55

Тая. Прямо на пороге моего дома. Я бы мог решить, что это алкоголь, но сегодня еще к бутылке не прикладывался.

Блядь. Охуеваю от того, что вижу по камерам.

Она приехала. Сама. Вот это вечер.

– Босс, провести Таисию Александровну к вам? – откашливается охранник.

– Свободен, – бросаю, не глядя. – И смотри, чтобы никто у меня под ногами не путался.

Выхожу ее встречать. Ни черта не соображаю. Такая эйфория затапливает. Просто от того, что вот она. Рядом. Здесь. Передо мной.

Жадно выхватываю глазами хрупкую фигуру. Прохожусь по ней взглядом. Ловлю каждую деталь.

Шумно воздух втягиваю. Ее запах льется в мои легкие. Нежный. Чистый. Шальной. Голову кружит покруче самого крепкого виски. Пульс взрывается от одного ее вида. Темные волосы по плечам струятся. Зеленое платье подчеркивает каждый изгиб.

Хуй знает, как ей удается. Скромно одета. Все прикрыто. Ни вырезов, ни разрезов. Только меня пиздец ведет. Руки сами вперед тянутся. К ней.

– Подожди, Руслан, – говорит.

И я застываю.

Дотронуться хочу. Нет. “Хочу” мало. Сдохну прямо тут, если не почувствую ее тепло под своими пальцами. Так это все ощущается.

Но под ее взглядом приходится сдать назад.

Глаза эти проклятые. Всегда меня ими держит.

Вижу, как хмурится, напрягается вся. Губы поджимает. Сумку свою маленькую стискивает. Обламывает на раз. Отстраняется.

– Нам нужно поговорить, – заявляет.

– Пойдем, – киваю. – Поговорим.

Дверь перед ней распахиваю. Пропускаю вперед. Страха в девчонке не чувствую. Тая вроде спокойная с виду, но напряг все равно ощущается. Опять отгораживается от меня, будто стену между нами выстраивает.

Тянет по этой гребаной стене пройтись кулаками. Все преграды разрушить.

Она проходит дальше. Осматривается. Поворачивается ко мне. Смотрит так, что кровь по затылку бьет. Опять и опять. Пульс ебашит на полную.

Что ей не нравится? Слишком близко стою?

Она сдавленно выдыхает и присаживается в кресло. Точно. Подальше от меня располагается, на безопасном расстоянии. Еще и стол между нами теперь. Так ей надежнее.

– Глеб сказал… – заявляет Тая и замолкает.

Нижнюю губу закусывает. Нервничает. Пальцами в сумку свою впивается, подергивает узкий ремешок.

– Слышала, ты перегибаешь, – сглатывает. – Я твою работу не понимаю. Не знаю, чем именно ты занимаешься. Но я так поняла, там все вышло из-под контроля.

В кресло вжимается, будто опору ищет. Опять переводит взгляд на меня. Мощно прикладывает. Глаза у нее огромные. Невозможные. Ни у кого таких нет. И только моя Тая умеет так смотреть.

– Это может плохо закончиться, – продолжает тихо. – Я волнуюсь. За твое состояние и поступки. За все. Пожалуйста, остановись, Руслан.

Раздается вибрация.

Тая вздрагивает. Расстегивает сумку, достает телефон. Медлит пару секунд, а потом сбрасывает вызов. Быстро набирает сообщение, отправляет. Убирает мобильный обратно.

Что, женишок названивает? Ебучий Андрей.

Кольцо поблескивает на ее пальце.

Изнутри такая злоба поднимается, такая дикая ярость прет, что сам не понимаю, как держусь. Только кулаки сжимаются, костяшки похрустывают.

Сдернуть бы с нее это гребаное кольцо. Содрать зубами.

Но я сам виноват. Упустил момент. Заигрался. Мне даже ее слова крыть нечем. Она, блять, по всем фронтам права.

– Не хочу, чтобы ты творил… нехорошее, – роняет Тая. – Знаю, ты уже вышел за все допустимые рамки. Иначе бы Глеб ничего бы не стал мне говорить. Проблема очень серьезная.

Ее телефон опять вибрирует. Короткий сигнал. Не звонок.

