12 глава

Изабель сидела на мягком массивном кресле, одетая в длинную ночную рубашку и, обхватив колени, безразличным взглядом смотрела в окно. Новая входная дверь, установленная за время её отсутствия, была заперта с внутренней стороны, а снаружи горничные стучали без остановки и просили открыть. Она снова закрылась ото всех, окончательно потерявшись в мыслях, после внезапного ответа миссис Бейтс. Она сказала, что сейчас первое декабря, тысяча семисот пятьдесят четвертого года.

На самом деле о нынешней дате Изабель спросила чисто случайно. Все эти странности, окружающие её последние двое суток, начали наводить девушку на смехотворные мысли и воспоминания о фильмах с перемещением в прошлое. А когда миссис Бейтс назвала ей дату, Бель решила, что женщина просто подшучивает над ней, и начала интересоваться у других, но у кого бы она не спросила все отвечали одно и тоже. Доктор Бекер и вовсе смотрел, как на умалишённую, когда девушка растерялась.

Выпроводив всех и заперев комнату, она скатилась вниз, прислонившись спиной к двери. Нервно кусая губы и схватившись за голову старалась найти всему происходящему какое-то логическое объяснение. Это ведь могла быть и шутка.

Да. Точно. Просто неудачная шутка. Бель держалась за это предположение, как за спасательный круг. Скорее всего они поняли, какое впечатление произвели на неё и решили посмеяться, однако это не объясняет, почему её улица за ночь так изменилась. Не объясняет почему люди стали ходить в старинной одежде. Шутка не могла объяснить всего того, что происходило с ней, поэтому девушке пришлось смиренно признать правду.

Это не её Лондон.

Бель не знала куда себя деть. Просидев на холодном полу, она отрешённо перебралась в кресло, где и осталась смотреть на вид из окна. Погружённая в себя, не видела ничего. Ни как начался ливень, звонко постукивающий по двустворчатым окнам, ни как он прекратился.

Она вновь вернулась в дом мистера Агилара и, после произошедшего вчера, уже не спешила так яро его покидать. На теле остались ещё красные отметины, после того, как она в ванне час отскребала от себя липкие следы мужчины.

Изабель не хотела признавать правду. Не хотела верить, что действительно попала в прошлое. Боже! Это же сумасшествие какое-то. Но если дело действительно обстоит так, то что ей делать? Получается, что теперь ей совсем некуда пойти. Здесь у неё нет никого и ничего. А там у неё была хотя бы комната. Было место, куда она могла прийти и спокойно переночевать. Да, родственники не любили Изабель, никогда этого не скрывали, но… всё же у неё был кров. Какой же глупой она была. Ей и правда стоило быть более благодарной тёте, что та не выгоняла её. Позволила остаться в доме, но Бель не ценила. Возможно, за это теперь и расплачивается.

Нужно как-то вернуться назад. Попасть обратно в своё время. Но как? Снова прыгнуть в Темзу? Ведь кажется так она попала сюда, а значит и выход должен быть таким, но, если не получится?.. Она же утонет. Совсем сгинет на дне реки.

" Ну, и ладно, " — безразлично решила Изабель.

Апатия с каждой секундой всё сильней охватывала юную девушку. Разрасталась в ней, а под конец, Изабель стало совсем всё рано, жива она или умерла. Никто её не хватится и не заметит её исчезновения, а если всё же получится, она вернётся к себе. Будет более спокойно относиться к родственникам и снова начнёт копить на отдельную комнату.

Изабель прокручивала эти мысли без особого энтузиазма. Без каких-либо чувств. Ей было попросту всё равно. Она устала. Устала бороться. Бель боролась последние шестнадцать лет, но это не принесло свои плоды. Она пойдёт по течению, а там… будь, что будет.

Ей было всё равно, поскольку она была уверена, что никому не нужна. Она повторяла это себе снова и снова, не слыша, как на протяжении нескольких минут в дверь стучался тот, для кого она была важней всего.

— А мне всё больше нравится твоя невеста, — посмеивался Джейсон над братом.

Прислонившись боком к стене, он смотрел на то, как взволнованный Раян мучил бедную дверь и пытался докричаться до своей возлюбленной.

Как только дворецкий сообщил им, что девушка по непонятным причинам закрылась в своей комнате, Раян резко сорвался с места. Джейсон готов был поклясться чем угодно, что никогда прежде не видел своего брата таким встревоженным и всё больше убеждался, что Раян сделал верный выбор.

— Тебе нужна именно такая жена, чтобы держала тебя постоянно на эмоциях, иначе ты так и умрёшь за рабочим столом среди горы скучных бумаг.

— Мисс Смит, откройте дверь, — не обращая внимание на колкости брата, Раян продолжал стучать и даже сделал предупреждение. — Иначе я буду вынужден снова сломать дверь.

