Глава 47

Демид

-Ты посмотри, сука какая, - бесится Тимур. - Всю свору беспринципных уродов притащил. Страшно представить, сколько он им заплатил!

Руцкой грохнул все свои бабки, которые мог вытащить со счетов на адвокатов.

-Мы проиграем? - Сжимаю до хруста зубы.

-Проиграть не проиграем, но до следующего заседания этот уродец вполне может выйти на свободу.

-Это хуево.

Люба будет нервничать. Да и я тоже буду нервничать! У нас свадьба через неделю.

-А что Сизый? Уехал?

-Нет, - качает головой друг. - Отказался. Мне кажется, что у него кто-то из родных здесь. Или мать или ребенок. Он денег много на разовых счетах держит. Дохера сливает на благотворительность.

-Мда… узнай. Поможем.

-Не говорит. И тут можно его понять.

Вздыхаю. Жалко мужика. Эка его раскатало.

-Всем встать! - Объявляет секретарь. - Слушание по делу гражданина Руцкого объявляется открытым.

И, конечно, свора шакалов разносит наше обвинение в каждой мелочи, где только может поиграть фактами. Это ничего не решает, но выигрывает им время. И у меня уже есть серьезное подозрение, что если Руцкой сегодня выйдет из зала суда, то завтра он уже покинет страну под чужой фамилией.

Говно дело!

Свидетели тянутся бесконечным потоком. У Руцкого они, конечно, тоже находятся. За лишнюю премию, а может, от страха некоторые сотрудники компании несут просто первосортную дичь. Запоминаю фамилии. Между свидетелями завязывается ругань… Никому не хочется остаться с делом о клевете.

-Тишина, - стучит судья молоточком, призывая к порядку. - Гражданин Руцкой, почему ваша бывшая жена не присутствует на слушании? Поясните суду.

-Потому что она предательница и сука.

-Это кто здесь сука?! - Подскакиваю с места. - Если здесь и есть сука, то…

-Успокойся! - Усаживает меня обратно Тимур. - Протестую Ваша честь! Интересы бывшей жены гражданина Руцкого представляю я. Потому что у нее есть серьезные основания не встречаться с бывшим мужем и опасаться за свою жизнь.

-Протест принимается.

Я вижу, что судья на нашей стороне, да и вообще она «своя». Тимур ей когда-то очень помог. Но все равно под напором протестов со стороны защиты Руцкого она выносит решение о повторном рассмотрении дела.

Я тихо пинаю стол перед собой и вылетаю из зала на улицу. Руки трясутся. В груди горит.

Тимур догоняет меня возле дверей.

-Покури и успокойся. - Всовывает сигареты. - Граница предупреждена. Он не покинет страну. А вы с Любой просто переедете в квартиру или вон, к моей матери. Обе квартиры не засвечены. За неделю ничего не случится.

-Его о пустили! Отпустили! - Психую. - А если он решит отомстить?

-Его ведут люди генерала. Все будет нормально.

-Хотел все дела решить до нашей свадьбы с Любой, - говорю убито. - Символично это было бы.

-Мы сделали все, что могли. Я клянусь тебе, что Руцкой сядет.

-И не выйдет, - темнею я.

-Не все сразу, - тихо отвечает друг.

Нас окружают подруги Любы и их мужья.

-Как у вас дела? - Интересуется Старовойт, - Вы уже нашли человека, который примет управление компанией? Имя и фамилия мне нужны до конца месяца.

-Думает человек, - отвечаю, чувствуя, как голова идет кругом от количества «нужно».

-Андрей согласен? - Удивляется Тимур. - Или ты не о нем?

-О нем, - киваю. - Лучше кандидатуры у меня нет.

-Посмотрите, выходят! - Перебивают нас девчонки.

До этого момента стоявшие в сторонке журналисты, срываются к Руцкому. Всем на него на самом деле насрать. Он сам заказал себе издания помаститей, чтобы раздуть скандал.

-Да, я практически оправдан, - вечщает он. - Богат и свободен. Надеюсь, что следующая моя жена будет хорошим человеком.

Сука…

Я прожигаю его спину взглядом полным ненависти и от души желаю смерти. Условный месяц - для меня это слишком долгий срок ожидания. Я хочу уничтожить урода прямо сейчас. У меня бы ничего не дрогнуло, пока я бы перерезал ему глотку.

Но нельзя. У меня семья: дочь, Люба, Пашка…

Руцкой садится в машину.

Я усилием воли заставляю себя переключить внимание, но в этот самый момент мерный шум улицы разрезает звук удара металлов, свиста шин и битого стекла.

-Ебать! - Не сдерживает эмоций друг.

Мы оборачиваемся на звук.

-Кажется, Руцкому пиздец!

Срываемся в сторону аварии.

Из пассажирской двери, дымясь, торчит тачка .

Водитель внедорожника Руцкого в отключке от удара подушек безопасности. Нужно было пристегиваться!

-Вызывайте скорые! - орет Тимур, расталкивая локтями прессу и зевак.

А я застываю возле водительского машины, которая является виновником аварии, потому что за рулем в ней сидит… Сизый. Собственной персоной.

Как вообще это возможно? Его же даже в суде не было!

Рву дверь с петель и прикладываю руки к его сонной артерии...

-Мужики, этот живой, - кричу.

Встречаемся глазами с Тимуром. Он отрицательно качает головой.

Руцкой мертв.

Ну, нельзя сказать, что я расстроен. Но мысль, что авария подстроена не случайно, не дает порадоваться полноценно. Именно поэтому Сизый не уехал? Кто его подослал?

Со стороны проспекта слышен вой скорых.

-Давай, валим отсюда подальше, - подбегает ко мне друг. - На всякий случай. А то есть шанс не как свидетели, а как обвиняемые пойти.

Ну подосрал так подосрал уродец! Бегом возвращаемся в здание суда. Под камеры.

-Нужно будет узнать, куда Сизого увезут.

-Обязательно. Как бы не добили его. Как свидетеля… Он не должен был выжить.

-Везучий гаденыш!