немого противостояния. – Если она пойдет дальше, решать буду я! Сердце колотится где-то в горле, а руки предательски дрожат. Докатилась! Бежать. Срочно! Разворачиваюсь на каблуках и торопливо выхожу за дверь. – Вот же стерва, – летит мне в спину. – Я все слышу, – отзываюсь и расплываюсь в довольной улыбке. Настроение однозначно улучшается. Может, и прием окажется не таким скучным?