Глава 9

– Доброе утро, – нависаю над Марковым, как только он открывает глаза. – Как чувствуете себя? – Вы ночевали здесь? – Хрипит, смотрит озадаченно, и я не понимаю, как ответить. Да или нет? За что получу больший нагоняй – за первое или второе? Небольшая заминка и всё-таки решаю сказать правду. – Да. У вас поднялась температура, я позвонила Сергею Семёновичу. Он приехал, дал новые рекомендации и приказал следить за вашим состоянием. Вы не думали о том, чтобы лечь в больницу и пройти полноценное лечение? Странное молчание Маркова напрягает, но затем он улыбается уголками губ и расслабляется. Непонятный момент, вызывающий вопросы. Но, как мне кажется, только у меня. – Семёныч предлагал, но я предпочитаю болеть дома. – И в одиночестве, насколько я поняла? – Вы же здесь. Я уже не одинок. – И не только я, – вырывается быстрее, чем понимаю, что высказываться не стоило. – Вчера мне ответила женщина. А точнее, обвинила меня в невнимательности, указав на непрофессионализм. – Сестра. – Произносит и по какой-то причине наступает внутреннее облегчение. Хотя какая мне разница, это мог быть кто угодно… – Иногда бывает резкой. Реакция, скорее, общая, чем частная, так что не принимайте на свой счёт. – И не думала, – отворачиваюсь, не желая признавать, что её слова меня задели. – Надеюсь, у вас не возникнет проблем по моей вине? – Проблем? – Вы не ночевали дома. Муж не беспокоится? – Он у меня понимающий и не ревнивый. – Зря. Я бы беспокоился. – У нас доверительные, крепкие отношения. – Уверены? – Вы хотите мне что-то рассказать? Мужа у меня нет, но по какой-то причине загадочный вопрос Маркова напрягает. Если бы я действительно была замужем, сейчас прокрутила сто и один вариант «а что, если?». – Нет. Я вашего супруга не знаю. Да и вас знаю меньше недели. – Тогда к чему эти намёки? – Когда-то я тоже говорил про доверие, а сейчас развожусь. – Никто от этого не застрахован. Десятки пар разводятся каждый день. По разным причинам. И не всегда это измена. – Например? – Непонимание, равнодушие, нежелание участвовать в жизни партнёра, внешние факторы или мнение посторонних людей. Например, родителей. – Как ваши родители относятся к зятю? – У меня только мама. И относится она положительно. А вообще, она сейчас в свадебном путешествии. Недавно вышла замуж за хорошего человека. – Поздравляю, – произносит без особой радости. – А родители мужа? – Нормально. Они не обязаны меня любить, но и негатива не проявляют. Почему-то вспоминаю маму Вадима и её искусственную улыбку в момент знакомства. Своей неприязни она не скрывала, но мастерски маскировала под маской доброжелательной женщины, которая «счастлива» за своего сына. А после я услышала о себе много нового, когда гипотетическая свекровь делилась впечатлениями с сыном. Было неприятно и обидно. Я «не такая» только потому, что выросла в семье с одним родителем и не имею значительных бонусов в виде квартиры и машины. – Может, поговорите со мной? – Что? – За тот недолгий срок, что вы работаете в моей компании, я заметил, что вы ведёте очень активные мысленные диалоги. Они отражаются на вашем лице, – очерчивает пальцем круг, указывая на меня. – И судя по эмоциям, которые я увидел за минуту, по поводу «не проявляют негатива» вы солгали. – Есть немного, – тушуюсь, не хочу делиться с Марковым прошлыми обидами. – По мнению свекрови, избранница сына должна быть с определённым багажом. – А поподробнее? – приподнимается, занимая сидячее положение. – Иметь какую-то недвижимость, машину, хороший заработок. – И что из этого имеется? – Квартира есть. До какого-то момента я проживала в ней с мамой, но сейчас она перебралась к мужу. Водительских прав нет, и машины соответственно. И заработка тоже. – Сейчас вы работаете на меня. – На испытательном сроке. Не факт, что после его окончания, вы зачислите меня в основной штат. – Вы работаете меньше