Глава 40

Возвращение на остров слегка успокоило женщину. Буквально на пару недель это событие притупило клокочущие в ней боль и отчаянье. Надрыв души, связанный с безрезультатными поисками Кирилла, внезапно ушёл. Остался только холодный расчет, чёткое понимание того, что ещё в этом направлении можно сделать. Именно начиная с этого времени, Алина полноценно вернулась к работе, заставила правительство бунтующего государства бесплатно согласовать возобновление добычи «кровавых алмазов», ставших для неё таковыми по-настоящему, а так же даже начала активно интересоваться возможностью дальнейшего развития компании.

Поиски Кирилла тоже дали некоторые плоды. Снова было ликвидировано несколько банд, злобствующих на проверяемой территории. В какой-то момент нашлись свидетели, видевшие мужчину измученным, обессиленным, но живым… Меньшиков взял след и как гончая начал преследование… Но к сожалению, вскоре выяснилось, что он оказался ложным. Просто кто-то не совсем умный хотел на этом заработать.

Это известие, навалившись на Алину ледяной глыбой, подмяло её, охладив проснувшуюся было надежду, снова введя её в ступор.

«Неужели моё счастье с Кириллом должно было продлиться только две недели? За что? Этого не может быть! У нас есть возможность обшаривать эту проклятую страну, перепахивать её территорию метр за метром… и пока я не найду подтверждения… не перестану его искать!».

Родные и близкие, поняв, что поиски Кирилла и в этот раз закончились пустыми надеждами, беспокоясь за состояние Алины, стали буквально требовать от неё прекратить бесполезные поиски, оставив всё на волю Судьбы. Но они просто забыли, «что такое Алина». А она не терпела, когда на неё давили, заставляя принять какое-то решение… Эта женщина как пружина — на неё давишь, а она сжимается, давишь — ещё больше сжимается, но потом выстреливает так, что мало никому уже не кажется.

Так произошло и в этот раз… Сопротивляясь давлению, Алина разорвала любые связи, кроме рабочих, ограничив звонки и визиты к ней на остров, включая родных и знакомых. Во избежание незваных гостей, без согласования с ней под страхом увольнения запретила брать кого бы — то ни было на борт вертолётов. В общем, проявила просто железный характер. Она не могла и не хотела отказываться от надежды найти Кирилла, так и продолжая бороться, по-прежнему не веря в то, что все может быть кончено.

Олег Меньшиков, буквально поселившийся в той безумной стране практически с момента исчезновения Кирилла, так же как и Алина не опускал руки. Он не мог подвести эту женщину. Такая самоотверженность, твердая вера в то, что любимый человек вернется, поневоле заряжала и его… заставляя буквально носом рыть перепаханную войной землю. Он боготворил Алину за чувства, испытываемые к любимому мужчине.

«А ведь они оба проживают жизнь практически по одному сценарию, — думал он. — Сначала Кирилл искал её и ждал много лет, чтобы наконец соединиться, а теперь наступила и её очередь искать и ждать. Я просто обязан им помочь, иначе эти жизни будут прожиты зря».

Олег Меньшиков поклялся сам себе, что во имя этой чистой, выстраданной годами и обстоятельствами любви он обязан найти Кирилла любого, живого или уже…

Теперь, пусть и с неофициального согласия властей, в поисках Кирилла он стал действовать более жестко. Опрос свидетелей проводился двумя этапами: стачала нелегально, зачастую с применением особых способов дознания, а потом уже, в случае установления чего-нибудь интересного — официально, на камеру. Все отчеты по проводимым допросам отправлялись лично Алине. Она пересматривала видео со свидетелями разных событий по нескольку раз, пытаясь уловить хоть малейший намек, подсказку на местонахождение Кирилла.

Время шло. В душе Алины по-прежнему было пусто, а в кровати холодно и одиноко.

«Сколько времени потрачено зря! Только теперь понимаешь, что нельзя играть чувствами людей, потому что всё в один миг может просто рухнуть, — вспоминала она свои сомнения по поводу ухаживаний за ней Кирилла после смерти Сергея. — Эх, если можно было бы вернуться туда, в тот день… Я бы костьми легла, но никуда не отпустила бы любимого, не позволила бы сыну расти без отца, — думала она по поводу их расставания в аэропорту столицы».

Ожидание Алиной ребенка для всех на большой земле по-прежнему оставалось тайной, в том числе для родных и близких. По большому счету, знали об этом только островитяне, да Марина и Никита, но в сохранении секретов на них можно было положиться, как на себя. И вот здесь ей снова действительно повезло. Сыгравшие свадьбу несколько месяцев назад островитяне Мария и Павел через семь недель ждали рождения своего первенца. Алина, как хозяйка острова, озаботилась, чтобы в местной больнице появился врач соответствующей специализации. В дополнение, через десять дней ожидался ещё и приезд акушерки. Уже сейчас к родам всё было готово, пополнены запасы медикаментов, закуплено всё необходимое оборудование для родовспоможения. Так что в этом плане всё складывалось идеально для полноценного прикрытия беременности её самой.

Вспоминая это, Алина улыбнулась. Вчера был очередной прием доктора и контрольное УЗИ. И наконец-то малыш смилостивился и открыл интригу, кто он: мальчик или девочка… Теперь официально подтверждалось, что она ждёт… мальчика… её Сережку. Чувствовала себя будущая мамочка прекрасно. Малыш развивался классически правильно, без отклонений. И Алина была твердо уверена, что и с родами всё будет замечательно. Ведь недаром после всего того, что на неё навалилось, этот ребенок, дарованный ей Богом, неприятных сюрпризов не преподносил, а это значит, что он станет её радостью, её отрадой.

