Глава 8

Можно считать, что открытие магазина прошло удачно! Народ, уже прикормленный моим сыром и сплетнями о злоключениях Вьежеса повалил косяками, чтобы посмотреть на новую лавку и ещё раз пообсуждать тот громкий скандал всласть.

Думаю, мне бы тоже досталось, знай эта почтенная публика о Сашке и условиях его рождения, но так уж получилось, что информация пока не просочилась в народные массы. Так что после того, как мы гостеприимно открыли двери своей лавки, яблоку там падать было некуда.

Наши молочные продукты шли на ура! Ещё больше на ура шло бесплатное угощение. Но самым приятным было то, что под шумок я смогла отправить торговцу целый ящик заряженных кристаллов, под видом сыра. И вот теперь в хорошем настроении и потирая ручки от предстоящих барышей я отсыпала творог Глауции, что висела над душой уже час и не спешила уходить.

— Ах душечка, как прекрасно, что вы все таки выкупили эту замечательную лавку! — в сотый или в тысячный раз воскликнула почтенная матрона — Теперь мне будет с кем поболтать о том, о сем. Ведь в этом городе очень тяжело найти приличную компанию!

Хмм, знала бы ты… Что там ещё хотела сказать мадам я не услышала так как дверной звоночек, в который раз, звякнул оповещая о появлении посетителя и весь магазин тут же накрыла мёртвая тишина. А я… Я внутренне застонала! Ведь на пороге стоял Эдгар!

Разодетый с иголочки, такой весь красивый, породистый и с букетом цветов.

На мои глаза навернулись слёзы. Нет, не умиления, а обиды. Обиды на то, что так тщательно спланированное открытие лавки сейчас летит коту под хвост. Знаете о чем завтра будут рассуждать на каждой кухне графства? Далеко не уникальный вкус кодосского сыра! А потом достанут на свет Божий всю мою подноготную, стряхнут и с удовольствием обсусолят. И окажется, что милая, но хватая девчушка Мира совсем не почтенная вдова, а гулящая девица.

Все это пронеслось в моей голове, пока Эдгар Брачинский неспешно спускался со ступенек и подходил ко мне.

— Мира! — обратился мужчина, под тихий вздох Глауции рядом, что уже успела схватиться за сердце и слегка покраснела, представляя КАКИЕ новости она сейчас понесет своим подружкам — Поздравляю тебя с открытием лавки!

И мне протянули букет красивейших роз. Знаете, что мне захотелось сделать? Да именно! Отходить породистую, красивую рожу одного наглого графа этим букетиком, но я сдержалась и скромно опустив глазки сказала:

— Спасибо, ваша светлость, но не стоило! — рядом повторно ахнула Глауция, но я уже знала, как выкрутиться из этой ситуации — Наши родственные связи не настолько крепкие, чтобы тратить ваше время на мою скромную персону.

Ну да прозвучало не очень складно, но я добилась главного. Пока местные кумушки себе ничего не напридумывали я дала им очень простое объяснение. И главное не соврала! Мы и правда имеем общих родственников — Сашку например.

И конечно же этот ход не укрылся от внимания графа. Губы Эдгара скривила понимающая улыбка, делая его каким-то порочно-соблазнительным и когда я уже приготовилась к тому, что меня сейчас сдадут с потрохами, аристократишка заявил.

— Ну что ты! Я очень ценю своих «родственников» и рад когда у них все получается.

Я внутренне выдохнула, но сюрпризы от Эдгара на этом не закончились.

— Я не один — снова улыбнулся мне граф — Кое-кто считает твой сыр неподражаемым и напросился приехать со мной его прикупить.

Эдгар указал в сторону улицы, и за витриной я увидела знакомую тучную фигуру. Ооо, похоже, я ему сейчас прощу этот дурацкий букет и неудачный визит!

— Госпожа Глауция, извините меня — я быстро поманила девушку продавщицу к себе, с просьбой заменить меня за прилавком — Ваша светлость, с вашего позволения!

Конечно, позволение его светлости мне сто лет не сдалось, но перед посетителями нужно было отыграть пьесу до конца.

Эдгар милостиво кивнул, но мне в спину, так как я уже на всех парах мчала к своей благодетельнице.