— Снова? — забавляясь от всей этой ситуации, Джейсон вскинул брови вверх. — Я гляжу у тебя личная жизнь налаживается. Мисс Смит, не открывайте дверь. Я хочу посмотреть, как этот зануда ломает дверь.

Не выдержав больше ни минуты, Раян вновь вышиб входную дверь, врываясь в тусклую комнату, которую освещали лишь горящий в углу камин и лунный свет, бьющий сквозь окно в сторону кресла, где неподвижно и сидела девушка.

— Изабель?

Забыв про формальность и про людей, стоящих на пороге комнаты, он встал перед ней и приподнял за подбородок, направляя взгляд на себя.

— Изабель, посмотри на меня… Изабель, — чуть ли не кричал Раян, видя полную отстранённость в серо-голубых глазах. — Что с ней случилось?

Отпустив девушку, разъярённый Раян направился к слугам, потупившим свои взгляды. Они впервые видели герцога таким и не могли ничего сказать, боясь сильней разозлить его.

— Она подходила с этим листком к каждому, — Джонатан единственный, кто оставался спокойным на протяжении всего времени, — а получив ответ, стала странно себя вести и закрылась изнутри.

Агилар взял помятый листок, на котором был написан всего один вопрос: " Какой сейчас год?", и снова повернулся к Изабель. Она так и сидела, не шелохнувшись, словно неживая.

— Раян?.. — осторожно начал Джейсон, но не знал, что сказать.

Молодому человеку было уже не до веселья. Джейсон то думал, что девушка заперлась дабы позлить или поиграть с его братом. Мало-ли как флиртуют ныне девушки, но, кажется, всё обстояло куда серьёзней.

— Оставьте нас, — приказал герцог.

Все тихо удалились из комнаты… почти тихо. Джонатан умудрился как-то удариться головой на выходе.

— Изабель… посмотри на меня, — присаживаясь на корточки перед девушкой и неспешно поглаживая её по волосам, он пытался привлечь её внимание, но она никак не реагировала на него.

А в следующую секунду глаза девушке просто застелила тьма. До чутких ушей из ниоткуда дошёл пиликающий звук, а в воздухе послышался запах больницы. Он проникал вглубь тела и возрастал всё сильней. Стало трудно дышать, словно перекрыли доступ к воздуху. Из ниоткуда начали слышаться голоса. Крики. Суматоха. Они окружали и сводили её с ума. Некоторые показались ей смутно знакомыми, но в этом шуме было сложно что-либо распознать. Все звучали вперемешку, и женщины, и мужчины, пока они не стихли совсем, и остался только один-единственный, который звал её из темноты.

Дышать снова стало легче, а рукам теплее, будто их обнимали.

— Изабель… вернись ко мне, — вновь прошептал страдальческий голос, и Бель наконец смогла узнать его.

Это был мистер Агилар, и словно в подтверждение её домыслов, она увидела Раяна перед собой, когда мрак исчез, и Изабель начала приходить в себя. Только он не держал её за руку, как казалось ей, а мягко гладил по голове. Почти невесомо. И сам он не казался таким болезненным, как голос в её голове. Но все сравнения быстро прошли, когда касания вновь начали ощущаться.

Раян запустил пальцы в её волосы. Нежно и мягко играл с ними, заставив забыть обо всём и прикрыть глаза от удовольствия.

— Почему, ты задавала этот вопрос?

Мужчина вернул тонкий лист, на котором был записан её вопрос. Изабель не сразу узнала его, потому что, всё ещё находилась не в себе, однако прочитав содержимое ещё раз быстро пришла в сознание и вспомнила события последних двух дней.

— Изабель, почему ты написала это?

Раян не опускал взгляд от её лица, дожидаясь ответа, а Изабель не знала, что сказать. Признаться малознакомому человеку, что она каким-то образом попала в прошлое? Бред. Её сразу примут за сумасшедшую и отправят в соответствующую лечебницу. Она и сама стала считать себя такой, что уж говорить о посторонних людях. Нет. Нельзя никому рассказывать. Никому нельзя сознаваться. Просто спросит, как добраться до Темзы, а там будь, что будет.

— Изабель, если ты не ответишь мне в чём дело, я не смогу тебе помочь, — продолжал настаивать Раян.

Он с самого начала понимал, что с этой девушкой что-то не так. Вокруг неё было много противоречий и не отвеченных вопросов. Вспомнить хотя-бы их первую встречу, её одежду, странные предметы в карманах её брюк, слова, сказанные доктору Бекеру о две тысячи двадцатом году, теперь и это. Всё это и правда похудело на некий вид сумасшествия, но то ли любовь застелила глаза мужчине, то ли он вместе с ней сошёл с ума, потому что, Раяна посещало и другое предположение. Невероятное и непостижимое, поскольку непонятно, как подобное могло случиться.