недели. Пока рано принимать решение. – Да, и за это время успела стать камнем преткновения в отношениях с женой и покормить вас с ложечки. Улыбаюсь, чтобы сгладить высказывание, которое может показаться боссу резким. – И за последнее спасибо. – Почему сестра не поухаживала за вами? Или любая другая небезразличная вам женщина? – Моя сестра сосредоточена на своём муже. – Мне кажется, или Марков скривился, тем самым дав понять, что родственник симпатии не вызывает. – Его благополучие на первом месте. Приехала, вызвала врача, и за это спасибо. А «любых других» не имеется в наличии. – Ни одной? – Искренне удивляюсь. – Не поверю. – Почему? – Вы привлекательный мужчина, – высказываюсь, одновременно выкладывая таблетки, которые босс должен принять утром. – И состоятельный. От желающих не должно быть отбоя. – Как видите, никто в дверь не ломится и телефон не обрывает, – разводит руками. Кроме Ленки – проносится в голове. Ей только повод дай, и круглосуточное дежурство у постели больного гарантировано. Да она дышать будет через раз, лишь бы Капибарчик был всем доволен. И снова вопрос: почему она не сидит вместо меня у кровати босса? – Виталина, – окликает Марков. – Вы слишком эмоционально думаете. – Указывает на моё лицо, а я тушуюсь, понимая, что вновь зависла. – Простите. Вам ещё что-нибудь нужно? – Поднимаюсь, собираясь покинуть комнату. – Уже уходите? – Вообще-то, рабочий день уже начался. Болезнь босса не означает отсутствие секретаря на рабочем месте. – Вы ухаживаете за больным боссом. По его требованию. – Но ведь сотрудники не в курсе. В их глазах я просто прогуливаю. Да и с хаосом в вашем рабочем графике я разобралась не до конца. – Просто перенесите все встречи на следующую неделю. – На следующей неделе мы летим в Томск. – Точно, – Марков откидывается на подушку. – Вот для этого и нужен секретарь. – Записывать, чтобы вы не забыли? – Помнить, когда я забыл. Именно в этот момент ощущаю, как напряжение между нами рассеивается. Если отбросить причину, приведшую меня в «Марал Групп» и на секунду забыть, чтобы передо мной мужчина подруги, который в принципе мне нравиться не должен, то Марков довольно приятный человек. Во всех смыслах. Не знаю, какое впечатление на него произвожу я, но даже лёжа в постели и разговаривая с забитым носом, он всё равно воспринимается, как босс. – Так что делать со встречами? – Перекиньте на свободные даты. После Томска. – А мы туда надолго? – Планировал на пару дней, а там по обстоятельствам. И я уже ставлю себе галочку: уточнить погоду, прикинуть, что взять с собой, познакомиться с людьми, которые составят компанию в поездке. Кстати, сколько их, этих людей? – А кто летит? – Вы, я, Вольтов, Гросов. Забронируйте билеты на утро понедельника. Бизнес-класс. Регистрация по факту. – Четыре человека – четыре номера? – Три. Отдельный для меня, вас и двухместный для замов. – Поняла. Будет сделано. – И мне не терпится вписать поездку в график и соотнести с уже запланированными встречами, чтобы определиться с их переносом. – Я всё же вас оставлю. Хочу разобраться с вашим графиком и предупредить всех, кто планировал встретиться с вами на этой неделе. И на следующей. Надеваю пиджак, уже побывав в ванной и освежив макияж косметикой, которая всегда в сумке. – Приедете вечером? – Марков окидывает меня страдальческим взглядом. – Обязательно. Должен же кто-то проконтролировать, выпили ли вы таблетки. – А ужин приготовите? – Да. Наверное… – Ревизию в холодильнике я провела, и выбор продуктов скромный. – А по каким дням приходит домработница? – Она готовит только по запросу. К сожалению, я не предупредил её заранее. Можем заказать готовое. – Я не против. И в этом случае оплатит босс, потому как моя финансовая подушка совсем скоро превратится в просвечивающуюся тряпочку и средств для удовлетворения потребностей Маркова не имеется. И мне бы