Глава 23

Надя Отдых мне действительно был необходимо. Я покормила Машку, приняла душ, позавтракала сама, но внутри никак не смолкало волнение, наполнившее грудную клетку после разговора с Ромой в кабинете. Разговора и моего внезапного порыва закрепить свои слова или скорее выразить чувства, которые так долго пылали внутри, поцелуем. Словно все маски разом спали, руки были развязаны и больше ничего не мешало мне быть настоящей… Но ситуация осталась незавершенной. Нас прервали, будто по велению судьбы, будто намеренно, чтобы я еще раз переосмыслила свои чувства и действия. Я ведь очень устала, не спала, испугалась из-за обострившейся ситуации с конкурентами и ощущала давление вины из-за того, что оттолкнула Рому… Что если это все и стало причиной моего желания сблизиться? Просто застало врасплох, сложилось в момент слабости и с любовью не имеет ничего общего? Боже, как же я запуталась… Меня безумно тянуло к нему. Но в то же время, так сильно сдерживало, будто шипы врезались в сердце всякий раз, как думала о том, чтобы простить обиды, перестать бояться и позволить себе довериться. Позволить любить. От недосыпа было так дурно, что сразу после завтрака я поднялась в свою спальню. Легла в постель, да только сон совершенно не шел… Я вроде только уходила в дрему, но тут же просыпалась от неуправляемого чувства тревоги. И лишь вспоминая, что увидела Рому, что он дома, успокаивалась и вновь закрывала глаза. Эта пытка длилась до двенадцати дня. Я уже готова была выть от усталости и неуемного беспокойства в сердце. Мне словно не хватало того, что хозяин дома вернулся. Я не ощущала безопасности и находилась в каком-то неведении насчет настоящего положения дел. Из-за моей беременности, Рома ведь и правда мог многое утаивать! Просидев на краю кровати какое-то время и ощущая слабые толчки такой же уставшей малышки, я вдруг решительно поднялась. Не обуваясь, и не надевая халат, я вышла из спальни и подошла к соседней двери. Замерев возле нее, мгновенно испытала всплеск волнения. Но сейчас он не мог меня остановить. Поэтому решительно обхватив ручку, я нажала на нее и вошла в мужскую спальню. В первое мгновение замерла, оказавшись в густом полумраке. Плотные шторы закрывали свет дня, напомнив о том, что Рома спал. Отнесшись к этому с уважением, я тихонько закрыла за собой дверь и на цыпочках направилась к двуспальной кровати. Задержала взгляд на мощной широкой мужской спине, испещренной рубцами. Укрытый по пояс черной простыней, Рома лежал на животе, обхватив рукой подушку и крепко спал. Так крепко, что казалось всю тяжесть мира взвалили на его плечи. Ощущая трепет и робость, я некоторое время просто смотрела на хозяина спальни. Затем сдвинулась с места и очень осторожно, стараясь не потревожить его сон, забралась на постель. Я легла на соседнюю подушку – очень близко к телу Ромы, так что каждая черточка безмятежного лица была видна. И каждая трещинка шрамов. Изучая их взглядом, в какой-то момент протянула руку и невесомо коснулась взъерошенных темно-серых волос, разбавленных легкой проседью. «Какой же ты красивый» – пронеслось в мыслях. – «Несмотря ни на что, ты невероятно красивый мужчина…» Выпустив неровное дыхание, я убрала руку и аккуратно прикрылась простыней. Закрыла глаза, ощущая внутри долгожданный покой, и наконец крепко уснула. Меня разбудило теплое, уверенное прикосновение. Открыв глаза, я даже не сразу сориентировалась, где нахожусь и почему лежу так близко к мужскому телу. Мало того, моя ладонь лежала на груди Ромы, а на моей ладони покоилась его рука. – Доброе утро, – раздался хриплый сонный голос. Вскинув взгляд, я встретилась с синими глазами, которые внимательно за мной наблюдали. – Или точнее вечер, – поправился Рома. Ощутив прилив смущения, я хотела убрать руку с его груди, однако он тут же сжал мои пальцы крепче. – Привет… – тихо