Глава 8

Дом Кимура, тот же вечер:

- Смотрите, кто, наконец-то, почтил нашу обитель.

- И тебе добрый вечер Акио, где Юдай.

- Мой брат в кабинете ждет свою блудливую жену. – Акио зло блеснул изумрудами своих глаз. – Ну, что? всем дала в своем отделе. – подойдя к Мизуко и схватив её за руку Акио не дал ей сделать и шагу по направлению к кабинету, где ждал ее Юдай.

- Акио, ты опять пил.

- Да, и, что. Я задал тебе вопрос. Всем дала в своем отделе. Может, и мне дашь, а?

- Акио… - Мизуко повернулась к нему лицом, - сколько можно, а? сколько ты будешь еще издеваться надо мной. Что, я сделала тебе? Что, ты, так ненавидишь меня.

- Я ненавижу… - Акио посмотрел на Мизуко с какой-то горечью в глазах, - да, я ненавижу тебя Асано. Потому что, из-за тебя мой старший брат покинул семью, потому что… - Акио не договорил, оборвал сам себя на полуслове.

- Не правда Акио. Это! не правда, и ты, это прекрасно знаешь. Но, если тебе так легче, то обвиняй меня сколько влезет в чем угодно, хоть, в распятии Христа. А теперь, отпусти меня. Мне и, так еще предстоит, сейчас, выслушать от твоего братца порцию гадостей. – Мизуко выдернула свою руку из руки Акио, - и вообще, каждый раз, когда ты говоришь, что я даю кому-то в своем отделе, ты наверняка считаешь меня лесбиянкой, так, как в моем отделе только девушки.

Мизуко развернулась и пошла по направлению к кабинету мужа. Вот, уже пять лет она, почти каждый день, выслушивает гадости от Акио, который обвиняет её во всех смертных грехах.

***

Кабинет Юдая.

Добрый вечер Юдай, - Мизуко вошла в кабинет тихо, практически не слышно, от её слов Юдай вздрогнул, так, как был увлечен чтением какого-то журнала. Появление этой женщины в его жизни, всегда вызывало в нем какую-то неприязнь. Да, он не навидел её за то, что пришлось жениться на ней, за то, что она до сих пор не родила ему наследника из-за чего дедушка был очень и очень недоволен и вообще, она просто вызывала в нем это ощущение с первых минут знакомства, а особенно, её такое тихое появление.

- А Мизуко, проходи. Ты, как всегда, приходишь домой очень поздно. Неужели, кроме тебя, больше некому работать в вашей богадельни.

- Почему же, есть.

- Тогда, я не понимаю, почему ты так, много времени проводишь на работе. Разве тебе больше нечем заняться для блага нашей семьи.

- Просто, работы много, и к тому же, я занимаю руководящую должность. Юдай, может быть, хватит. Все это, мы проговариваем каждый раз, как тебе хочется мне высказать очередную порцию гадостей. Может, уже сразу, перейдешь к гадостям. Ну, и кем я там еще не была. – Мизуко скрестила руки на груди и поудобнее устроилась в кресле. – слушаю внимательно.

- Ты ошибаешься, в этот раз, дорогуша. – Юдай, как-то не по-доброму посмотрел на супругу.

- Да, ты, что? Ты меня решил удивить? Так, смотри я удивилась. – Съязвила Мизуко.

- Не язви. Я знаю какая ты, можешь быть, язва. Дело в том, что дед, уже практически требует наследника и мне надоело тебя защищать.

- А я, то, тут причем? Когда-то, лет так, пять, если мне не изменяет память, ты сказал, что каждый из нас живет своею жизнью. Единственным условием было то, что мы должны вести приличный образ жизни, чтобы на твою и мою репутации и тени пятнышка не упало. Я соблюдаю данный договор, все это время. У тебя же, я знаю имеется очень много любовниц, так, пусть они и родят тебе наследника. И, если ты захочешь… я, так, уж и быть приму его, как родного.

- Если бы все было так просто, то я бы с тобой, сейчас, тут не разговаривал. У меня и так, есть уже двое детей, но они не могут быть наследниками по двум причинам: первая они рождены не моей законной женой, то есть не тобою, а второе, это… девочки.