прямо сказать «простите-извините, денег нет», но по какой-то причине стыдно, что взрослый человек в моём лице не озаботился о заработке раньше. И я бы могла занять у мамы или Ленки, но быть должником не по мне. Лучше экономить и значительно ужаться по всем фронтам. Выхожу из квартиры босса и вспоминаю, что ключей у меня больше нет. Так и не поняла, когда, а главное, где, я могла их потерять. Вновь перебираю имеющиеся варианты – ничего. Планирую повторно перерыть свою квартиру в надежду найти, а если нет, то придётся признаться… Офис встречает множеством лиц, столпившихся у двери приёмной. Объявляю, что Маркова не будет до конца недели, а после посещаю замов, чтобы оповестить о командировке. Заказываю билеты на самый ранний рейс в понедельник и просматриваю гостиницы, быстро определившись с подходящей. Ленчик: Узнала что-нибудь новенькое? Закатываю глаза, увидев сообщение от подруги. Не вовремя ты, Лена, ой, как не вовремя… Я: Марков заболел. На этой неделе на работе появляться не планирует. Ленчик: Да, он сегодня написал, что свалился с простудой. Ну хоть об этом оповестил Ленку, которая, кстати, могла вместо меня варить бульон и кормить его с ложечки. Но, может, босс не хочет, чтобы молодая любовница видела его в беспомощном состоянии? Насколько я поняла, их встречи производят на подругу неизгладимое впечатление, где босс внимателен, активен и является образцом позитива. Вряд ли он готов предстать перед ней хрипящим и с насморком. Я: Ты знала, что у него есть сестра? Ленчик: Да. По его словам, у них очень напряжённые отношения. У неё тяжёлый характер. Они плохо ладят. Интересно: ладят плохо, но вчера именно сестра приехала к Маркову и вызвала врача. Или это помощь, исходя из родственных связей? Я: А родители? Отец вроде не очень старый. Почему передал управление компанией сыну? Ленчик: Не знаю. Я не спрашивала. Никакой помощи от Ленки. Неужели за два года они ни разу не говорили о семье? Или Марков не захотел делиться? Меньше знает – проще слиться в итоге. Ленчик: Он не просил тебя за ним поухаживать? Собираюсь написать, что ночевала рядом с боссом, а через два часа вновь поеду в его квартиру, но стираю текст и отвечаю. Я: Нет. Я уже представила, что подруга выкатит список требований, где я должна снять видео жилища, порыться в шкафах и найти доказательства, что жена всё ещё присутствует в его жизни и квартире. Противно. Фу. Я: В понедельник летим в Томск. В командировку. Я, Марков и два заместителя. Ленчик: Он ничего не говорил… А затем несколько злобных смайликов, свидетельствующих о том, что плюсом к больному горлу и паршивому состоянию, пойдёт недовольство любовницы. Пусть сами разбираются. Несколько часов разбираюсь с графиком босса, уже немного ориентируясь в названиях фирм-партнёров и фамилиях. Через месяц или два, когда график, составленный мной, будет контролироваться, переносы станут не такими проблематичными. Месяц или два… Обхватываю голову руками, вспоминаю, что сама себе дала зарок на месяц, а после планировала найти работу и уйти. Но мне здесь нравится: и приёмная, и кожаное кресло, и даже сам босс… И вот последнего быть не должно вовсе. Марков – мужчина Лены. Всё. Принять и держаться подальше. Встряхиваюсь, выключаю компьютер и уже несколько минут тороплюсь к станции метро. И пока еду, анализирую собственные ощущения. Мне однозначно нравится новая работа. Да, в тот самый момент, когда Лена и Марков объявят себя парой, мне придётся куда-то деться. Желательно, совсем. Вряд ли босс оценит мои «шпионские способности», а скрывать тот факт, что знала о его связи с подругой глупо. Не поверит, что я чисто случайно устроилась на работу именно в его компанию. Ещё и с замужеством обманула… Кручу на пальце обручальное кольцо, едва сдерживаясь, чтобы не снять его. Оно не настоящее. Хотелось бы иначе, как, наверное, любой женщине, но увы. Вадим