Annotation

Быть фрейлиной королевы вампиров – великая честь и невыносимая тяжесть! Один приказ Ее Величества и ты улыбаешься всем. Хоть Темному, хоть Светлому, хоть эльфу или гоблину зеленому! А хочется свою лабораторию, коллекцию ядов и немножко любви на десерт!

Любовь до крови

Ольга Коротаева. Любовь до крови

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Любовь до крови

Ольга Коротаева. Любовь до крови

Пролог

– Идиот кривоногий! – буркнула я себе под нос, выглядывая в окно кареты.

Высокий мужчина в запыленной одежде перекрыл дорогу. Кажется, его конь потерял подкову. Сам всадник был хорошо сложен и недурен собой, если бы помылся. Темные волосы лежали волнами, брови вразлет и чувственные губы…

– Дура безмозглая! – без эмоций шепнул он, но я расслышала.

У вампиров очень тонкий слух. Как, впрочем, и у темных. Незнакомец мгновенно утратил в моих глазах всю привлекательность. Никаких манер! Наверняка этот наглец часть свиты нового посла королевства Дидерис. Как смеет стоять на пути фрейлины ее величества? Если он сейчас же не уберется с дороги, я его на части разорву!

К его счастью, всадник справился с конем и посторонился. Кучер хлестнул лошадей, и мы, наконец, двинулись.

Я отчаянно спешила – мне следовало как можно скорее прибыть в летнюю резиденцию королевы Асаиды, чтобы принять участие в церемонии вручения верительных грамот послами соседних королевств.

Так уж повелось, что послы Дидериса и Найроуза прибывали одновременно. На церемонии они стояли рядом и получали свитки из рук ее величества. Если изгонялся один посол – второй тоже покидал территорию королевства вампиров. Паритет.

Недавно посол Темных совершил невозможное – умер. Его тело отправили на родину в каменном гробу, расписанном рунами нетления. В тот же час домой отправился посол Светлых. В карете с сопровождением из гвардейцев королевы Асаиды.

Вчера должны были прибыть новые послы, а сегодня ее величество пожелала устроить по этому случаю торжественный прием. И я, ее верная фрейлина, Ардэль Бланш должна была присутствовать на нем, даже если мне придется лететь во дворец на собственных крыльях!

К счастью, дальнейший путь был близким, так что я забыла короткое недоразумение на дороге. Почти забыла.

Глава 1

Войдя в зал приемов в свите королевы, я практически захлебнулась негодованием! Тот самый дорожный хам стоял перед троном! На месте отмеченном алой лужицей церемониального ковра! Более того, его темный, украшенный черным же шитьем мундир пересекала одна-единственная алая лента – знак посла!

Храня безмятежное лицо, я чуть скосила глаза на статс-даму Двора:

– Леди Ингелла, неужели это новый посол Дидериса?

– Он самый, Дэлла, – ответила всегда осведомленная особа королевской свиты. – На этот раз прислали красавчика!

Скрепя сердце, я мысленно согласилась с почтенной леди. В роду у прежнего посла были каменные тролли, поэтому впечатление он производил… своеобразное. А этот брюнет с темными глазами полностью отвечал вампирской эстетике и вкусу моей госпожи. Очень может быть, что в скором времени наглец получит приглашение от ее величества на…чашечку крови.

Хмык я удержала и перевела взор на второго участника посольского приема.

– Ого! – шепнула почти беззучно, но леди Ингелла услышала.

– Да-да, милая, Вечность очень добра к нам! Таких красавцев я давно не встречала.

– Я тоже, – пришлось признаться мне.

Утонченный блондин с острыми скулами, твердыми четко очерченными губами и невероятно белой кожей. Вампиры в основном брюнеты, иногда обладают красными волосами, поэтому блондины нас буквально завораживают. А уж такие… Посол Найроуза одет в светлый камзол расшитый серебром и шелком. Алая лента на плече выглядит украшением, а сияющие голубые глаза – драгоценностями. Ох, кажется, чашечек крови будет две!

Неужели королевства Темных и Светлых решили сделать ставку не на силу, а на обаяние? Мою госпожу будут соблазнять?

Это становилось все интереснее! Моя королева щедра, и может поделиться красавцем со своей любимой фрейлиной! Я чуть было не облизнулась, представив кровь послов на своих пальцах…

И тут меня будто током дернуло. Прищурившись, я еще раз всмотрелась в светлого. Что за?.. Он идиот или притворяется? Воспользовалась тем, что королева не торопилась появляться в зале, я приблизилась к послам.

Темный повернулся вполоборота и усмехнулся, явно узнав. Погоди, красавчик, тобой я займусь позже. Сейчас меня больше интересует твой светлый собрат…

Не удостоив Темного взглядом, я обратилась к послу Найроуза:

– Вы в своем уме?

Мужчина на миг приподнял брови, а после его лицо снова стало бесстрастной маской. Проронил:

– Простите, леди, не имею чести знать вас!

– Ардэль Бланш, фрейлина ее величества! – зеркаля его тон, ответила я.

Светлый взглянул на меня с интересом:

– Миледи, что заставило вас усомниться в моих умственных способностях, – вежливо, но с легкой насмешкой поинтересовался он, явно оценивая мою фигуру, обтянутую алым форменным платьем.

– Потому что через пять минут вы покинете Инайн без права ступать на землю вампиров!

– Что заставляет вас так думать? – холодно поинтересовался этот хам, поджимая красивые губы.

Делает вид, что не понимает? Я обвинительно указала на его грудь:

– Это. Снимите немедленно!

Посол темных повернулся к блондину и, внимательно разглядывая одежду, криво усмехнулся. А вот голубоглазый наглец даже не шелохнулся. Выгнул светлую бровь:

– Чем вам не угодил мой наряд? Его цвет оскорбляет ваше чувство прекрасного?

– Вышивка серебром оскорбляет во мне пьющую кровь, – процедила я. – Или вы не знаете, что серебро обжигает подданных моей королевы?

Блондин собрался ответить мне что-то презрительно-ласковое. В духе “пойди деточка погуляй и не мешай взрослым дядям делать политику!” Даже рот открыл.

Я вспыхнула от гнева, чувствуя, как во рту увеличиваются клыки. Знал бы этот хлыщ, сколько лет я уже варюсь в бесчестной политике!

Меня остановило одно – брюнет следил за нами с возрастающим интересом. Не удивилась бы, начни он делать ставки, кто кого первым покусает.

Волевым усилием я сдержалась и не стала огрызаться. Вот-вот начнется церемония, и важно устранить неприятности до появления королевы, ибо потом будет поздно.

Как только Асаида увидит одежду посла Света…

Даже я не могла предположить, чем все закончится. Скорее всего, принесением личных извинений. А личные извинения для моей королевы выглядят как кубок с кровью провинившегося. Иногда кровь выливают вместе с жизнью. А этот кретин стоит, и все еще делает вид, что не понимает, о чем речь. Хорошо, значит, скажем прямо.

– Кто из ваших врагов надоумил вас надеть на церемонию этот камзол?

Блондин моргнул, будто удивился:

– Врагов?

– Тот, кто дал совет, явно вам не друг. Немедленно найдите возможность переодеться или снимайте камзол!

– Но…

Терпение заканчивалось стремительнее, чем время до появления королевы.

– Быстро! – рявкнула я, удивляясь самой себе. И что мне до этого идиота? Принес бы извинения, ее величество, может, поделилась бы даже… Три литра за раз ей не выпить.

– Мне тоже интересно, кто вам так помог, – подлил брюнет масла в огонь.

Светлый хотел огрызнуться, но в этот момент церемониймейстер ударил своим жезлом в медную пластину:

– Ее величество, королева Инайна, Асаида Малди!

– Прощаюсь с вами и вашим упрямством, – хищно улыбнулась я. – Надеюсь, следующий посол Найроуз будет умнее.

И стремительно направилась к стат-даме.

Как вдруг в спину что-то ударило. Кожу даже сквозь одежду опалило болью, какая бывает только от одного. Серебро! Зашипев, я резко развернулась, готовая наброситься на того, кто это сделал. И сразу увидела Светлого, которому слуга спешно помогал снять камзол. Что ж, мозги у посла заработали. В белоснежной рубашке с пышными рукавами он выглядел еще великолепнее!

И все же, кто метнул в меня серебряную булавку? Кто бы это ни был, захотелось сразу перегрызть ему горло. Я высший вампир, меня непросто убить даже серебром, но теперь спина будет болеть до рассвета, а прием только начался. Я развернулась, чтобы ринуться в толпу гостей, на поиск того, кто испортил мне настроение, но леди Ингелла схватила меня за руку. Одного взгляда этой суровой дамы хватило, чтобы мой гнев чуть утих.

– Ее величество ждет, – негромко напомнила стат-дама и потянула меня к нашему месту сбоку от королевы.

Я разберусь с неизвестным мне пока смертником после. А сейчас… Сделала знак слуге, и когда он подошел, держа в руках аккуратно свернутый камзол, скомандовала:

– Сжечь. Пепел выбросить в реку. Иначе твоего господина ждет смерть!

Перепуганный человек умчался, а я с удовлетворением взглянула на послов, одновременно шагнувших вперед, чтобы принести клятвы. Отлично! Все идет своим чередом, и я тоже немного приложила руку к этому благолепию!

Глава 2

Прием шел своим чередом, и я немного расслабилась, хотя клятая булавка продолжала жечь мне спину.

Интересный момент возник лишь тогда, когда Темный посол вручил моей повелительнице подарок. Он явно подготовился, изучил вкусы и привычки ее величества, потому что его подношением стала боевая пара из черной дровской стали. Меч и кинжал в ларце из каменного дерева. Хищно сверкнувшая синеватая сталь, острые лезвия-перья вокруг гарды – все это восхитило королеву и прибавило очков Темным.

Светлый хмурился, глядя на Темного, и я поняла, что он ничего не приготовил.

– Мальчика красиво подставили, – склонилась к моему уху леди Ингелла.

– А мне показалось, он сам туговат разумом, – так же тихо ответила я.

– О, нет, – тонко улыбнулась статс-дама, – я навела справки. Замена посла произошла так быстро, что Светлые не успели никого подготовить. Была у них мысль отправить послом помощника прежнего полутролля, но тот отравился медовыми яблоками за сутки до отправки посольства.

– Медовыми яблоками? – я мысленно перебрала свою коллекцию ядов и посочувствовала светлому. Я знала всего три отравляющих смеси с яблочным ароматом или вкусом, и все они давали длительный и неприятный эффект, который сохранялся даже при своевременном принятии противоядия.

– И тогда дядюшка нынешнего короля Светлых рекомендовал назначить послом сына своей жены от первого брака. Мол перспективный мальчик…

– Перспективный? – я чуть не подавилась воздухом, даже про булавку в спине забыла!

– Не суди его строго, дорогая, – меланхолично заметила леди Ингелла, – его специализацией были эльфы.

Я чуть не закашлялась от неожиданности. Между эльфами и вампирами нет совершенно ничего общего! Зато стала понятна вопиющая ошибка блондина. Вот как раз у длинноухих посол мог носить только серебряное шитье, ибо золотое полагалась эльфам и только эльфам.

– И за что же отчим так его приложил? – небрежно поинтересовалась я, разглядывая блондина пристальней. А неплохо держится. И соображает быстро. Сообщил повелительнице, что подарок еще в пути, но завтра он сам непременно его вручит. На личной аудиенции. Темного слегка перекосило, а королева Асаида милостиво улыбнулась. Вечное соперничество Темных и Светлых умиляло ее, как возня детишек в песочнице.

– История презабавная, – не оставила меня без новостей статс-дама. – Отец мальчика был сильнейшим диким магом королевства. Заслужил множество наград, в том числе жену из старинного рода. Нищего правда, но неимоверно знатного.

Я мысленно присвистнула. “Дикими” называли магов, не имеющих когорты славных магических предков. Если таких выявляли в детстве, знатные рода спешили “освежить кровь” усыновляя мальчиков или подписывая брачный контракт с девочками. А если таланту удавалось скрыться до совершеннолетия, их призывала на службу корона. И тогда у дикого мага был шанс самому получить дворянство, золото и достойную жизнь.

– Его отец был “диким”, мать знатного рода, а дальше?

– Когда мальчишке было лет десять, лорд Артин погиб, – неспешно продолжила леди Ингелла, наблюдая за первым церемониальным танцем. Фрейлины в нем не участвовали, так что было время поболтать.

– Мать вышла замуж снова, – догадалась я.

– Ее заставили. За двадцать лет службы Короне Артин сумел скопить значительное состояние, да и вложил его удачно.

Меня вдруг осенило:

– Хрустальные рудники Артина?

– Именно! – на лице статс-дамы расцвела улыбка, а я недоверчиво покосилась на блондина. Что здесь делает наследник самого успешного предприятия столетия? Даже на моем туалетном столике есть хрустальные флаконы с золотой маской на донышке! Да что флаконы – шпильки, гребни, шкатулки. Даже в столице Инайна – Роэне есть улица провидиц и каждая пользуется хрустальным шаром от “Артина”.

– Возникли вопросы? – леди Ингелла сияла. Старая интриганка обожала быть в курсе всего.

– Еще какие! – с трудом удерживаясь от желания поерзать, сказала я.

– Завещание. Артин все оставил сыну. Жена получает проценты, которых вполне хватает на достойную жизнь в столице, но не больше. Лорд Дэрример женился на леди Артин, полагая, что она унаследовала все.

У меня волосы на голове зашевелились, пытаясь вырваться из прически. Полагаю, блондину пришлось несладко!

– Почему же Дэрример не устроил наследнику… несчастный случай? – спросила я, с тщательно выверенным любопытством.