Стоило мне только распахнуть двери лавки, как я тут же упала в раскрытые теплые объятия кухарки.

Как же я скучала за Исой все эти дни!! И хотя с графом мы все вроде как утрясли, но страх, что он может отыграться на моей доброй фее был и я не видела ее с тех самых пор.

— Мира! Деточка моя! — толстушка уже вовсю шмыгала носом поливая меня слезами счастья — А исхудала то как! А вытянулась!

Причитала кухарка тиская меня.

— Иса, как я скучала! — в тон ответила своей доброй подруге. Я и правда скучала за ее теплыми объятиями и ободряющими словами. А еще прекрасно понимала, что Иса все это время очень переживала обо мне.

— Как там? — шепнула мне на ухо кухарка и я прекрасно поняла о чем она.

— Он пока жив — сообщила подруге и та покачала головой.

— Осторожнее!

— Само собой! — прошептала я, а потом громко сказала — Пошли я покажу тебе наш магазин.

Следующий час я с гордостью демонстрировала дорогой гостье все свои товары и задумки. Иса пробовала сыр, творог, мороженное и громко нахваливала клянясь всем, чем только можно, что отродясь такого вкусного не видала. И все это на глазах у набежавшей публики, что спешила поглазеть на молодого графа Брачинского развалившегося на моём модном диванчике и с аппетитом кушавшего халявного мороженого. Новость разлетелась с ужасной быстротой и пока я хвасталась перед Исой своим детищем, почти все продукты раскупили.

— Нужно закрываться, госпожа Мира! — сообщила мне девушка продавщица очевидную вещь. Я взглянула на часы, что показывали два часа по полудню и со вздохом начала выпроваживать посетителей.

Иса, ты можешь идти! — сообщил Брачинский кухарке, когда все разбежались — Я подвезу Миру домой, а продукты заберет кто-то из слуг.

Толстушка послушно кивнула не посмев возразить графу. А вот я не была такой покладистой.

— За мной заедет Фрей! — напомнила ему, но графу это явно не понравилась.

— Сегодня нет. У мальчишки нашлись другие дела — от этой фразы у меня внутри все похолодело, но Эдгар будто прочитав мои мысли добавил — Его задержала стража, как свидетеля происшествия и скоро отпустят, а я рад всегда помочь своим близким "родственникам" добраться домой.

Вот зараза! Намек в его речах был таким толстым, что даже слепой заметит. И не поленился же целую компанию организовать по устранению конкурентов за право находится возле меня. Да и легенду мою Эдгар поддержит, если только я поеду с ним.

— Мне нужно подсчитать касу и закрыть магазин — хмурясь сообщила аристократишке.

— Я не спешу! — ответил Эдгар, сделав широкий жест "Валяй!" и снова уселся на мой белоснежный диванчик.

Я безбожно тянула время раз за разом пересчитывая монеты и подбивая итоги, лишь бы отдалить момент поездки. Была у меня нехорошая чуйка, что меня во время нее будут окучивать, как картошку на маменькином огороде в деревне. И я не то чтобы этого боялась…

Но здравый смысл требовал быть осторожной. А с другой стороны, Лидия, чего ты боишься? Тебе сто лет в обед и уж на мужиков ты насмотрелась за свою долгую жизнь. Неужели не справишься с еще одним кабелем?

Я подняла глаза от документов и взглянула на Эдгара. Смоляная прядь упала на лоб, внимательные черные глаза смотрят цепко, а пухлые губы прячут улыбку. Хорош, что тут скажешь! Даммс, похоже, с этим кобелем будет потруднее справиться. Но я от трудностей никогда не убегала и поэтому решительно захлопнув журнал, поднялась со своего места.

— Поехали! — Сказала Эдгару, как в воду ухнула, и граф ответил мне соблазнительной улыбкой.

Ну, чё держись Сталинград, оккупационные войска уже близко!

На улице нас ждала симпатичная двухместная коляска запряженная парой откормленных гнедых. С боку на ней блестел герб дома Брачинских и она всем видом говорила: «Я не вожу плебс!». Расстарался значит, да?

