31

– Это здесь! – Указала Наташа.

– Наконец-то! – Простонала Нина. – Я уж думала, мы никогда не доедем!

Пупсик исцарапал все её коленки во время поездки.

– Я просто соблюдаю скоростной режим. – Объяснила я, аккуратно паркуясь у входа в здание.

– Чей? Скоростной режим улитки? – Нина отстегнула ремень. – Я вся взмокла, пока мы тащились сюда!

Едва автомобиль замер у тротуара, она толкнула дверцу и выбралась наружу:

– А-а-а! Свежий воздух!

– А мне понравилось. – Донёсся с заднего сидения Наташин голос. – Не люблю быстрой езды.

Вот, не зря я выступила её адвокатом. Милейшее создание, не так ли?

– Просто я несколько лет не была в городе. – Попыталась объяснить я. – Не то, чтобы заплутала, но здесь всё так изменилось, что мне хотелось рассмотреть каждую деталь.

– Красивый город. – Подтвердила Лариса Александровна и стала выбираться из машины. – Тихий, живописный!

– Только жарко очень. – Отозвалась Ольга, поправляя слинг, в котором лежал её сын. – И Жорик плохо спит из-за влажности.

– Ну, так мы ведь на юге. – Улыбнулась я, заглушив мотор.

– К сожалению. – Поджав губки, заметила она и выбралась из машины.

– Не обращай внимания, – Наташа потрепала меня по плечу, – свадьба: все нервничают.

– А ты? – Спросила я, глядя на неё в зеркало заднего вида. – Ты как? Волнуешься?

Наташин взгляд забегал:

– Ни капли. – Она, наконец, посмотрела на меня. – Только насчет погоды или платья, например. Или того, чтобы торжество понравилось родным. А в остальном… – Её губы тронула лёгкая улыбка. – Я ведь выхожу за самого прекрасного человека на Земле, что может пойти не так? Даже если будут какие-то накладки, это ведь мелочи?

– Верно. – Кивнула я.

– Кстати…

– Да? – Я отстегнула ремень и обернулась к ней.

– Насчёт Макса. – Она неловко улыбнулась и нервно почесала висок. – Мне кажется, он меня недолюбливает.

– Разве?

– Даже хуже. – Кивнула невеста. – Кажется, я его… раздражаю!

Нет, не кажется.

– Да брось, – отмахнулась я, – этот тип ненавидит сам институт брака! И никак не может смириться с тем, что его лучший друг больше не будет сопровождать его на вечеринки и помогать там клеить глупых девчонок. Его бесит, что Вова остепенился. Но Макс смирится, я тебя уверяю. На самом деле, он только выглядит самоуверенно, а так – вполне безобиден.

И сердце кольнуло от воспоминаний о том, каким жестоким может быть Радов, если захочет причинить боль.

– Понятно. – Поникла Наташа.

– Да ты не переживай. – Я вылезла и открыла ей дверь. – Идём, остальные уже заходят внутрь. Сейчас ты примеришь самое красивое свадебное платье в мире и перестанешь переживать из-за идиота Радова.

– Вижу, ты не переносишь Макса? – Смущённо улыбнулась Наташа, покидая салон.

Я закрыла машину и пожала плечами.

– Ну… Они знатно доводили меня с Вовкой в детстве. Только не могу же я злиться на собственного брата? Так? Поэтому мне приятнее думать, что это Макс виноват во всём.

Моя улыбка добавила уверенности словам, а вот настоящую историю ей знать незачем: во-первых, я не собиралась настолько сближаться с будущей родственницей, и во-вторых, я всё ещё держала в уме подозрения Радова.

Меня устроил бы любой расклад: невеста окажется подлой стервой – я спасу брата от женитьбы, окажется душкой – Гадову придётся исполнять моё желание.

Так что же загадать в случае победы? Заставить его бегать голым по городу? А, может, пусть набьёт на своём теле моё имя? Или… пусть скажет, почему так поступил со мной тогда… Нет, этого я знать не хочу.

Да и нечего там знать. Всё дело в его сволочной натуре: сегодня одна, завтра – другая. Лично мне он ничего не обещал, так чего обижаться?

Мы вошли с Наташей в здание салона. Внутри было прохладно, и я откинула назад прилипшие к шее волосы.

– Нам туда, – указала невеста на мраморные ступени, ведущие на второй этаж.

Мы стали подниматься.

Сверху слышались голоса Нины и остальных. Я вдруг подумала о том, что моя мама осталась дома с двумя сорванцами. Наверное, к нашему возвращению у неё будет дёргаться глаз и разовьётся заикание, но что поделать? Для матери невесты присутствовать на примерке важнее.

– Кстати, о Григории. – Произнесла я.

– Да?

– Мне он показался… классным. – Я подняла большой палец вверх.

– Да, Гриша всем нравится. – Её глаза наполнились нежностью.

– И вы с ним… Хорошо смотритесь, правда. Он… совсем не такой как Вова.

– Ой, да, – закивала Наташа, – совсем не такой!