– О, это отдельная история! Сразу после свадьбы мальчик пропал. Его не было примерно полгода. Леди Артин наняла всех сыщиков столицы, надеясь отыскать хотя бы кости сына.

Меня передернуло. Я конечно слишком молода для детей, но искать кости своего ребенка…

– Так его все же нашли?

– Нашли, – величественно кивнула статс-дама, – ровно тогда, когда герцог Дэрример узнал, что леди Артин потратила на поиски все свое содержание за год, и больше ей ничего не полагается.

– О! – я не знала, что сказать.

– К разочарованию отчима даже вероятная смерть пасынка не принесла ему денег. Все доходы должны были отойти благотворительной магической школе…

– Тогда мальчика и обнаружили? – догадалась я.

– На пустыре за городом. Истощенного, избитого и ничего не помнящего, – подтвердила мою догадку леди Ингелла.

Я задумалась. Возникли вопросы. Блондин, конечно, та еще заноза в заднице – по нему видно, но с таким доходом, что он тут делает?

Кажется, я задала вопрос вслух.

– О, это прелестное условие завещания его отца! – статс-дама просто цвела, обмахиваясь веером из перьев гарпии, – его сын может полноценно вступить в наследство только после заключения брака!

– Брака? В столице не осталось светлых аристократок? – моему изумлению не было предела.

– После излечения мальчика отправили в закрытую магическую школу, – снисходительно ответила леди Ингелла, доставая свою знаменитую табакерку.

Я сжалась, но осталась на месте. Судя по всему, статс-дама собрала на послов досье, и никто не расскажет мне про них больше. А информация при Дворе стоит дорого. Иногда даже бессонной ночи с кровавым кашлем.

Оценив мою безмятежную физиономию, старая карга спрятала табакерку не открыв.

– После выпуска, не дав ни дня на отдых, устроили в посольский отдел с эльфийским направлением. Там у них лорд Эйрантел заправляет, тот еще затейник. Женатиков не берет и дрессирует своих мальчиков идеально! Три года стажировки, и молодой пятый помощник посла едет в эльфийский лес. А как относятся к людям эльфийки, сама знаешь.

О да, знаю! Сталкивалась! Эльфийское посольство у нас тоже есть. Более высокомерных снобов в жизни своей не встречала! Эльфы на всех представителей других рас смотрят, как на грязь под ногами. Завести интрижку с любительницей диковинок помощник посла еще мог, но женится… никогда!

– Не успел мальчик вернуться в столицу, любящий отчим выбил ему место посла в Инайне.

Я промолчала. Да, у нас нет такого предубеждения к другим расам, как у эльфов, и все же… взять в жены пьющую кровь решится не каждый мужчина. Стать для супруги не только любовником, но и донором, для этого нужна смелость и безумная сила чувств. Поэтому браки вампиров и других рас редкость.

– Значит, блондина подставили свои. Но держится хорошо, – пробормотала я. – А что вы знаете о посланнике Темных?

Леди Ингелла погрозила мне пальцем и вновь потянулась за табакеркой. Намек я поняла – быстро встала и подошла к танцующим. Лучше танцевать, чем кашлять кровью после забористого табачка статс-дамы. Сама узнаю.

Глава 3

Заметив канцлера, я решительно направилась к нему и улыбнулась:

– Лорд Хелмайн, не пригласите ли даму на танец?

Повернув голову, мужчина удивленно приподнял бровь, не ожидая от меня инициативы. Да, в другой раз я бы прошла мимо, не подарив и взгляда. Слишком разные у нас были интересы и должности. Да, Хелмайн отлично справлялся со своими обязанностями, после назначения на пост быстро привел королевские дела в порядок, но было в нем что-то отталкивающее, вызывающее брезгливость.

Внешне канцлер был вполне привлекателен. Высокий и худой, с выправкой воина, аристократическим лицом, с короткими тщательно зачесанными в низкий хвост волосами и темно-алыми глазами, он представлял едва ли не эталон вампирской красоты. Но все портил оценивающий и будто раздевающий взгляд и жестокая ухмылка, притаившаяся в уголках кроваво-алых губ. Я слышала от его любовницы, что в постели он обожает плети, наручники, кляпы, не гнушается крюками и лезвиями. Меня же подобные “пикантные игры” не возбуждали. Напротив, вызывали раздражение.

– Ардель Бланш! – заинтересованно протянул канцлер, рассматривая меня с головы до ног, будто впервые встретил. – Какая честь для моей скромной персоны!

Он манерно протянул руку, раскрыл ладонь и когда я вложила в нее свои пальцы, их будто железными тисками сжало. Я не позволила себе вздрогнуть, лишь наградила партнера по танцу многозначительным взглядом и приподняла верхнюю губу, демонстрируя самые кончики удлинившихся клыков. Да, мужчины-вампиры сильнее, но женщины – быстрее. Мне хватит трех секунд, чтобы прокусить его яремную вену, и выпустить алый поток на ползала для торжественных приемов. Прецеденты были. А поскольку я любимая фрейлина королевы, ее величество лишь посмеется или отметит красоту кровавого потока на полированном камне.

Галантно поклонившись и немного ослабив хватку, мужчина проводил меня в середину зала, где замер, притянув меня к себе излишне близко. Я сжала зубы, когда его жесткая ладонь легла мне на спину.

Боль прострелила тело от макушки до пят. Канцлер случайно задел рану от серебряной шпильки.

«Или не случайно?»

Я улыбнулась через силу и когда он повел меня в танце, спросила напрямик:

– Что вы знаете о новом после Темных?

На губах канцлера зазмеилась усмешка.

– А я-то гадал, чем обязан чести танцевать с любимой фрейлиной ее величества, – промурлыкал он и спрятал под густыми ресницами острый настороженный взгляд. – Никак не думал, что вас приведет в мои объятия простое женское любопытство.

Эту шпильку мне тоже пришлось стерпеть, если хочу больше узнать о хамоватом, но находчивом брюнете. До назначения на должность канцлера Хелмайн несколько лет жил в Дидерис. Я подозревала, что он выполнял некие особые поручения ее величества, тем и заслужил свое нынешнее положение. А еще поговаривали о том, как он их выполнял, и от одной мысли об этом меня передергивало.

Мужчина подался ко мне и, наклонившись к самому уху, обжег дыханием:

– Я был бы счастлив утолить ваше любопытство в… М-м-м… Более интимной обстановке. Завтра в моем доме собирается несколько гостей. Не хотите присоединиться?

– Боюсь, завтра я очень занята, – пропела нежно, как утренняя пташка, хотя внутри все сжалось от омерзения. – Сегодня у меня тоже очень мало времени, поэтому прошу меня простить…

Я сделала полшага назад, будто намереваясь закончить танец, как ощутила на талии железные пальцы канцлера. Разумеется, он меня остановил! Покинь я его до того, как закончится музыка, придворные бы шушукались и посмеивались над мужчиной, не способным увлечь даму нежной беседой.

– Я не займу вас надолго, – скрывая раздражение после неудачной попытки затащить меня в постель, процедил он. – Хотите знать о Филирэйте? Я расскажу вам.

Я снова положила ладонь на его плечо и позволила вести меня.

– Слушаю.

– Как вы знаете, некоторое время я жил в Аделхайде. В Дидерисе имя семьи Филирэйт на слуху, потому что отец и мать Дэмьена лучшие демонологи страны. Сын пошел в родителей – такая же высокомерная сволочь. Говорят, его магический потенциал превысил шкалу, введенную в стране. Избалованный маменькин сынок!

Я нахмурилась, вспоминая нашу первую встречу. Не был он похож на баловня. Судя по пыли на одежде, Дэмьен провел весь путь до вампирской столицы в седле. И то, как он вел себя с королевой, показывало, что новый посол Темных неглуп и хитер.

– Что же? – я посмотрела в темные глаза канцлера. – Неужели сын знаменитых родителей ничем не отличается от столичных повес и прожигателей жизни? Он кутила, бабник, картежник?

– Хм, – задумался Хелмайн. – Я встречал его на всех модных мероприятиях в столице, но ничего особенного не замечал. Обычный прожигатель жизни.

– Совсем-совсем обычный? – усомнилась я, бросая взгляд на стайку позолоченных юнцов, собравшихся у столика с кровавым пуншем.

Посол задумался, кружа меня в танце, а потом нехотя признался:

– Есть кое-что, но мне кажется, это прихоть, вызванная избытком свободного времени и денег. Несколько раз я получал приглашения на выставки работ Дэмьена…

– Он рисует?! – донельзя удивилась я.

– Ни разу не бывал, – презрительно усмехнулся канцлер. – Вам не кажется, леди Бланш, что пачкать холсты слишком низменное и пафосное занятие для Темного мага?

– Полагаете, тех, кому не нравятся его работы, он превращает в горгулий? – безмятежно сказала я.

Посол расхохотался:

– Поистине, леди Бланш, я начинаю понимать, за что вас так ценит наша повелительница.

Я промолчала, оставив мысли при себе. Мнение канцлера о моей особе меня не слишком волновало, а вот полученная от этого мерзкого типа информация… Я совершенно точно знала, что в демонологии очень значима твердость руки при нанесении пентаграмм и прочих жизненно важных символов. Надо не только тщательно рассчитать места пересечений и углы, ко всему прочему контролировать толщину линий. Для художника, который устраивает выставки картин, это, я полагаю, не так сложно. А для меня эта новость станет неплохой зацепкой, если, например, нужно будет сделать послу подарок со смыслом. Или наоборот – жестоко его оскорбить.

Поблагодарив канцлера за танец и информацию, я двинулась вдоль стены, внимательно наблюдая за Дэмьеном, который сначала показался мне красивым, но пустоголовым наглецом. Сейчас я уже так не думала. Этот темный опаснее, чем кажется.

Глава 4

Прием завершился. Дэмьен Филирэйт отвесил последний поклон матроне, с которой беседовал уже полчаса и торопливо вышел из зала.

До чего настойчивая и въедливая особа эта леди Ингелла! Прилипла, как пиявка, и тянула время, выпытывая подробности его жизни.

Статс-дама самой королевы вампиров. Пугающе красноглазая и хищная. Впрочем, демонологу не привыкать к страшным рожам. Жаль, нельзя запулить в эту вампирскую красотку руной огня или заклинанием праха! Только вежливое внимание и увертки!

Дэмьен готов был выдохнуть от облегчения, очутившись в пустом коридоре, но тут немного впереди колыхнулась портьера, пропуская Люциуса Артина.

Посол Темных поморщился. Еще одна головная боль – посол Светлых. Утонченный, изысканный дамский угодник, похожий на ядовитую змею. Как изящно он выкрутился у престола Асаиды! Знаний о вампирах блондину не хватает, Дэмьен слышал, что он служил при дворе эльфов, но Светлый искупает недостаток информации очаровательной наглостью и шармом. Опасный противник.

Дэмьен угодил на эту должность с подачи любимой маменьки. Леди Филирэйт – лучший артефактор столицы внезапно решила, что сыну нужен толчок в карьере, и предложила его на должность посла у вампиров. Король Дагобер показал Дэму запись визита леди Фелиции, а потом сочувственно похлопал дальнего родственника по плечу. Да уж, незабываемое из уст маменьки:

– Мальчику пора становиться самостоятельным! Сколько можно тратить силы на бесполезную мазню?

Дагобер кузине отказать не мог и отправил Дэмьена к вампирам. Но слава Тьме дал время на сборы и на изучение вопроса. Даже наставника выделил и позволил брать в королевской библиотеке копии нужных книг.

Выдохнув, Филирэйт натянул на лицо вежливую гримасу:

– Лорд Артин…

– Лорд Филирэйт, – блондин расплылся в улыбке.

Подозрительно. Отчего это Светлый реагирует на Темного, как на лучшего друга? Наверняка сейчас гадость скажет или сделает.

– Право я не подозревал в вас любителя дам… постарше! – с энтузиазмом заявил этот…смертник! – Хотя леди Ингелла, несомненно, хороша, даже в своем почтенном возрасте!

Дэмьен скрипнул зубами.

Заподозрить его в связи со статс-дамой королевы Асаиды мог только извращенец. Впрочем…

Темный остановился, поднял бровь, и мягким тоном, максимально сочувствуя ответил:

– Понимаю ваши затруднения, лорд Артин. Но не отчаивайтесь, красивых мальчиков при дворе пьющих кровь хватает. Возможно найдутся любители… блондинов!

К чести Светлого – он не поперхнулся. Только зубами скрипнул и пропел сладким голосом:

– Какое счастье, что ее величество благоволит своим фрейлинам, и не запрещает им вступать в брак.

– Это воистину великолепный план стать ближе к трону Инайна! Но боюсь, леди Ингелла слишком разборчива в выборе любовников… – поддержал его Темный. – На вашем месте я присмотрелся бы к той красноглазой красотке, что спасла вашу кровь и жизнь. Вампиры любят напоминать о долге.

Блондин упрямо сверкнул холодными голубыми глазами, но усмешку не уронил:

– Непременно воспользуюсь мудрым советом, лорд Филирэйт!

– Темной ночи, лорд Артин!

– Ясного дня!

* * *

Когда мужчины разошлись, я выглянула из-за портьеры, скрывающей балкон, поправила перчатки, стряхнула невидимую пылинку с юбки, и двинулась прочь, бурча себе под нос:

– Два идиота! Черный и белый!

Ее величество забавляется, сталкивая лбами послов и наблюдая за петушиными боями, а мне все это казалось ребячеством. Очень уж молоды представители Темного и Светлого государств, слишком наивны и не подготовлены.

Хотя Филирэйт все же зря времени не терял и поднес королеве воистину шикарный подарок. Уверена, это тронуло ее каменное сердце.