предложение мне так и не сделал, снова и снова повторяя: не время, нужно проверить чувства, проговорить общее будущее, встать на ноги и отложить деньги. Я ведь понимала, что всё это лишь отговорки, но закрывала глаза и ждала. Оказалось, напрасно. Ухмыляюсь, вспоминая, как наставляла Ленку, убеждая, что Капибарчик её дурит, придумывая нелепые отговорки, а сама… Наверное, так и ждала бы, если бы Вадим не завершил наши отношения. Задумавшись, едва не проезжаю нужную станцию, успев выскочить из вагона за секунду до закрытия дверей. Спешу к нужному дому, в моменте вспоминая, что я потеряла ключи. Но мне вновь везёт, и я проскальзываю в холл. Нужно признаться Маркову. Стыдно и страшно одновременно, потому что в его глазах я предстану безответственным человеком, но иначе никак. А если ключи выкрали целенаправленно, чтобы проникнуть в квартиру? Хотя… Обернувшись, сталкиваюсь взглядом с охранником, который едва заметно кивает, признав меня. Чтобы добраться в квартиру к боссу, нужно пройти мимо него. Да и камеры везде имеются. На секунду замешкавшись у двери квартиры, всё же стучу, но спустя несколько минут тишины, нажимаю на ручку и попадаю внутрь. Нужно сказать ему, чтобы закрывал дверь, а то мало ли… – Александр Алексеевич, это Виталина. – Снимаю верхнюю одежду, ботинки и сразу поднимаюсь на второй этаж, предвкушая увидеть болезненного босса. Дверь его комнаты приоткрыта, а из-за неё доносится второй мужской голос, который принадлежит Сергею Семёновичу. – Саш, мой тебе совет – пройди полное обследование. Ангина является последствием слишком насыщенного рабочего графика. – Это сезонное, – с хрипом отвечает босс. – Это сигнал организма, что ему требуется передышка. Не хочешь отдыхать добровольно? Значит, будешь валяться с температурой и ангиной. И хорошо, что так, а не как твой отец. – Мне всего тридцать семь. – Всего? Уже. И судя по тому, что я вижу, ты себя угробишь быстрее, чем он. – Постараюсь протянуть дольше. – Пока стараний не наблюдаю. – Громко прыскает, и я понимаю, что их отношения доверительные. Малознакомый человек вряд ли осмелился отчитывать Маркова. – Тебе нужен надзиратель, который ровно в восемнадцать ноль – ноль будет гнать тебя в шею домой и контролировать график отдыха. – У меня такой уже был. – Это ты о Юле? – Юлианне, – поправляет босс. – И ты туда же, – бурчит доктор. – Какая к чёрту разница: Юля или Юлианна? Ну нет же «называется меня Юлианна», – переходит на писк, копируя женский голос. – Как будто от этого она перестанет смотреть на всех менее высокомерно. – Достаточно, – Марков повышает голос, давая понять, что тему супруги развивать не желает. – Как пожелаешь. Надеюсь, второй раз ты выберешь кого-то более приземлённого. – Уверен, что второй будет? – Даже не сомневаюсь. – И сейчас даже я завидую уверенности, звучащей в голосе Сергея Семёновича. – Это ты сейчас вздыхаешь по Юлианне, пройдёт полгода-год, немного отпустит и зайдёшь на второй круг. – Я не вздыхаю. – А выглядишь так, словно готов сброситься с моста. – Переживаю за акции. За дело отца. Не хочу, чтобы среди акционеров появился левый человек, имеющий право голоса. «Марал Групп» – семейный бизнес. Таким и должен остаться. – Что, упёрлась? – Да. Предложенную компенсацию отвергла, настаивает на продаже третьему лицу. – Найди способ воздействия, чтобы склонить к нужному решению. – Искал. Нет таких. Законных. – А незаконных? – Ты мне сейчас, что, предлагаешь? – Минута тишины, а затем Марков продолжает: – Я привык решать сложные вопросы с помощью юристов. Этот не исключение. – Ну что могу сказать – удачи. Понимаю, что доктор собирается покинуть комнату, делаю несколько шагов назад, а затем уверенно открываю дверь. – Здравствуйте. Я вернулась. – Добрый день, – Сергей Семёнович мило улыбается, являя белоснежные зубы. – Ему немного лучше, но постельный режим соблюдать минимум до