Неохотно приняв руку Эдгара я взобралась на нее и села на пассажирское кресло. Молодой Брачинский лихо запрыгнул рядом и схватился за вожжи.

— Надеюсь мы не разобьемся! — выпалила я оценив энтузиазм мужчины.

На меня укоризненно зыркнули черными, как ночь глазами, и мужчина ответил:

— Ты меня просто провоцируешь доказать, что перед тобой самый лучший наездник в графстве.

— Пожалуй, не стоит — дала заднюю я — Никогда не любила быстрой езды.

Об этом откровении мне пришлось пожалеть. Эдгар взглянул на меня удивленно и спросил:

— Правда? А мне казалось, что ты наоборот очень любила лошадей и все время просила отца подпустить тебя к нашей конюшне.

Блин, Лидия!! Болтать — врагу помогать! На плакатах ерунды не пишут! Сама же себя, глупая, в ловушку загнала.

— То было до… — начала лепетать и выкручиваться я, костеря себя, на чем свет стоит — В далекой и другой жизни, которой больше. Я изменилась и не люблю быстрой езды!

Ох, и нагородила! Но будем надеяться граф проглотит. Эдгар еще некоторое время вглядывался в мое красное лицо, а потом просто кивнул и хлестнул лошадей.

Фугх, прокатило! Нужно быть предельно осторожной в общении с аристократишкой, а лучше вообще с ним не общаться.

Но, как говориться, наши бы слова, да Богу в уши! Поскольку Эдгар то как раз собирался наладить со мной контакт и максимально близкий.

— Эй, мы едем не туда! — озираясь по сторонам, воскликнула я когда Брачинский свернул с обычной дороги в ближайший лесок.

— Ошибаешься, Мира, как раз туда, куда надо! — загадочно сообщил мне Эдгар, не отрывая взгляд от дороги. Так как править лошадей по лесной тропинке было намного труднее.

Мою голову разрывали предположения, что же он задумал. Меня похитили? Но смысла не было. Вот так вот без подготовки и какой-то очевидной выгоды.

Пока я размышляла стоить ли прыгать с коляски на полном ходу или все таки подождать немного и посмотреть, что будет, Эдгар остановил наш транспорт на симпатичной полянке.

— За сидением корзинка, подай, пожалуйста — совершенно будничным и беззаботным тоном сообщил мне граф, будто это совсем не он только что похитил меня.

Замечательно! Скорее на автомате, чем реально повинуясь его указанием, я полезла за спинку сиденья и действительно увидела там корзинку. Симпатичную такую, подозрительно напоминавшую корзину для пикника.

Лишь только я потянулась за нею, как ко мне сбоку прижалось чье то горячее тело, а над ухом промурлыкали.

— Тяжело? Давай помогу!

Вот ведь аферист! От неожиданности я отпрянула чуть ли не свалившись с сидения.

— Осторожно! — мою талию обхватила крепкая рука не дав выпасть из коляски — Какая ты неловкая, Мира!

И снова эта самоуверенная и все понимающая улыбочка! Которая начинает меня бесить, но спасибо ей, она быстро привела в чувство.

Вместо того чтобы растаять в объятиях Эдгара и повиснуть готовой на все тушкой в ожидании… Чего там вообще ожидают в таких случаях? Я выпрямилась и максимально строгим голосом, каким обычно говорю с Сашкой, когда он берет вещи мои или Фреи, сказала:

— Во-первых отпусти меня! Во-вторых, я жду объяснений!

Бровь Эдгара иронично поползла вверх испытывая мое терпение, но он все же убрал руки и ответил:

— По моему все очевидно. Я решил устроить для тебя небольшой праздник в честь открытия лавки. И решил что пикник будет самым хорошим вариантом в нашем случае.

Нет, слыхали?! В нашем случае! В кустах значит, а почему сразу не в номера? Кто там просился в Гагры, Мирочка? Но то я сама планировала себя баловать и найти "режиссера" по вкусу, а тут… Кстати, о "сама".

— А спросить меня тебе в голову не пришло? — Моя бровь тоже поползла вверх. Не ты один так умеешь, аристократишка.