- Понятно. Ну, на счет первого, все можно поправить. Достаточно только развестись и все, вуаля! Ты, можешь жениться на другой. Второе, какие твои годы у тебя, наверняка, еще будут сыновья и очень много…

- Помолчи, пожалуйста. – как-то несвойственно для Юдая, вежливо попросил он жену, - В том то и дело, что не могу с тобою развестись. Мудрец не позволяет. Ты думаешь, я бы жил с тобою. Вся твоя ценность, только, до первой ночи, а потом, ты мне стала не интересна.

- Ой, не начинай. Это, все мы уже проходили. Да, я не такая женщина, какую бы ты хотел. Да, для тебя я толстая, маленькая и, к тому же, очень уродливая. Я, вроде, бы ничего не упустила? А нет, постой. Единственное мое достоинство, это моя грудь. Вот, теперь, кажется, все перечислила.

- В общем, мне похуй, что ты там думаешь. Но, с сегодняшнего дня, пока ты не забеременеешь, ты будешь спать со мной в одной постели.

- Ой, ну, спать мы можем вечно в одной постели, самое главное, чтобы сексом не занимались. – снова язвит Мизуко. Черт! Для неё, это очень больная тема. У нее, уже полугода не было секса и она, даже, стала привыкать к этому. Ну, подумаешь до свадьбы у нее вообще не было секса и ничего жила же, да, и после свадьбы его было не так уж и много, пару раз в месяц в лучшем случае, по 5-10 минут и то, первые два года, затем, и того реже. А потом, в её жизни появился Токэо… их встречи были бурными и страстными. Она отдавалась ему вся, чтобы хоть ненадолго забыться, однако, это продолжалось не долго, так, как Токэо был внедрен в банду и продолжи она встречаться с ним, то он раскроет себя и в лучшем случае провалит дело, в худшем, заплатит за это своей жизнью. Так, вот сейчас, у неё не было секса больше полугода, а теперь, он, её супруг, издевается над ней и говорит, что будет с нею каждый день и то, только ради ребенка. Ну, уж нет! Она не игрушка, с которой можно поиграть и выбросить.

- Ты опять язвишь. В общем то мне насрать. Мне нужно чтобы ты залетела от меня и родила сына, а дальше делай, что хочешь. Может быть я, даже, дам тебе развод.

- Вот, ты пошутил. Чтобы я оставила такому, как ты или твои родственнички, своего ребенка. Я, пока что, с ума не сошла. Я никогда не допущу, чтобы вы из моего ребенка сотворили подобие вас.

- Тебя никто и спрашивать не будет. И кстати, как там, твоя сестренка поживает, а? Хорошо ей, на новом месте то.

- Что ты, сейчас, хочешь этим сказать, - Мизуко вцепилась ногтями в столешницу стола, за которым сидел Юдай.

- А то, и говорю, что ты видимо забыла, что должна была выйти за меня замуж, но, еще и родить наследника, только на этом основании твоя сестренка еще существует или ты забыла.

Мизуко прикрыла глаза, сделала глубокий вздох, отпустила столешницу. Да, она не забыла, как еще будучи в больнице к ней пришел дед ее будущего мужа, и потребовал согласиться на брак с его внуком, и родить наследника, а взамен её кузина, её Хана будет жить. И, как жест доброй воли, ей позволили окончить Академию, правда не в Токио, а в Осаке, но все-таки, а дальше, за её заслуги и хорошие навыки её взяли в убойный отдел, который только, что был сформирован и, который специализировался на конкретных видах убийств. Да, она не забыла. И сейчас, ей напомнили, её обещание.

- Хорошо, но мне, нужно время.

- У тебя времени до завтра. Завтра, ровно в девять, ты должна быть в моей спальне.

- Хорошо, я буду в твоей спальне и, хорошо, я рожу ребенка, но, я не могу обещать, что это, будет наследник.

- А, ты постарайся.

- Юдай, ты, видимо, плохо учился в школе, раз считаешь, что только от женщины зависит пол ребенка. К твоему сведению стараться придется обоим, чтобы родился наследник и особенно тебе!

