Глава 6

Весь следующий день я была словно на иголках. По расчётам чары должны начать действовать в районе двух часов дня. Ещё парочка часов на то, чтобы осознать новое чувство, плюс еще часа два-три на душевные метания ну и дорога от зала до дома. И если всё будет именно так, как было до этого с другими мужчинами, в семь вечера Роман будет стоять на пороге моей квартиры.

Теперь уже не надо лезть из кожи вон, чтобы ему понравится. Не надо надевать соблазнительные наряды и целый час торчать у зеркала, выводя одинаковые стрелки. Теперь всё гораздо проще! Можно быть самой собой, а не притворяться идеальной красоткой. Магия любви делает меня самой желанной в глазах Ромы без дополнительных женских фокусов.

Мой расчёт был идеален: в семь пятнадцать в дверь постучали. А я и так давно дежурила под дверью, не в силах терпеть муки ожидания. На пороге стоял он. В руках — цветы, в глазах – любовь и нежность!

Я тут же прильнула к нему, крепко обняла, и парочка счастливых слезинок, не удержавшись поползли по щекам.

— Прости! Я не смог отказаться от тебя… Когда ты ушла, я понял, что совершил самую большую глупость в своей жизни! К чёрту принципы и страхи. Я хочу снова любить, — Рома аккуратно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. – Думал, что сегодня будет легче, но нет! Только хуже. Намного хуже! Я не хочу без тебя…

— И я не хочу, — прошептала я и, привстав на носочки, дотянулась до желанных губ.

***

Всю ночь я то и дело просыпалась. Боялась, что то невероятное, долгожданное и самое лучшее в жизни, что случилось между нами с Ромой этим вечером, окажется только сном. Но Рома был реален. Лежал на моей кровати и сладко посапывал. А я, устроившись на его груди, слушала до самого рассвета, как бьётся его сердце. И лишь под утро, счастливая, наконец, задремала.

Проснулась от того, что Рома громыхал на кухне посудой. Тихонечко спряталась за дверью, и, сдерживая смех, наблюдала за тем, как моё счастье с серьёзным лицом копошится в холодильнике и что-то тихонечко бурчит себе под нос. Потом с недовольным видом полез изучать шкафчики.

— Что-то потерял? – хихикнула я.

— Доброе утро, девочка моя, — недовольное выражение лица моментально сменилось на улыбку и он, оторвавшись от своего занятия, обнял меня. – Знаешь… Я очень огорчён.

— Хм! Это чем же? — фыркнула я, готовясь к обороне.

— Да у тебя же из съедобного только пара луковиц и стакан кефира. А я есть хочу!

— Ох! Какой ты привереда! Там же колбаса есть, макарошки вчерашние… Можно пельмени сварить.

— Ну! Я и говорю – ничего съедобного! Отшлёпать бы тебя за то, что дрянь всякую ешь!

— Охо! Какие у тебя мысли с утра! Ну отшлёпай! Давай, — и я, хохоча, извернулась, и первая шлепнула Романа.

— Ну, сама напросилась, — весело прорычал он и, подхватив меня словно пушинку, потащил обратно в спальню.

Не знаю, как на счёт «есть хочу», а вот меня он точно хотел неистово. А я его. И это, похоже, могло продолжаться до вечера, но… проклятая работа.

Наконец-то вырвавшись из моих объятий Рома уехал, клятвенно пообещав, что заедет домой и поест «нормальной еды».

Я же, сославшись начальнику на плохое самочувствие, осталась дома. Настроение было совершенно не рабочее! Мозг отказывался хоть как-то напрягаться. Хотелось валяться в кровати, смотреть романтичные комедии и кричать из окна на всю округу о своём счастье!

***

Эта весна вскружила голову нам обоим. Мы, словно влюблённые подростки, бегали друг к другу на свидания в парк и целовались на улице, совершенно не стесняясь посторонних взглядов. Расставшись, уже через полчаса начинали слать друг другу романтичные сообщения, напоминавшие скорее сборник смайликов, а не переписку взрослых людей. А по выходным и вовсе – наслаждаясь друг другом, целыми днями не вылезали из постели.