Возможно, лорду Артину стоит дать второй шанс, поскольку его практически скинули с небес на грешную землю. Столько времени прожить среди эльфов, а затем оказаться среди вампиров… Светлому явно пришлось несладко. А если вспомнить его конфуз, то все это смахивает на то, что кто-то очень желает избавиться от сахарного красавчика. Виноват ли второй супруг его матери или же дело в мести какой-нибудь дамы, которой этот повеса разбил сердце? Неважно.

Гораздо интереснее, как он будет вести себя дальше. Сделает ставку на внешность, которая завораживает вампиров, и станет постельной игрушкой королевы?

– Скорее всего, – пробормотала я, шумный покидая дворец.

После напряженной ночи мне чертовски хотелось принять ванну и скрыться в своем будуаре до самого заката. Ноги гудели от танцев, голова – от моря информации.

Покачиваясь в карете, я наблюдала за проплывающими мимо домами и деревьями, скользила взглядом по слугам, которые спешили по утренним делам, а в памяти всплыл момент, когда Темный преградил мне путь. Тогда, судя по внешнему виду и молодости, я приняла этого смазливого и наглого пустозвона за помощника посла.

Сейчас же подумалось, что кое в чем Филирэйт был прав. Вампиры не прощают долгов.

– Надо дать Светлому шанс отплатить мне, – промурлыкала себе под нос.

Завтра, на первом после назначения приеме послов я намекну лорду Артину, чем он может услужить любимой фрейлине ее величества.

Затем мысли вернулись к серебряной шпильке, и уголки губ опустились. Поиски тайного недоброжелателя пока не увенчались успехом, но это не значило, что я отступлю.

Глава 5

Люциус Артин добрался до отведенных ему комнат с прямой спиной. Вошел, захлопнул дверь, упал в кресло и застыл с каменным лицом, давая себе несколько секунд передышки. Сегодня Костлявая прошла рядом, поднимая своим дыханием волосы на затылке посла.

Бег по лезвию ножа. Одна ошибка – и его кровь хлынет в кубок королевы Асаиды. Не того ли добивается отчим? Если Люциус погибнет после достижения совершеннолетия, не женившись, все наследство отойдет к матери…

Светлый лорд ударил кулаком по подлокотнику и стиснул зубы. Уже не раз и не два он думал о том, чтобы жениться на ком угодно, лишь бы не оставлять предприятия отца отчиму, но… Отчим был королевским дядюшкой, входил в “королевскую сотню”, и по законам страны его пасынок, став членом семьи, должен был испрашивать разрешение на брак у монарха. А король Беттир никогда не позволит аристократу из королевской сотни разбавить голубую кровь.

Люциус закрыл глаза, давая себе еще немного времени, потом встал и дернул сонетку, вызывая дворцового слугу:

– Ванну мне, милейший! Ужин, теплую постель, и камердинера.

Лакей поклонился и ушел, оставляя Светлого лорда наедине с его мыслями.

Люциус снова сел в кресло и засмотрелся на огонь. Это странное назначение, без подготовки, без опоры. Прежнее посольство покинуло королевство Инайн в полном составе – даже горничные и конюхи уехали вслед за послом и его помощниками. Люциусу достались опечатанные ворота и краткая инструкция от прежнего посла. Тайное руководство. Любой, кто открыл бы эту тетрадь без посольского медальона, увидел бы скучное перечисление планируемых мероприятий.

За эту тетрадь Светлый был безмерно благодарен лорду Каверию и уже распорядился отправить ему ящик вина и корзину фруктов. Хотя бы за то, что прежний посол оставил подробные рекомендации по найму прислуги, покупке провианта, и общению с сетью мелких информаторов среди человеческой прислуги пьющих кровь.

Жаль, про серебро умолчал.

Но Люциус не был в обиде. Он и сам после пяти лет службы в эльфийском лесу начал упускать мелочи.

Например то, что дикая гвоздика у эльфов – символ смерти, и даже вышивка с этими цветами считается траурной. А у Светлых магов дикая гвоздика означает невинность. Пьющие кровь же придавали этому цветку другое значение, украшая бутонами ложе новобрачных, в честь пролития невинной крови.

Сегодня ему повезло. Однако больше таких проколов допускать нельзя.

Светлый отстраненно наблюдал за явившимся камердинером, благосклонно кивнул, когда слуга показал ему стеганый халат ярко-голубого цвета расшитый вьюнками и амброзией. Первый цветок у эльфов нес послание “я украшу твою жизнь”, второй – нескромный намек. Все вместе означало приглашение в постель.

Люциус надевал этот халат во время ночных прогулок по эльфийскому дворцу, чтобы замаскировать встречу с информатором под свидание. Теперь же он выбрал этот халат, потому что он был самым теплым в его багаже. Бесстрашного Светлого мага морозило от осознания всего случившегося. Если бы не эта красноглазая вредина…

– Фел, что удалось разузнать на кухне?

Камердинер, он же младший сотрудник посольства Феликс Кор невозмутимо продолжил добавлять в горячую воду ароматную соль и листья лавра:

– Кто именно вас интересует, милорд?

– Леди… Бланш.

– Фрейлина ее величества. Любимая. Всего у королевы Асаиды тринадцать фрейлин. Самая старшая, статс-дама леди Ингелл. Три младших – совсем дети. Они играют с собачками королевы, выполняют мелкие поручения, по сути пажи, только в юбках.

Люциус кивнул и начал медленно стягивать рубашку. Горячая вода манила, но информация нужна была отчаянно. То, что он знал о Дворе пьющих кровь, было ничтожно мало.

– Еще три фрейлины – юные девушки, едва получившие этот статус. Они занимаются полировкой оружия ее величества, следуют за ней на тренировках, но большую часть дня проводят в учебных классах. Повелительница Инайна не терпит возле себя глупцов и лентяев.

– Юные девы обучаются при дворе? Не торопясь выйти замуж?

– Если я правильно понял, милорд, замуж с разрешения повелительницы могут выйти только фрейлины третьего и четвертого круга.

– Потому что первые два слишком молоды, – догадался Люциус.

– Совершенно верно, милорд.

– Так что там с третьим кругом?

– Третий круг, это леди, которым дозволяется присутствовать на официальных выходах и выездах ее величества.

– Юные красавицы, подающие платок и нюхательные соли?

– Да, ваша светлость, – камердинер помог Люциусу устроить голову на свернутом полотенце, и принялся взбивать пену, чтобы промыть короткие волосы мага.

Вообще, любые маги носили длинные волосы, потому что они были и показателем статуса, и явным свидетельством силы. Но Люциус учился в военной школе, а там все носили короткие стрижки – просто для экономии времени, воды и сил. Он привычно укорачивал свои волосы примерно раз в месяц, и не подумал ничего изменить, отправляясь в эльфийский лес. Там посол неодобрительно взглянул на его короткую стрижку, покачал головой и применил заклинание истинного роста волос. То есть за час волосы Светлого должны были достигнуть той длины, которую предполагал его магический потенциал. Посол же ходил вокруг и втолковывал новичку, как эльфы ценят натуральность, и почему нельзя применять другие заклинания для роста волос, ведь волосы в Эльфиире – показатель статуса.

В это время посол отвлекся на чашечку чая, а когда повернулся к помощнику – выронил хрупкий сосуд из эльфийской белой глины. Потому что белые волосы Люциуса красивыми волнами лежали на полу!

– Вам очень идет военная стрижка! – дипломат до мозга костей не позволил ужасу отразиться на лице. Еще бы, какой-то мальчишка-выпускник почти равен Владыке Светлых! Да это скандал!

С той поры лорд Артин всегда носил короткие волосы, аргументируя это прошлым в военной школе.

– Фел, я правильно понял, леди Бланш входит в четвертый круг фрейлин?

– Верно, милорд! Четвертый круг составляют дамы допущенные в опочивальню ее величества.

Посол Светлых задумался. Действительно приближенная. Опочивальня для пьющих кровь место столь сакральное, что туда не всегда допускаются даже мужья и дети. Значит, этой даме непременно нужно будет уделить внимание!

– Кстати, Фел, ты выяснил, почему посол Темных прибыл с короткой стрижкой? Я видел его портрет среди членов королевской семьи Дидериса, там у него явно длинные волосы!

– О да, выяснил, милорд! – камердинер закончил промывать волосы господина, и взялся за помазок, чтобы намылить лорду щеки. – Лорд Филирэйт проиграл в споре, и вынужден был отрезать свою косу.

– Проиграл в споре? Кому?

– Собственной матушке. Леди Филирэйт артефактор, они часто используют волосы для усиления волшебных штучек.

Люциус мысленно присвистнул. Отдать волосы артефактору – значит минимум год, а то и два отращивать их снова. И никакие чары не помогут ускорить процесс, ведь мастер забирает с волосами изрядную часть магических сил.

– А в чем состоял предмет спора?

– Лорд Филирэйт уверял, что никогда не займет придворную должность, – сказал камердинер, берясь за опасную бритву.

Люциус жестом остановил его и громко расхохотался. Так-так, против его соперника на политическом поле играет собственная маменька? Интересно! Это может быть о-о-очень любопытная игра!

Из этой маленькой истории Артин вынес для себя важный факт: посол Темных азартен, на чем можно сыграть в будущем.

Глава 6

К следующей ночи, когда обжигающее солнце спряталось за горизонтом, я, наконец, выпрямила спину и, закрыв глаза, с удовольствием потянулась.

День, проведенный за взвешиванием опасных ингредиентов и составлением новых ядов, будто обновил меня. На столе темнели пузыречки, наклейки на которых были подписаны алой тушью, а горлышка запечатаны багровым, как кровь воском…

Я облизнулась, задев удлинившиеся клыки. Неплохо бы перекусить после насыщенного, но проведенного с пользой дня, а затем я отправлюсь на сумеречный прием у ее величества. Стоит прибыть чуть раньше, чтобы передать королеве эти чудесные пузырьки.

Я любовно огладила стеклянные и металлические сосуды и, довольная собой, отправилась в подвал.

Спустившись по темным от времени вытертым ступенькам, вошла в прохладное помещение с потолочными арками из красного кирпича. Руны над дверью приветливо мигнули, пропуская меня в самую охраняемую часть моего дома. Я вошла и огляделась. Вдоль стен стояли шкафы, сплошь уставленные темными бутылями мягко сияющими магией. Я прошлась вдоль стеллажа и провела пальчиком по запыленной табличке из черной стали.

1825 год. Мой любимый урожай.

Но нет, не сегодня. Мне нужно взбодриться, а значит стоит выбрать что-нибудь посвежее, с терпким вкусом.

Прошла дальше и, выбрав бутылку трехлетней выдержки, покинула хранилище.

Пока зевающая служанка готовила для меня сумеречное платье, я щедро плеснув в бокал густой темной жидкости, расположилась в кожаном кресле. Пригубив сладковатую вязкую кровь, с отчетливым привкусом магического консерванта, задумалась.

Говорят, из вены, горячую и пульсирующую, ее пить вкуснее, но для этого нужно завести донора.

Увы, с некоторых пор я не могла прикоснуться к шее живого существа. После одного неприятного случая в детстве я принимала ее лишь так – из бокала. И всячески избегала этой болезненной темы.

В обществе пьющих кровь моя особенность считалась чем-то ненормальным, почти извращенным. У нас любили вечеринки с живыми “бокалами”. каждая уважающая себя семья держала в доме двух-трех доноров, чтобы иметь возможность в любой момент пополнить запас магических сил.

Да, нам не нужно было пить кровь бутылками. Для обычного существования хватало пары капель в день. Но магия, солнце, серебро – они требовали больше. Порой гораздо больше. Поэтому наши города наводняли люди, готовые продать свою кровь за пару золотых. Это создавало проблемы, осложняло путешествия и обучение. Таскать с собой повсюду десяток слуг-доноров сложновато.

Проблему с постоянным доступом к крови решили пару сотен лет назад. Один маг придумал консервирующее заклинание. Вообще он придумал его для продуктов, а пьющие кровь применили его с запасам крови и… оказалось, что под этим заклинанием она может храниться бесконечно!

Так что доноров отпустили, обязав сдавать кровь дважды в год. В каждом доме появились погреба с кровью, а слуги вздохнули с облегчением.

Поэтому мне нравилось служить Асаиде. Королева всегда щедро делилась с приближенными фрейлинами свежей кровью, но никогда не позволяла им пить прямо из крови ее любовников (или провинившихся). Это она делала лично, наслаждаясь дрожью жертвы, ее стоном и страхом, перемешанным с дикой необузданной страстью. Нам же полагался общий кубок, которого вполне хватало на всех.

Кстати, доноры и возлюбленные пьющих кровь не страдали от боли. Напротив – млели, расслаблялись, просили еще… Практически все вампиры при укусе выделяют слабый яд, который действует, как афродизиак. Природа распорядилась так, чтобы жертва не сопротивлялась и отдала свою кровь (или жизнь) за удовольствие.

Увы, мой яд причинил боль обожаемому мной существу…

– Довольно! – оборвала мучающие меня воспоминания и, отставив пустой бокал, поднялась. – Пора отправляться.

Камеристка уточнила:

– Ванну или кувшин, миледи?

Я взглянула на часы и вздохнула:

– Кувшин и горячее полотенце, Летти, времени мало.

Меня облили теплой водой, растерли горячим полотенцем, и подали сумеречный наряд, принятый при Дворе – закрытое серое платье с небольшим количеством алой вышивки. Строгое, практически форменное. К нему полагался гребень из черной стали с рубиновой крошкой и серой сеткой. Помнится, когда я только начинала свою фрейлинскую службу, благословляла того, кто придумал такой головной убор для дежурных. Его можно было нацепить за минуту, даже на не расчесанные волосы – все равно сетка скрывала локоны, а гребень приглаживал пряди надо лбом.

