Глава 11

– Уже уходите? – Вздрагиваю, не ожидая увидеть Маркова, который, по моим предположениям, должен ещё спать. – Да. – Не поднимая головы, надеваю ботинки. Моё дежурство окончено. Два раза ночью проверяла мужчину, убедившись, что температура вполне приемлемая для его состояния, а утром тихо собралась и спустилась на первый этаж, чтобы не разбудить. Даже успела снять короткое видео для подруги, которая, видимо, провела в раздумьях полночи, потому что утром я получила больше двадцати сообщение с кучей заданий. Бесит. Ситуация, в которой я оказалась и невозможность отказаться исполнять прихоти Лены. Хотя, а почему невозможно? Сказать «нет». Выясняй сама: кто, с кем и когда разводится. Но в этом случае я рискую потерять подругу. И работу, которая сейчас мне очень нужна. – Вита? – негромко окликает меня Марков. – Да. – Встаю в полный рост, отметив его растрёпанный вид. – Что-то случилось? – Почему вы так решили? – Ваши мысли отражаются на вашем лице. И если вчера, «беседуя» сами с собой, вы улыбались, то в данный момент прослеживается раздражение и даже злость. – Не выспалась. Не очень комфортно себя чувствую в новом месте. – Ответ появляется сам собой. Вполне логичный, как мне кажется. – Так бывает. – Сегодня будете спать на своей кровати. Надеюсь, отдохнёте. – Я тоже. – Молчание. Чего он ждёт? Поцелуя на прощание? – Я могу идти? – Конечно. Вы вызвали Игоря? – Я на метро. Так привычнее. Ваш дорогой автомобиль не для простых секретарш. А затем скрываюсь за дверью, не удостоив Маркова взгляда, и заскакиваю в удачно остановившийся на этаже лифт. Хоть что-то позитивное в сегодняшнем утре. Настроение отвратительное… Настолько, что даже Марков прочувствовал на себе недовольную Виту. Я хочу домой. Натянуть уютную пижаму и выпить кофе из любимой кружки. А ещё съесть эклер. Три эклера. Мой личный дофамин в кремовой форме. И не видеть Лену. Желательно, отключить телефон и не читать длинные списки того, что я должна выполнить. Я действительно плохо спала, но не по причине нового места, как сказала Маркову, а из-за назойливых мыслей. Как отказаться от слежки и сохранить отношения с подругой? Дилемма. И выхода я пока не вижу. Продолжать выяснять подробности жизни Маркова? Грязно и отвратительно. И чем больше я его узнаю, тем меньше хочется найти что-то неприятное. Непонятное пока для меня ощущение. Да, стоит признать, что я испытываю к нему симпатию: как к руководителю, как к человеку, как к мужчине, в конце концов… Именно такого партнёра я хотела бы встретить: спокойного, рассудительного, прямого и… верного. И если отбросить последний пункт, то Марков идеален. Если… Но даже при условии, что всё понятно и отношения с Леной подтверждены, в моей голове всё равно не складывается пара подруга и босс. Вот никак. Она не подходит ему по темпераменту, ритму и энергетике. Или противоположности притягиваются? Насколько я могла заметить, Юлианна – женщина деятельная и достаточно прямолинейная. Буркнув приветствие, поднимаюсь в приёмную и около двух часов разбираюсь с потоком желающих попасть к боссу. Каждого уведомляю, что Марков на больничном и как минимум неделю в офисе не появится. Оставьте пожелания мне или попробуйте пробиться к нему посредством звонка на личный телефон. Просматриваю расписание и перекидываю встречи на следующую неделю с учётом поездки в Томск. Ухожу на обед, а когда возвращаюсь, вижу кучу сообщений от Лены и несколько пропущенных вызовов от босса. Перезваниваю, надеясь, что он не передумал, и сегодня я наконец-то окажусь дома. – Простите, Александр Алексеевич, обедала. – Сразу объясняюсь, прежде чем он начнёт бросаться в меня претензиями. – Вита, сможете привезти мне папку с документами? – Может, передать через Игоря? – Контактировать с данным экземпляром особого желания нет, но если он вместо меня съездит к Маркову, я буду благодарна. – Нет, – резкий ответ. – Там важные документы. Они мне нужны для подготовки поездки в Томск. – Поняла. Я привезу. – Нехотя соглашаюсь, понимая, что потрачу полтора часа после работы на