33

Она засыпает рядом. Роняет голову на мою грудь, прижимается теснее. Ее маленькая ладонь замирает на моем животе. Дыхание тихое, ровное. Она вся безмятежная.

Так странно. Девчонка пробуждает внутри самые дикие инстинкты, но именно рядом с ней нахожу настоящий покой. Расслабляюсь.

Только сейчас сон нихуя не идет. Прокручиваю прошлое по кадрам. Вчерашний день оказался пиздец долгим.

+++

– Я знаю, кто под вас копает, – сказал киприот.

И я подумал на Резника. Самый очевидный вариант. Особенно с учетом того, что тот ублюдок уже просек начало моей игры на его поле.

Я не скрывался, не путал следы. Зачем? Пусть сука знает, кто ему кислород перекроет. Год жизни, блять. Такое не прощается.

– Это не Волков, – продолжает киприот. – Конечно, у него тоже есть серьезный интерес прижать вас, и ряд действий с его стороны предпринят, но к задержанию Щербакова он никакого отношения не имеет. Как и силовые структуры. Приказ отдан выше.

Он выразительно смотрит наверх.

– Вижу, ты в курсе всего.

– Я работаю на заказчика, – спокойно выдерживает мой взгляд и прибавляет: – Не за деньги.

Теперь понятно, откуда у него такая идеальная биография. “Костас Раптис” сделан под контролем из самого центра власти. Держат его крепко.

– Кто?

– Его имя ни о чем не скажет.

– А ты назови, – выдаю. – Поглядим.

– Рано об этом говорить. Он в тени. За кадром. Всегда предпочитает управлять со стороны. И выбрал вас в свою команду.

– Я работаю один.

– Я тоже, – киприот усмехается и мрачнеет: – Работал. Но одному против него не справиться. Думаю, пока будет достаточно той информации, которую я дал.

Нихуя ты не дал.

Что за гнида решила диктовать мне условия?

Многим я дорогу перешел. Так сразу и не выявить, откуда роют. В политику не лез, но какого-то чиновника мог нагнуть по ходу очередной схемы.

– Я расскажу больше при условии успешного сотрудничества.

– Ты так легко сливаешь своего… заказчика, – кривлюсь.

– Хотите гарантий?

– Крысы доверия не вызывают.

– Вам бы ближний круг проверить.

И он называет все оффшоры, через которые отмываются деньги. Каждую блядскую компанию. Перечисляет по памяти схему за схемой.

– Вы собираетесь полностью легализовать бизнес, но это не входит в планы моего заказчика, – заявляет киприот. – Он считает ваш потенциал больше подходит для карьеры в криминальном мире. Там нужны люди с жесткой хваткой.

Охуеть расклад.

Про крысу я и раньше подозревал. Когда меня под арест взяли. Но ближний круг на это и ближний, что каждого мы с Мироном проверили лично. Случайных людей там нет. И все же падаль завелась. Еще и замаскировалась хорошо. Пригрелась, блять.

– Теперь вы понимаете, кому напрямую обязаны тем, что попали в тюрьму. Кто пустил в ход раскрутку одной из ваших схем. Он хотел проверить, как вы будете действовать и остался доволен результатом. Вы справились отлично. Еще и сами выбрались.

– Почему ты решил выложить мне все это? Предлагаешь вместе играть против твоего босса. Откуда столько доверия?

Откидываюсь на спинку стула. Продолжаю наблюдать за киприотом.

Тот спокоен. Невозмутим.

– Ты знаешь, как я решаю вопросы, – подвожу итог.

Досье мое наверняка изучил. Понимает, что может вообще не выйти из этого кабинета. Нахуй мне теперь ликвидатор? Тут проблемы покруче нарисовались. Такое нужно на корню рубить.

– Знаю, – кивает. – Поэтому и предложил дружбу.

– Чего хочет твой босс?

– Я должен сказать, что за ликвидацию фирмы мало заплатить по счету. Есть еще одно пожелание. Сегодня в город вернулся человек, которого нельзя трогать. Он недавно освободился из тюрьмы.

Что за херня?

Такого ответа точно не ждал.

– Я не готов рисковать, – добавляет киприот. – Уверен, иначе мы бы не договорились и вы бы не приняли эти условия. Но теперь, когда вы в курсе полной картины, сдержать ярость будет проще.

– Откуда этот тип вышел? – чутье внутри обостряется, под ребрами будто когти скребут. – Из какой тюрьмы?

– “Яма”.

– Что, блядь? – оскаливаюсь. – Оттуда никого не выпускают. Там всегда билет в один конец.

– Мой заказчик серьезный и влиятельный человек. Для тех, кого он высоко оценивает, везде могут сделать исключение. Даже в “Яме”. Ошибка следствия. Было бы желание и ресурсы, а путь отменить статью и получить свободу найдется.

Я в курсе. Сам такое проходил. Но сука, не в “Яме”. Туда по таким статьям отправляют, что нихуя сделать нельзя. Назад не повернуть.

Кого же оттуда вдруг вытянули?