Накинув легкий плащ с капюшоном я быстрым шагом добралась до кареты, села и нетерпеливо стукнула в стену:

– Быстрее! Нужно успеть к сумеркам!

Кучер немедля щелкнул кнутом, поторапливая коней.

Наши кони тоже особенные, измененные магией еще в утробе матери. Они видят ночью, способны сражаться, и не откажутся ухватить пробегающего мимо зайца или куропатку. Все фрейлины ее величества передвигаются только на таких лошадях, для безопасности.

Под мерное движение кареты я задумалась о грядущем дне, и… едва не разбила себе лоб качнувшись вперед от резкого толчка.

– Что такое? – я осторожно отодвинула занавеску на окне – солнце уже практически село, и не могло причинить мне вреда, но не хотелось снова пить кровь, чтобы восстановиться.

– Простите, миледи, – ответил мне смущенный кучер, – я не заметил яму, но клянусь вам, еще вчера ее тут не было!

Я нахмурилась. Этой дорогой во дворец я ездила несколько раз в неделю. У меня, как у всех фрейлин была своя комната во дворце, но мои увлечения, поощряемые королевой требовали лаборатории. Поэтому я единственная из фрейлин частенько проводила дни в своем доме, возвращаясь лишь с наступлением сумерек. Поэтому дорогу и я и кучер знали, как свои пять пальцев. Дождя вчера не было, так откуда яма?

Если бы не спешка, я бы пожалуй вышла из кареты, изучить аномалию, но… флакончики в поясной сумке торопили, так что я махнула рукой:

– Едем!

Кучер понятливо щелкнул кнутом, и кони рванули вперед, и в этот момент я услышала тонкий звон, словно что-то мелкое, металлическое втыкалось в стенки кареты. Озадаченная я осмотрелась и заметила несколько дюжин серебряных булавок, вонзившихся в тяжелые бархатные занавески!

Вечность! Как страшно! – я поежилась, отодвигаясь от нашпигованной серебром ткани, и поняла, что вышла бы на дорогу как раз из этой двери. Что-то было спрятано в грязи. Что-то метнувшее горсть серебра в мою карету… А если бы в меня?

Судорожно сглотнув, я залезла в маленький бар, спрятанный в стенке кареты, вынула бутылочку крови и не удержалась – выпила ее всю! Нервы надо лечить сразу!

Когда карета остановилась у крыльца, лакей метнулся открыть мне дверь и попятился:

– Госпожа! Тут серебро!

– Знаю, – я осторожно толкнула дверь рукой в перчатке, – вызови людей, пусть соберут все! Доложите главе безопасности Двора, что на фрейлину ее величества было совершено покушение по дороге во дворец! Пусть примет меры!

– Слушаюсь! – лакей был вампиром лишь на четверть – кровь мог не пить вообще, но серебро его обжигало.

Я же недовольно протопала каблучками к месту службы.

Вовремя! В монолитной стене начала проступать дверь.

Медленно, словно нехотя обрисовался косяк, потом сама дверь, но все фрейлины, допущенные к утреннему туалету королевы занимались своими делами. Я например делала запись в книге дежурных – сегодня была моя очередь провести ночь рядом с ее величеством. Леди Ингелла раскладывала пасьянс, задумчиво кривя тонкие губы. Леди Бригитта – юная девушка из третьего круга, что-то переписывала в тетрадь, должно быть выполняла задание, данное дворцовым учителем. Леди Анита – совсем еще дитя, лет десяти, пришивала оборку на платье своей куклы.

Наконец дверь проявилась окончательно и с легким скрипом отворилась. Первой в опочивальню ее величества вошла статс-дама. Затем я. Леди Бригитта остановилась на пороге, как бы спрашивая – нужна она или нет? А леди Анита отложила куклу, присела и распахнула руки, встречая Тобби и Бобби – любимых собачек ее величества.

Песики бросились к ней, нетерпеливо приплясывая, и младшая фрейлина тотчас повела их гулять.

– Бригитта, – голос ее величества был сонным, – распорядись насчет завтрака. Пусть пришлют флакон свежей крови, меня что-то знобит!

Юная фрейлина тотчас сошла с порога, и дверь закрылась за моей спиной.

Настоящая опочивальня королевы Асаиды напоминала склеп. Каменные стены, задрапированные черным бархатом, черный ковер, сине-фиолетовый потолок, расписанный звездами, и массивное ложе в центре комнаты. Не гроб. Просто широкая кровать с плотным пологом и тяжелыми одеялами. У меня в моем доме стояла почти такая же, только поменьше.

Все дело в том, что мы трудно и долго просыпаемся. Вечерние сумерки и рассвет – самые уязвимые части суток. В наших спальнях нет окон, а пьющие кровь из бедных семей спят на полу, чтобы не сломать себе что-нибудь во время длительного процесса пробуждения. Состоятельные вампиры устраивают широчайшие постели и очень очень мягкие полы.

– Доброе утро, ваше величество – присела в реверансе леди Ингелл.

– Доброе утро, – я повторила реверанс.

Королева уже встала с постели, накинула алый халат и внимательно посмотрела на нас:

– Гелла, вижу все под контролем. Дэлла, что случилось?

Я вздохнула, от повелительницы ничего не скроешь. Она сильнейший менталист, и нас, своих фрейлин знает, как облупленных.

– Покушение, моя королева, по дороге во дворец. Мою карету нашпиговали серебром. Но ситуация была такая, что если бы я не торопилась к вам, все эти булавки воткнулись бы в меня!

– Булавки? – ее величество нахмурилась, и жестом распахнула с помощью магии дверь в соседнюю комнату.

Мы проследовали за повелительницей в ее уборную. Тут располагались зеркало, туалетный столик, кушетка для массажа, манекен для платья, и прочее необходимое для совершение утреннего туалета. К этой же комнате примыкала купальня.

Я первым делом прошла к бассейну с горячей водой и проверила воду на яды, и всевозможные отравляющие вещества. Леди Ингелла сделала тоже самое с одеждой, и принадлежностями ее величества. Обыденные действия во дворце, полном шпионов и заговорщиков.

Пока королева принимала ванну, я проверяла ее косметику, а леди Ингелла чаровала над обувью, бельем и расческами. К моменту появления госпожи из купальни, мы уже были готовы помочь ей одеться. Впрочем ее величество сегодня была в дурном настроении, поэтому церемоний не соблюдала – быстро оделась сама, и села на стульчик перед зеркалом, позволяя мне сделать ей прическу.

– Главе стражи уже доложили о покушении? – сухо спросила она.

– Да, ваше величество!

– Зелья готовы?

Я молча сняла с пояса свою сумку и выставила на столик семь флаконов с разноцветными печатями. С алой, как кровь, был только один.

Королева ласково провела рукой по флаконам:

– Какое же ты сокровище, Дэлла! За твое зелье нам отдадут племенное стадо для северной провинции!

Я потупилась и благодарно улыбнулась.

Повелительница должна была в первую очередь похвалить себя. Из всего множества юных аристократок, представляемых ко двору в возрасте семи лет, она избирала самых талантливых, и давала три года на развитие таланта. Потом лично проверяла результат обучения избранных, и выбирала всего троих для служения.

Мой интерес к алхимии был замечен еще родными, но именно в стенах дворца ему позволили расцвести.

Правда после взрыва в лаборатории королева подарила мне собственный дом в тихой части столицы, но я этому только радовалась. У меня появились повод и возможность отдохнуть от дворцовой суеты, заняться собственными проектами.

Один раз, ко двору прибыла делегация Степей. Сухощавые подвижные степняки выпасали на своих просторных пастбищах лучшие в мире стада. Породистые коровы давали густое молоко, овцы – лучшую шерсть. Кони отличались легким бегом, и выносливостью. Даже степные псы пользовались популярностью, потому как отличались разумностью и силой.

Но была у степняков проблема. Некроманты.

Сухая песчаная земля отлично сохраняла тела умерших, и защитить кладбища от осквернения у степняков не было никакой возможности. Альтернативой могло стать огненное погребение, но где в степи взять достаточное количество дров?

В общем все это я узнала, пока степняки договаривались с ее величеством об обмене породистого скота на амулеты, мешающие некромантам проникать на кладбища. Амулеты были дороги, породистые бычки тоже, так что переговоры шли долго.

Я же посидев в лаборатории несколько дней, нашла решение проблемы с другой стороны. Сварила зелье, которое заставляло тело разлагаться в течении нескольких часов. Без шансов поднять его в виде умертвия или даже скелета. На живую плоть мое зелье не действовало никак, и выглядело безопасной водичкой, которую степняки плескали в гроб, прощаясь с усопшим.

Демонстрацию мы провели прямо в зале, растворив за час в прах целого барана. И с той поры степняки вежливо кланялись, завидев меня в коридорах дворца, а некроманты скрипели зубами. Про зелье постепенно узнали все королевства, а так, как секрет мы хранили строго, а банальным разложением на ингредиенты открыть его состав было невозможно, то мой личный доход и доход Короны изрядно подросли.

Глава 7

Дэмьен узнал, что ванна и постель готовы, свежей почты нет, и отпустил камердинера.

Старик служил ему давно, знал его предпочтения, поэтому все всегда готовил заранее. Можно было не сомневаться в том, что в ванной лежит его любимое мыло, рядом разложен бритвенный прибор и в чашечке готовы помазок и мыльная стружка. Теплый халат ждет своего часа на крючке или на стуле, а в кровати припасена грелка, полная горячего угля. Все тихо и тайно. Чтобы никто не узнал маленький секрет пугающего Темного – он очень любит тепло и сладости. Хотя способен неделями переносить холод и голод.

Оглядев роскошно убранную гостиную, Дэмьен медленно расстегнул крючки на воротнике мундира, налил себе бокал сгущенного вина, и глянул на подозрительно вычурное кресло – присесть? Тогда не останется сил на купание, а еще нужно обдумать прошедший день, и знакомство с Двором и послом Светлых.

Покатав глоток вина во рту, Темный отдернул портьеру и уставился в окно. Во дворце королевы вампиров все были вышколены и любезны, но чем больше интереса проявляли придворные к послу Темных, тем сильнее он настораживался. Уже не раз послы покидали королевство Инайн с позором. Немало политических карьер рухнули на каменных обагренных кровью ступенях. Дэмьен не скрывал от себя своего страха. Тьма с ней, с карьерой – выбраться бы отсюда живым. Эта служба, как хождение по тонкому льду – самоуверенных сразу поглотит пучина.

Взять хотя бы этого Светлого. Позволил себя запутать, подставить и едва не подвести под кривой клинок королевы вампиров. Лорду Артину невероятно повезло, что фрейлина ее величества оказалась так милосердна. Редкое качество для леди, выросшей при Дворе. Дама не только обратила внимание на несоответствие наряда случаю. Да и месту, если на то пошло. Она успела предупредить слащавого блондина до появления королевы!

Провал. Истинный провал нового посла Найроуза. Но этот голубоглазый ловелас имел наглость скупо поблагодарить спасительницу, а после вступить в пикировку с Дэмьеном! Словно не понимая, что соперник превзошел его во всем!

Филирэйт снова поморщился и сделал еще глоток крепкого напитка, смывая виноградным вкусом горечь во рту. Он как раз отлично подготовился к приему! Изучил увлечения королевы Инайна и выбрал в подарок лучший клинок из своей коллекции… а взамен не получил и половины того нежного внимания, которым был удостоен Артин!

Светлый должен был признать свое сокрушительное поражение, отойти в тень, и не мешать замыслам Темных! Но вместо этого Светлый лорд сделал вид, что они с послом Темных наравне.

Это раздражало!

Бросив пустой бокал на подоконнике, Дэмьен быстрыми шагами пересек комнату, распахнул дверь в спальню, да так и замер при виде обнаженной девицы, развалившейся на его кровати. Судя по светлым волосам и чуточку заостренным ушкам, полукровка. А если присмотреться к отметинам на шее, эта девушка часто продает свое тело пьющим кровь.

– Вот это подарочек, – мрачно прокомментировал Темный, делая пасс руками, чтобы проверить наложенные перед выходом из спальни охранки. Все его плетения были… закольцованы! Кто-то очень искусный, знакомый с привычкой Темных защищать свое, даже временное пристанище прислал в комнату мышь. Зверушка, пользуясь малым размером, пробралась внутрь куда дальше, чем сумел бы человек, и застыла, собрав на себя все силовые линии охранного плетения. А потом кто-то умно и тонко отключил сигналки!

Времени на восхищение неведомым вредителем у Темного не осталось. Он высчитывал, кто же мог провести девицу легкого поведения через дворцовую охрану. И зачем? Очевидно, это очень влиятельный человек. Или бесстыдно богатый. Но, главное, что неизвестный явно не добра послу желает.

Дэмьен был уверен, что вскоре в его покои ворвутся стражники, которым шепнули о нарушении. А с ними мажордом, или какая-нибудь чопорная леди из хранительниц нравственности Двора. Лорд Филирэйт мог бы делать что угодно в трактире, но послу Темных во дворце полагалось вести себя достойно.

– А ты красавчик, – томно протянула полукровка и бесстыдно раздвинула ноги. – Иди сюда, я тебя приласкаю!

И, разумеется, в этот момент раздался громкий стук в дверь.

– Немедленно откройте! Приказ королевы!

– Если будет еще кто-то, – деловито предупредила девица, – то придется доплатить!

«Значит, за меня ей уже заплатили», – еще сильнее помрачнел Дэмьен.

Стук раздался снова, прозвучали предупреждения, что дверь снесут магией. Дело принимало серьезный оборот, и Темный решился. Быстро подошел к кровати и стащил девицу на пол.

