Глава 4
Вскоре вещи были собраны. Алина в ожидании возвращения Кирилла продолжила просматривать журнал, как вдруг наткнулась на статью о себе и Сергее.
С фотографий, иллюстрирующих этот выпуск, на неё смотрели их счастливые лица. На них они — оба высокие, красивые, жизнерадостные, а самое главное, любящие друг друга, не замечающие ничего и никого вокруг себя.
Вот Сергей, держа Алину за руку, открыто и нежно смотрит на идущую рядом с ним женщину. На фотографии волосы Алины от лёгкого летнего ветерка развеваются, частично прикрывая её лицо, но совсем не скрывают ту любовь и нежность, с которой она смотрит на мужа. А вот на этой фотограф поймал момент, когда Сергей целует руки Алины при всех, никого не стесняясь, а она светится от этого простого женского счастья. На другой она положила на плечо мужу голову и, чуть приподняв подбородок, что-то говорит ему, так как её рот чуть приоткрыт, хотя… нет. Судя по реакции мужчины, это он тянется её поцеловать, а она просто тает от его любви, словно ледяная сосулька при первых весенних солнечных лучах. И ещё фото… на этом снимке он снова целует её, но только уже в щеку, а на этой — Сергей, склонившись над Алиной, что-то убирает с её волос. Скорее всего, это обычный листок, упавший с дерева, ведь кадр запечатлел их на скамейке в городском парке. А вот этот снимок был точно сделан в кафе. Алина помнила, как, балуясь словно дети, они тогда перепачкали друг друга мороженым. Вон, у Сережки оно даже на носу… На следующей фотографии она идет с охапкой пионов, а муж нежно обнимает любимую за талию…. Сколько их здесь, этих запечатлённых мгновений их огромного, безрассудного для их возраста счастья, а так же светлой и чистой любви! Какие же они здесь беззаботные, не подозревающие о том, что их настоящему счастью осталось жить несколько месяцев.
Сердце Алины заныло от тоски. Теперь эти снимки для нее целое состояние. Ведь они помнят и хранят их чувства.
«Где же они были сняты?» — подумалось ей. — «Кажется, все эти фото были сделаны в Милане. Мы тогда ездили на очередной модный показ, а вездесущие журналисты не давали спокойной жизни, карауля нашу загадочную пару за каждым углом… Потом Сергея уговорили дать интервью какому-то журналу. Значит, это и есть тот самый журнал».
Взглянув на обложку, Алина даже присвистнула. Солидное издание, выходящее по всему миру, а у неё в руках — его русская версия.
«Неожиданно, что Ритка его всё же нашла: номер трёхмесячной давности».
Да, с момента выхода этого журнала прошло всего лишь за каких-нибудь три месяца, а жизнь Алины за это время круто изменилась…
«Я даже ни о чем тогда подобном и подумать не могла. Как же обидно! Только разбудить в своем сердце любовь к лучшему другу, спящую столько лет, и вскоре потерять её навсегда».
И кто бы мог подумать, что этот мальчишка, её лучший друг из детства, станет для неё человеком, заставившим поверить её в себя, в свою исключительность. Тем, кто показал ей мир, в котором она почувствовала себя единственной, любимой и желанной женщиной. Женщиной, ради которой этот мужчина готов был рушить любые преграды и преодолевать все трудности, мешающие их воссоединению. Она просто обречена была полюбить его.
Горькие слёзы разочарования навернулись на глаза. Дав свободу своим эмоциям, Алина немного всплакнула, а затем, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, перелистнула несколько страниц и тут же наткнулась на статью, рассказывающую о компании ГолдСтрим. Изначально начав читать, чтобы отвлечься от тяжелых воспоминаний, постепенно увлеклась. Статья оказалась довольно серьезной, обстоятельной, и даже было удивительно, что кто-то, тщательно поработав над материалом, написал о компании правдиво и интересно. На нескольких страницах, как пример, были размещены фотографии эксклюзивных ювелирных работ корпорации. Разглядывая их, Алина в очередной раз порадовалась просто сказочной фантазии их мастеров-волшебников.
А когда снова перевернула страницу, увидела фотографии друга мужа, Кирилла, и приемной дочери Сергея, Вирры.
Но заинтересовали Алину фотографии именно Кирилла. Вот тут сердце женщины внезапно дрогнуло от хлынувшего на неё потока уже иных воспоминаний. Рассматривая снимки своего бывшего знакомого, поразилась, насколько тот изменился. Парень, которого она хорошо помнила и о нелепом расставании с которым жалела всю свою жизнь и этот мужчина на фото — два абсолютно разных человека. И дело совсем не в матерости, которую молодые люди приобретают с годами, взрослея. Умение преподнести себя миру, окружающим — вот главное их отличие. Тот мальчик был очень скромным, простым и скорее, больше симпатичным, чем обаятельным. Этот мужчина — уверенный в себе, властный и брутальный самец. Чувствовались в нем и упорство, и целеустремленность в купе с мужской волей и, как ни странно, надёжность. Всё-таки последним качеством, надёжностью, они были очень сильно схожи с Сергеем. Да, и ещё. Нынешний Кирилл был невероятно хорош и соблазнителен кое-чем другим, помимо всего перечисленного выше. «Этот» был завидным женихом для многих девушек и женщин, ищущих спутника жизни, поскольку в свои годы полного расцвета сил он всё ещё оставался холостяком. К красавцу, необремененному семьей, прилагались валютные счета, на которых хранились суммы со многими нулями. Хотя Алину эта часть его стороны вообще не волновала. Считая всю жизнь чужие деньги, она к ним была абсолютно равнодушна, а уж замужество с Сергеем вообще навсегда сняло вопросы, связанные с их возможным отсутствием в её быту.
