Глава 19. Размытые границы

Я вошла в кабинку для переодевания и, как только за мной закрылась дверь, тяжело выдохнула, опираясь спиной о деревянную панель. Мне просто необходимо восстановить внутреннее равновесие.

Ну и денёк.

В голове всё ещё шумело — то ли от перепада температур, то ли от событий последнего часа. Поцелуй Антона, вспышка раздражения, Макс, вытаскивающий меня из воды, разборки, Полина с её «у нас с Максом всё серьёзно».

Всё это звучало как плохая драма на вечернем телеканале, где главная героиня страдает, её бывший муж набивает морду её новому ухажёру, а соперница кидает едкие комментарии, закатывая глаза.

Проблема в том, что я — это главная героиня. И в отличие от героинь сериалов, мне никто не пишет сценарий с идеальным финалом.

Я тряхнула головой.

Меня не должно волновать мнение Полины.

И тем более меня вообще не должно волновать, что там чувствует ко мне Макс. Жалость, ностальгия, долг или что-то ещё. Он ушёл. Не стал бороться за нас. И сейчас я ему не нужна. Значит, я вообще не должна о нём думать.

Я приехала на эту базу, потому что мне нужен был отдых. Потому что я упахалась на работе, подменяя всех подряд, даже учителя французского, а я и французский — это катастрофа в трёх актах! Потому что брала дополнительных учеников на репетиторство, заполняла бесконечные отчёты, разбиралась с документами.

Я работала, как проклятая.

Так что единственное, что я должна — это расслабиться и набраться сил перед новым годом. У меня на это всего несколько дней!

Но эта мысль почему-то не принесла облегчения. Вместо этого меня накрыло глухим отчаянием.

Вместо отдыха я стою в кабинке, дрожу в мокром купальнике и пытаюсь понять, когда моя жизнь превратилась в этот странный балаган.

Я что, никогда не расслаблюсь? Фыр-фыр-фыр и на ручки? Без обязательств, без страхов, без мыслей о счетах, налогах, ипотеке? Просто взять и… быть счастливой?

Неужели никогда не встречу человека, который скажет: «Ты мне нужна», «Я тебя люблю» и… «Я хочу от тебя детей»?

Я глубоко вдохнула и стиснула зубы.

Мокрый купальник лип к телу, заставляя вздрагивать от холода.

Надо переодеться. Потом — вернуться в домик. Закутаться в плед, налить себе бокал вина. Жалко, Маши тут нет. Она бы уже придумала план мести Полине или стратегию, как заставить Макса страдать.

Да, закроюсь в домике и… стоп.

Я в шикарной спа-зоне. У меня есть полчаса бесплатного массажа, куча видов бань, соляная комната, купель, джакузи, бассейн. И я что, собираюсь всё это бросить и ныть в домике?

Прятаться под пледом, с головой уйдя в книгу, делая вид, что сегодняшнего дня не существовало?

Нет.

Объявляю войну всему, что пытается вывести меня из себя.

Кстати… Антон.

Он меня поцеловал.

Эта мысль ворвалась в голову, как неожиданно включённая сирена, и я на секунду замерла, пытаясь осознать, какие эмоции вызвал у меня этот момент.

Была ли у меня дрожь в коленях? Кажется, нет, хотя в воде непонятно.

Стукнуло ли сердце где-то в области горла, перехватывая дыхание? Стукнуло, что-то где-то точно стукнуло!

Ощутила ли я тот самый ураган чувств, который обещают книги и фильмы? По-моему, нет.

Была буря. Определённо. Но не та, что должна быть. Скорее смесь удивления, раздражения и чего-то похожего на лёгкое головокружение, но от неожиданности, а не от удовольствия.

Может, я просто слишком долго была одна и разучилась любить? Пять лет. Это много или мало?

С одной стороны, это огромный кусок жизни. За пять лет можно сменить профессию, переехать в другую страну, выучить три языка и стать чемпионом по шахматам. А можно просто жить — день за днём, работа-дом, дом-работа, иногда встречи с Машей, редкие попытки развлечь себя чем-то новым…

Но пять лет без любви — это много или мало?

Или дело не в годах, а в том, что я просто ещё не встретила своего человека? Подумаю об этом в бане, хватит дрожать от холода.

Я решительно распахнула дверь, собираясь выйти из кабинки, как… смачно залепила ею прямо в лоб Максу.

— Чёрт! — выругался он, схватившись за голову.

— Ой! — Я отшатнулась, прижимая руку к губам. — Ты что здесь делаешь?!

— Пошёл тебя проверить… — буркнул он, потирая лоб. — Двери ты открываешь знатно. Из тебя вышел бы отличный вышибала.

— Сам ты вышибала! Дай посмотреть… — я автоматически шагнула ближе, вставая на цыпочки, чтобы разглядеть, насколько сильно я его зацепила.

И вдруг поняла, что мы оказались слишком близко.

Горячее дыхание Макса коснулось моей щеки, и от этого мне вдруг стало жарко, хотя я только что замерзала.

Макс замер.

И я тоже.

Мои пальцы замерли у его лба, но я не отнимала руки.

Сердце бешено застучало в груди.

— Ты… в порядке? — мой голос предательски дрогнул.

Макс чуть прищурился, глядя мне в глаза.

— Ты беспокоишься обо мне, Птица?

Я хотела фыркнуть, сказать что-нибудь колкое, но во рту вдруг пересохло.

Макс не двигался. Но его взгляд…

Я почувствовала напряжение. Оно окутывало нас, сжимало, не давало вдохнуть.

Я вдруг осознала, как близко к нему стою.

Какой он горячий.

Как сильно стучит его сердце.

И если он сейчас опустит голову чуть ниже…

Я сделала резкий шаг назад.

— Я в баню, — выпалила я и схватила полотенце.

— Любишь погорячее? — сказал он со своей этой хрипотцой, которая пробирает до самого нутра.

Я сжала полотенце крепче.

— Баня, массаж, соляная комната… что угодно, но не ты, Макс.