– Сиди здесь и не шевелись!

– О-о-о, так ты такие игры любишь? – мурлыкающим тоном сказала она, принимая позу покорности.

Явно опытная штучка, но Дэмьен не слушал. Прошелся рукой по поясу, судорожно вспоминая, что взял с собой на прием, и вынул из кармашка брусочек алого мела. Рисовать руками не было времени, да и ковер мешал, поэтому Темный огляделся, схватил лежащий на столике томик “Игры Некромикона” с пентаграммой на обложке, с силой провел мелом по изображению и шепнул заклятие копирования и увеличения.

Через два удара сердца полукровка сидела в алой пентаграмме. Осталось только выдернуть из той же книги закладку – старинный ритуальный кинжал и приблизить его к шее девицы. Ту от всего происходящего трясло, но глаза горели от возбуждения.

– Если любишь пожестче, – шепнул ей Дэмьен, – не шевелись!

Та послушно замерла, и даже дыхание затаила. Дверь скрипнула, теряя последние уровни защиты, и покои посла ворвалось четверо вампиров.

– Что такое? – повернулся к ним Темный, успев легонько оцарапать полукровку.

Запах крови заставил вампиров замереть на месте. Тот, кто прислал эту девицу в покои посла, знал, как она действует на стражей. Надеялся, что Дэмьен сбежит?

– Вы мешаете ритуалу, господа, – ледяным тоном заявил посол, выпрямляясь, но все еще удерживая девицу за волосы.

Вампиры быстро осмотрели покои и вернулись в спальню. Один указал на примолкшую девицу:

– Кто это?

– Приманка для демона, – спокойно ответил лорд Филирэйт, чувствуя, как вибрирует в руке клинок, попробовавший крови. – На церемонии ее величество заинтересовалось моими талантами, и я решил порадовать ее на завтрашнем приеме еще одним небольшим подарком. Говорят, что кровь демона для вампиров как нектар. Не так ли?

Стражники переглянулись, один пожал плечами, другой скривил губы, третий едва заметно поморщился. Будто безмолвно что-то обсудили и вынесли вердикт:

– Господин посол, во дворце запрещено проводить ритуалы по вызову нежити!

– Но я хочу порадовать ее величество кубком демонической крови! – возмутился Дэмьен.

– Запрещено! – строго чуть не хором сказали стражники.

– Ну ладно! – сморщившись, как капризный ребенок, Темный одним жестом растер пентаграмму в невнятное алое пятно и отпустил волосы полукровки: – раз вы не разрешаете мне порадовать ее величество, забирайте эту дохлую кошку! Ей заплачено!

Стражники без слов подхватили голую девицу и ушли, а Филирэйт утер холодный пот. Игра велась на грани фола. Будь стражи пообразованнее, они бы поняли, что действующую пентаграмму невозможно стереть одним жестом.

Что ж, честь Темных в очередной раз спасена, теперь можно и ванну принять, пусть и остывшую… Дэмьен сбросил одежду, погрузился в еще теплую воду, прикрыл глаза.

Его понемногу отпускал ужас, охвативший его, когда он увидел девицу в своей постели. Кстати, почему полукровка? В эльфийских лесах их презирали, но за пределами Эльфиира томные девы с острыми ушками весьма ценятся. Полукровки по-человечески красивы, при этом здоровы и могут рожать сильных магов с любым цветом магии. Превращать таких женщин в куртизанок – расточительство. Тем не менее ошибиться в профессии девицы Темный не мог – на ее плече красовалась татуировка в виде алого цветка мальвы. Так своих сотрудниц метила самая дорогая сеть борделей “Сад цветов”.

Дэмьен пошевелился – вода остыла. Выпрямился и потянулся к футляру с бритвенными принадлежностями. Открыл и нахмурился – поверх его любимой опасной бритвы намеком лежал шелковый шнурок с петлями на концах. Зелено-золотистый, с белой искрой. Еще один “тонкий” намек на то, что в деле замешаны эльфы? Или это штучки Светлого? Он ведь прежде служил в Эльфиире и знает все эти эльфийские заморочки лучше всех.

Филирэйт покрутил удавку в пальцах, потом окунул в воду и нашептал маскировочное заклинание. Шнурок стал черно-алым, чешуйчатым, и змеей обвил чашечку с помазком.

– Так и сиди! – сказал ему вслух Темный.

Судя по всему, служба его легкой не будет.

Глава 8

На этот раз фрейлинам было приказано сопровождать королеву к завтраку, не отходя ни на шаг. Меня это беспокоило, хоть и понимала, что повелительница очень волнуется за меня и хочет держать при себе, пока ведется расследование покушения. Я жалела, что не успела рассказать о первой шпильке, которую получила на церемонии, ведь она гораздо важнее второго нападения. Устроить ловушку за пределами дворца легко, но надо сильно постараться, чтобы пронести серебро в обитель вампиров.

Официальный придворный завтрак – это порой забавное зрелище. В большой гостиной накрывается небольшой стол на десять-двенадцать персон, для ее величества и приближенных. И каждый придворный мечтает за ним очутиться, кроме тех, кому положено за ним сидеть по рангу.

Сегодня ее величество пригласила к столу своих фрейлин и послов. Не всех, правда, а новеньких. Явно собирается познакомиться с ними поближе.

Посол Темных невозмутимо сел за стол и благосклонно взглянул на салат из печени, мелких помидоров и семечек. Очень приятное и сбалансированное блюдо!

Светлый сел напротив Темного, и на еду смотрел с подозрением. Особенно на кувшины с напитками. Ее величеству подали вишневый сок, и посол проводил бокал взглядом. Странный, думает, что вампиры питаются только кровью?

Между тем подали кашу, гренки, яичницу – обычные блюда для завтрака и все приступили к трапезе. Королева ела немного. Больше наблюдала за гостями. Мало кто знал, что такой пристальный взгляд Повелительницы может означать опасность для тех, кто ей не угодит. Но мы, ее придворные дамы – знали. И сидели за столом тихо-тихо, как мышки. Не поднимали головы, не вели разговоров. Наверное, поэтому королева Асаида довольно быстро вышла из-за стола и пожелала перейти в музыкальный салон.

Мы дружно двинулись вслед за ее величеством. Где-то рядом мелькнули серебристыми искрами серые хитанские лилии.

Кстати о серебре. Посол Светлых явился на церемонию в камзоле, расшитом по эльфийской моде, и никто его не остановил, пока я не заметила, и это наводило на размышления. Вампиры помалкивали в предвкушении скандала, а представители других рас предпочитали лишний раз не вмешиваться. Но дело не в этом. Я вдруг поняла, что за дерзостью лорда Артина могло стоять нечто большее.

Возможно, что некто, пользуясь ошибкой Светлого, пронес шпильку, которую после метнул в меня. Если этот неизвестный был достаточно близко к лорду Артину, чтобы скрыть свой план. Трудно ли сунуть заостренную серебряную проволочку за обшлаг камзола, расшитого серебряной же нитью? Кто же мог решиться на это? Я дождалась, пока повелительница устроится в глубоком кресле у камина и, испросив позволения, нырнула в толпу придворных.

Шла медленно и, присматриваясь к каждому, едва не принюхиваясь, вспоминала момент, когда впервые заметила Светлого. Кто же был рядом с лордом Артином? Увы, его наряд так меня возмутил, что я не обратила внимания на окружение посла.

Как и задумывал преступник.

Оставалось только одно – спросить об этом у мужчины.

Посла я заметила в окружении стайки девиц, недавно представленных ко двору. Едва зазвучала музыка и появилась возможность покружиться в танце, хищницы окружили желанную добычу, плотоядно поглядывая на блондина. Светлый же посол не растерялся, и каждой улыбался так, что вампирши плотно сжимали губы, чтобы скрыть удлинившиеся клыки. Когда я подошла ближе, то слуха коснулся низкий бархатный голос Светлого, которым мужчина осыпал комплиментами придворных дам.

А он весьма сведущ в искусстве соблазнения! Признаюсь, даже у меня от вибрирующего тембра дрогнуло внутри, и чуточку удлинились клыки. При моем приближении девицы разлетелись недовольными воронами, а посол заметно насторожился, но тут же попытался скрыть это за чарующей белоснежной улыбкой.

– Рад видеть вас, прекрасная леди Бланш! Я не сразу догадался, почему стало светлее, а оказалось, приблизилось сияние, что исходит от вас.

Я дернула уголком губ и, шагнув к мужчине почти вплотную, прошептала:

– Вам стало легче дышать, потому что своим появлением я отогнала стаю хищниц, готовых вас сожрать целиком. Приберегите льстивые речи для других, лорд Артин, на меня это не действует.

Осадив его, собиралась расспросить о том, что меня интересует, но Светлый внезапно наклонился ко мне, обдав сладким ароматом алых роз и окровавленной стали, и спросил:

– А что на вас действует? Мне бы очень хотелось узнать, миледи.

Я ощутила, как по телу пробежался огонь, и клыки еще немного удлинились. Нет слов – посол искусный обольститель, прекрасно манипулирует голосом и знает, что запах для вампира имеет особенное значение. Наверняка поспешил реабилитироваться после фиаско с нарядом и раскошелился на информацию.

Иначе как бы он добыл эти сложные, изысканные духи, которыми нередко пользуется даже наша королева? На коже лорда Артина они раскрылись иначе – более мужественно, сексуально и настолько дразняще, что захотелось прикоснуться губами к жилке, бьющейся на шее посла.

Я с трудом сдержалась, чтобы не сглотнуть и не выдать себя. Отступив на шаг, обмахнулась веером и заметила:

– Наши намерения совпадают. Мне тоже кое-что нужно узнать от вас.

Он на миг приподнял светлую бровь, будто не ожидал такого ответа, а потом снова приблизился, сокращая между нами расстояние и обдавая меня волнами манящего аромата.

– В таком случае, может, подарите мне танец?

Я покосилась на кружащиеся пары, потом на королеву, восседающую на троне. Будто ощутив мой взгляд, Асаида едва заметно кивнула. Чуточку поколебавшись, я согласилась:

– Хорошо.

И позволила мужчине вывести себя в центр зала, надеясь не только расспросить о его сопровождении на церемонию, но и понять, почему мне так сильно захотелось попробовать блондина.

«Наверняка в духи добавлена настоящая кровь, – предположила я, но обоняние не улавливало и крупицы. – Я мастер зелий, и пойму, что это до того, как смолкнет музыка».

Глава 9

Однако разложить аромат на составляющие мне не позволили – музыка внезапно сменилась, и посол Светлых преобразился. В один миг он прижал меня к себе, заглянул в глаза, а потом с лихой улыбкой прожженного ловеласа крутанул так, что у обычной девушки наверняка и в голове бы помутилось и дыханием сбилось.

Но я…Не зря я столько лет провела при дворе. Я и на ногах устояла, и дыхание не сбила и даже успела заметить краем глаза жест повелительницы, обращенный к музыкантам. Похоже, королева Асаида начала свою игру.

Что ж, поддержим ее величество! Тем более, звучит танго…Танец огня и страсти. Эмоций и того, что соединяет двоих…

Я вернула послу томный взгляд, мягко отстранилась, позволяя ему резко притянуть меня обратно.

Обычно в танце мужчина невольно раскрывает себя – грубость, нежность, тактичность и тактильность – все выдают движения и взгляды. Я полагала, что посол Светлых, увлеченный собой будет слишком самоуверенным и слащавым, либо равнодушно-техничным. И… ошиблась!

В его движениях не было грубости и безразличия. Напротив! У меня мурашки побежали по коже от его прикосновений!

Продолжая движение, я положила руку на его плечо, развернулась спиной, позволяя мужчине подхватить меня, и вновь прижать к себе. И не смогла удержаться – прислонилась полностью, почти легла, удивляясь собственной доверчивости. Впрочем, прекрасный блондин доверие оправдал – держал меня ловко, а вот возвращая в прежнюю позицию, пошутил – обжег дыханием обнаженную шею, стиснув ладонями талию.

Я не осталась в долгу – люблю резкие жесты! Развернулась и… положила ногу ему на плечо. Да еще и бровью повела – мол что сделаешь? А этот прохвост обнял мою лодыжку в шелковом чулке и… прижался к ней губами! Да так, что я вздрогнула, едва не сломав рисунок танца!

Ну, держись!

Я не торопилась убирать ногу – мне и так хорошо. А блондину, похоже, все нравилось – он мягко покачал меня словно примериваясь, потом оп! И уронил на согнутую руку, нависая над моей шеей неприлично близко, заглядывая в глаза, как голодный вампир девице…

Я выдержала его взгляд, протянула руку, обводя контур его лица, и р-р-раз! Поднялась, закинув ногу ему на талию! Да-да, весьма неприличный намек с обещанием оседлать этого породистого светлого жеребца!

Но посол ни капли не смутился – поцеловал мне руку так, что по нежной коже вновь побежали мурашки, и шепнул:

– Я надеюсь, миледи, вы исполните свои обещания!

Пришлось уходить от него резким вращением – голос мужчины вызвал в памяти несколько весьма непристойных картинок.

Но посол догнал меня парой скользящих шагов и вновь притиснул к себе…

Рисунок ходов сменился – теперь я убегала, а блондин догонял. Я кричала каждым движением: да отвяжись ты, черт возьми! Дай мне вдохнуть воздуха, не пропитанного ароматом твоих духов! Перестань обжигать дыханием кожу и стискивать меня так, словно я уже лежу обнаженная в твоих объятиях!

Но сияющие голубые глаза отвечали: нет! Ты будешь моей прямо сейчас, здесь, на виду у шепчущихся придворных и самой королевы Асаиды!