Изабель из другого времени.

" — Мне нужно к Тауэрскому мосту. "

Взяв тонкое перо с изящно вырезанного комода, она поспешно написала и протянула ему листок с мольбой в глазах, будто кроме Раяна ей больше некому было обратиться. И так оно было на самом деле. Она не знала здесь больше никого другого, кому могла бы доверять сильней, чем этому мужчине. С недавних пор он стал единственным, кого Изабель не боялась совсем.

Туманные глаза кричали о помощи, и Раяну хотелось отвести девушку к мосту над Темзой без промедлений. Лишь бы не расстраивать её, однако вести куда-то не зная причины, он не мог, потому спросил открыто, для чего она туда направляется, но Изабель отказалась отвечать.

— Значит, не скажешь, — грустной улыбкой подытожил Раян, задетый молчанием девушки.

Его расстроило не то, что Изабель отказалась говорить причину, по которой направляется к мосту, а то, что она ясно дала понять, что хоть и доверяет ему, но не настолько сильно, чтобы поделиться с ним своей тайной. Что ж…. можно понять почему, ведь влюблён только он.

Изабель не переставала смотреть на Раяна с надеждой и указывать на название моста, будто от него зависела вся её жизнь. Проницательные глаза заполнялись влагой, окончательно обезоруживая мужчину, пытающегося понять, что ей нужно там, и ответ сам по себе всплыл из подсознания Агилара.

Доктор Бекер передавал, что по словам Изабель, перед тем как очнуться, она якобы поскользнулась на Тауэрском мосту и упала в Темзу. И это как раз объясняет почему она была мокрой в тот день. Но для чего ей сейчас…

Нет, это безрассудно.

— Вы ведь не вознамерились прыгать в начале зимы в реку? — спросил у неё и столкнулся с таким взглядом, что сразу всё осознал.

Да, именно это она и собралась делать.

— Вы никуда не пойдёте! — спокойным, но твёрдым тоном заявил Раян, вызвав негодование в Изабель.

Она отлично понимала, что поступает глупо. Прыгать почти в ледяную воду, да ещё и не умея плавать… но что ещё ей делать? Это ведь её единственный вариант вернуться назад. По крайне мере единственный, который ей известен. Она не может сидеть без дела и ждать пока чудо само нагрянет.

" — Мне нужно к Тауэрскому мосту, " — не сдавалась Бель, но Раян оставался непоколебимым.

— Вы никуда не пойдёте, юная леди, и это не обсуждается! Я не позволю вам рисковать своим здоровьем.

" — Почему вы мне запрещаете? Почему не отпустите? Вы спасли меня, и я вам правда очень признательна, но это не даёт вам право распоряжаться моей жизнью. Я взрослый человек и могу принимать решения самостоятельно, " — Изабель писала быстро, вкладывая в каждую строчку переполняющие её чувства и эмоции.

Девушка всегда принимала все решения в своей жизни сама и не привыкла, что ей кто-то что-либо запрещал. Не потому что ей давали свободу выбора, просто последние шестнадцать лет никто не интересовался ею, вот девушка и не привыкла к такому вниманию со стороны. Тем более от малознакомого человека, которого повстречала совсем недавно и…. который за последнее время сделал больше, чем кто-либо ещё.

Будет неправильно опровергать факт. Изабель осознавала, что мистер Агилар сделал для неё очень много, и это её пугало больше всего. С чего вдруг такая доброта к незнакомому человеку? Не может ведь быть, чтобы ей помогали просто так. От чистого сердца. Хотя этот мужчина не походил на плохого человека и вызывал в ней только положительные чувства, что само по себе странно, потому что с людьми она плохо сходилась, но всё же… ему это зачем?

— Вам только кажется, что вы выросли, — взяв худенькие руки, Раян снисходительно улыбнулся, никак не обидевшись на слова Изабель. Да, и на что обижаться? — Я же вижу… маленькую, недолюбленную девочку, которая очень хочет казаться взрослым самостоятельным человеком и пытается принимать соответствующие решения, но только не всегда получается, — в уголках выразительных женских глаз накапливалась влага, а взгляд стал таким болезненным, что у мужчины вновь защемило сердце от боли, нежности и желании вернуть ей всю ту любовь, в которой она так нуждалась.

Ну, ребенок ведь ещё. Немного обиженный на весь мир, потому что Изабель не хотели принимать, но всё равно… ребёнок в теле взрослого.