Она убирает сумку в сторону. Сцепляет пальцы в замок. Опять губу покусывает, еще и языком по ней проходится. Быстрое движение, едва уловимое. Но мне хватает.

Хуй поднимает в момент.

Гребаный ад.

Моя женщина здесь. А я даже дотронуться до нее не могу. Нутро огнем обпекает. И дело не в каменном стояке. Мне вся она нужна. Вся! Прямо сейчас.

– Прошу тебя подумать, – прибавляет Тая. – Обо всем.

И опять на меня смотрит. Пристально. Строго.

Блядь. Против этих глаз никакого оружия нет.

– Твое поведение создает много рисков, – говорит она. – Для других. Для тебя. Это плохо. Пожалуйста, прекрати.

Повисает пауза. Тишина давит.

– Ты только мою работу пришла обсудить? – спрашиваю.

– Да, это важно, – кивает.

Шагаю вперед. Подступаю прямо к столу между нами.

Она напрягается сильнее, поднимает голову. Судорожно выдыхает. Наблюдает за каждым моим движением, распахивая глаза шире.

– Руслан…

– Я люблю тебя, Тая.

Она отводит взгляд. Смотрит куда-то в сторону. Медленно качает головой, от чего ее волосы колышутся. Так и манят ухватить за густые локоны, сжать в кулак. Склониться и вдохнуть аромат.

– Люблю, – повторяю.

– Не надо, – закрывает глаза. – Слишком поздно, Руслан.

– Что – поздно? – бросаю хрипло. – Чего ты боишься? По работе я все вопросы разрулил. Тебе беспокоиться не о чем. Не бери в голову то, что Глеб рассказал. Это тоже решу. Все будет нормально. Никакой серьезной опасности уже не будет. Обещаю.

Молчит.

– Ты слышишь меня?

В этот раз я не собираюсь настолько легко ее отпускать. Сама пришла. Значит, так просто не уйдет. Мы все выясним до конца.

– Я объяснил, – говорю. – Знаю, виноват. Был не прав. Ничего лучше не придумал в тот момент. Мне казалось, ты поймешь. Не собирался я жениться или развлекаться на стороне. Другие мне не нужны.

– Я, – нервно усмехается и взгляд поднимает, прямо смотрит.

В ее глазах столько всего вспыхивает, что я теперь самого себя грохнуть готов. За то, как далеко тогда зашел. За то, что наворотил.

– Теперь мне терять нечего, Тая, – чеканю.

Ногой отодвигаю стол между нами.

Тая вздрагивает. Смотрит. Глаза в глаза.

Опускаюсь перед ней. Обнимаю ноги. Лицом в ее живот утыкаюсь. Вбираю тепло. Жадно втягиваю воздух.

Моя ты. Моя. Не отпущу. Не отдам. Разве не понимаешь?

– Ну прости, – выдыхаю.

– Ты не понимаешь, – роняет тихо.

– Все понимаю.

Чувствую, как она напрягается в захвате моих рук. Подрагивает. Мелко, едва заметно. Ее дыхание сбивается, становится рваным и прерывистым. Тая слабо вырывается, а потом застывает, больше не делает ни единой попытки освободиться.

Тоже не двигаюсь. Даю ей время. Нельзя нарушить момент.

Тянет сорваться. Покрыть всю ее поцелуями. Содрать это платье, до нежной кожи добраться и пусть только попробует выдать хоть одно “нет”. Тянет – пиздец. Но я застываю на месте. Не тороплю. Выжидаю.

Тяжело ей. Знаю. Нутром это ощущаю. Тяжело, блять. И все благодаря мне. Сам до такого довел. Причинил вред той, которая для меня важнее всего на свете.

Вдруг будто током ударяет.

Ее пальцы дотрагиваются до виска. Медленно скользят. Легкое прикосновение, почти невесомое. Узкая ладонь замирает на мне. Теплом обдает.

Она делает судорожный вдох.

– Нет, Руслан, – выпаливает. – Не могу.

– Почему?

Отстраняюсь от нее, чтобы увидеть лицо. Но ее ладонь на своей щеке удерживаю, накрываю пальцами. Не хочу разрывать прикосновение.

– Просто… – запинается.

Ее глаза сверкают. Ресницы дрожат.

– Тая, – говорю.