Я бы, наверное, не выдержала – наступила нахалу на ногу острой шпилькой, или даже воткнула в него любимую шпильку-кинжал, но меня неожиданно спасли.

Посол Темных вырос на пути, словно скала. И одним движением выхватил меня из рук Светлого!

Я вздохнула с облегчением, но насторожилась – он тоже будет со мной играть? Однако Темный задал более спокойный темп, и вел меня с тем отстраненным равнодушием, которое нередко проявляют на балах мужчины, вынужденные танцевать с родственницами или престарелыми тетушками.

Через десяток тактов я успокоилась, дыхание пришло в норму, и тут я заметила, что Светлый не вышел из танца! Оказывается, пока я успокаивалась в объятиях Темного, блондин кружил рядом, пытаясь выхватить меня из его рук! А красивый брюнет с глазами цвета стали, не меняя ритма и плавности движений, не давал тому подойти! Вот это профессионализм!

Я мельком глянула на ее величество и получила задумчиво-одобрительный взгляд. И что это значит? Королева одобряет Темного? Светлого? Или то, что я стала яблоком раздора между ними?

Между тем отдых кончился. Блондин все наступал и Дэмьен Филирэйт перешел к активным действиям.

– Леди Бланш, мне нужна ваша помощь! – четко сказал он, заглянув мне в глаза.

– Командуйте, милорд! – уступила я.

– Ваши ноги прекрасно смотрелись на плечах лорда Артина, – так же серьезно сказал посол Темных, и я закусила губу, не понимая, что это, комплимент или осуждение? – Если я подниму вас, сможете красиво помахать ногами в его сторону?

– Несомненно! – только и успела выдохнуть я.

Меня развернули, подхватили за талию одной рукой и практически уложили на посла Темных! Да, ногами я поболтала – от неожиданности. И, кажется, едва не прибила посла Светлых! Ух ты-ы-ы, а Темный-то – стратег! Жаль, что холоден, как камень! Пыл блондина мне нравился больше…

Додумать я не успела – меня деликатно развернули, и я видела перед собой сердитое лицо блондина. Он уже не флиртовал – он всерьез пытался меня отбить у Темного!

А посол Филлирэйт тонко издевался над Светлым. Убирал меня с траектории движения в последний момент. Поддержки, вращения, прыжки! Я уже устала и не могла даже думать о том, как и что делает со мной мужчина. Просто следовала за ним, подчинялась его рукам, доверившись полностью практически падала к полу, уверенная, что он подхватит. И в какой-то момент поняла – да это же и есть его стиль! Быть рядом. Вести, не давая сделать ошибку. Подхватить в падении!

И едва до меня это дошло, музыка взвилась крещендо, блондин зажал нас в угол и протянул руку, чтобы выхватить меня… Темный с невозмутимостью варвара, ограбившего церковь, посадил меня на плечо! Вот так раз, и посадил!

А потом музыка кончилась, и он полностью игнорируя Светлого донес меня до трона повелительницы и мягко поставил на пол:

– Ваше величество, возвращаю вашу фрейлину в целости и сохранности! Леди Бланш, благодарю за прекрасный танец!

Я с трудом сдержалась, чтобы не зашипеть, как змея. Меня. Фрейлину королевы Асаиды только что принесли и сдали “мамочке”, как ребенка!

Между тем ко мне подошел и Светлый. Мужчины так друг на друга взглянули, что будь взгляды шпагами – проткнули бы друг друга на месте! Но светский тон сохранили оба – вежливо раскланялись.

– Леди Бланш, – Светлый сиял, как стосвечовая люстра, – вы позволите сказать вам несколько слов? Наедине?

Посол Артин с намеком взглянул на Филирэйта. Только Темный никуда не ушел – так и остался стоять возле меня, делая вид, что изучает вычурный канделябр на столике с напитками.

Тяжело вздохнув и лукаво улыбнувшись, Светлый еще раз раскланялся и поблагодарил меня за восхитительный танец.

– Много слышал о невероятной грации и темпераменте пьющих кровь, но вы миледи превзошли все мои ожидания!

Вот скотина! Выставил меня практически своей любовницей! И ведь найдутся дураки, которые поверят его намекам, пусть посол только вчера появился при Дворе! Как же он меня бесит! Хотелось укусить эту вызывающе белую шею, чтобы стереть с лица Артина эту сладкую улыбочку! У меня даже клыки начали расти! Но меня в очередной раз спас Темный. Просто бросил в пространство зала, ни на кого не глядя:

– Вчера ночью мне передали ваш подарок, посол Артин… Вы всегда так странно упаковываете свои гостинцы?

– Подарок? – блондин вскинул брови, – право слово, вы что-то путаете, лорд Филирэйт. Я прибыл в Инайн только вчера и еще не успел даже распаковать багаж! То подношение, что предназначено лично вам, до сих пор лежит в ящике в посольстве!

Темный глянул недоверчиво, но Светлый весьма убедительно сказал:

– Обмен подарками с послами других государств назначен на третий день пребывания в столице. Это традиция, и подарки носят отчетливый национальный характер. Для вас приготовлен шар из горного хрусталя, на подставке из обсидиана. Могу показать вам опись даров, сделанную для таможни. Как вы понимаете, въезжал в королевство я, не имея хартии посла, и мой багаж был проверен полностью…

– Благодарю за ответ, – Темный поклонился, но в его позе чувствовалось легкое недоумение.

Я же буквально застыла, выслушивая этот диалог. Подарок от Светлого Темному? Надо узнать, что такого интересного случилось ночью в посольском крыле…

Вдруг оба мужчины замолчали и повернулись к двери. Я сделала то же самое.

В красивой арке стояли три эльфа – посол Эльфиира, и два его помощника. Они не присутствовали на вручении грамот, потому что в тот день отмечался какой-то важный эльфийский праздник. Я-то их появлению не удивилась – в Инайне хватает посольств, с нами стараются жить в мире. Но Светлый и Темный так синхронно стиснули челюсти, и бросили на эльфов такие задумчивые взгляды, что с перепугу можно было блондина и брюнета за братьев принять! Ох, похоже, что-то тут неладно!

Глава 10

Позже, уже отдыхая в своих покоях, Артин снова и снова мысленно проигрывал произошедшее на приеме. Когда появилась Ардэль, мир будто преобразился. Стало светлее… Как бы странно это ни звучало в обители вампиров. Леди Бланш обладала тем типом красоты, когда невозможно не обернуться. Она всегда притягивала взгляды, и посла Светлых в том числе.

Вокруг хватало черноволосых красавиц с белоснежной кожей и алыми глазами, но все они выглядели хищницами, готовыми вырвать мужчине сердце, а леди Бланш хотелось поднести сердце на блюде… Почему-то.

Артин собирался подойти и выразить благодарность за помощь и дельный совет, который спас если не голову мужчины, то репутацию точно, но Люциус не смог вырваться. К тому моменту лорд был окружен придворными дамами и практически прижат к стенке их недвусмысленными предложениями. Он еще мог отбиваться изысканными комплиментами и тактичными замечаниями, но чувствовал, что еще чуть-чуть – и проиграет.

Да, он некоторое время удерживал страстных женщин на расстоянии, но, разумеется, осознавал, что его мастерства ловеласа, успевающего натянуть штаны и сбежать из супружеской спальни, недостаточно. Это доказывали пылающие жаждой взгляды вампирш и их до дрожи хищные улыбки, не скрывающие удлинившиеся клыки. Слух о том, что пьющие кровь считают блондинов особо лакомыми кусочками, оказался верен.

Артин не собирался обременять себя отношениями, тем более с вампиршей, – кому бы захотелось ощутить себя едой? – но в один момент решил пересмотреть свои намерения. Потому что по мнению роэнских дам, он был свободен – то есть не связан обязательствами ни с одной из них. А, значит, доступен для каждой.

Это оказалось еще одним неприятным открытием, вторым после запрета серебряных украшений и вышивки, так любимых эльфами. Любой мужчина при дворе королевы Асаиды должен принадлежать женщине – или он переходит в общее пользование. Лежать на постаменте в зале для развлечений послу Светлых не хотелось, но и выбрать кого-то из своры диких хищниц, готовых прилюдно вцепиться ему в шею не получалось.

Минуты текли с бешеной скоростью. Намеки, которыми осыпали посла дамы, сменились весьма недвусмысленными предложениями. Казалось, они вот-вот начнут сражение за право первой вонзить в его шею сияющие сахарным блеском клыки.

«Мне нужна покровительница» – смирился с неизбежным Люциус.

После некоторого размышления он остановил свой выбор на фрейлине королевы. Во-первых, она единственная не смотрела на него, как голодный тролль на бифштекс с кровью. Во-вторых, была гораздо привлекательнее, чем другие, – Ардин не отказался бы от сладкого. А в третьих…

Девушка явно его хотела, он ощутил это по ее задумчивым взглядам, брошенным в его сторону. По тому, как она провела язычком по своим губам и коснулась, будто невзначай, декольте. Как и другие, Ардэль возжелала блондина, но держала себя в руках, не выходя за рамки приличий. Это подкупало больше, чем откровенная попытка залезть ему в штаны на глазах у всех.

Что же, посол сделает все, что попросит роковая красавица, но Артин не собирался дарить наслаждение бескорыстно. Нужно выжить в царстве кровососущих и закрепиться на месте посла, а, значит, следовало использовать любую возможность.

Решено. Любимая фрейлина королевы станет его любовницей. Она выглядела на удивление привлекательно, посматривала на него темно-красными, будто драгоценные рубины, глазами. Стоило признать – леди Бланш могла соблазнить любого. Ее лицо – утонченное, но не хищное, с привлекательными пухлыми губами, манило его спрятаться за портьерами, и подарить обаятельной вампирше десяток-другой поцелуев. От аппетитной фигурки с упругими грудками и тонкой талией мужской интерес просыпался сам собой. Любуясь Ардэль издалека, Люциус вдруг понял, не отказался бы навестить ее будуар. И даже был готов расплатиться бокалом крови за полученное удовольствие.

Он вырвался из круга хищниц и небрежным шагом подошел к фрейлине:

– Леди Бланш, рад вас видеть!

– Лорд Артин, надеюсь, вы сожгли все камзолы, расшитые серебром?

– Ради блеска ваших прекрасных глаз я готов рискнуть и надеть один из них… На свидание! – Люциус флиртовал от души. Бросал двусмысленные фразы, балансировал на грани, плясал на костях. Выкладывался, стремясь поймать улыбку на приманивших его губах.

Тем сильнее было разочарование, когда он понял, что неинтересен прекрасной фрейлине. Ардель пыталась у него что-то выведать, при этом смотрела снисходительно, как на милую, но глупую зверушку. Это раздражало до темноты в глазах. Потому как только начался танец страсти, Ардин решил показать вампирше, что рядом с ней мужчина.

«Поспорим, ты будешь моей?» – бросало вызов его тело.

«Попробуй укротить пламя!» – дерзко отвечала эта невероятная женщина.

И с каждым па он все сильнее тонул в ее глазах, желая Ардэль, как недосягаемую и пылающую ледяным огнем звезду. Впрочем, лорда Артина всегда привлекали самые неприступные крепости, и он знал – не устоит и эта.

Память подкидывала все новые подробности. Рваное дыхание женщины, тонкая щиколотка, мелькнувшая в объятиях пышных кружев, дерзкий взгляд и улыбка, что приоткрывала острые кончики клыков. Застонав от растущего желания, Люциус перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку.

Страсть. Злость. Стыд. Дикий коктейль чувств не давал заснуть, вновь и вновь обрушиваясь волнами противоречивых желаний. Не выдержав, посол Светлых вскочил и приблизился к окну. Распахнув створки, вдохнул свежий воздух и опустил ресницы. Ветерок ласкал обнаженную кожу разгоряченной груди, и было так легко представить, что это ее тонкие пальчики вырисовывают на его теле замысловатые вензеля.

Оставив окно открытым, Люциус вернулся в постель. Наполненный ароматами цветущих растений воздух подействовал на мужчину умиротворяюще, и уже через несколько минут воспоминания о страстном танце с Ардель перетекли в яркий, насыщенный событиями, сон.

«Моя госпожа», – сорвалось с его губ.

Люциус стоял на коленях перед ней, полностью обнаженный, и во сне это казалось правильным и ни капли неунизительным. Напротив, он жаждал склониться еще ниже, чтобы увидеть нежные пальцы ее ног. И если ему позволят – коснуться их губами.

Ардель обошла его кругом, – очень медленно. За ней змеей тянулся кнут, царапая каменный пол и обнаженные нервы Светлого. Девушка резко повернулась, и когда ее алая, как кровь, юбка задела его чувствительную кожу, лорд не сдержал стон. Ардель дразнила его своими касаниями, ароматом кожи и волос, теплом тела. Дразнила и отвергала! Заставляла хотеть еще сильнее. От пронзительного желания, переполняющего мужчину, перехватывало дыхание.

Вот она замерла, остановившись спиной к Люциусу, который ласкал жадным взглядом изящные изгибы соблазнительного тела, и неторопливо спустила платье. Ткань стекла на пол кровавой лужей, а фрейлина обернулась…

– Лорд Артин! – услышал он далеко не нежный голос. – Поднимайтесь. Вы арестованы.

Глава 11

Люциус распахнул глаза и не пошевелился – перед его лицом маячил острый кончик короткого копья.

– Господа, – самым ленивым и небрежным тоном заявил он, – потрудитесь объяснить, с какой целью вы прервали мой чудесный сон? Право, та красотка, что заглянула в мои грезы куда приятнее на лицо, чем вы… А уж фигурой…

Стражник в тяжелом доспехе, который держал у носа посла копье, поморщился и повторил:

– Лорд Артин, вы арестованы!

