Эпилог

Прошел месяц

Лили до сих пор не спустилась к завтраку. Посмотрела на часы и поняла, что эта засоня опять не успевает поесть. Через окно увидела, как машина Мартина выезжает из гаража, и я крикнула Лили:

— Еще пять минут, и твой брат уедет. Лили, в школу поедешь на автобусе.

Топот на втором этаже вызвал на моих губах усмешку, и я ждала, когда выйдет мое невыспавшееся «ясно солнышко». По утрам Лили бывает капризной, но меня это лишь забавляет.

Наспех надетая форма, растрепанные волосы и накинутый на плечи рюкзак – Лили при параде собралась в школу.  Я поправила ей воротник и вручила в руки расческу. Она лениво работала рукой, недовольно смотря на сея в зеркало.

— Тебя заплести?

—Ещечего, – она встряхнула распущенными волосами.

— Смотри-ка, накраситься она успела, – заметила я черные длинные ресницы. Лили закатила глаза, а я рассмеялась.

— Кушать будешь?

— Не хочу .

Я положила запеканку в контейнер и закинула его в  рюкзак.

— Перекусишь в школе. Все, давай, беги, Мартин ждет, – я похлопала по рюкзаку  и поцеловала ее в щеку.

Она вздохнула и поплелась  к выходу. В новую школу она ходила около двух недель и пока еще не обосновалась. «Притирочный период». Она рассказывала мне о подружке-однокласснице, с которой они договорились сходить в кино на выходных. Уже радует.

— Aurevoir,  moncher! – послала воздушный поцелуй я

— Aurevoir.

Мы активно изучаем французский. Сложно жить, учиться, работать в стране, не зная государственного языка. Поэтому при любой возможности я захожу на онлайн-курсы французского. Я хочу устроиться на работу в местную школу искусств, и знания языка необходимы. Мартин умоляет меня «сидеть и не рыпаться»  до родов, но я упрямая. Он смирился и сейчас терпеливо выслушивает мои планы на ближайшее будущее. Проработав в школе искусств, я наберусь опыта, а затем и смелости открыть собственное учреждение образовательного типа, который будет ориентироваться на художественное искусство. В общем, планы наполеоновские.

Только я устроилась на диване с ноутбуком, как на экране высветился входящий вызов «Skype». Звонила Эйми.

Мы регулярно списывались с ней в соцсетях, как и с другими девчонками. По«Skype»последний раз мы виделись три недели назад, когда я только обживалась в новом доме и отходила от «побега».  Они не удержались и посвятили меня в подробности сорвавшейся свадьбы. Дэйв, как разъяренный дракон, рвал и метал. Свадебный торт в несколько ярусов полетел к чертям с «легкого» пинка обезумевшего жениха. Все гости увидели темную сторону Дейва, и у гостей отпали вопросы, почему невеста сбежала с собственной свадьбы.

Наверняка, у Эйми есть какие-то важные новости, раз она звонит мне с самого утра. Я ответила и увидела знакомые лица. Мин, Сабрина и Эйми – все в сборе.

—Бонжур, мадам!  Сава?

—Бонжур. Сава, – посмеялась я. – Доброе утро, девчонки, у вас как дела? Выглядите просто чудесно.

— Да у нас все отлично, лучше расскажи, как малыш? Давно тебя выписали с больницы?

— Я неделю пролежала, попросилась домой, как капельницы перестали колоть, сейчас умеренные нагрузки и меньше стресса…

Когда я вставала на учет в местной больнице, гинеколог обнаружил тонус, живот действительно был напряженный. Поэтому он положил меня в стационар.

— Сейчас все хорошо?

— Да. Я даже продолжаю заниматься йогой для беременных, но без всяких изощрений, разумеется… Как там малыш Лео?

—Растё-ё-ёт, испытывает на прочность нервы родителей, – засмеялась Сабрина. – Бессонные ночи — наше всё, впрочем, ты сама скоро всё поймешь.

— Это точно, – я погладила округлившийся живот.

— Сегодня Лео с Джейкобом гуляют в парке, мама сегодня отдыхает.

— Мин, ты тоже сегодня отдыхаешь, где Мила? Хотела увидеть эту маленькую малявочку.

Мин развернулась и позвала дочку. Я услышала радостный визг любимой непоседы и стала всматриваться в задний фон.

— Тетя Оливия! – Лили (или Мила?) приехала верхом на Коуле и махала мне ручкой.

Я помахала ей в ответ, и эта наездница уехала дальше развлекаться. Я пустила вопросительный взгляд в Мин.

— Дочка играет с Коулом, – констатировала она факт.

— Да, я видела, – кивнула я и интригующе улыбнулась. – Как у вас с ним?

— У них начался второй тайм… Окончательное количество пока неизвестно, – хихикнула Эйми.

—Коул старается, да и Мила в нем души не чает.

— Она не знает, что он ее отец?

— Мы рассказали ей. Недавно.

— Как отреагировала?

— Папа Коул – ее любимое словосочетание, – выдохнула Мин.

— Это же прекрасно. Знаешь, если бы ты рассказала ей в старшем возрасте, было бы много вопросов, да и  сложнее в разы.

— Все так…

— Глядишь, сейчас и вторую будем к свадьбе готовить, – усмехнулась Эйми и покосилась на Мин, щеки которой зардели.

— Это ты про себя что ли говоришь? – Сабрина прожгла взглядомЭйми.

