Глава 40

От Энди:

Мы отмечаем в парке рождение моего наследника. Я счастливый и довольный, в кое-то веки, последние дни с Юки мы живем, душа в душу. Единственное, что меня беспокоит, так, это то, что когда я беру сына на руки, то ничего не чувствую. Ну, и сын, видимо, тоже меня не очень-то жалует пока. У Юки на руках он молчит, спит, а стоит мне взять, тут же начинает реветь. Юки говорит, это он её ко мне ревнует. Ведь, она его носила всю беременность, рожала, а сейчас, еще и кормит его. Правда, после родов оказалось, что у Юки пропало молоко, якобы из-за нервного срыва во время родов. И теперь, мой сын на искусственном вскармливании. Конечно же я ничего не жалею для них.

Так, вот, стою разговариваю с Кэтсу и Дайске обсуждаем мое отцовство и тут:

- Куколка, куколка, это ты!

Мы все поворачиваемся туда, где сейчас Тоши, а он подлетает к какой-то девушке в полицейской форме, подхватывает ее на руки и начинает кружить и все время чуть ли не кричит куколка, куколка! А у меня, сердце падает вниз с огромной скоростью. В этот момент, с девушки слетает шляпка и её волосы черные, как смоль рассыпаются на ветру. Они конечно же не длинные, но теперь, я вижу и узнаю свою девочку, свою любимую сладкую девочку. Она, что-то говорит ему, он ставит её на землю. Потом, разворачивается и уходит в нашу сторону. Мотоки его догоняет, и они идут к нам. Тоши ушел в сторону, а я, как вкопанный стою и не могу пошевелиться. Особенно, когда увидел, как какой-то молокосос обнимает «мою девочку» и целует. Я все-таки мазохист, чувствую, как чья-то рука ложится мне на плечо.

- Мотоки сказал, что, это и есть твоя сладкая девочка, - я молчу, - она скоро выходит за этого, замуж. «Не тереби свою рану», —говорит Кэтсу. Я перевожу на него свой взгляд, и он понимает, что мои чувства накрыли меня с головой еще более сильной волной, чем, когда мы с ним только познакомились.

- Приди в себя Энди. Если Юки, сейчас, увидит твое состояние, у тебя опять начнутся скандалы.

Меня, это не волнует. Кэтсу понимает это, и молча отходит от меня, а я снова смотрю на неё. Она пытается заколоть свои волосы, но, не может найти заколку и оставляет их в покое. Наши взгляды встречаются вновь и по её взгляду я вижу, что и она испытывает те же чувства, что и я… В этот момент, ко мне подходит Юки и, просто, чуть ли не силой кладет мне в руки спящего сына.

- Пойдем Энди, - говорит она нежно и ласково, - пора объявить имя нашего сына. Она разворачивается и уходит в сторону ребят, а я с ребенком на руках остаюсь стоять на месте, когда же я поворачиваюсь, то Бани, уже уходит следом за своим парнем, а я смотрю ей вслед. Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох, опускаю глаза на сына.

- Ну, что сын. Пойдем, объявим твое имя, наследник. – Вешаю на свое лицо фальшивую улыбку и иду к ребятам.

- Эй, молодые родители, когда –ни будь вы нам сообщите имя своего сына или так, и будете нас всех тайнами мучить.

- Дорогая, не подойдешь к нам, протягиваю руку в её сторону и улыбаюсь. Улыбаюсь так, чтобы у моей жены пропали какие-либо сомнения на мой счет, а также и у других. Юки улыбаясь подлетает к нам, и я продолжаю, - И, так, вы все хотите знать, как же зовут нашего сына.

- Ну, не томи уже. Сколько можно. Да – раздаются крики.

- И так, нашего сына зовут… - делаю паузу, - Дейчи, что означает первый.

Все одобрительно закивали, стали дарить подарки. И праздник продолжался. Юки забрала сына и вроде бы, даже, успокоилась.

А я… я закрываюсь в своем кабинете, достаю коньяк. Кэтсу, сволочь приучил и меня пить только коньяк. Наливаю бокал, очень долго смотрю на эту карамельную жидкость в моем бокале, а затем, залпом осушаю ее и прикрываю глаза откинувшись на спинку кресла. И, вновь, вижу её… её губы… её глаза… её волосы и понимаю, что я люблю её, даже, больше, чем тогда. Разница только в том, что сейчас, у меня есть семья и я не имею право бросать их. И тем более, она тоже скоро выйдет замуж. Ну, что же, надеюсь она будет счастлива с ним.