«Ох, Сергей Кириллович! Я даже знаю, какой ты у меня будешь. Сказали, что внешне ты похож на меня. Значит, ты будешь таким же красивым, как твоя мамочка. От своего тёзки, дяди Сережи, ты возьмешь лёгкость, коммуникабельность и жизнерадостность. А вот от папочки тебе перейдут лучшие мужские качества: выдержка, целеустремленность, уверенность в себе и в своих поступках».

Маленький Сережка, как правило, заслышав голос мамы, начинал согласно вертеться и топотать в своём теплом и сытном домике.

Алина разговаривала с малышом с самого начала, едва узнав о нем. За это время между ними установилась очень тесная ментальная связь. А уж с тех пор, как он стал шевелиться, женщина стала чувствовать, что тот теперь являлся для неё полноценным собеседником. И надо честно признаться, что обращение к малышу по имени — отчеству, судя по реакции того, нравилось больше всего.

А ещё на острове у Алины вдруг появилось новое увлечение… Она стала писать книгу о… своей жизни. Все началось практически случайно.

Женщине нравилось работать, сидя у моря. Она часто, прихватив ноутбук, отправлялась на пляж. Здесь она чувствовала себя умиротворенной, уверенной в будущем своей семьи, скором разрешении всех имеющихся проблем. Удобно устроившись в шезлонге, просматривала аналитические отчеты, рабочие проекты, докладные записки или иные материалы, присланные из филиалов корпорации со всего мира. Но особое внимание всегда уделялось информации, получаемой от Меньшикова.

В один из таких дней, читая очередную докладную записку от Олега Петровича о результатах ещё одной проверки, проведенной им два дня назад, она на какое-то время задумалась над ответом мужчине. Вскоре, как это и бывает, мысли её плавно перетекли в прошлое, в то, с какого именно момента её жизнь сделала такой кульбит, разделив её на две истории — до звонка лучшего друга детства Сергея и после него… И спустя какое-то время до её сознания дошло, что она давно что-то пишет во вновь созданном вордовском документе…

Вместо ответа Меньшикову Алина обнаружила почти четыре страницы текста, начинающегося словами… «Глава 1. Утро явно не задалось…». А перечитав, вдруг поняла, что нашла для себя спасение от тоски… Черные буквы на белом листе складывались в слова, слова — в предложения, а предложения давали ей возможность выплеснуть на электронную «бумагу» вывернутую наружу собственную жизнь. Снова и снова проживая события, она теперь смотрела на них уже совсем другими глазами, честно давая оценку как своим поступкам, так и поступкам людей, оставившим след в её жизни. Написание книги стало для неё своеобразным психологическим тренингом длиною в месяц. За этот период была рассказана её история жизни с Игорем, странная и скоротечная любовь с лучшим другом Сергеем, затронуто их недопонимание с Кириллом…

Но ведь история не закончена… Алина уже не могла не писать. Сейчас ей предстояло рассказать историю взаимоотношений с дорогим и любимым для неё человеком — Кириллом. И рассказывая её, осознала свою огромную ошибку… Расставаясь с ним перед его командировкой, совсем ненадолго, она до безумия боялась, что с ним случится что-то страшное… А принцип её жизни последних шести месяцев доказал не единожды — мысли материальны. И кто сказал, что чтобы обрести любовь, нужно что-то потерять? Какая нелепица! Какая большая глупость…

«Одиночество не может быть вечным. Я была согласна только на временное… лимит расставания давно вышел», — грустно подумала Алина.

Иконка почты на экране монитора моргнула. Открыв почтовый ящик, поняла, что пришло сообщение от Олега. Два дня назад он написал, что им предстоит какая-то сложная, совместно с местными властями, операция по очередной зачистке, и его не будет на связи несколько дней. И вот… Вместо обычного доклада мужчина прислал короткое сообщение.

«Алина, привет! Писать некогда. Нужно срочно увидеться. Буду у тебя через два дня. Олег».

«Два дня! Олег, да я с ума за это время сойду!» — чертыхнулась женщина.

Сергей Кириллович тревожно заворочался, реагируя на всплеск её эмоций.

«Тихо, милый! Всё будет хорошо! Не волнуйся. Значит, у дяди Олега есть какие-то новости… Какие-то… — сердце больно кольнуло. Она всё время ждала… ждала возвращения Кирилла, но учитывая короткое сообщение… возможен и другой исход. Слёзы непроизвольно покатились из её глаз. — Господи, помоги мне принять любое известие достойно! Боль! Такая тупая боль… — она снова проснулась, встревоженная коротким сообщением Меньшикова. — Так не хочется верить, что эта боль навсегда… это так страшно!».

Алина снова погладила свой заметно округлившийся животик, в котором тревожно ворочался малыш.

«Ну что ты тревожишься, моё сердечко, моя награда за любовь, моё счастье? Ты моё всё, мой ангел земной!».

Как бы она себя ни уговаривала, но страх просто сводил её с ума, и в итоге Алина, проплакав практически всю ночь, вконец измученная, осознав, что случилось что-то серьёзное, раз Олег так написал… уже под утро прошептала.

«Кирилл, ты моя последняя любовь! Прости меня! Как я теперь буду без тебя? Пока шли поиски, у меня была надежда. А теперь, видимо, случилось такое, от чего мне уже не на что надеяться. Я прошу, не уходи… Вернись, ты обещал мне вернуться, и я не хочу и не могу больше жить без тебя. Я люблю тебя, жизнь моя».