– Большой. Сильный.

– И ужасно ранимый. – Улыбнулась девушка. – В детстве мне приходилось часто заступаться за него.

– Правда?

– Да. – Заверила она. – Его мальчишки дразнили. За то, что он такой… ну, понимаешь… утончённый, добрый.

– Есть такое, заметила.

– Вот. – Наташа указала на дверь. – Нам сюда. – Пропустила меня вперёд. – Зато Гриша очень внимательный и понимает меня во всём. Знает… хм, как бы лучше выразиться… все мои трещинки.

– О… бесценное качество… – Сказала я и неловко прочистила горло.

– Простите, но с собачкой не положено. – Донёсся до нас голос сотрудницы, едва открылась дверь.

Мы вошли и застали Нину, препирающейся с менеджером салона.

– Что значит «не положено»? – Громко возмутилась подруга. – Это мой компаньон, я без него не могу!

– Я вынуждена попросить вас оставить его на улице.

– Нет, так не пойдёт. – Нина топнула ножкой. – Вы не понимаете, это вообще-то… пёс-поводырь!

– Поводырь? – Округлила глаза сотрудница. – Но… я не вижу, чтобы вы… нуждались.

– А я глухая! Вот. Видите, да? Ничего не слышу, совсем ничего! Читаю по губам! – Ниночка воспользовалась растерянностью менеджера и указала на меня: – Вот! Она подтвердит! Карина, скажи уважаемой, что я без Пупсика совсем не могу!

– Ох… да… – Промямлила я неуклюже.

– Подтверждаю! – Решительно заявила Наташа, подойдя к сотруднице. – Моя гостья ничего не слышит, поэтому этот пёс – её ценнейший спутник.

– Хорошо… Тогда я не могу вам препятствовать, – уступила менеджер. – Только, пожалуйста, следите за своим животным, хорошо?

– Вообще без проблем, – бросила Нина и прошла в зал.

– Спасибо, – произнесла я, следуя за ней.

– У меня двоюродный брат в Самаре. – Шепнула подруга. – Лёшка, помнишь? Глухой. Везде с собой своего спаниеля таскает, и никто не может ему запретить. Закон!

– Прошу сюда. – Указала нам на диванчики вторая сотрудница.

Мы сели, а Наташа с мамой отправились в примерочную. Ниночка тут же спустила с рук пса, и тот побежал к стоящей в углу раскидистой пальме, чтобы справить нужду, и уже собирался поднять заднюю лапу, как я бросилась к нему.

– Блин! – Я вовремя подняла собаку на руки. – Ах, ты ссыкун!

– Да пусть бежит, – отмахнулась Ниночка. – Пусть оросит этот жалкий куст, может, он лучше расти будет!

– Нет уж, держи. – Я вручила ей пса и приказала: – Держи. – Села рядом и обвела взглядом зал. – Смотри, какая здесь красота, какая роскошь. Культурное место, явно не для собачих какашек и прочих Пупсиных проделок.

– Ой, а что может натворить один ма-а-а-ленький пёс? – Закатила глаза подруга. – Я тебя умоляю!

Пупсик оглушительно гавкнул, и я потёрла оглушённое ухо:

– Он – всадник апокалипсиса, так что не советую расслабляться.

– Ну, вот, Жорик проснулся. – Недовольно зыркнула на нас разгуливающая по залу Ольга и принялась покачивать своего малыша.

– Прости, – неловко улыбнулась я и пригрозила Пупсику пальчиком. – Тс-с-с!

– Гав! – Отреагировал пёс.

– Чёрт!

– Он не может молчать. – Снимая с себя ответственность, констатировала Нина. – Он же пёс. К тому же, поводырь! Его служба и опасна, и трудна…

Ольга её шутки не оценила – принялась качать ребёнка активнее.

Я одарила подругу осуждающим взглядом.

– А чо я? – Одними губами произнесла Нина и, с трудом сдерживая смех, стала качать на руках Пупсика, пародируя Ольгу.

– Ну, как? – Вышла из-за длинной шёлковой шторы Наталья.

– Вот это да… – Если бы не слинг, Ольга выронила бы ребёнка от изумления.

Я замерла, а Нина чуть не уронила челюсть от увиденного.

Выглядела невеста ослепительно, и это ещё слабо сказано. Вылитая Золушка на балу – только рыжая. Подол казался большим зефирным облачком, а корсет мягко подчеркивал тонкую талию и упругую грудь. Наташа смотрелась в этом наряде изящной фарфоровой статуэткой – хотелось любоваться ею и томно вздыхать.

– Великолепно! – Произнесла я, сделав над собой усилие и оторвав язык от нёба.

– Просто ох… – не совсем приличные слова сорвались с губ Нины.

Ещё минут пятнадцать Наташа кружилась перед нами, примеряя аксессуары и фату. Ещё минут двадцать мы все дружно помогали подобрать ей подходящие к платью туфли. Ещё десять уговаривали Ларису Александровну успокоиться и больше не реветь – настолько растрогана она была.