Осталось ли у нынешнего Кирилла что-то от прежнего?
Да, конечно… улыбка и глаза. Несмотря на просто убойную брутальность, улыбка у этого человека осталась прежняя: скромная, чувственная, почти мальчишечья, то есть такая же чумовая, как и та, в которую Алина когда-то влюбилась. И сейчас, глядя на фотографии, женщина понимала, что снова и снова готова от этой улыбки терять голову, как и раньше.
А глаза… они, как и раньше, светились добротой, великодушием, вот только прежнего, искристого огня в них больше не было. Это даже как-то настораживало.
«О Боже! Ну зачем он так улыбается на этих снимках… я сейчас снова готова в него влюбиться», — вдруг подумалось ей. — «А взгляд… у него взгляд одинокого человека. Волк-одиночка по жизни. Может, ну их к черту, мои сомнения. А то получается, что спустя много лет я опять устраиваю ему очередную проверку… Справедливо ли это? Осталось только снова сделать какую-нибудь глупость и в панике, сгорая со стыда, сбежать».
Размышляя таким образом, Алина уже практически сдалась на милость победителя, когда дверь в палату открылась, и в неё вошел тот, чьи фотографии она только что рассматривала в журнале.
— Ну что, Алина? Готова? — спросил он. — А где твоя подруга? — оглядываясь по сторонам, удивился он.
— Ушла.
— Ну и ладно, — сказал мужчина и безразлично пожал плечами. — Тогда последние сборы, и мы двигаем.
Алина кивнула и, свернув печатное издание в трубочку, засунула его в свою сумочку.
Кирилл, легко подхватив баул с вещами, передал его водителю, ожидающему их за дверью палаты, а сам, подойдя к Алине, помог подняться из кресла. Затем, достав из шкафа куртку, одел её на женщину и с сосредоточенным видом взялся поправлять на ней теплую одежду, параллельно застегивая ту на все пуговицы.
От близости Кирилла, запаха его парфюма, голова Алины закружилась, и женщина покачнулась. Чтобы удержаться на ногах, она схватилась за его пальто, а он, подхватив её под руки, прижал к себе. Сердце Алины, вместо того чтобы успокоиться, бешено забилось в груди с новой силой, будто недавно пойманная птица, посаженная в клетку и получившая от этого мнимую свободу.
«Алина! Держи себя в руках! — дала она себе команду. — Нужно избегать таких объятий! Боже! И зачем я сама себе вру, мучаю в первую же очередь себя. Ведь мы стоим счастья, за которым гнались всю свою жизнь и он, конечно же, как минимум, заслуживает хорошего отношения к себе».
«Моя! — думал Кирилл, прижимая любимую к груди. — Хоть так, на несколько минут, но моя!».
Спустя какое-то время пришедшая в себя Алина, чуть высвободившись из объятий, несмело подняв глаза на мужчину и еле ворочая языком от слабости, вызванной то ли недомоганием то ли близостью Кирилла, спросила.
— Идем?
Кирилл нехотя выпустил женщину из захвата своих рук.
Через час Алина в сопровождении друга мужа и его водителя, уже входила в свою квартиру.
Слабость, безусловно, ещё давала о себе знать, поэтому, едва ступив в холл, женщина обессилено опустилась на кушетку.
В квартире стояла такая тишина, от которой у Алины вдруг засосало под ложечкой. Тоска ледяной рукой до боли сжала её сердце. От мысли, что сейчас она останется одна, захотелось завыть по-волчьи. Крепко стиснув зубы, чтобы не сорваться прямо сейчас, а также чтобы скрыть возможные слёзы, наклонилась с намерением развязать шнурки на кроссовках и наконец снять надоевшую обувь.
— Подожди, — остановил её мужчина. — Костя! — обратился он к водителю. — Вещи оставляй прямо в холле, и на сегодня всё. Можешь быть свободен.
— Спасибо, Кирилл Андреевич. Хороших выходных.
— И тебе тоже.
Константин, попрощавшись с Алиной, выскользнул за дверь.
— Давай сначала с верхней одеждой разберемся, — произнес он и, опустившись на одно колено, расстегнул куртку и, стараясь, как можно меньше дергать Алину, принялся аккуратно снимать с неё её. Повесив на вешалку, взялся за шнуровку на кроссовках, а ослабив, снял и их. Устроив обувь на полку, присел на соседнюю кушетку рядом с хозяйкой квартиры — женой лучшего друга и своей единственной любовью.
И только теперь, ощущая его присутствие каждой частичкой своего оголенного нерва, Алина собрала всю свою волю в кулак и всё же рискнула поднять на него глаза.
— Спасибо, что помог добраться домой. Ты когда уйдешь? — спросила она, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, но голос её предательски дрогнул.
Кирилл, внимательно посмотрев ей прямо в глаза, ответил абсолютно спокойным, практически равнодушно-бесцветным тоном.
— Как бы тебе сейчас ни хотелось от меня избавиться, я не уйду. Хотя бы по причине того, что забрал я тебя из больницы исключительно под свою ответственность. Теперь мой долг поставить тебя на ноги. Так что придётся тебе меня какое-то время потерпеть.
Алина от его слов потупилась, а сама с облегчением вздохнула.
«Какое счастье, что я буду в этой квартире не одна, по крайней мере, первое время».
Но между тем, удовлетворения происходящим не показала. Вместо этого постаралась придать лицу удивленное выражение.
— А как же работа?
Мужчина с ответом не помедлил.
— Буду работать отсюда. Заодно, как поздоровеешь, под натаскаю и тебя. Ты теперь полноправный совладелец компании и должна осваивать то, что тебе досталось от Сергея.
Упоминание о муже отрезвило её.