дорогу. – В моём кабинете на столе синяя толстая папка. Вы увидите. Короткий приказ, не требующий возражений. Достаю из ящика ключ и впервые оказываюсь в кабинете Маркова без него. Впечатления те же, только теперь я осматриваюсь более детально, не отказав себе в возможности заглянуть в тесный санузел, где имеются мужские принадлежности. Подхожу к столу, сразу замечая папку, а когда беру, на пол опускается лист. Поднимаю, чтобы вернуть на место, но цепляюсь взглядом за надписи. Список. И судя по моей фамилии под номер тридцать три – имена соискателей на место секретаря Маркова. Все фамилии перечёркнуты – кроме моей: напротив вопросительный знак синей ручкой, а следом пять восклицательных красной. Чем обусловлены такие эмоциональные пометки? Мне показалось, что особого интереса у мужчины я не вызвала: безразличный взгляд, сухое общение и равнодушное «с вами свяжутся». Или всё было иначе, просто я не вникала, не планируя получить место? Но спросить у него, значит, проявить ненужное любопытство, поэтому кладу лист обратно и возвращаюсь в приёмную. Несмотря на то что офис в курсе отсутствия босса, поток страждущих не заканчивается: вопросы, просьбы и даже требования, а также папки с документами, которые Александр Алексеевич «срочно» должен просмотреть. В какой-то момент понимаю, что мой стол рухнет, если на него положат ещё хотя бы пару стопочек. Я: Скопилось много документов, которые требуют вашего личного внимания. Оставить на вашем столе? Марков: Можете привезти? Окидываю взглядом Пизанскую башню из бумаги и понимаю, что я надорвусь, когда буду тащить всё это богатство боссу. А если вызвать Игоря? Вчерашний диалог вызвал во мне лишь раздражение, и особого желания находиться в ограниченном пространстве вдвоём нет, но, представив, как я тащу на своём горбу килограммы макулатуры, понимаю – потерплю. В следующую секунду уже набираю номер Игоря и говорю, что к шести он должен ждать на парковке. Короткое «понял» и завершение звонка. Да, немного нагло с моей стороны, но нужно извлекать максимум плюсов. Я: Да. После работы буду у вас. Марков: Вызовите Игоря. Я: Уже. Остаток рабочего дня проходит в напряжении, которое, как мне кажется, только нарастает. Я понимаю, что сегодня буду ночевать дома, и всё же внутри что-то неприятно свербит, не позволяя расслабиться. Создавшаяся ситуация мне не нравится. Изначально мне казалось, что всё будет просто и, возможно, даже весело. Но веселья не наблюдается. Наоборот: нарастает ощущение надвигающихся неприятностей. Первое, что приходит в голову: я, Марков и Лена окажемся в одном месте, и босс всё поймёт. В этом случае я мгновенно потеряю работу, а после и подругу, потому вряд ли Капибарчик позволит Ленке продолжить общение со мной. Но есть и более негативный расклад: я потеряю работу, а Ленка Маркова, как только последний узнает, что за ним велась слежка. И пока перебираю варианты, рабочий день подходит к концу. Собираю документальное богатство и, с трудом удерживая немаленькую ношу, спускаюсь на подземную парковку. Что удивительно, Игорь даже выползает из машины, чтобы открыть багажник и помочь мне. Скупое «спасибо», и мы едем к Маркову. – Вас подождать? – Что ж, сегодня мужчина более приветлив и даже перешёл на «вы». Могу ли я воспользоваться машиной босса? А почему нет? Я кормила его с ложечки и провела две ночи у его постели – я заслужила. – Да. Десять минут. Откуда-то появляются силы, чтобы тащить множество папок, а когда выхожу на этаже Маркова, вижу его, ожидающего у квартиры. Перехватывает документы и заносит в квартиру. – Я сделала пометки и наклеила стикеры, – объясняю, – это срочно, – откладываю несколько папок, – это подождёт несколько дней, а это, – указываю на синюю папку, – то, что вы просили. – Спасибо, Вита. – Я могу идти? – Не останетесь на ужин? Только в этот момент замечаю на столе контейнеры с едой. Марков озаботился доставкой. Оказывается, мужчина всё умеет делать сам. – Меня Игорь ждёт. Прошу прощения, но я воспользуюсь им в качестве такси? Иначе дома окажусь через