пятницы. – Но… – старается возразить босс. – До пятницы, Саша, – чеканит доктор, фыркнув на Маркова. – Виталина, будьте добры, проследите за начальником. – Конечно, – выпрямляюсь, словно всем телом желая показать, что приказ будет исполнен несмотря ни на что. – Лечение прежнее? – Да. Проводите меня, – подхватывает меня под локоть и тянет прочь из спальни. – Виталина, я вас очень прошу оградить его от рабочих вопросов, встреч, звонков и иных дел до понедельника. – В понедельник мы летим в Томск. В командировку. – Тем более. Не так много времени на восстановление. – Я вас поняла. – И звоните, если состояние ухудшится. До свидания. Доктор уходит, я же, застыв на месте, мысленно проговариваю рекомендации и надеюсь, что озвученные шесть дней не я буду нянчить босса. Мне полагается сменщик в виде сестры или Ленки? Оставлю этот вопрос на потом, а сейчас возвращаюсь к Маркову, который выглядит лучше, чем утром. – Вы таблетки выпили? – Закидываю вопросами с порога. – А горло полоскали? Нос промывали? Ели что-нибудь? – Стоп, – по комнате разносится хриплый мужской смех – искренний и приятный. Неужели Марков умеет смеяться? Не верю! – Таблетки выпил, горло полоскал, нос промывал. А вот последнее отрицательно. В холодильнике только твёрдые продукты – глотать не могу, – прикасается к горлу и несколько раз сглатывает, кривясь от неприятных ощущений. – Мне бы что-то жидкое… Вопросительно смотрит, а я думаю, как бы направить босса в сторону доставки, желательно оплаченной им же. – Может, заказать готовое? Думаю, суп-пюре идеально подойдёт. – Отличная идея. А дальше пауза, потому как не совсем понимаю, что нужно сделать. Нет, что делать – ясно, а как сказать мужчине, чтобы заказ оплатил он? И вообще, нормально ли говорить боссу, что у меня совсем нет денег? – Вита? – Да, Александр Алексеевич. – Насколько я понимаю, вы всё уже с собой обсудили, – указывает на моё лицо, – а теперь обсудите со мной. – Тут такое дело… – мнусь, заламывая пальцы. – В общем… Как бы сказать… У меня нет денег. Совсем. Ну то есть нет денег, чтобы доставку оплатить. Вот… – выдыхаю, внимательно смотря на Маркова, который, кажется, слегка дезориентирован. – Не помню, чтобы я говорил об оплате. Или говорил? – Мотаю головой. – Потому что не мог такого сказать. Заказывайте, наличные в ящике комода в прихожей. Мне что-нибудь жидкое и горячее, а вам… сами выберете. – Ага. Не спорю и не задаю дополнительных вопросов, потому что уже через минуту спускаюсь на первый этаж и открываю приложение, чтобы рассмотреть меню. И да, я голодна. Потому что провела ночь у босса и не озаботилась обедом, а после работы сразу поехала к нему. Но он ведь дал добро? Дал. Минут десять уходит на выбор блюд и оформление заказа, а пока жду доставку, заглядываю в тот самый ящик. Мужской кошелёк, в котором достаточно наличности, чтобы рассчитаться с курьером, несколько банковских карт, водительские права и в небольшом кармашке визитка стоматологической клиники. Той самой, в которой работает Лена. А вот и связь, о которой умалчивает Марков. Хотя визитка может быть просто визиткой. Или не в этом случае? Что ж, получается босс действительно тот самый Капибарчик. На работе сухой, сдержанный, серьёзный, с Ленкой – весёлый болтун, одаривающий её комплиментами и обещаниями. В сопровождении тяжёлого вздоха засовываю визитку обратно и реагирую на телефон. Ожидаю увидеть номер доставки, но на экране высвечивается «Ленчик». Отклоняю звонок, но поступает ещё один. Ещё и ещё. А затем приходит сообщение. Ленчик: Открывай, я у твоего подъезда. Чёрт! Подруга не успокоится, а значит, придётся сказать, что я не дома. Но и правду выкладывать нельзя, иначе Лена заставит меня ползать по квартире Маркова с лупой, чтобы отыскать то, чего здесь никогда не было. И пока прикидываю, что написать, Лена звонит снова, а мне приходится ответить на звонок…