С этими словами Мизуко развернулась и вышла из кабинета мужа. И, как обычно столкнулась с Акио, который хотел что-то съязвить, но, увидав каким убийственным взглядом его одарила девушка, не решился ничего ей сказать. Мизуко поднялась к себе в комнату, села на кровать и задумалась… задумалась о том, что, только что, произошло.

Боже, как же ей не хотелось делить постель с этим человеком. От одной мысли, что завтра этот мужчина будет прикасаться к ней. По её коже пробежал озноб. Нет, она больше не хотела испытать того, что испытала тогда, в их первую ночь. Боль и разочарование, вот, все что она получила. Никакой ласки, никакой прелюдии, ничего из того, о чем ей рассказывала Хикару и Хана. Все банально, быстро и мерзко. Единственное, что она помнит так, это, как стиснула зубы от пронзительной сильной боли внизу живота, а на утро, на простыни кровавое пятно. Вот, и все. А ведь, когда-то она мечтала, что её первый раз будет супер-романтичным, её избранник будет с нею нежным и ласковым. Как же она, сейчас, жалела, что не отдалась Энди, ну, или на крайний случай Таю. Ведь, они действительно хотели её, пусть, даже, просто, переспать, но хотели, в отличие от её мужа, который, просто, тупо выполнил указание своего деда. И, снова, он тупо хочет угодить своему деду. Она никогда и никому об этом не рассказывала, потому что ей было стыдно, больно и обидно, а ей так, хотелось хоть с кем-нибудь об этом поговорить. Но, она не могла. Она должна быть сильной. Она должна держать маску счастливой жены, дочери, сестры, коллеги. И никто не знал, как же ей было больно, как хотелось ночами выть на луну. А еще больше ей захотелось выть, когда она вот, так же, тихо вошла в их с Юдаем спальню после дежурства и застала его спящим в обнимку с любовницей, как её там звали… Изи, да кажется Изильда. И, как, она также, тихо вышла из спальни и проспала всю ночь в холле их дома. А на утро ушла на работу и не появлялась дома несколько дней, пока за ней не приехал Акио. Домой они ехали молча, Акио не проронил ни слова, а она не хотела говорить и выяснять какие-либо отношения, единственное, что сделал Акио, так, это передал письмо от Юдая, в котором говорилось, что раз ей все известно, то тем лучше. И теперь, ему не нужно будет делить с ней одну постель. Дома Юдая не было. Она тихо собрала свои вещи из их общей спальни и думала, что Акио увезет её куда-нибудь в отель или на худой конец к родителям. Но, все оказалось куда банальней, её вещи перенесли в гостевую комнату, которая находилась в другом конце дома на первом этаже, рядом с комнатами прислуги. Единственным плюсом комнаты было то, что войти в неё можно было тремя способами: через общий вход, так сказать центральный: через кухню, так, как она располагалась рядом, или же через окно, чем очень часто и пользовалась Мизуко. А самый главный плюс у комнаты был в том, что она находилась далеко от комнат Юдая и Акио. Вот, еще вопрос, почему Акио жил в их доме, а не в доме своего дела или своем доме? Но, никто ей не давал ответа на этот вопрос.

Вот, тогда, то она и увлеклась гонками на мотоциклах, боем на мечах. Тогда-то, они с девочками, в ходе одной из девичьих вылазок, и сделали свои тату символизирующие их единство. В общем она пыталась забыться, отвлечься. Работа и развлечения с девочками были её жизнью и отдушиной.

А вот, теперь, её опять загоняют в жесткие рамки и, если раньше у неё была надежда на освобождение от ненавистного брака, то с рождением ребенка, эта надежда становится призрачной. Ведь, она никогда не бросит своего ребенка, никогда не позволит издеваться над ним. Боже, а, если родится девочка, то ей, вновь, придется лечь в постель с этим уродом. Выполняя указание его дела! Нет! Она не могла этого допустить. Она должна что-нибудь придумать, чтобы избавиться от него и от этого ненавистного брака. Должна! Обязана!