час. – Он может подождать, сколько нужно. – А ещё меня ждёт муж. – Да, конечно, муж… – Марков мнётся, словно, как и я, забыл о существовании супруга. Пусть вымышленного, но как причина, чтобы побыстрее оказаться дома, незаменимого. – Тогда я с вами прощаюсь. – Хорошего вечера. Не дожидаясь каких-либо комментариев, оставляю босса и уже через несколько минут устраиваюсь на заднем сиденье. Напряжение отпускает, и даже косые взгляды водителя не имеют значения. Плевать, что он думает. На всех плевать. Беспокоит лишь одно: успеть в кондитерскую, купить эклеров и нажраться до тошноты. Выйдя из машины, первым делом спешу за десертом, покупая четыре штуки и предвкушая вечер в компании кучи калорий, которые принесут мне счастье. Вприпрыжку несусь домой, когда у дверей подъезда… – Витка, где тебя носит? – Ленка налетает на меня, и я едва не выпускаю из рук коробочку с эклерами. – На работе, – отвечаю невнятно, потому не планировала посвятить время подруге. Я хотела побыть в чёртовом одиночестве, предварительно отключив телефон и воткнув какой-нибудь сериал без смысла, чтобы расслабиться. – Ты не отвечаешь на сообщения, – демонстративная претензия. – Я работаю. Напоминаю, если вдруг ты решила, что я просто охраняю приёмную твоего Капибарчика, – зло выплёвываю, осаждаю Лену. – Прости, я не это хотела сказать. Просто хотела расспросить, как всё прошло и вообще, как он себя чувствует. – Так напиши ему. А лучше позвони, – направляюсь к лифту, а подруга семенит следом. – Он, кстати, один. Жены рядом точно нет. – Откуда ты знаешь? – Я только от него. Отвозила документы. Звони, – резко обернувшись, заставляю Ленку затормозить и едва не снести меня. – Звони-звони. – Она в замешательстве. На её лице читаются одновременно сомнения и страх. – Ну, давай! Послушно вытаскивает телефон и набирает номер. Несколько гудков и звонок скидывают. – Скидывает. Может, занят? – Лен, он просто не хочет с тобой говорить. И дело не в жене, потому что её нет в его жизни и квартире больше полугода. – А в чём тогда? – переходит на шёпот, искренне недоумевая. – Предполагаю, в нежелании говорить именно с тобой. – Почему? – Понятия не имею. – Разворачиваюсь, чтобы открыть дверь квартиры и оказаться внутри. – Может, по причине твоего нежелания помочь? Он болеет и два дня чувствовал себя максимально паршиво, а ты не пожелала позаботиться о нём. – Он не просил. – А ты предлагала? – Нет. А надо было? – Каким бы сильным ни был мужчина, иногда он тоже нуждается в сочувствии. Прямиком иду на кухню, включаю чайник и достаю эклеры. У меня даже скулы сводит от нетерпения насладиться десертом. – Я не подумала… – Ленка мнётся в дверях кухни, не решаясь пройти и занять стул. Что-что, а моё паршивое настроение действует на подругу отрезвляюще. – В следующий раз думай. Он был женат десять лет, думаешь, он помчится во второй брак, зная, что человеку, то есть тебе, плевать на него? Но Ленка меня не слушает, уткнувшись в телефон. – Он сообщение прислал: «Не могу говорить, жена рядом». – Нет её рядом. – А зачем тогда он врёт? – Не знаю, – пожимаю плечами. – Ты мне скажи – зачем? У них нет брачного договора, и пункта, где имеются штрафные санкции за измену, тоже. В квартире только его вещи. Не считая нескольких коробок, оставленных женой. Что в них, я не знаю, – останавливаю подругу, которая открывает рот, чтобы поинтересоваться подробностями. – Он. Живёт. Один. Можешь прямо сейчас поехать к нему и убедиться. Закончив длинную тираду, приступаю к поеданию эклера. Жую, издавая мычание, свидетельствующее о наслаждении. Вот чего мне хватало два дня. Физически ощущаю, как становлюсь добрее с каждым кусочком. А вечер из отвратительного превращается в более-менее сносный. – Вит, что мне делать? – Ленка не посягает на мои эклеры, сидит, сложив руки на коленях и ожидая вердикта. – Поговорить. Ртом. Он тебе дан не только для того, чтобы есть. – А если… если после моих вопросов он меня бросит? – Вот скажи, тебе доставляет удовольствие жить в подвешенном состоянии? Когда непонятно и туманно, а тебе