Но, не смотря на всю идеальность отношений, меня кое-что настораживало.

Все парни, попадающие под действие торта, полностью теряли контроль над собой. Они едва ли не с первого дня хотели либо перевезти меня к себе, либо наоборот, самим переехать ко мне в квартиру, чтобы не расставаться ни на минуту. Роман же не спешил этого делать. Пару раз я намекала сама, но он говорил, что пока не готов так быстро перестроиться и расстаться со своей пещерой холостяка, хотя и довольно часто оставался у меня с ночёвкой. Но утром всё также сбегал, чтобы нормально позавтракать у себя дома и покормить Фёдора.

Плюс к этому, он не вёлся на мои капризы, как все остальные зачарованные парни, и мог даже запросто отказать в чём-то. И если, например, у него была назначена важная встреча, то ни в какую не поддавался на «Котик, давай сегодня лучше сходим куда-нибудь», а сначала решал свои дела.

Меня не покидало чувство, что я напортачила с рецептом и действие торта не достаточно сильное по сравнению с тем, что было раньше. К тому же месяц отношений был на исходе, а это означало, что чары будут с каждым днём всё слабее и слабее…

Пора было повторить процедуру и закрепить результат. К тому моменту я уже поняла, что хочу остановиться и перестать перебирать мужчин. Что нашла человека, с которым хотела отныне просыпаться каждое утро и даже готова была пересмотреть содержание своего холодильника, заполнив его «нормальной едой».

Да что там холодильник! Я даже готова была вставать в шесть утра и бегать с ним в парке, хотя с куда большим удовольствием повалялась бы в кровати… Я была готова меняться, лишь бы соответствовать ему, даже не смотря на то, что в этом, в общем-то, не было нужды — торт делал за меня всю грязную работу. Я могла бы даже перестать мыть голову и чистить зубы или, например, отъесться до ста пятидесяти килограммов — в глазах Ромы я всё равно продолжала бы быть богиней!

Главное не забывать кормить его волшебным десертом раз в месяц…

Но вечером позвонил Рома и немного осипшим голосом с нотками усталости, сообщил, что свидание отменяется.

— Ну как так! На улице почти двадцать градусов, где ты мог простудиться?!

— Лёля… Я тоже человек и иногда болею. Вирус где-то подцепил. Несколько дней отлежусь и буду бодрячком. Потерпи чуть-чуть.

— Ну Ро-о-ом, — ныла я в трубку, – я соску-у-училась. Давай сама к тебе приеду и полечу тебя? Может таблетки какие надо . Или… О! У меня есть один классный рецепт от бабушки! Вмиг на ноги ставит при любой простуде. Я сейчас…

— Лапуль, не надо приезжать, — голос его звучал уже строже. – Говорю же, мне надо просто отлежаться. Не хватало ещё, чтобы и ты эту заразу подхватила. Сиди дома. Или с подружками прогуляйся, погода-то шикарная!

— Ну Ром….

— Я сказал нет, и хватит упрямиться! Или хочешь поссориться?

— Не хочу, — ныла я.

— Ну тогда делай, что я говорю. Давай! Позвоню, как лучше будет, — и положил трубку.

Меня тут же накрыла паника.

«А что, если он будет болеть больше трёх дней? Что тогда? Торт перестанет действовать и он поймёт, что всё прошло… Нет-нет! Этого допустить нельзя. Надо срочно что-то придумать. Я не могу потерять его из-за какого-то глупого вируса. Чёрт! Откуда он вообще мог взяться в мае?»

Я начала судорожно перебирать варианты того, как попасть к Роме в квартиру и при этом не быть выставленной за дверь. Ссориться точно не хотелось, а он очень сердился, когда я упрямилась и делала по-своему.

Ладно… подожду пару дней. Если не позвонит, значит, сама поеду! И пусть попробует выгнать! Силой запихну в него торт и только тогда уеду!