— Пришло — покладисто сообщил мне граф — Но ты бы сказала "нет" и снова с головой ушла в работу и заботы. Так что я решил не давать тебе шанса избежать заслуженного отдыха. Пошли!

Легко подхватив корзинку будто она совсем ничего не весила, Эдгар спустился с коляски и пошел к раскидистому дереву, что росло на самой границе полянки.

Я еще некоторое время размышляла, не показать ли мне характер и фыркнув пойти домой пешком, но потом увидев как граф аккуратно разлаживает цветастое покрывало и достает бутылочку чего-то красного и очень зазывного, решила: почему бы и нет? Могу я хоть немного расслабиться за все это время пребывания в новом мире?

Да и Эдгара всегда можно будет огреть вот этой вот бутылкой по голове, если ему вдумается приставать.

Поэтому «ничтоже сумятися» я спустилась с коляски и подошла к графу, что у же разложил снедь и разливал вино.

— Правильное решение — похвалил меня мужчина, протягивая бокал.

Никак это не прокомментировав, я присела на покрывало и глотнула насыщенной жидкости, что весело играла за стеклом.

Ммм, вино было нереально вкусным.

— Расскажи, как ты жила все это время с тех самых пор, как я привез тебя к тетке?

Лениво развалившись на покрывале и перебирая снедь, что щедро снабдила его Иса, Эдгар сразу же начал разговор с нелегкой темы. Он сознательно ступал на опасную почву и прекрасно это понимал. Но я решила извлечь выгоду из этого предложения:

— Баш на баш — сообщила графу — Я отвечаю тебе на этот вопрос, а ты на мой. Идет?

— Если хочешь знать, что мне нравиться в женщинах, то я и так расскажу — сообщил мне этот неисправимый плут. Но я лишь покачала головой, ожидая ответа на поставленный вопрос.

Демонстративно тяжко вздохнув, Эдгар ответил:

— Хорошо!

И я начала свой рассказ. Скрывать, собственно говоря, было нечего, кроме моей иномирности и веселого похода на болота, о котором я не могла думать без содрогания. Мне еще потом пол года снилась эта белесая гадость, что тянет руки к моему сыну. Но жить в вечном страхе и стрессе тоже не возможно, особенно когда день за днем ничего не происходит и в конечном итоге я предпочла не, то, чтобы забыть об этой магической угрозе, но, по крайней мере, постараться жить дальше, не теряя бдительности.

Поэтому о Сашке мало кто знает. Не только из-за Брачинских, но и через Проклятые болота, а также их жажду заполучить моего сына.

Эдгар слушал меня внимательно, кое-где посмеиваясь над моими приключениями, кое-где качая головой, а вот когда дело зашло за Вьежеса, его светлость внезапно поинтересовался:

— И где же сейчас этот молочник?

Глядя на ставшими холодными глаза графа, специфические ямочки, что обрисовали его скулы от крепко сжатой челюсти, я поняла, что подлецу молочнику на редкость повезло вовремя разориться и сбежать с дочерью булочника. А то у Брачинских к обслуге и ремесленникам, завязанным на преступлении свой подход. Покойный папенька Миры не даст соврать.

Мне было приятно, но мы девушки гордые и с врагами привыкли расправляться самостоятельно.

— Обанкротился и сбежал — усмехнувшись, ответила я — Собственное дело такая сложная штука, конкуренты так и давят, так и давят…

— Что-то мне подсказывает, что без твоих нежных ручек не обошлось — уже более спокойно сказал Эдгар, без этого жуткого ледяного выражения лица, и нагло сграбастал мою руку, свободную от бокала.

— Мои руки уже давно не нежные — с долей горечи и немножко стыда ответила мужчине и отобрала руку — Выживание как — то не способствует томности и нежности.

И тут же преувеличено вдохновенно продолжила, чтобы скрыть неловкий момент:

— Теперь твоя очередь! — сообщила графу — Почему мы с тобой переспали?

Ухнула вопрос на Эдгара и удивленные глаза собеседника стоили много.

— И как я должен отвечать на этот вопрос? Знаешь, иногда мужчин очень тянет к женщинам или наоборот….

— Оставь эти пошлые детали для кого-нибудь другого — я подняла ладонь, вверх останавливая эту средневековую версию контента 18+ — Меня интересует не это, а почему так случилось?