отозвалась. Задумчиво прищурившись, и наверняка отмечая, как краснеют мои щеки, хозяин комнаты ласково спросил: – Как ты здесь оказалась? Глянув в сторону, я выдержала паузу, прежде чем ответить. – Понятия не имею. Губы Ромы растянулись в улыбке. Я тоже еле сдержалась. – Наверное во сне… Ты же знаешь, как это бывает? – с намеком в голосе добавила. Его вторая рука заскользила по моей пояснице. – Да. Мне это очень знакомо. Снова ощутила внутренний импульс отстраниться, но не стала этого делать. Просто поняла, что при данных обстоятельствах в этом нет никакого смысла. И мне никто не позволит этого сделать. Словно я оказалась в лапах льва… Причем добровольно. Сглотнув, я посмотрела на грудь Ромы. Сильную, рельефную, с порослью волос… – А… сколько времени? – Я не смотрел. Мы все равно уже проспали этот день, – спокойно отозвался он. Меня и саму это не очень волновало, просто увидела, что через шторы еще пробивался тусклый солнечный свет. Скорее хотелось отвлечься от мыслей, которые стремительно рождались в голове рядом с Ромой и провоцировали горячий прилив в животе… – Иногда можно. Тебе стоит больше отдыхать, – подметила я, понимая, что мне все труднее смотреть ему в глаза. Ладонь Ромы легла на мой живот. Медленно провела по округлости, опускаясь вниз. Дыхание начало сбиваться. – На таких условиях я готов отдыхать вечность. Мне стало жарко под одеялом, хотя я понимала, что он просто хочет почувствовать отклик малышки. Вот только откликалась я. На всех уровнях. – Наверное… надо вставать?.. – выпалила я, вновь пытаясь отнять ладонь от мужской груди. В этот раз Рома не стал препятствовать. И вдруг спросил: – Ты хочешь уйти? – Нет, – тут же тихо ответила я, растерянно посмотрев в синие глаза. Бой сердца раздался в ушах. Не прерывая зрительного контакта, мужчина перестал касаться моего живота и переместил руку выше. Я ощутила, как он поддел лямку моей сорочки, спокойно стянул ее по плечу и медленно провел пальцами вниз, задевая вырез. Напряженно глядя на Рому, я не сдержала резкий вдох, когда он обнажил мою полную грудь. Зачарованно глядя на нее, обвел большим пальцем ореолу и бережно сжал твердый сосок. – Рома!.. – выдохнула в панике, почти умоляюще, хаотично обхватив его предплечье. А он вдруг уверенно приподнялся, и уложил меня на спину. Все мое тело напряглось. Меня настолько резко и сильно охватило возбуждение, что я испугалась, насколько уязвимой была в этот момент. И Рома как будто все чувствовал, все знал. – Ш-ш, – выдохнул он, обхватывая рукой мою грудь, слыша сдавленный стон. – Твое тело буквально горит от желания, Надя. Нельзя его так мучить… С этими словами мужчина наклонился и обхватил горячим ртом ореолу вместе с призывно торчащим соском. – Ох… Боже!.. Я дернулась, заметалась, однако он мгновенно удержал меня, ловко протолкнул колено между моих ног. Окончательно стянув вырез сорочки на груди, Рома принялся ласкать ее поцелуями и прикосновениями. Выгибаясь и цепляясь за его плечи, я податливо раздвинула бедра, когда он задрал подол сорочки и продвинулся пальцами по нежной ложбинке, прикрытой тонкой тканью белья. – Р… Рома! Я… Ах! Резко напрягшись, я протяжно выдохнула в голос, содрогаясь от оргазма. Радов даже не проник в меня, только трогал через трусики, но этого оказалась достаточно. Я кончила, испытывая яркую гамму удовольствия и эмоций. – Моя девочка… – горячо выдохнул он. – Ты не представляешь, как я тебя хочу! Пребывая в тотальном расслаблении, я обняла мужскую шею, когда требовательные губы, нашли мои. Рома был безумно возбужден. Его руки все нетерпимее трогали мою грудь, пальцы протолкнулись в нежное лоно. – Войди в меня, – попросила я, испытывая сильную потребность, ощутить его в себе. Но он медлил. Его наверняка очень смущал поздний срок беременности, и он не хотел навредить ребенку. – Пожалуйста! Я