– Нет, – зажмуривается, головой мотает. – Нет.

– Почему?

Пальцы ее чуть сильнее сжимаю. От этого моего жеста она лишь еще больше напрягается. Прямо подрагивает вся.

– Ну не могу я, – роняет глухо, зажмуривает глаза, будто пытается свои эмоции внутри удержать. – Просто не могу.

Руку из моих пальцев выдергивает.

Перехватываю тонкое запястье. Действую мягко. Вторую руку тоже захватываю. И даже похуй, что там чужое кольцо. Это, блять, ненадолго. Зажимаю хрупкие ладони. Крепко держу.

– Скажи, что не любишь меня, – чеканю.

Она молчит.

– Тая, – зову.

Отворачивается.

Накрываю ее затылок ладонью, разворачиваю к себе.

– Посмотри на меня. Открой глаза. Давай, говори. Скажи, что не нужен тебе. Пошли меня нахуй.

Смотрит. В упор. А потом губы ее вдруг дергаются. Нервно. Болезненно. Ресницы подрагивают. На щеки срываются прозрачные капли.

Блядь. Пиздец. Она плачет.

– Тая, – сам свой голос не узнаю. – Теперь все между нами иначе будет. Никакой боли. Нечего тебе бояться.

Подаюсь вперед и прижимаюсь губами к ее щеке. Слезы ртом собираю. Поцелуями снимаю соленые капли.

– Моя ты, моя, – припечатываю. – Не плачь.

И продолжаю ее зацеловывать. Осторожно. Нежно. Держу рефлексы под контролем. Не хочу спугнуть. Загоняю звериные порывы глубже. Окружаю ее только лаской.

Она напрягается под моим напором. Сперва. А потом подается. Слегка. Открывается навстречу. Не делает пока ни единого жеста, но я уже чувствую перемену. Различаю отклик. Слабый, едва заметный. Но меня и от этого коротит.

Пьянею. От ощущения ее кожи. От тепла ее тела. От легкой дрожи, которая по ней разливается от моих прикосновений. А ее аромат окончательно добивает.

Она расслабляется под моими руками. Отзывается на мой зов.

– Люблю тебя, – шепчу как безумный. – Люблю.

Для нее это хочется повторять. Раз за разом. Пусть она почувствует. Поверит. Поймет. Я свое слово держу.

– Руслан, – роняет тихо.

И накрывает мой затылок ладонями. Сама. Медленно пальцами ведет. Такое невинное движение. А меня пробирает. Пронимает так, что рык вырывается из горла.

Как же сильно я по ней изголодался. Не понимаю, как вообще раньше без нее жил. Сердце кровь качало, но я не ощущал нихуя. Ровно было. Без напрягов, без вывертов.

Только теперь я обратно не хочу.

– Ты мне нужна, – говорю, глядя прямо в ее глаза.

Целую Таю. Губами в губы вонзаюсь. Жадно сминаю. Отбираю ее дыхание. Выпиваю до дна.

Она застывает. А потом отвечает. Рот слегка размыкается, и этого мне уже достаточно. Врываюсь внутрь. Жадно скольжу языком по ее языку.

Обнимаю крепче. Притягиваю ближе. Всю ощутить хочу. Тело к телу. Глубже.

Она вдруг тянет меня за волосы. Заставляет отстраниться.

Бледная. Растрепанная. С трудом дыхание переводит.

– Руслан…

– Клянусь, больше такого не повторится. Никогда не обижу. Сделаю все, чтобы ты была счастлива, – заявляю и ловлю ее взгляд.

Она проводит пальцами по моему виску, по щеке. Ее глаза меня за глотку держат. Молчание нервы режет.

– Я тебя люблю, – говорю. – С первого дня заклинило. Щелкнуло что-то. Как увидел тебя, так и накрыло.

– Наша первая встреча, – нервно улыбается. – Помню.

– Я вел себя как долбоеб.

– Руслан, – уголки ее губ снова дергаются вверх.

– Тая.

Опять тишина. До звона в ушах.

– Я тебя, – она сглатывает. – Я тебя люблю, Руслан.

Ее тихие слова взрывают меня.

Сгребаю Таю в объятья. Впечатываюсь ртом в ее приоткрытые губы. Жадно прохожусь языком.