– Кем, за что и на каком основании? Я подданный другой страны и на меня не распространяются ваши законы, – с той же ленцой ответил Светлый.

Гвардеец вздохнул, опустил копье и примирительно сказал:

– Требование арестовать вас поступило от посла Эльфиира.

– Основания? – нахмурился Артин.

– У его светлости пропал артефакт. Светлый.

Посол фыркнул:

– Логичнее предположить, что артефакт понадобился послу Темных.

Стражник нахмурился, и Люциус любезно пояснил:

– Если бы у меня здесь хранился незарегистрированный светлый артефакт, я бы сиял, аки невинная девица в божий день. Свет усиливает свет. А вот Тьма способна укрыть светлый артефакт, скрывая его от глаз.

– Ничего не знаю! – буркнул стражник, – у меня распоряжение ее величества!

– А, тогда так и говорите, королева соскучилась и пожелала увидеть посла в своих покоях как можно быстрее!

Артин гибким движением соскочил с кровати, и не торопясь принялся одеваться.

Ввинтившийся в комнату слуга с невозмутимым лицом подал ему влажное полотенце и гребень. Посол светлых недовольно провел ладонью по щеке и поморщился:

– Побриться вы мне, конечно, не дадите?

В ответ стражник многозначительно пошевелил копьем.

– Что ж, придется так…

Светлый встряхнул руками, провел по лицу и снова встряхнул, сбрасывая на пол микроскопические волоски. Еще один пас, и волосы вспыхнули, оставив шлейф не самого приятного запаха.

– Что поделать, господа, – усмехнулся Люциус, отметив гримасы стражников, – ни один маг в здравом уме не станет оставлять лазейки для тех, кто желает его подчинить.

Затянув шейный платок изысканным узлом, посол поправил прическу и одним движением спалил волосы и на ней.

– Я готов, господа, можем отправляться к ее величеству!

Стражники угрюмо повернулись к двери, но подтолкнуть Светлого копьем не осмелились.

По длинным коридорам дворца Люциус шел, едва ли не присвистывая. Спешить было некуда – артефакт он не брал, но выпад Эльфхиира нужно было рассмотреть со всех сторон. Что это вообще? Личная месть кого-то из эльфов, или желание сместить неудобного посла? А может это интриги маменьки? Или хитрость Темного?

Последняя мысль показалась самой привлекательной, но увы, буквально в эту же минуту в коридор вышел посол Дидериса и тоже в сопровождении стражи.

Такой момент Люциус упустить не мог – он остановился, изящно поклонился и с ехидной улыбочкой сказал:

– Ясного полудня, господин посол! Как вижу, вам тоже передали приглашение ее величества?

– Темной ночи, – буркнул в ответ Дэмьен, с холодным высокомерием разглядывая стражу. Право слово, даже пьющие кровь поежились, в какой-то миг ощутив себя жучками, наколотыми на булавки.

Два посла мерно шли рядом, и стража невольно подстраивалась под их печатный шаг. Возможно, они так и вошли бы строем в малый тронный зал, но на их пути вдруг появилась фрейлина королевы Асаиды.

Ардэль Бланш, удивительно теплая, сонная, кажется, только-только покинувшая постель стояла у двери в зал и отчаянно прятала зевок. Оба мага придержали шаг, давая себе немного времени, чтобы полюбоваться.

Накануне они видели безупречную красавицу, затянутую в корсет. Вечернее платье, прическа и драгоценности обрамляли утонченную красоту пьющей кровь, превращая девушку в произведение искусства. Сейчас же перед ними стояла просто женщина – теплая, мягкая, в широком черном домашнем платье, слегка стянутом пояском под грудью. Волосы, заплетенные в две слабые косы струились по плечам до пояса, делая лицо леди Бланш удивительно юным и уязвимым.

– Милорды! – а вот голос придворной дамы звучал твердо. – Ее величество ожидает вас. Однако прошу вас… быть сдержанней. Это не ваша битва!

Послы переглянулись, коротко поклонились, подтверждая, что услышали, и тогда леди Бланш сама распахнула дверь, приглашая послов внутрь.

Глава 12

После бала королева призвала меня в свои покои. Пока статс-дама помогала ее величеству разоблачиться, я проверила воду для купания на наличие ядов. Насыпав сверху любимых моей покровительницей лепестков багровой розы, отчиталась:

– Купальня готова.

– Сегодня поможешь мне, – устало бросила она, и я насторожилась.

Исполнять при дворе чужие обязанности было чревато. Для начала нужно разобраться, что это, – знак благосклонности тебе или же наказание для другого, – а после уже решить, как себя вести. В первом случае стоило проявить благодарность королеве и великодушие к тем, кому сегодня не повезло. Во втором позаботиться о безопасности, потому что гнев уязвленной фрейлины падет на меня, а не на ее величество. Кто бы посмел?

Припомнив прошедший бал, я все же решила, что сегодня особенный случай. Королеве любопытно узнать о том, что произошло между мной и послами.

«Если бы я сама понимала», – вздохнула и, подхватив поднос с ароматным мылом и мягчайшими губками, направилась в купальню.

Тело Асаиды было безупречным. Совершенная белоснежная кожа, длинная изящная шея, аккуратная грудь, темные соски. Она лежала в огромной каменной чаше, и лепестки алых роз казались лужицами крови на темной поверхности.

– Потри мне спину! – коротко сказала королева.

Я приблизилась, понимая, что ее величество оказала мне максимум доверия. Стараясь не дышать, взялась за мыло, потом капнула на губку немного гвоздичного масла. Пока я проводила губкой, легонько массируя нежнейшую кожу повелительницы, королева опустила ресницы, внимательно наблюдая сквозь них за мной.

– Я отвечу на любой ваш вопрос, – с улыбкой заметила я, поежившись под этим опасным алым взглядом.

– Гораздо интереснее самой разгадать тайну, – промурлыкала Асаида и, потянувшись, коснулась моих волос. – Останься сегодня во дворце.

– Предполагаете, что будут другие покушения? – мгновенно собравшись, уточнила я.

Похоже, что я ошиблась, и сегодняшний случай особенный. У повелительницы очень тонкое чутье, и, судя по всему, Асаида по-настоящему боится за жизнь своей любимой фрейлины. Если до этого я относилась к серебряным шпилькам, как к досадному недоразумению, сейчас все изменилось. Должно быть, отчеты стражи были неутешительными.

– Когда тебя нет рядом, мне будто не хватает воздуха, – Асаида нежно погладила меня по голове и посмотрела так проникновенно, что защемило в груди. Сильнейшие из пьющих кровь обладали даром безусловного обаяния. Служа королеве уже не один десяток лет, я привыкла к ее ауре, но иногда, когда она направляла свою силу на меня, мне хотелось упасть на колени и обливаясь слезами целовать подол ее платья за то, что она просто есть на этом свете. Зная, что потом жертвам ее внимания становится стыдно, ее величество нечасто применяла свой талант, хватало ее потрясающей ауры. Но сегодня она очень хотела, чтобы я задержалась во дворце. Не в силах сопротивляться, я упала на колено, склонила голову…

Тут раздалось хлопанье крыльев и тонкий писк. Очарование разрушилось, и я выдохнула с облегчением. Королева подалась вперед, глянула вверх и торопливо произнесла:

– Оставь меня.

Я отложила губку и, поднявшись, поклонилась, прежде чем покинуть купальню. Прикрывая за собой дверь, заметила, как к Асаиде на волосы опустились две летучие мыши. Понятливо улыбнувшись, – ее величество будет слушать доклад своих маленьких крылатых шпионов, – я направилась в комнату, которую королева отвела мне для сна, но по пути встретила статс-даму.

– Ардэль, – сурово обратилась леди Ингела. – Нужна твоя консультация. У одной из фрейлин признаки отравления…

– Скорее, – прервала ее и, машинально проверяя пояс, в котором были вшиты стальные колбочки с самыми известными противоядиями, попросила: – Проводите меня.

Случай оказался непростым, пришлось побороться за здоровье младшей фрейлины, но я победила. Хотелось ткнуть кинжалом того, кто угостил девочку отравленным лакомством. И яд выбрал сложный – трехкомпонентный! Еще бы чуть-чуть, и я бы не успела. Оставив малышку с леди Ингелой, которая осторожно выспрашивала, кто принес ей винные ягоды, я вышла в коридор. Ноги не держали. Я кое-как добрела до своих комнат, с трудом нашла в себе силы переодеться и заплести косы для сна. А потом со стоном облегчения рухнула в постель.

Вот только поспать мне не дали.

Стоило закрыть глаза, как раздался стук в дверь:

– Леди Бланш! Королева приказала вам сопроводить к ней арестованных послов Дидериса и Найроуза.

Распахнув глаза, я с ненавистью прошипела:

– Я начинаю ненавидеть этих двоих. Что еще?!

Почему именно я, вопроса не возникло. Асаида дала понять, что ей интересно наблюдать за развитием странных отношений между нами тремя, оставалось лишь подчиниться. Королева ждать не любит, поэтому я махнула рукой на свой внешний вид и отправилась в том, чем была. В конце концов, мне нет дела, что подумают два заявившихся к нам павлина, а мое ночное платье у тех же эльфиек за парадное сойдет.

Стоило покинуть комнату, как служанка с поклоном вручила мне сложенный пополам лист, где изящным почерком статс-дамы было выведено «Следи за эльфами». Отравление фрейлины, летучие доносчики, а теперь еще и это. О, вечность, чем я тебя прогневала? Только этих светловолосых снобов мне не хватало!

«Арест послов лишь спектакль! – догадалась я. – Ее величество ведет свою игру. Что же, посмотрим».

Когда стража привела магов, мой взгляд притянул лорд Артин. Он выглядел так опрятно, будто имел часы на сборы. Безупречный белоснежный камзол с золотым шитьем. Белые бриджи заправлены в белые же полусапожки эльфийской работы. Даже прическа лежала волосок к волоску!

А вот посла Темных явно вытащили из постели, как меня. Черные волосы растрепаны, одет лишь в мягкие домашние сапожки, тонкие брюки и фиолетовый бархатный халат. Распахнувшись, он позволял любоваться рельефными мышцами на груди мужчины.

Я с трудом отвела взгляд от Дэмьена, который смотрелся слишком сексуально и, пряча удлинившиеся клыки, произнесла максимально строго:

– …Это не ваша битва!

Слуги распахнули высокие резные двери, и мы вошли в зал. Асаида в багровом ночном платье восседала на троне, в подножии которого на пуфике пристроилась статс-дама. А слева, ближе к окну стояли те самые эльфы, которые прибыли на бал с опозданием.

– Это он! – воскликнул один и, шагнув вперед, указал на послов. – Он украл Пест сладострастия!

– Что-что? – опешил лорд Артин.

Дэмьен же прыснул от смеха, но поперхнулся, стоило мне покоситься на него.

Первым выступил Люциус. Горделиво глянув на меня, он заявил:

– Мне без надобности данный артефакт, готов подтвердить это хоть сейчас!

Эльфы возмущенно загалдели, а посол Темных и вовсе расхохотался, а потом негромко поддел:

– Кто знает. Может, вы уже им воспользовались и теперь рветесь на подвиги. И нарядились, как на свидание.

– Скорее, Пест использовали вы, – парировал Люциус и выразительно оглядел противника с головы до ног. – Не так ли?

«Я ведь предупреждала их», – вздохнула и внимательно посмотрел на эльфов.

Представители Элфиира возмущались несправедливостью и требовали строгого наказания вору. Вели себя крайне несдержанно, будто у них действительно украли чрезвычайно важный артефакт. Несколько раз прозвучало «отстранить от должности до конца расследования». Выходит, эльфам нужно на какое-то время лишить влияния послов двух стран. Для чего? И почему Нимрайс Динен бросает колкие взгляды не на обвиняемых, а на меня?

«Серебряная вышивка, – нахмурилась я. – Дротики…»

И тут Асаида поднялась.

– Довольно!

Глава 13

– Довольно! – повторила королева. – Поскольку похищение артефакта произошло на территории Инайна, мои стражи отыщут Пест и я лично накажу тех, кто посмел бросить тень на мое величество!

Тут глаза королевы сверкнули багровым, а острейшие белые клыки украсили улыбку. Эльфы содрогнулись, поклонились и, повинуясь воле королевы, первыми покинули зал.

Ее величество почему-то медлила. Не спешила отпустить нас, и словно к чему-то прислушивалась. Я постаралась глубоко вздохнуть и не нервничать – иногда повелительница устраивала довольно жестокие провокации, которые в итоге спасали десятки, а то и сотни жизней. Но как же неприятно было служить марионеткой в подковерных играх!

– Ардэль, – наконец сказала королева, расслабленно откинувшись на подушки трона, – проводи послов. Им понадобится надежный свидетель. Боюсь, эльфы не успокоятся. Вообще… постарайтесь не расставаться этой ночью…

Я присела в реверансе. Послы с одинаковыми хищными улыбками подхватили меня под руки и повели к дверям.

– Леди Бланш, – немедля завел свою шарманку Светлый, – предлагаю скоротать эту ночь в моих покоях с бутылочкой эльфийского вина. Специально для вас добавлю в кубок капельку крови.

– Если вашей, то не надо, – фыркнула я, – заработаю изжогу от вашей желчности!

Светлый картинно насупился, и тогда в разговор вступил Темный:

– Леди Бланш, буду счастлив пригласить вас в себе, – с легким поклоном сказал он, – эльфийского вина не обещаю, могу предложить Гран-Крю с вулканических виноградников моей семьи…

– Вы очень любезны, милорд Филирэйт, – ответила я, с усталой улыбкой. – Пожалуй, я склонна принять ваше предложение…

– Чем же предложение этого мрачного вояки лучше моего? – захлопал ресницами Светлый, изображая лицом печаль обиженного котика.