очень хочу… – Надя, я не думаю, что стоит это делать, – услышала категоричный ответ. Хотя Рома ведь был охвачен страстью не меньше меня! – Почему?.. Мне никто не запрещал! Я умру если ты остановишься… – выдохнула, изнывая от желания. Проведя рукой по твердому прессу, я безошибочно нащупала твердый орган, выпирающий из боксеров. Нетерпеливо вытащив его, сжала плоть и испытала маленький оргазм, услышав стон своего мужчины. Однако следом Рома неожиданно отстранился. Я растерянно хлопнула глазами, и уже испытала неприятную досаду, но оказалось мужчина переместился лишь для того, чтобы занять удобную позу. Стянув с меня трусики, Радов ловко подложил подушку мне под ягодицы и устроился между широко разведенных ног. Там было очень мокро… Я буквально перестала дышать, пока не ощутила, как горячая твердая плоть прикоснулась к разгоряченному входу. А с первым толчком из груди вырвался громкий стон. Смяв руками простынь, я замерла в моменте, наслаждаясь каждой гранью удовольствия. Хотя Рома двигался очень плавно, бережно, от ощущения наполнения по бедрам прошел приятный ток, а кожа покрылась испариной и мурашками. – Д-да… – тяжело выдохнула я, давая ему понять, что на самом деле со мной происходит. Нависнув надо мной сильным, атлетически сложенным телом, Рома начал двигаться чуть увереннее, чуть резче. Всего несколько толчков и я вновь вскрикнула от оргазма, заставляя его замереть. Внимательно наблюдая за мной, мужчина, казалось ловил каждый мой вдох. Заботливо гладил животик, давал время прийти в себя. Взяв его лицо в ладони, я притянула Рому для поцелуя. – Продолжай… Прошу! Я чувствовала, как напряжено его тело, от вынужденного сдерживания. Он балансировал на грани, мучая и меня и себя. Стараясь контролировать отклики тела, я все же дождалась активных толчков и уверенных движений. Рома постепенно вошел в темп, наконец выпустил страсть на свободу. Держа мои согнутые колени, он в какой-то момент закрыл глаза и немного запрокинул голову. Его лицо было хмурым и сосредоточенным, он втягивал воздух через зубы – наслаждение накрыло любимого с головой. – Любимый… – неожиданно выдохнула вслух. Рома резко открыл глаза. Взглянул на меня и понял, что ему не показалось. Переместившись вперед, он просунул ладони мне под поясницу, одновременно усиливая толчки. Завыв от всплеска удовольствия, я вцепилась в его предплечья и начала хватать воздух от подкатывающего оргазма. – Да, любимая! – вытолкнул, сразу после чего мое тело начало содрогаться от сладких спазмов. Резко замерев, Рома оскалился и издал низкий протяжный стон. Сделал еще легкий толчок подпитывая наш синхронный экстаз, затем плавно опустился, чтобы поцеловать меня в губы. Казалось, он очень много хотел сказать. И что его переполняли сильные эмоции, но выразить мужчина мог их в данный момент только нежными поцелуями и прикосновениями. Осторожно выйдя из меня, Рома лег набок рядом, продолжая оглаживать мое тело. Я повернулась к нему, чувствуя, что на моих губах играет блаженная улыбка и глаза в прямом смысле горят. Не верилось, что это реальность… Что я действительно с ним. Что он снова мой, а я его! Но главное, внутри не затаилось ни капли сомнений или страхов. Я словно находилась ровно там, где должна была. И все происходящее – самое правильно из всех возможных вариантов. – Ты не представляешь, как я рад видеть эту улыбку, – вдруг произнес Рома, коснувшись пальцем кончика моих губ. – Порой казалось больше никогда не увижу, как ты улыбаешься… В его голосе звучала грусть, и я тут же ее переняла. – Я тоже думала, что так хорошо мне уже не будет никогда, – почти шепотом отозвалась. – Я сделал тебе очень больно. Я знаю… И настолько возненавидел себя за это, что не смел думать о нас, даже когда все обстоятельства остались позади. Я твердо решил, что не заслуживаю тебя. Некоторое время я молча