Глава 12

Агентство встретило нас ослепительной белизной стен и запахом свежих цветов. За стойкой сидела эффектная женщина лет сорока с безупречной улыбкой:

— Добро пожаловать! Вы к нам по поводу свадьбы?

Арсений взял меня за руку — на этот раз ощутимо, будто напоминая: «Играем роль».

— Да. Регистрация через месяц. Нужно всё организовать с нуля.

Женщина всплеснула руками:

— О, какой короткий срок! Но мы справимся. У нас есть готовые пакеты…

Следующие два часа превратились в калейдоскоп образов, тканей и вариантов. Мы перебирали образцы тканей, выбирали цвет салфеток, обсуждали меню, утверждали эскизы приглашений. Я механически кивала, изредка вставляя фразы вроде «Мне нравится» или «Да, подойдёт», но мысли были далеко.

«Как я объясню всё Тане? Как смотреть ей в глаза, зная, что каждое слово — ложь?»

Когда мы наконец вышли на улицу, солнце уже клонилось к закату. Я глубоко вдохнула:

— Нужно поехать на квартиру. Собрать вещи. И… попытаться всё объяснить Тане. Она наверняка уже дома.

Арсений кивнул, глядя куда‑то вдаль:

— Поехали.

По дороге я то и дело поглядывала на него. Он был непривычно задумчив, даже тише обычного.

— О чём думаешь? — не выдержала я.

— О маме. Она… непростая. Придирчивая. Если почувствует фальшь — нам не поздоровится.

Я сжала пальцами край сумки:

— То есть помимо Авидзбы нам ещё нужно играть влюблённых перед твоей мамой?

— Именно. Но разговор со своей мамой я беру на себя, — он повернулся ко мне. — Только при знакомстве с ней убери кислое выражение лица. Мы влюблены друг в друга. Ты же помнишь?

Я рассмеялась:

— Помню. Просто… как долго мы сможем это поддерживать?

— Полгода. Всего полгода. Потом — свобода.

Квартира встретила нас тишиной. Таня действительно была дома — сидела на кухне с чашкой чая и ноутбуком. Увидев нас вместе, она резко выпрямилась:

— Ну? — только и сказала она.

Я опустилась на стул напротив, сжала ладони:

— Танюш, я… выхожу замуж.

Её чашка замерла на полпути к губам:

— Что⁈

— Через месяц. Это всё так неожиданно…

— Неожиданно⁈ Ты переехала сюда неделю назад! Ты даже парня не упоминала! — её голос дрогнул. — Эля, что происходит?

Я бросила взгляд на Арсения. Он шагнул вперёд:

— Я виноват. Мы не хотели, чтобы всё так… резко. Но я влюбился. Безумно. И хочу, чтобы она стала моей женой.

Таня переводила взгляд с него на меня, явно пытаясь найти подвох.

— Ты… ты серьёзно? — спросила она уже тише. — Вы женитесь? Как, блин, так? Когда вы успели? В чём подвох? Это из‑за Авидзбы?

— Нет, всё серьёзно. Авидзба здесь ни при чём, — твёрдо ответил Арсений.

Она медленно поставила чашку, пристально посмотрела на нас:

— Ребят, что происходит? Вы можете мне всё рассказать. Я — могила.

Я сглотнула, пытаясь подобрать слова.

— Танюш, Арс говорит правду. Мы… любим друг друга, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Таня откинулась на стуле, скрестила руки:

— Так, всё, хватит. Я не поверю в это. И твоя мама тем более. За неделю вы друг друга полюбили — после того как нагрянул в отель Авидзба. Ладно. Я сделаю вид, что поверила вам. Окей?

— Спасибо, — прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

— На свадьбу хоть позовёте? Или это мероприятие только для избранных? — в её голосе звучала горькая ирония.

— Конечно, позовём, — ответил Арсений, глядя ей прямо в глаза. — Ты — близкий человек для Эли. Нам важно, чтобы ты была там.

Таня вздохнула, провела рукой по волосам:

— Ладно. На хрена только в эту квартиру переезжали, если ты съезжаешь теперь к жениху? Как я её оплачивать буду?

— Я буду оплачивать квартиру. Не переживай, — сказал Арсений, глядя Тане прямо в глаза.

— Ладно, — она встала, подошла к окну. — Значит, свадьба через месяц. Ну что ж… По крайней мере, хоть платье красивое надену.

Я подошла к ней, осторожно обняла:

— Прости, что так. Я знаю, это выглядит безумно. Но… я правда стараюсь.

— Верю, — тихо ответила она, не отстраняясь. — Просто… береги себя, ладно? Если что — звони. В любое время.

— Обещаю.

Когда вещи были собраны, мы снова сели в машину. Впереди — встреча с мамой Арсения.

— Готова? — спросил он, заводя двигатель.

Я глубоко вдохнула, выпрямилась:

— Нет. Но делать нечего.

Он сжал мою руку:

— Просто улыбайся. И смотри на меня так, будто я — центр твоей вселенной.

— Это будет сложно, — честно призналась я.

— Для неё — достаточно. Поехали.

Дорога казалась бесконечно долгой. Я то и дело поглядывала на Арсения — он был напряжён, хотя старался это скрыть.

— Как твоя мама… вообще? — осторожно спросила я. — Какой она человек?

Арсений чуть помедлил с ответом:

— Она… требовательная. Привыкшая всё контролировать. Но при этом очень любит семью. Если она почувствует, что между нами нет искренности, будет плохо. Для всех.

Я сглотнула:

— То есть нам нельзя ошибиться ни в жесте, ни в слове?

— Именно. Но надеюсь, ты справишься.

Мы подъехали к элегантному особняку в тихом районе. Дом выглядел внушительно, но не вычурно — строгий, со вкусом оформленный фасад, ухоженные клумбы, аккуратная дорожка к входной двери.

— Ну что, — Арсений заглушил двигатель, — играем?

Я молча кивнула, расправила плечи и вышла из машины. Арсений достал из багажника мои вещи — негромко щёлкнул замок, и он выпрямился, перехватив сумку поудобнее.

Мы сделали несколько шагов по выложенной плиткой дорожке, но дверь дома распахнулась ещё до того, как мы поднялись на крыльцо.

На пороге стояла женщина лет пятидесяти, с безупречной причёской, в строгом, но элегантном платье. Её взгляд — острый, изучающий — мгновенно скользнул по нам. Арсений взял меня за руку.

— Мама, — он шагнул вперёд, — это Эля. Моя невеста.