***

Но эти два дня я не смогла сидеть, ничего не делая. Раз в час отправляла Роману сообщения и спрашивала о самочувствие. Сначала он благодарил за заботу и сообщал, что температура ещё высокая, и он спит. Но с каждым смс в ответы закрадывались недовольные смайлы, а потом и вовсе появились сердитые и злые. В конце концов, он попросил не сходить сума и дать ему время. Иначе он внесёт меня в черный список до тех пор, пока не выздоровеет.

Умом я понимала, что моя забота слишком навязчива и только раздражает, но не могла совладать с собой.  Времени в запасе было катастрофически мало, а руки сами тянулись к телефону. На третий день я еле дотерпела до восьми утра и отправила очередное смс: «Ты как? Лучше?»

Прилетел ответ: «Лучше. Но пока нам видится не стоит. Думаю, в субботу уже сам к тебе приеду».

— Ну уж нет! Я больше ждать не могу!  — буркнула я и пошла упаковать торт.

А уже через час стояла на пороге его квартиры и трезвонила в дверь. Видимо Рома не ожидал, что это буду я и без задней мысли распахнул дверь. Я влетела в коридор, словно ураган и, шмякнув торт на тумбу, сходу впилась поцелуем в его губы.

— Всё! Если ты заразный, то я тоже заразилась! Выгонять меня нет смысла!

— Так и знал, что ты чёкнутая! – рассмеялся Роман. – Если ты так желаешь пару дней просидеть в сортире блюя так, что аж кишки выворачивает, твоё дело! Но я тебя предупредил! Вирус не из самых приятных, знаешь ли…

— А мне ничего не страшно!  Лишь бы с тобой! Я вот точно тебя не выгоню, если ты решишь за мной поухаживать, понятно?

Рома с идиотской улыбочкой смотрел на меня, и явно понимал, что уходить я не собираюсь. Потом взгляд его остановился на тумбочке, где красовался мой «сюрприз».

— Ты вот сейчас серьёзно, Лёль? Что это опять?

— Это торт, — не придумала я ничего оригинальнее. – Пошли пить чай.

Сегодня я впервые была у него дома. Рома всегда отшучивался, что живет в «холостяцкой пещере». Однако на пещеру квартира точно не была похожа. Светлая, просторная и очень уютная.  Никаких лишних безделушек и безвкусной мебели, никаких бабушкиных сервантов и обоев в цветочек.  Да, я бы очень хотела здесь остаться и даже переделывать бы ничего не стала. Именно так выглядела в моём представлении идеальная квартира.

Рома поставил чайник и полез в шкафчик, извлекая оттуда орешки, сухофрукты и странные печенюшки с отрубями.

— Да зачем? Я же тортик принесла, — попыталась остановить его.

— Ну, тебе тортик, а мне это. Ты же помнишь, что я не ем сладкого? – он вопросительно глянул на меня  и полез за чашками.

— Ты же его ел… И сказал, что очень вкусно. Вот я и принесла, чтоб тебя порадовать…

— Олель, в тот раз я съел, чтобы ты ушла. А сейчас… Ну зачем? Хватит меня насиловать этими углеводами. И так за эти два дня нормально не ел…

Я чувствовала,  как глаза наполняются слезами, а в горле встал колючий ком.

— О боже… Опять? Каждый раз будешь плакать, когда я отказываюсь есть сладкое? – Рома подошёл и обнял меня. – Ты хочешь, чтоб я стал толстым, страшным и мне было плохо?

— Нет… Я хочу, чтобы тебе было хорошо… Хорошо со мной… Поэтому съешь маленький кусочек. Ради меня.

— Что за шантаж, Лёль? Мне с тобой будет хорошо, даже если ты вообще ничего не будешь готовить! Особенно торты!

— Ром, ну пожалуста-а-а… — скулила я и слёзы с новой силой потекли по щекам.

— Ох ты, дурочка моя! – шепнул Рома и, открыв коробку, отрезал кусочек.