смотрела на него, кусая щеку изнутри. – Что же произошло, Рома?.. – надломленным голосом спросила, чувствуя, как подбирается ком к горлу. Было безумно больно, но в то же время, я понимала, что должна разобраться. Найти в себе силы и смелость все выяснить. Только так мы могли двигаться дальше. – Ты ведь хотел, чтобы мы жили вместе… – напомнила с горечью. Он неожиданно притянул меня к груди, будто всецело прочувствовал эмоции, пробившие мое сердце. – Я очень этого хотел, Надя, – твердо заверил Рома, прижимая мою голову. – И не представлял, что есть сила, которая может сломать к чертям все планы! Я отстранилась и подняла лицо, которого он тут же коснулся ладонью. – Расскажи мне все. Я готова выслушать. Сейчас… готова. Мужчина долго смотрел мне в глаза, прежде чем согласно кивнул. Я понимала его сомнения – бередить старое непросто, а учитывая мое положение – не безопасно. Но он так же не имел права что-то утаивать. Я думала, что готова услышать все. Любую версию, и даже ту, которую сочинила в своей голове. Но то, что мне рассказал Рома… перевернуло любые представления. Он говорил спокойно, монотонно, почти без эмоций и только глаза выдавали то, что творилось внутри него. Душу, разбитую на осколки. Пока я переживала свое горе, мой любимый мужчина проходил свою жестокую трансформацию. От его слов мурашки бежали по коже и холодок спускался по позвоночнику. Когда Рома закончил свой тяжелый рассказ, я долго не могла отойти или произнести хоть слово. Просто смотрела в пространство и молчала. Он тоже молчал и будто вовсе не ждал от меня какого-либо ответа. Скорее сам переваривал внутри все то, что уже минуло. Каждый вдох отдавался тяжестью в моей груди. Я вдруг невольно вернулась мыслями к тому моменту, когда несколько месяцев назад, мы остались наедине в машине. Когда Рома пытался мне сказать правду. Пытался открыть все случившееся, чтобы помочь двигалась дальше, без оглядки, иллюзий и самокопаний. Но я отказалась слушать его… Просто побоялась, что услышу что-то такое, что сломает меня окончательно. А сейчас испытывала жуткое сожаление. Мне стоило дать Роме выговориться. То трусливое упрямство было лишь напрасной попыткой спрятаться, тогда как именно в этом рассказе имелись ответы на все вопросы. Я должна была узнать раньше, что все настолько сложно. И оправданно… Не ненавидеть его, не метаться в агонии обид и боли! Меня бросало в дрожь от осознания, как сильно я разрушила себя, лелея злость и жалость к себе, как я проклинала порой этого мужчину. Однако теперь, когда все встало на свои места, не смела думать о нем плохо. И тем более осуждать. Плохое случается. Даже вокруг такого сильного мужчины, как Рома, могут сложиться обстоятельства, над которыми он не будет властен. Когда жизнь переворачивается на сто восемьдесят градусов, сметая все на свое пути, разрушая до основания и отбирая контроль – последнее, о чем можно думать, это о своих желаниях… Он просто не имел права следовать своим желаниям. Сейчас я искренне не понимала, как Рома может винить себя за это. Ведь на его месте, я поступила бы точно также! Даже больше… Если бы он эгоистично выбрал меня, втянул бы во всю эту жесть, то я бы бесповоротно разочаровалась. Человек его уровня, его возраста, человек управляющий целой компанией, должен иметь достаточную мудрость и обладать железной силой воли, чтобы принимать правильные решение. А не удобные. Конечно, Ольга обрекла Рому на ужасные испытания. В какой-то мере, кажется, как будто она его даже сломала… Ведь он считал себя непоколебимый, считал, что может справиться со всем и тут такой удар, который подкосил уверенность, буквально вынудил повернуть назад. Любимый пытался выбраться, похоронить старое, но Ольга упрямо тянул его на дно. Она добилась своего, да только это не принесло счастья. Рома чуть себя не погубил. И мог погубить её…