Ответ бьет в голову еще до того, как киприот сам все подтверждает:

– Вы хорошо знаете этого счастливца. Вы даже лично работали с ним десять лет назад. До его ареста за резню в центре столицы. Говорят, были друзьями.

Пауза.

– Дикий.

Кровь в затылок врезает. Кулаки сами собой сжимаются до хруста.

– Демьян Дикий.

Киприот продолжает говорить, но я больше не слушаю. Нутро переполняет дикая жажда убивать. Челюсти поскрипывают, а десна саднят.

Давно меня так не накрывало. Никогда не накрывало.

Были друзьями. Да. Были, блядь. Вышел, значит. Сука. Ну ничего. Недолго ему на свободе кайфовать. По ходу что Шейху, что Резнику придется в очередь встать. Да и той твари, которая меня прогнуть собирается, тоже теперь подождать надо.

Такой шанс. Довести до конца то, что десять лет назад не успел.

Запах крови уже дурманит.

– Я представляю, о чем вы сейчас…

– Нет.

– Я тоже терял близких людей. И если говорить о деле Дикого, то там все не так однозначно.

От последнего слова меня взрывает.

Встаю так, что стул отлетает назад. Перегибаюсь через стол и хватаю киприота за глотку. Рывком его на ноги вздергиваю.

– Там рядом фонтан был, – сквозь зубы бросаю. – В нем вода цвет поменяла. Кровь в трубы попала. После той резни много натекло. Бывалые менты внутрь клуба зайти не могли. На пороге блевали. Все там блядь однозначно. Показания свидетелей. Записи с камер. Тогда дело на всю страну прогремело. Банду быстро взяли.

– Слишком… быстро, – хрипит.

Стоит огромного труда не придушить его. Не переломать позвонки. Так и тянет сильнее сжать пальцы.

Хотя шея у гада крепкая.

– Он… не верит.

– Он?

– Мой заказчик.

Отпускаю его, отталкиваю обратно в кресло.

Ну да, конечно, какой-то хуй с горы знает о тех событиях больше меня.

Киприот прочищает горло.

– Он бы не стал делать ставку на отморозка. Поверьте моему опыту. Я не первый год с ним работаю. В команду он отбирает людей по определенному принципу. Дикого давно присмотрел и долго добивался того, чтобы его выпустили на волю.

– Твой босс проебался, – отрезаю. – Дикий виновен.

– Время покажет. Но на будущее, – киприот медлит и скоро становится ясно почему он не сразу продолжает: – Он хочет, чтобы вы опять работали вместе. Не сразу. Но снова начали вести общие дела.

– Этого не будет никогда.

Потому что Дикий сдохнет. Скоро.

– Нельзя его трогать, господин Черный, – киприот смотрит на меня так, будто и правда верит, что сможет остановить. – Я доложу заказчику, что вы приняли мое условие.

– Нихуя.

Если тот высокопоставленный уебок так долго рыл под меня, то должен понимать, какой ответ получит.

– Вы же понимаете, что он пойдет на любые методы воздействия. От его предложений не отказываются. Пока игра на той стадии, что лучше соглашаться и наблюдать.

Раньше я бы решил вопрос иначе, но сейчас…

Думаю не только про себя.

– Скажи ему, что я даю Дикому неделю. Пусть решает свои вопросы и уебывает на хер из страны. Если не успеет, то это его проблемы.

– Я рад, что мы друг друга поняли.

+++

– Чего он хотел? – спрашивает Мирон, когда киприот уходит.

– Дикий на свободе.

– Какого хера?

Друг охуевает не меньше, чем я.

– Выясни, – кривлюсь. – Кто ему так помог и почему никто из нас ни черта об этом не знал до сегодняшнего дня.

– Я отправлю людей…

– Зачем? Он уже в городе.

Прохожусь по кабинету. Разминаю кулаки. Вечером покер с Джамалом, и это как раз в тему. Кроме карт будет ринг. Самое время размяться.

– Лучше бы разобраться с тем, почему вдруг из “Ямы” стали выпускать заключенных. Еще и статьи за массовые убийства отменяют, признают ошибкой следствия.

– Разберусь, – кивает Мирон.

– Оттуда бежал кто-нибудь? – бросаю взгляд в окно. – За последние десять лет были случаи?

– Из “Ямы”? – хмыкает. – Ты серьезно?

– Проверь.

– Исключено. Там такая охрана, что… если кто и пытался, то явно бы не вывез. Это самая жесткая тюрьма страны. Ты же помнишь, как мы все пробивали. Искали пути. Без вариантов.

– Похуй, проверь.

– Сделаю.

– Заодно узнай про другие случаи. Может еще кому статью отменили. Может по амнистии выпустили.

– Только не оттуда, Руслан.

– Херово мы все пробиваем, – поворачиваюсь и смотрю на него. – Крыса в ближнем круге завелась.

– Это тебе киприот сказал?

– Надо найти гниду.

– Пиздит он, – отрезает Мирон. – Когда тебя взяли, я же всех перетряс. Одного за другим. Каждый канал проверил. Даже Джамала, а он ведь с нами начинал.

– Про Дикого не спиздел.

– И что?

Я смотрю на часы.