— Я думал ты сама этого хотела? — сказал Эдгар и в его голосе проскользнула легкая обида. Мда, Лидия, ты сейчас сломаешь самомнение одному зазвездевшемуся герою-любовнику. Но ему полезно между прочим.

Правда, ответ мне все-таки нужен был. В этих отношениях пора было разобраться, чтобы не попасть в очередной просак и единственным человеком, который может рассказать о той ночи был сам Эдгар.

— По крайней мере, когда я спустился в темницу, и ты бросилась мне на шею я именно так это расценил.

По своему растолковал мое молчание граф.

Нужно было что-то отвечать, и я сказала

— Может быть и так. Я тебе нравилась? — решила отвлечь его внимание на другую тему.

Лицо Эдгара стало задумчивым.

— Не хочу тебя обманывать, Мира. Сейчас, когда у нас есть общий ребенок, это все равно не имеет смысла. Я всегда воспринимал тебя, как дочь твоей матери. Ива была причиной многих страданий для моей матушки, и я даже не оценивал тебя, как девушку. В тот вечер, когда я пьяный вдрызг спустился к тебе в темницу, то лишь планировал насмехаться над тобой и тем самым выплеснуть хоть немного боли и горечи от смерти матери. Ведь искренне верил, что это существование Ивы окончательно подкосило ее здоровье. Но увидев тебя там, сжавшуюся в комочек и горько плачущую от потери родителей, я не сдержался. Твоя боль была похожа на мою, как братья-близнецы, и я решил отпустить тебя на все четыре стороны. Но стоило мне открыть камеру, как ты тут, же бросилась мне на шею, а потом я лишь помню, как мы поцеловались и…

— Давай без деталей, пожалуйста — остановила я разошедшегося в своих воспоминаниях Эдгара. Они вызывали у меня отвращение. Нет, не к Брачинскому, хоть он и натворил дел, а ко всей ситуации в целом. Растерянная и испуганная девочка, которая потеряла все. И вот кумир девичьих мечтаний приходит к ней в темницу в самый тяжелый момент ее недолгой жизни и делает широкий жест, спасая бедняжку. Да в такой ситуации не то что девственность отдашь, почку вырежешь и на черном рынке толкнешь ради такого вот поступка.

Да и молодого графа я в чем-то понимаю: пьян, уныл и девица на шее висит. Результат закономерный.

— Я не отрицаю, Мира, что поступил не самым лучшим образом и уж тем более тогда утром, когда ты умоляла меня оставить тебя рядом с собой в качестве любовницы. Но я считал, что самым лучшим выходом для тебя будет жить у тетки. И все еще считаю, что так и было.

— Как и я — добавила от себя и получила удивленный взгляд.

— Моя жизнь наладилась. У меня есть сын, семья, ферма, лавка — ласковая улыбка появилась на моих губах от воспоминания о дорогих мне людях — Я счастлива!

— И все же… — за этой неспешной болтовней я совсем расслабилась и забыла с кем имею дело. Эдгар незаметно подвинулся поближе и его загребущая лапа легла на моё плечо — Кое чего тебе не хватает для идеальной жизни.

Эти слова мне пошептали чуть ли не в само ухо, пока рука бесстыдника начала нежно поглаживать мое плечо.

— Мужчины и защитника например! — он уже потянулся ко мне своими пухлыми губами, но я резко скинула его конечность и вскочила с места.

— Если мне будет нужен защитник — я позову Ингеборгу. Одного представителя семейства козлиных в моей жизни предостаточно — Я гордо возвышалась над Эдгаром, что от моих неожиданных действий распластался на пледе — Все! Пикник закончен, собираемся!

Больше не говоря ни слова развернулась и пошла к коляске, оставив его сиятельство самому разбираться со снедью и прочими вещами.

Ишь ты чего удумал, защитничек! Да если от кого-то меня и нужно защищать, то исключительно от тебя и твоего жадного до чужих детей папаши. Но ничего, я воробей стреляный и меня такими жалкими приемчиками не проберешь, хотя нужно признаться — хорош зараза, но не про нашу честь.