Он ел его демонстративно, закатывал глаза и охал, показывая, как наслаждается дивным вкусом. Съев, рассмеялся, притянул меня к себе:

— Довольна?

— Ага! Ещё как!

«Надеюсь, он скоро привыкнет, и уже не будет так сопротивляться. А то надолго меня не хватит»

***

В этот день я осталась ночевать у Ромы. И хотя мы просто спали в обнимку, безо всяких там амуров и приступов страсти,  я ещё никогда не ощущала такой настоящей близости. Как будто вернулась в родной дом после долгих лет отсутствия, и здесь меня встретил самый родной человек. Не хотелось даже думать, что это всё ненастоящее. Вернее с моей-то стороны всё было настоящим… А вот с его – лишь временный эффект, призрачное чувство, которое растает, словно утренний туман ровно через тридцать дней. Печально.

Проснулась я от поцелуя и, открыв глаза, увидела любимое лицо. Рома уже вернулся с пробежки и принёс поднос с завтраком, оставив его на комоде.

— Соня, просыпайся! Уже почти восемь, — шептал он, нежно гладя мои волосы. – Знаешь, я хочу будить тебя каждый день. И не хочу больше отпускать. Выйдешь за меня замуж?

Я, пытаясь осознать, что слышу не свои сонные фантазии, а реальное предложение, присела на кровати и тайком ущипнула за руку.

— Ты шутишь? Или серьёзно?

— Конечно серьёзно! Только у меня условие: мы женимся, и ты перестаёшь пичкать меня тортами.  А то знаешь, я тоже так могу. Вот…  — Рома взял поднос с завтраком и водрузил его мне на колени прямо в постель. – Вчера я ел твой торт, а сегодня ты ешь мой завтрак!

Я взглянула на поднос и сердце бешено заколотилось. Рядом со стаканом сока на тарелочке аккуратно лежали вчерашние печенюшки из отрубей, намазанные коричневой пастой. Чуть горьковатый аромат, едва напоминал запах рыбы. Я сразу узнала его, и от этого сердце заколотилось ещё сильнее.

— Что это? – я надеялась услышать всё, что угодно, только не то, что услышала в следующий момент.

— Да не бойся! Это съедобно! Просто перетёртые семена. Очень полезная штука. Всё натуральное, ни грамма химии.

— Урбеч из тёмного льна? – дрожащим голосом переспросила я.

— О, даже знаешь, как это называется? Молодец. Порадовала! А то я уж думал, что ты кроме сосисок ничего не ешь, — он рассмеялся, и, стащив одно печенье с тарелки, отправил его в рот.

«Не-е-ет!!! – хотелось заорать мне и зажать его словно маленького дитя в руках: — Сейчас же плюнь каку!» Но всё что я смогла —  это просипеть внезапно севшим голосом:

— И как часто ты это ешь?

— Каждый день. Это мой обычный завтрак. Попробуй! Очень сытно, — он взял ещё одно печенье и поднёс к моим губам. – Ну, давай  за маму!

Скормив мне ещё парочку, он отправился в душ, а я осталась сидеть на кровати, пытаясь собрать мысли в кучу.

«Это что же получается? Он каждое утро ест «противоядие?»… И мой торт даже не начинал действовать? С самого начала? Ни дня? Ни минуты? Это что же получается — всё по-настоящему?» На сердце разливалось тепло, в животе – пресловутые бабочки, но их было так много, что, казалось, они разорвут меня своим безумно-счастливым порханием…

— Ну так что?  Ты подумала? – Роман вышел из душа в одном полотенце, накинутом на бёдра. — Как на счёт моего предложения?

— Я согласна, — со счастливой улыбкой прошептала я. – Я на всё согласна!

— И что, никаких тортов?

Я ухватилась за край полотенца, потянула его на себя и, с замиранием сердца глядя, как расползается узел, мурлыкнула:

— Никаких тортов! – хитро улыбнулась. – Давай-ка, лучше, заменим их кое-чем другим…

   Конец.

2019 год