— Что? При чем тут я?

— Ну, это не я недавно познакомилась с парнем и трещу с ним по телефону часами, – закатила глаза Сабрина. Эйми треснула ее по плечу.

— Не говори глупостей. Этот Джозеф красиво может лапшу на уши вешать не больше… — фыркнула она. – Лив, не слушай их, ты же знаешь мое правило на отношения: «Никаких отношений!».

— Раз так, то сейчас же удаляй его номер из телефонного списка! – накинулись на нее девчонки. Сабрина схватила телефон.

— Эй, положи мой телефон сейчас же! – завизжала Эйми. – Это личное!

— Угу, теперь уже личное…— усмехнулась Сабрина и начала дразнить ее. – Просто боишься признаться, что запала на своего Джозефа.

Я смеялась в голос. Мои подруги неисправимы, неважно сколько им будет лет, они все те же…

— Не издевайтесь, девочки, – сказала я. — Видите, человек переживает. Значит, действительно личное… Эйми, мы желаем тебе личного счастья.

— Да уж, с этими кобылами счастья – вагон и маленькая тележка... – буркнула она и спрятала телефон во внутренний карман кофты.

— Какие еще радостные новости?

Я разлеглась на диване,  подперев подбородок руками и махала вразнобой ногами. От моего вопроса улыбки девчонок сменились на опасливые переглядки. Я нахмурилась. Что-то случилось, но я не в курсе.

— Есть новость. Но радостная или нет… решать тебе.

— Что такое? – встревоженно спросила я и прилипла к экрану.

— Может, ты уже слышала, про Дэйва?

— Что именно? Мама рассказывала, что быстро нашел мне замену, он что, снова женится?

— Нет… Дэйв разбился на частном самолете. Насмерть. Он летел в Европу, говорят, что во Францию. Что он хотел – не знаю, но итог один…

Повисло молчание. Дэйв умер. Мозг отказывался принимать эту информацию, слишком все неожиданно и странно… Почему именно во Францию? Домыслы?

— Значит, ты не знала?

— Нет. Когда это произошло?40393c

— Два дня назад. Завтра будут организованы похороны.

Меня передернуло. По коже пробежался холодок, а перед глазами стало лицо Дэйва при нашей последней встрече. Прошло два дня, но Мартин ничего про это не знает или просто не хочет говорить? Какие причины?

—  Он получил то, что заслужил, в нашем доме никто его не жалеет, зная, что он творил  с тобой этот изверг. Такие пусть будут на небесах, а не на земле… Так судьба решила с ним распорядиться.

Если это промыслы судьбы, то вопросов нет. Но если к смерти Дэйва прикоснулись руки дорого мне человека, то вопросы появляются… Я вспомнила слова Мартина про отмщение, и мне стало не по себе. Если он имеет к этому отношению, то гибель бывшего жениха никогда не отпустит меня.

Я должна поговорить с Мартином.

Попрощавшись с подругами не на очень приятной ноте, я залезла в интернет и начала искать в новостных лентах все о крушении частного самолета. И нашла. Много. Ничего конкретного. Причины крушения еще выясняются. К статьям были прикреплены одинаковые фото – самолет всмятку. В эмоциях я желала Дэйву самой страшной кары небес… И это случилось.

В ожидании вечера и разговора с Мартином, время тянулось невыносимо долго. Занятия французским проходили достаточно тяжелее и напряженнее, чем обычно, мысли были забиты другим.

Когда Мартин вернулся домой,  ждала его за накрытым столом. Главным блюдом была фаршированная утка. Пока я сижу дома, то люблю проводить время за плитой. Но боюсь, сегодня я могла пересолить или пережарить мясо…

Нервно стучала вилкой по тарелке и не знала с чего начать.

— Что-то случилось? – заметил он мою дерганность.

— Да. Я общалась с подругами по скайпу, и они мне сообщили новость… Дэйв умер.

Мартин приостановил поглощение еды. Он отложил столовые приборы, вытер салфеткой руки и взял бутылку вина. Налив себе полбокала, он сделал глоток и молча уставился на меня.

 Он знал. Знал и не сказал. Тревога окатило все тело, и я сильнее сжала вилку в руке.

— Ты знал?

— Неудачная тема для обсуждения за столом.

—Мартин, почему ты мне не сказал?

— Это что, событие века? Смерть президента?

— Меня удивляет, что тебя это ничуть не удивляет! – я выбросила вилку и вышла из-за стола.

— Да, я знал. Но не посчитал нужным тебе говорить о этом. Я знал, что ты воспримешь это так…

— Как, так? Думаешь, я бы не узнала об этом от других?

— Ну, тут я пролетел… Но что это меняет, Лив? Помнится, ты говорила, что он умер для тебя… Не говорила, что лила слезы по нему.

Он развернул меня к себе и заглянул в глаза.

— Нет! Просто скажи, то ты не помог ему разбиться!

— Ах, вот оно что. Считаешь, что это я подстроил?

— Я не считаю, я опасаюсь…

— Тебе нечего опасаться. Я не такой изверг, как Дэйв, запомни. А врагов у него помимо меня предостаточно. Да и неисправности в самолете, непогоду никто не отменял.

— Говорят, он летел во Францию.

— Да. Хотел побороться за один проект… Теперь он под моим руководством, как бы цинично это не звучало. К его смерти я не имею никакого отношения, выбрось это из головы.

— Слава Богу… — я выдохнула и обняла Мартина.