Глава 27

Утром Бани проснулась от того, что кто-то или что-то настойчиво щекотало еще лицо. Она приоткрыла глаза и увидала, как какая-то девочка сидела рядом с нею на кровати и травинкой водила по её лицу.

- Ну, наконец-то, ты проснулась, а я думала ты проспишь весь день.

- Ты кто?

- Извини, забыла познакомиться. Я, Хоти, дочь профессора Томокэ. Мне 12 лет, и я живу здесь с отцом и его помощницей, а по совместительству любовницей. – На последних словах девочка скривила недовольную рожицу. Как же она, сейчас, напоминала Бани, её саму в этом возрасте. Такая же хорошенькая и смешная.

- А тебя зовут Ниагара? Какое странное имя.

- Вообще-то, меня зовут Бани или Мизуко, а вот, твой папа дал мне какое-то странное прозвище.

- Ну, это он любит делать. Он, вон, мою кузину Мичи вообще называет русалкой, в зависимости от настроения. А меня, вообще, какой-то собачьей кличкой зовет, Хоти, - девочка недовольно чертыхнулась.

- Понятно.

В этот момент, дверь открылась и в комнату вошла Касуми. Мысленно Ниагара чертыхнулась, а, Хоти в очередной раз скривила недовольную рожицу.

- Доброе утро мисс Ниагара. Как вы себя чувствуете. – не дождавшись ответа Касуми, подошла к окну и приоткрыла шторы, и окошко, чтобы впустить в комнату свежего воздуха. – Завтрак будет через 10 минут. Хорошего дня вам и тебе Хоти. – девочка ничего не ответила, только недовольно посмотрела на женщину скрестив руки на груди. Когда Касуми вышла, Хоти выдохнула.

- Почему, ты, так реагируешь на Касуми, - спросила Ниагара.

- Не знаю. – пожала плечами девочка, - она вроде, и хорошая, и заботится обо мне, но почему-то, она мне не нравится. Наверное, все это из-за мамы.

- Мамы? А, где она? Почему-то, я никогда не слышала о миссис Томокэ.

— Это потому, что они с папой давно, уже в разводе и у неё своя семья. – девочка удрученно посмотрела в окно. По выражению её лица было видно, что эта тема для неё очень тяжелая. – когда-то, они с папой развелись и она бросила меня, а сейчас, у неё своя семья и другая дочь, которую она любит, а я для неё в тягость. Она, даже, не пишет и не звонит мне. И, вроде бы, я должна её ненавидеть, но почему-то не могу. – Хоти вновь вздохнула, а потом посмотрела на Ниагару. – Знаешь, Ниагара долго выговаривать, а можно я буду звать тебя Ниа или лучше Ния. Я думаю и папе понравится.

- Конечно можно, называй как хочешь. Все равно, той, кем я когда-то была, я, уже никогда не буду.

- Ну, вот, и хорошо. Сейчас принесут завтрак, потом у тебя обследование, а когда ты освободишься мы сходим с тобою погулять.

- Хоти, можно я буду тебя, так называть, - девочка удовлетворительно кивнула головою и улыбнулась, - Хоти, прости, но пойти я с тобою не могу.

- Я знаю, но ведь, ты можешь сидеть. – Ниа тоже утвердительно мотнула головою, - так, вот, руками двигать ты тоже сможешь, у нас кресло специальное. Его не надо чтобы кто-то катил, достаточно того, что бы ты могла нажимать на кнопочки пульта и оно само будет тебя возить. Так, что даже, не вздумай отлынивать. После всех процедур и обследований мы обязательно пойдем гулять и, это не обсуждается.

Бани утвердительно кивнула головой и заулыбалась. Впервые за долгое время ей было легко и спокойно рядом с этой смешной девочкой. И теперь, с её легкой руки, Бани все начали называть Ния и, это ей нравилось куда больше, чем Ниагара или куколка.

И вот, очередные обследования, очередные заборы всевозможных анализов. Ния очень вымоталась, но так, как обещала. Хоти прогулку, то решила сдержать свое слово. И вот, после обеда и необходимых процедур Ния и Хоти, уже гуляли по дорожкам парка, располагающегося рядом с домом.

- Хоти, а ты не знаешь, где мои друзья. Они обещали быть рядом… - Бани посмотрела куда-то в сторону.

- Ничего странного. Вчера папа всех выгнал.

- Как?

- Да, вот, так просто, – Хоти пожала плечами, - он сказал, что они будут только мешать и расстраивать тебя своей чрезмерной заботой. А еще сказал, что они смогут тебя навестить, только, в конце недели, когда он закончит все обследования и анализы. – Ния посмотрела на Хоти, затем, перевела свой взгляд, куда-то, в глубь парка и о чем-то задумалась. – И кстати, ему очень долго пришлось выгонять очень настойчивого брюнета, еле-еле выгнал. Папе пришлось пригрозить ему, что не будет заниматься тобою, вот, только тогда он уехал. А, еще, я пообещала ему, что буду присматривать за тобою. - Бани резко перевела свой удивленный взгляд на девочку, — Вот, вот, так, что теперь, ты будешь под постоянным моим присмотром и хочу сказать тебе, что я привыкла держать свое слово.

- Понятно. – Ния вздохнула, «Да, эта маленькая пигалица, уж точно, не даст ей скучать и пребывать в меланхолии».