Секс, любовь и другие осложнения ревматизма

– Рома, копуша. Не можешь выбрать, какую из трёх футболок надеть? Мы с тобой ещё даже не решили, что именно будем дарить девчонкам. Я им много чего заказала, а что им понравится, не знаю. Близняшки такие хорошенькие, прям затискала бы их. И с Варей всё время возятся, учат её рисовать. Интересно, они такие беленькие, прям ангелочки с картинки, а имена восточные: Зульфия и Гульнара. Так необычно. Рома, ты не знаешь, почему их так назвали? – Не знаю, – соврал я. – Захотят, сами всё расскажут. А подарки дари все сразу. Девочки от природы знают, что именно им нужно для счастья, так что без нас разберутся. Я надел свежую рубашку, свой самый любимый костюм и размышлял, нужен ли галстук. – Ого, ты красавчик! – Выглянула из кухни Наташа. – Ты так вырядился, чтобы не помогать мне накрывать на стол? – Я так вырядился чтобы соответствовать самой красивой девушке на свете. – Подлиза. Люблю таких. Но помогать мне всё равно будешь. Ровно в шесть пришли наши гости. Полковник был в строгом костюме, который ему очень шёл, подчеркивая его крупную, мощную фигуру. Полина в вечернем платье и девочки в нарядах принцесс соответствовали своему спутнику. Наташа в лёгком и красивом, но домашнем платьице задумчиво оглядела нас и убежала в спальню. Через пять минут Наташа снова вышла, но уже в роскошный брючном костюме, в котором она была в нашем недавнем выходе в театр. А что так можно было? Что нужно сделать, чтобы женщина переоделась за пять минут? Надо будет потом расспросить рекордсменку. Все чинно расселись за накрытый стол, и Дильшод поднял бокал с шампанским. Он выждал момент, когда Наташа не смотрит на него, а о чём-то шепчет на ухо улыбающейся Полине, и вопросительно глянул на меня. Я ответил ему заговорщицким кивком. – Мои дорогие! Как это ни странно прозвучит, но я даже рад, что оказался в больнице. Я не только подлечил тело, но и порадовал душу, потому что обрёл там настоящих друзей. Но что я? Кто-то нашёл там свою любовь и даже… законную супругу. Пока Наташа недоумённо переводила взгляд с Дильшода на Полину, соображая, как они нашли друг друга в больнице, потому что других супругов за столом не было, я встал перед ней на колени и вытащил из нагрудного кармана колечко с небольшим бриллиантом. Я собирался первый раз в жизни сделать предложение, но почему-то совсем не волновался. – Наташа! Ты выйдешь за меня? Будешь со мной в горе и радости, в здравии и болезни, в больнице и дома? Наташа молчала, но из глаз моей любимой фонтанчиком брызнули слёзы. – Солнце моё, не тяни с ответом. Я же не могу долго стоять на коленях, – спокойным успокаивающим голосом сказал я моей застывшей красавице, по лицу которой градом катились крупные слёзы. – Если ты прямо сейчас не ответишь, то я уже не разогнусь. – Ромочка, я согласна. И не смотри на меня, пожалуйста. Я сейчас некрасивая, – под общие аплодисменты, не переставая плакать, попросила меня Наташа, салфеткой вытирая носик. – Ура! – Близняшки дёрнули верёвочки хлопушек, которые до этого прятали под столом, и нас осыпало конфетти. – Тётя Наташа, не плачьте! Дядя Рома вас любит! Полина подошла к зарёванной Наташе, обняла за плечи и поцеловала в макушку. – Поздравляю, дорогая! Счастья вам, ребята! – А я и не знала, что от ревматизма столько пользы, – сказала Полина Дильшоду под наш дружный смех. – Любимый, ты больше без меня в больницу не ляжешь. У этой болезни очень интересные побочные эффекты.