— Прыгнув в Темзу вы не вернётесь обратно, — перейдя на шёпот, Раян не переставал её удивлять. Он с поразительной точностью умудрялся угадывать все мысли Изабель. Даже то, что она пыталась скрыть. — Я знаю, что вы не отсюда, Изабель, и вы тоже должны понимать, что прыгать в ледяную воду из-за простых предположений не очень разумный поступок. Взрослые так не делают.

" — Откуда вы…? "

— Я сопоставил ваши слова, сказанные доктору Бекеру с тем, что творилось вокруг, и ответ пришёл сам собой. Однако скажу честно, поверить в это очень сложно, поэтому лучше не распространяться. Согласны? — заправляя непослушный локон за ухо, Раян, не переставая шептать, ответил прежде, чем Изабель успела дописать свой вопрос.

Она и так не собиралась никому говорить. Хотела тихо вернуться домой, но незаметно провернуть возможно уже не получится.

Впрочем, получится-не получится, она об этом забыла, когда сильные пальцы на жилисты руках соскользнули вниз к дрожащим губам, и Изабель увидела в небесных глазах, прежде незнакомое юной девушке всколыхнувшееся пламя. По крайне мере, ей не была известна природа этого огня, однако стойкое ощущение, что она его уже где-то видела, никак не покидало её.

Как не покидало Раяна стремление поцеловать Изабель и наконец опробовать вкус её губ, но явное отсутствие ответного желания останавливало его.

Рано. Ещё слишком рано.

— Чудесно, а теперь лучше нам прилечь спать, — хрипло проговорил Раян, вставая и отходя от Бель от греха подальше. — За ночь никуда от вас Темза не денется, — поспешно добавил он, заметив немой вопрос в её глазах. — Поэтому прошу, воздержитесь от побегов и дождитесь наступления утра. У меня есть идея, как помочь вам, нужно дождаться пока прибудут гости и тогда мы всё обсудим.

Гости? Какие гости?

— Не переживайте. Вам не о чем беспокоится. Я здесь. Я помогу вам.

" — Сколько ещё вы будете помогать мне? " — вопрос получился грубым, но после слов мистера Агилара, Изабель стало в разы спокойней.

— Столько-сколько вам будет нужна помощь.

" — Почему вы это делаете? Сколько не думаю, не могу понять, зачем вам помогать мне? "

Прочитав надпись, Раян лишь сейчас вспомнил, что сказал девушке о многом, кроме самых важных слов.

— Разве это не очевидно? Я влюблён в Вас.

***

— Доброй ночи, мисс, — закончив укладывать девушку, миссис Бейтс покинула новую спальню, которую выделили для Изабель в отместку старой с выломанной дверью

После внезапного признания Бель совсем потеряла покой. Она была ошарашена и не знала, как себя вести, куда деть глаза, что сказать, точнее написать при следующей встрече с мистером Агиларом. Ей впервые кто-то признался. Бывало приглашали на свидания или хотели познакомиться, но она отказывала, потому что ей было не до свиданий.

Но чтобы кто-то говорил о любви?..

Девушка сначала решила, что он просто шутит над ней. Не посмеивается злорадно, потому что Изабель не представляла будто этот мужчина мог так поступить, но всё-таки… разве мог ею заинтересоваться такой человек. Мистер Агилар взрослый мужчина, который ни в чём не нуждается, а она… Он же ничего о ней не знает, разве могут за день возникнуть столь сильные чувства? «Не могут», — повторяла она себе, но он так смотрел на неё. С такой теплотой, восхищением и нежностью, пробирая её до дрожи. Никто и никогда не смотрел на неё так.

Договорить им тогда не дали. Джонатан прервал их, сказав, что у него важные новости для Раяна, и ему пришлось уйти, но он обещал, что они поговорят утром и об этом.

После ухода хозяина дома, Изабель провели в новую, более просторную комнату. В противоположную сторону от входа стоял изящный туалетный столик с круглым зеркалом. Стол был высечен из массивного дерева и украшен аккуратно вырезанными узорами. По обе стороны от него распашные стеклянные двери с выходом на балкон. По середине комнаты стоял маленький круглый столик, вырезанный из того же дерева, что и туалетный, и украшен вазой с цветами. Широкая мягкая постель занимала обширную часть помещения, а в противоположную сторону от неё находился пылающий камин, который был несколько больше, чем в прошлой комнате. Несколько картин с пейзажами и портретами украшали стены, а на тумбах красовались вазы с цветами и статуэтки.

Всё обстояло куда уютней, чем в прошлой комнате, и в другой момент Изабель не опускала бы восхищённого взгляда, поражаясь тому, как раньше жили люди, но она словно зомбированная легла в постель, полночи ворочаясь с одной стороны в другую, пока бархатный голос подгоняемый ветром повторял фразу: "Я влюблён в Вас", а сияющие глаза преследовали девушку, как бы она не пыталась от них скрыться под тёплым одеялом.