не отвечают прямо. А как ты жить с ним собралась? – Хотя я всё больше сомневаюсь, что Марков планирует продолжать отношения с подругой в формате «серьёзно». – Тоже будешь молчать, чтобы не дай Бог, твой Капибарчик не бросил тебя? – Когда мы поженимся, вот тогда я… – Что? Спросишь прямо? – Я не знаю, как быть, – Ленка склоняет голову, и я замечаю одинокую слезу, скатывающуюся по щеке. – Я много думала о наших отношениях и неопределённых моментах. Он кормит меня обещаниями, а я соглашаюсь и жду. А чего жду, неясно. С одной стороны, он планирует свадьбу и наше будущее, а с другой – зачем-то врёт, что живёт с женой и скрывает меня. Что мне делать? – Понятия не имею, – проникаюсь сочувствием и говорю мягче. – Я не хочу становиться третьим лишним в чьих-либо отношениях. И кстати, следить за ним тоже больше не хочу. – Вит, ты чего? Мне нужно знать, что происходит в его жизни. – Итак, не прошло. Мне показалось, что сложился идеальный момент, чтобы обрубить стремление подруги на выполнение списка её заданий. – Я должна знать, когда он уладит все вопросы и станет свободным. Ты не можешь мне не помочь. – В любом случае помочь я тебе смогу только до окончания испытательного срока. Если быть точной, три недели. Затем я уйду из «Марал Групп». – Почему? – Не нравится мне там. – Нагло вру, но очерчиваю сроки, которые позволят Лене требовать от меня информацию. – Коллектив плохой, работы много, да и твой Капибарчик не самый приятный человек. – А куда ты пойдёшь? – Есть на примете одна компания. На днях пойду на собеседование, и если я их устрою, то уже в следующем месяце стану их сотрудником. Оплата там больше, а обязанностей меньше. – Поняла, – мямлит Ленка. – Но есть ещё три недели. Поможешь мне? – Складывает ладони в умоляющем жесте. – Пожалуйста. – Три недели. А дальше справляйся сама. – Спасибо, подруга. – Бросается ко мне, обнимая и тиская. – Я пойду. Хорошего тебе вечера. – Угу. И лишь в тот момент, когда входная дверь издаёт щелчок, со стоном выдыхаю. Одна. В тишине и с эклером в руке. Утыкаюсь в одну точку и почему-то вспоминаю ужин, запланированный Марковым. Зачем? Простая благодарность? Вчера он приоткрылся, поделившись сведениями о семье. Информация для всех или же исключительно для меня? Мне показалось, что мужчине приятно со мной разговаривать. А мне? Да какая разница, если это не мой мужчина… Но и не Ленкин. Он её сторонится, лжёт, уворачивается и делает всё, чтобы отодвинуть момент воссоединения. Почему сразу не сказать «ты мне не нужна»? К чёрту любовные треугольники. Или четырёхугольники, если учитывать Юлианну? А вообще, многогранник получается. Чувствую себя разбитой, поэтому принимаю душ и забираюсь под одеяло, проверяя телефон. Захожу в популярную сеть, и первой в ленте выскакивает фото со страницы Вадима: как всегда, один. Увеличиваю, увидев с краю на картинке женскую руку. Фотография обрезана, и, скорее всего, намеренно. Скрывает свою женщину или же она скрывается? Удивительно, но внутри никаких эмоциональных подвижек: спустя время мне стало всё равно. ***До конца недели прибываю в благословенной тишине: посещающих приёмную босса становится заметно меньше, Ленка почти не пишет, Марков затаился. И последний, видимо, занят исследованием документов, которые я привезла. Лишь в пятницу босс напоминает о командировке, уточняет время рейса и говорит, что заедет за мной. Не опасаюсь его появления, потому как планирую ждать у подъезда. Даже выходные проходят спокойно. Два дня мониторю погоду в Томске, перебираю вещи, прикидывая, что взять. Небольшой чемодан, в котором необходимое на пару дней. У меня будет отдельный номер, поэтому беру любимую пижаму с майкой и шортами. Пробегаюсь по списку достопримечательностей города. Не знаю, будет ли у меня время хоть что-то посмотреть, но нужно быть готовой. Застёгиваю чемодан, кладу в сумку паспорт и иду на кухню, чтобы съесть эклер. Даже радуюсь смене приёмной на полёт в другой регион страны, надеясь на массу новых впечатлений. И что-то мне подсказывает, что они обязательно будут…