– Вечером будет еще один игрок. Надо стул добавить.

Мирон мрачнеет. Покер у нас для “своих”. Закрытые встречи. Когда он понимает, что этим вечером там прибавится еще один “свой”, пусть и выбывший из ближнего круга, мрачнеет намного сильнее. Головой качает.

– Он не придет, – бросает. – Он не мог до такой степени охуеть.

– Он охуел, когда вернулся в город.

– Ты же понимаешь, что тебе… нельзя, – наконец, выдает Мирон. – Если его найдут мертвым, ты первый к кому придут.

– У него хватает врагов.

– Руслан.

– Я в тюрягу больше не собираюсь.

– Тогда не стоит вам пересекаться.

– Что может пойти не так? – усмехаюсь.

– Ты уверен, что сможешь сдержаться?

Конечно. Впереди неделя. Нужно понять, как все сделать так, чтобы ни одна тварь нихуя мне предъявить не смогла.

И я пойму. Сделаю. Дикому не жить.

– Ты за девчонкой присмотри, – говорю.

В клубе нет связи. Вечер точно затянется. А оставлять Таю без присмотра я не намерен.

Мирон кивает и удаляется. Он явно не в духе, потому как чует, что большую часть общения с киприотом я держу при себе. Но обсуждать его сливы в деталях рано. “Раптису” доверять нельзя. Когда лучшие друзья предают, от левых уебков ждать нечего.

+++

– Этот клуб тоже продашь? – спрашивает Джамал.

– Для покера оставлю.

На ринге бой идет. Два пацана сражаются за титул чемпиона. Резво работают кулаками, но техники им не хватает.

Толпа вопит. Каждый болеет за свою ставку. Шлюхи вертятся на шестах. Во всю грохочет музыка. Клубы кальянного дыма поднимаются над нашим столом.

– Не тянет? – киваю в сторону ринга.

– Я давно завязал, – отвечает Джамал и затягивается, выдыхает белые клубы в потолок.

Он чемпион. Не только по боям без правил. Профессиональный боец. С теми сопляками, которые выходят на ринг сейчас, ему скучно. Да и главная сфера поменялась.

У Джамала давно собственный бизнес.

Мы начинали вместе. С самого низа. С нуля.

Мог ли он быть крысой? Это как подозревать самого себя. Или Мирона. Пиздец полный. Но по факту под подозрением каждый.

– Добрый вечер, – сладко тянет размалеванная девка, направляясь ко мне. – Я могу очень…

Под моим взглядом она затыкается и переключается на Джамала, который вдруг отрицательно мотает головой.

– Красавица, ты сюда двигай, – подзывает ее Эльдар, расположившийся за соседним столом с другими приятелями из нашего ближнего круга. – Отсоси на удачу. Чую мне сегодня светит крупный выигрыш.

Наблюдаю за Джамалом.

Сколько девок он здесь перетрахал. И не только шлюх. Пачками девах снимал.

Резкая перемена.

– Что так? – спрашиваю.

– Надоело, – кривится и снова кальяном дымит. – Утром одна, вечером другая. И все такие… одинаковые. В глазах как в игровых банкоматах бабло щелкает. В башке пусто. Не цепляет.

– Как ее зовут?

– Чего? – переводит взгляд на меня.

– На кого ты запал?

– Руслан, – усмехается. – В нашем бизнесе не до нормальных отношений. Сам понимаешь.

– Почему?

– Потому что тем девушкам, которых мы реально хотим, нужно держаться от нас подальше.

Выпиваю стакан виски залпом.

– Блядь, – резко бросает Джамал и смотрит вперед.

– Что такое?

– Сам погляди.

Короткого взгляда в сторону ринга хватает. В момент выхватываю нужную фигуру. Просто усмехаюсь и наливаю себе новую порцию виски.

– Подожди, – хмурится Джамал, оценив мою реакцию. – Ты уже в курсе?

– Дикий на воле.

– Да, и он сука здесь, в клубе, – чеканит и сжимает кулаки. – Я этого уебка лично отсюда вышвырну на хер. Как он, блять, вырвался вообще? Сбежал?

– Выпустили, – пожимаю плечами. – Я его ждал.

– Руслан…

– Эй, вы о чем? – слышится голос Эльдара. – Что за приколы про Дикого?

– Никаких приколов, – хмыкаю. – Он пришел сыграть с нами в покер.

Джамал опять занимает место рядом со мной, а Эльдар оттягивает от себя девку и поспешно застегивает брюки.

– Но он… он же…

Эльдар приближается вплотную. Оглядывается назад, пытаясь понять, куда именно смотрит Джамал, а потом снова смотрит на меня.

– Валить его надо, – цедит.

– Эй, а деньги? – стонет девка.

Он не глядя бросает ей пачку смятых купюр, берет стул и присаживается напротив нас с Джамалом. Остальные тоже подтягиваются, обступая стол вокруг.

– Валить гниду, – повторяет Эльдар. – Я за телефоном выйду. Ребят своих вызову. Они этого урода быстро упакуют.

– Нет, – усмехаюсь и обвожу всех взглядом. – Никто отсюда не уйдет.