Наши пальцы переплетаются.

Блядское кольцо.

– Так, подожди, – отрываюсь от нее, начинаю стягивать кольцо. – Давай-ка, моя хорошая, снимем это нахуй.

Она как зыркнет на меня.

– Нафиг, – поправляет.

И снимает кольцо сама.

– Да, точно. Нафиг.

А теперь – хватит нам слов. Наговорились.

Опять целую Таю. Нежный рот меня плавит. Мой язык скользит по деснам, по небу, переплетается с ее языком.

Она обвивает мою шею руками. Издает стон. Сама льнет плотнее, распаляется. А я подхватываю ее на руки. Сжимаю в объятьях.

Направляюсь в спальню. Толкаю дверь ногой.

Блядь. Хер брюки разрывает. Хочется вбиться в Таю прямо сейчас.

Ее пальцы в моих волосах. Обхватывают затылок, притягивают плотнее. Поцелуй становится жарче. Мощнее кроет.

Всю волю прикладываю, чтобы не сорваться.

Укладываю Таю на кровать. Пытаюсь поскорее сорвать с нее платье. Тяну ткань, только нихуя не выходит. Прохожусь ладонями. По бедрам, по спине.

– Руслан, там молния, – шепчет она.

Блять, вот же проебался. Подцепляю пальцами, дергаю вниз. Наконец, стягиваю с нее наряд.

Отрываюсь от ее губ, чтобы опуститься ниже. Покрываю поцелуями шею, прохожусь по плечам. Утыкаюсь в ямку между острыми ключицами. Жадно ловлю языком бешено пульсирующую жилку. Сдираю нижнее белье.

Она вскрикивает и выгибается, когда обхватываю ртом грудь. Втягиваю сосок. Играю, дразню, перекатываю. Чуть прикусываю. Она тут же впивается ногтями в мои плечи. Мелко дрожит. Прогибается подо мной.

– Руслан, – выдыхает надсадно.

Ее кайф заводит круче моего собственного.

Член деревенеет. Яйца от спермы раздуваются. Пекут пиздец как. А мне похуй. Главное – она должна первая улететь.

Накрываю губами живот. Заставляю ее развести бедра в разные стороны, а сам двигаюсь еще ниже. До самой чувствительной точки.

Горячая. Тугая. Мокрая.

Мой язык раздвигает нежные складки. Изучает. Пробует на вкус. Давит туда, где биение крови острее. Ударяет четко. Ритмично.

Тая дрожит. Рефлекторно пробует сдвинуть ноги. Но я не разрешаю. Удерживаю за бедра. Усиливаю напор.

Она кричит. Задыхается. Содрогается под моим ртом.

Жадно выпиваю ее оргазм. До капли. Ловлю каждый спазм. Отодвигаюсь, только когда она затихает. Нависаю над ней, опираясь на крепко сжатые кулаки по обе стороны от ее плечей.

Затуманенный взгляд. Разомкнутые губы.

– Люблю тебя, – говорю и закрепляю слова поцелуем.

Слегка отстраняюсь. Обхватываю ее под ягодицы. Упираюсь членом во влажные створки. Еще не проникаю. Двигаюсь, давая прочувствовать возбуждение.

Она обвивает мои плечи. Прижимается теснее. Сама подается вперед.

– Тая, – вырывается сквозь рычание.

Беру ее. Плавно толкаюсь вглубь. Растягиваю податливое тело. Заполняю до предела. Почти кончаю от ощущения того, какая она внутри.

Тесная. Жаркая. Растекается подо мной.

Толкаюсь бедрами. Еще и еще. А она отвечает. Обнимает меня ногами, подхватывает мой ритм. Прогибается и льнет ближе.

– Люблю тебя, Руслан.

Стон приглушен поцелуем. Судорожная дрожь сотрясает хрупкое тело. Пальцы царапают мою спину.

Размашистый толчок. Глубже. Мощнее. Кожа к коже. До упора.

Крепче сминаю ее ягодицы. Притягиваю вплотную.

Развязка настигает нас в один момент.

Тая кончает, и увлекает меня за собой. От ее тягучих судорог разряжаюсь бурным потоком спермы. Заполняю любимую женщину без остатка.