А потом, удаляясь в примерочную, Наташа указала на нас троих – меня, Нину и Ольгу, и сказала:

– А теперь ваша очередь примерять платья для подружек невесты.

Нина захлопала в ладоши, и Пупсик-таки вырвался на волю – побежал метить белый кожаный диван. Подруга еле догнала его и прижала к себе:

– Вы арестованы, мистер!

От платьев подружек все мы ожидали чего-то столь же ослепительного, как и наряд невесты, может, разве что, чуть поскромнее, но консультант магазина вынесла нам три сливового оттенка коктейльных платья с открытыми плечами и странными перьями по низу.

– Они что, их марганцовкой красили? – Нина непонимающе захлопала ресницами.

– Фукорцином. – Поморщилась я, разглядывая перья.

– Подол похож на мёртвого лебедя…

– Нравится? – Вышла из примерочной Наташа. – У друзей жениха будут лиловые аксессуары, так что смотреться вы будете просто шикарно!

– Я предпочла бы цвет луковой шелухи. – Прошептала Нина.

– Это нам? – Кажется, Ольга тоже не оценила наряды.

– А вы примерьте. Уверяю, на вас они будут сидеть отлично. Если нет, успеем подогнать или подобрать что-то похожее.

– А можно сразу похожее? – Заныла Нина.

Наташа подошла, взяла у неё Пупсика и указала на платье:

– Ниночка, ты для начала примерь, ладно? Просто посмотри, как будет смотреться.

– О’кей. – Подруга взяла чудо с перьями и потопала за шторку.

Я сделала то же самое.

Как раз, когда уже надела на себя наряд и пыталась застегнуть молнию на спине, в моей сумке затрезвонил телефон.

Я достала его и ответила на звонок.

– Да?

– Карина, это Филипп.

– Филипп? – Удивилась я.

– Мой красавчик звонит? – Раздался голос псевдо-глухой Нины из соседней примерочной.

– Филя? – Я выбралась из-за шторки и направилась к двери. Вышла из зала, прикрыла дверь и остановилась у окна в коридоре. – Да, Филь, я слушаю. Как ты узнал мой номер?

– Прости, твоя мама дала. Я приходил, искал тебя, мы ведь… вроде договаривались вчера.

– Ох, да, просто я сейчас на примерке платья. – Мои пальцы нервно разгладили перья на подоле. – А ты… ты хотел встретиться?

– Да. Если можно.

– Слушай, а если я приду не одна, ничего? Тут со мной невеста и ещё кое-кто.

– Конечно. Со мной сейчас тоже друзья, я тогда возьму их с собой. Давай встретимся в кафе?

– Какое кафе? Называй. Через час будем там.

– «Фламинго». Это Приморский бульвар, помнишь?

– Фламинго? Помню, Филь, конечно! – Я расплылась в улыбке.

Мы часто проходили мимо этого кафе и рассматривали посетителей через стекло. Воображали, что станем взрослыми и будем отдыхать там каждый вечер. Сейчас так забавно это вспоминать!

– Тогда через час.

– Договорились!

Я сбросила звонок, прижала телефон к груди и покачала головой. Вроде всего лишь встреча, даже не свидание, а почему-то так тепло стало на душе.

– Кх-кхм. – Кашлянул вдруг кто-то за моей спиной.

Я резко обернулась.

Радов. В строгом сером костюме, сшитом точно по фигуре, с узким лиловым галстуком, край которого прячется под стильным серым жилетом. Идеально причёсанный. Статный, элегантный, красивый – закачаешься!

– Шикарно выглядишь… – Обведя меня взглядом, хмыкнул он и только затем посмотрел в глаза. – Обычно так одеваются танцовщицы кабаре или… проститутки. – Макс нагло улыбнулся. – Но тебе идёт.

– Спасибо, Радов, ты, как всегда, ужасно мил. – Сжав в руке телефон, я сделала к нему шаг. Прищурилась, внимательно разглядывая его лицо. – Только вот… что это?

– Где? – Он коснулся своей щеки.

– Тут. На твоём лице. – Я указала на уголок его губ. – Да у тебя же рот перекосило от самодовольства!

– Разве? – Усмехнулся он, явно получая удовольствие от очередной нашей схватки.

– Да. – Заверила я, кивнув. – Вообще-то, я не верю в пластическую хирургию, Макс, но в случае твоей напыщенной ухмылочки лучше было бы и рискнуть. Такая милая мордашка… – Я приблизилась к его лицу, и в носу защекотало от пряного мужского парфюма. Дышать мне стало гораздо труднее, но я взяла себя в руки. – И такой уродливый перекос…

Меня словно магнитом потянуло к его губам. Макс наклонился ниже, и на секунду я испугалась, что он хочет поцеловать меня. Казалось, поцелуй уже неизбежен, но у меня вовремя получилось остановиться.

Я нахмурилась, а затем громко и прямо ему в лицо воскликнула:

– Ты что, следишь за мной?! Какого лешего ты здесь оказался?!