– Может тем, что посол Филирэйт не пытается меня соблазнить? – подняла я брови.

– И очень зря! – Светлый приободрился и вдруг с обаятельной лукавой усмешкой продолжил: – А если я предложу вам соблазнить… меня?

– Вы полагаете, после тяжелого дня и утомительного вечера у меня есть желание и силы соблазнять хоть кого-то? – не выдержала я.

– Клянусь, я буду очень-очень податливым котиком! – мурлыкнул Светлый, и я снова не удержалась – рассмеялась.

В этот момент мы дошли до “развилки” между темными и светлыми покоями. Прежде это была маленькая ротонда, с шестиугольным диваном-пате и возвышающейся в его центре напольной вазой. Из этого небольшого помещения разбегались сразу шесть дверей, одна из которых вела в покои Светлого, а другая – Темного.

Теперь же… дверей не было!

Как только мы увлеченные пикировкой вошли в ротонду, дверь за нашими спинами закрылась и растворилась!

Я дернулась, нервно оглядываясь и заметила другую метаморфозу – узкий диван превратился в огромную кровать! Я невольно попятилась. Не то, чтобы постель могла меня чем-то удивить или напугать – но такая метаморфоза мебели заставляла напрячься.

Между тем мужчины тоже попятились, потом переглянувшись пробежались вдоль стен.

– Я не вижу внешней магии! – пробормотал Темный, стиснув зубы. – Такое впечатление, что дверные проемы заложили камнем! Но этого даже отряд магов не сумеет сделать за час!

– Здесь какое-то дикое смешение потоков, – поддакнул Светлый.

Я вздохнула и села на кровать:

– Не трудитесь, лорды, – сказала я, – ее величество побеспокоилась о нашей безопасности.

– Что это значит? – напряглись мужчины.

– Королева Асаида приказала нам провести эту ночь вместе, чтобы исключить провокации эльфов, – пояснила я. – Мы шли по коридору и не могли выбрать комнаты. Спорили. Ее величество решила все за нас. Она управляет этим дворцом как своим телом. Видите, даже столик с едой и напитками предусмотрела.

Я указала на шестиугольный стол с подносом и мужчины немедля подошли его потрогать, чтобы осознать действительность.

– И даже ширма с ночным горшком есть, – вздохнула я. – Если кому-то нужна минута уединения, не стесняйтесь. Лично я устала и хочу спать!

С этими словами я забралась в кровать и накрылась тяжелым, теплым одеялом.

– Леди Бланш, – удивленно сказал Светлый, – вы не будете искать выход?

– А зачем? – широко зевнула я, – ее величество утром выпустит нас отсюда, а пока предлагаю отдохнуть. Сопротивление ее воле бессмысленно.

Однако мужчины предпочли меня не услышать. Они бегали вдоль стен, делая пасы руками, пытались долбить каменную кладку заклинаниями, и успокоились не раньше чем через час.

Устроились у столика, взяли по бокалу вина, закуски и принялись обсуждать наглость эльфийских послов и перспективы выбраться из этой истории без потерь для репутации государств.

Я чутко дремала, но под их голоса и вовсе скользнула в глубокий сон, а проснулась – резко, внезапно от горячих прикосновений к моим бедрам. Вскинулась, не понимая, что происходит и увидела двух мужчин бережно, но быстро снимающих с меня ночное платье.

– Что вы делаете? Филирэйт! Артин!

– Простите, леди Бланш, – сквозь зубы прошипел Светлый, – но это выше нас! Остановите, если сможете!

– Простите! – Темный говорил меньше, а делал больше. Кое-как протолкнув извинение сквозь зубы, он припал губами к моему животу и меня словно молнией пронзило! Страх отступил, недоумение растворилось в мощной приливной волне желания! Я захлебнулась диким потоком эмоций, которые требовали лишь одного – мужчину! Немедля! Здесь и сейчас!

Я жалобно захныкала, когда Темный отстранился, но он сделал это лишь для того, чтобы сорвать с себя мешающую одежду. И пока Филирэйт сражался с рубашкой, Артин, млея от наслаждения, целовал мне пальцы на ногах, медленно поднимаясь к коленям.

– Стойте! – я резко свела ноги, пытаясь образумить и себя и мужчин.

Глава 14

Надо было прекратить все это! Я не должна поддаваться странному наваждению, охватившему нас троих и завертевшему в необузданном вихре сладострастия, но от малейшего движения меня накрывало диким и сладким наслаждением!

– Фи-ли-рэйт! – простонала я, когда темный целовал мою шею, а его длинные, красивые пальцы одну за другой расстегивали пуговки на лифе платья. – Что вы делаете?

– Простите, леди Бланш, – жарко прошептал он мне на ухо. – Все, что я могу – не накинуться на вас, как дикарь!

И пока он говорил это, будто отвлекая меня, Светлый добрался до шнуровки и распустил ее одним магическим импульсом. Стало легче дышать, чему я не порадовалась, потому что каждый вдох опалял легкие, а по венам заструилась обжигающая лава неконтролируемого желания. Остатки силы воли таяли в разгорающемся пожаре страсти так же стремительно, как лед в кипятке.

– Но возможности мои не беспредельны.

Дэмьен навис надо мной всем телом, закрывая широкими плечами свет и упираясь мне в бедро своей твердостью. Люциус при этом положил меня спиной на себя и стиснул в объятиях так, что показалось, что я попала в лапы хищника! Сердце затрепетало, а дыхание сбилось, когда я почувствовала, как мучительно медленно Светлый провел горячей ладонью по моей щиколотке, задирая юбку. Бесстыдно открывая меня взору Темного.

– Какая же у вас нежная кожа, леди Бланш, – страстно выдохнул он, обжигая затылок. – Знаменитый эльфийский шелк по сравнению с ней кажется грубой дерюгой!

Я повернула голову, желая поймать его губы, но тут лорд Филирэйт склонился надо мной, и совершенный торс мужчины привлек мой взгляд. Кончики пальцев будто сами собой потянулись погладить выступающие мышцы пресса, а потом скользнули еще ниже, к темной дорожке курчавых волос, которые манили меня запустить ладошку под пояс простых брюк. Сдаваясь дикому стремлению, я сделала это, нежно сжимая напряженный член мужчины.

Простонала бесстыдно:

– Какой большой!

Люциус ревниво зарычал и, приподнявшись вместе со мной, резким движением разорвал на себе рубашку из тонкого батиста. Схватив меня за другую руку, прижал к своему животу:

– А разве я не нравлюсь?

Послушно погладила внушительную выпуклость на его брюках и, облизнувшись, коснулась сильно выступающих клыков. Такой возбужденной я не никогда не была, и это пугало, ведь я могла потерять контроль и лишить мужчин жизни. Но и остановиться не могла. Оскалившись, хрипло призналась:

– Нравишься…

Отпустив его твердый член, погладила мускулистый торс и, царапнув сосок, дотронулась до пульсирующей жилки на мощной шее мужчины.

– Даже слишком нравишься.

– Она моя, – возмутился Дэмьен и, рванув мои бедра вверх, прижался жадным горячим ртом к самому сокровенному.

Вскрикнув, я выгнулась всем телом и, сгорая от охватившего меня экстаза, содрогнулась в стремительном оргазме. Жаркая волна удовольствия утопила меня в кровавой пучине безудержной страсти. Последние бастионы рухнули, стыд растворился, приличия исчезли. Остались лишь три обнаженных охваченных безумием тела.

Темный прогулялся кончиком языка по припухшим от возбуждения складкам и прошептал:

– Восхитительно, леди Бланш! Вы такая чувствительная, словно изысканный инструмент, отзываетесь на каждое прикосновение и издаете сладчайшую музыку…

Я застонала в губы Люциуса, показывая, как мне хорошо. Дернув завязки на брюках Светлого, освободила мужской член и нежно массировала его, пока Дэмьен ласкал языком мой клитор, снова и снова доводя меня до исступления.

Темный на миг отстранился, освобождаясь от штанов, и Светлый коварно воспользовался этим. Не меняя позы, он приподнял меня и вошел первым. Закричав от наслаждения, я выгнулась, яростно двигая бедрами, сама насаживалась на твердый член. Хотелось большего, и руки Люциуса на моей груди добавили последние капли маленькому сладостному взрыву!

Утонув в алом мареве удовольствия, я не заметила, как развернулась, оседлала мужские бедра и потянулась к шее Люциуса, где так маняще билась жилка. Я чувствовала губами биение его пульса, жаждала сделать его своим, в этот момент напрочь позабыв о давней клятве, что больше никогда не стану пить кровь из вены…

Но в последний момент мне помешал Дэмьен. Бесстыдно сдернув меня со Светлого, он резко приподнял мои бедра и не церемонясь вошел, с силой вжимаясь в мою спину, будто наказывая, что приняла его не первым.

Обернуться я не пыталась, но в зеркальной панели ширмы видела всю сцену в мельчайших деталях. Горячо, порочно. Лицо мужчины заострилось, черты стали хищными, глаза потемнели до черноты, припухшие губы приоткрылись, выпуская сквозь зубы рваное дыхание. Темный был нетерпелив, беспощаден и даже чуточку жесток в своей страсти. Однако его музыкальные пальцы не только впивались в мои бедра – они искусно подбирались к чувствительной точке, легонько касаясь в такт толчкам.

А Светлый… светлый смотрел! И в его глазах полыхало ледяное пламя! Когда он заметил, что я кусаю губы, не в силах поймать волшебный миг, он перестал поглаживать себя, наклонился вперед, впился в мои губы, и сильно. почти до боли сжал соски, отправляя меня в вечность!

– Ах-х-р-р-р! – поймав мои спазмы, Темный в три толчка догнал меня и бережно уложил на бок, уступая Светлому.

Люциус, нетерпеливо ожидающий своей очереди, набросился на меня, словно спешил доказать, что не менее страстен. Однако страсть его была выверена и точна, как кинжал в руке убийцы. Ему понравилось, что я лежу на боку, и он лег рядом, целуя мои глаза, умоляя их закрыть. Я… подчинилась. Устала. Полыхающие взгляды мужчин немного пугали.

– Умница! – блондин протянул руку, и брюнет, усмехнувшись, вложил в нее шелковый галстук. – Ничего не бойтесь, моя прекрасная леди, – шептал Светлый. – Я не причиню вам вреда. Только разожгу страсть…

Я хотела сказать, что разжигать ничего не требуется – я опять почувствовала сладкое томление в груди и томную тяжесть внизу живота. Однако Люциус Артин знал, что делает.

Угасшее зрение обострило все другие чувства. Влажной кожей я ощущала заломы на простыне, складки подушки, гладкость кожи Светлого и… жар Темного. Лорд Филирэйт не собирался оставлять меня. Его губы скользили по моей спине, пока Артин целовал грудь. А руки! Их руки гладили, пощипывали, проникали во все складки и уголки тела, не позволяя скромничать. Вскоре я оказалась на спине, а надо мной навис Светлый. Его движения были нежны и искусны, а ласки изысканы и возбуждающи. Он плавно скользнул в меня, замер, наслаждаясь нашим единением, и повел в ритмичном и чувственном танце, небрежно закинув мои ноги себе на плечи. Поначалу я горячо отдалась ему, радостным стоном встречая каждый толчок, но вскоре с изумлением поняла, что мне чего-то не хватало! Хотелось больше! Тело просило марева, смывающего мысли, алого безумия, которое накрыло меня, когда мужчины довольно жестко делили меня.

– Кровь! Вот что поможет! – мелькнула в голове мысль, и я снова потянулась к шее мужчины, не контролируя свое желание отхлебнуть…

Однако мои губы перехватил Темный. Поцеловал, жестко прикусывая, стиснул плечи, ткнулся горячим и твердым в бедро, а потом просунул руку между нашими телами и легко-легко погладил возбужденную горошинку плоти. Я взорвалась в тот же момент! И плавала в алом мареве, наслаждаясь каждой секундой! А когда пришла в себя, вновь оказалась в объятиях Дэмьена, член которого был тверд, а желание всепоглощающим.

Коварный Темный сел, усадил меня себе на колени, и хрипло шепнул:

– Леди не возражает? – и насадил меня на член, как бабочку на булавку. Я застонала, выгнулась и оперлась спиной на крепкие бедра Светлого! Дальше началось полное безумие!

Люциус привораживал меня неожиданной покорностью, позволяя делать все, что захочу! Он предлагал мне играть с его членом, ласкать, кусать, посасывать. Трогать яички, похлопывать по бедрам и крепко сжимать его “гордость” в кулаке. Только бы я потом провела вдоль ствола губами, дразня и втягивая в себя белесые капли его семени.

В это же время сладкие губы, умелый язык и крепкий член Темного раз за разом уносили меня в небеса. У нас не хватало сил и эмоций на какие-то изыски, но нам они и не требовались. Мы втроем будто снова танцевали танго. Мои ноги лежали то на плечах Светлого, то Темного. Я впивалась пальцами то в блондинистую, то в брюнетистую гриву. Гладила торсы, прикусывала соски, царапала ногтями спины и упивалась каждым мгновением! В страстном танце любви я меняла партнеров, наслаждаясь обоими в равной мере, так и не сумев выделить кого-то.

Как и укусить…

Казалось, этой ночи не будет конца, но через несколько часов я все же заснула в объятиях Темного и Светлого, измученная и счастливая.

А проснулась под противный вопль эльфийского посла:

– Вот! Вот он где! Пест Сладострастия! Воры использовали его прямо тут!

Конец первой серии