Глава 18

Они шли по аллее и ели сахарную вату. Если бы Лере еще неделю назад сказали бы, что она будет есть чистый сахар на палочке, да еще в компании Валерия Петрова, и получать от этого процесса удовольствие, она бы не поверила. Но, чудны дела твои, Господи, – она ест сахар, ест в компании Валерия и да, ей вкусно! Похоже, что и не ей одной.

Валерий тоже явно получал удовольствие от процесса поглощения чистого сахара. Они отрывали от этого сахарного рулона на палочке кусочки по очереди, отщипывая их двумя пальцами. Пальцы от этого уже были липкими и даже склеивались между собой, если их соединить.

Тяжелые мысли отступали на второй план.

– Эх, Вика, Вика…

Не сговариваясь, они направились к скамейке. Валерий помог опуститься Лере на скамейку и сел рядом. Близко, очень близко. Лера чувствовала жар его красивого тела. То, что у него красивое тело, Лера знала – она видела его в бассейне.

– Как жить дальше будем, Валерий Викторович?

– Вместе, Валерия Николаевна! – поддержал он ее обращение, – или ты не согласна?

– В каком смысле "вместе"? Одной большой и дружной семьей? Мы с тобой, Вовка с Лизой, Олег с Ксенией? Какой-то бразильский сериал получается, не находишь?

– Лера, ты себя слышишь вообще? Дети наши еще несовершеннолетние, ну, кроме Вовы. Так что, ты палку-то не перегибай! – говорил он при этом совершенно серьезно.

– Ну, хорошо, хорошо! Просто все вместе. А тебя, Валерий Викторович, не смущает, что мы с тобой стали причиной гибели Вики?

– Причиной ее гибели стал алкоголь. И ты это прекрасно знаешь! Так что, закрыли эту тему. Сегодня раз и навсегда! – оборвал он жестко, – у нас с Викой был секс без обязательств. Она это понимала и принимала. Не маленькая девочка была. Я ничего ей не обещал и не строил замков на песке. И я не единственный был, с кем она спала за деньги. Взять вот хотя бы и мэра вашего бывшего.

– Валер, о мертвых либо хорошо, либо никак! – Лера попыталась его остановить.

– Ну, хорошо. Давай перечислять все хорошее, что было в Вике, – он начал загибать пальцы, – сексом она хорошо умела заниматься. Мужика ублажить умела. Это раз. Любовницей была идеальной: вопросов лишних не задавала, на отсутствие комплиментов не обижалась. Это два и три. Дело свое знала: дом нам с дочками быстро нашла. Это четыре. Сына своего, Олега, хорошо воспитала. Приучила вот его к тому, что домой приходить он может только после определенного часа, как договорились, и ни минутой раньше. Так что, мы с ним ни разу не встретились у них в квартире. Это пять. Своему бизнесу его обучала и подключала, так что, считай, парень теперь без денег не останется. Это шесть. Достаточно хороших слов сказал? Видишь, даже пальцев одной руки не хватило!

Лера оторопела: да как так то? Только что вот был душкой, ей в панику упасть не дал. С ватой это сахарной рассмешил, продавщицу обаял. Душка, а не мужик. И вдруг, раз! И перед ней сидит совсем другой человек: жестокий и расчетливый. Захочет – на пьедестал вознесет, а захочет, и столкнет с него.

Стадион вот опять же, будь он неладен, достраивает и говорит об этом легко, при этом прекрасно понимая, что сам же себя и загнал в это строительство.

– Валер, ты страшный человек, – все-таки выдохнула вслух то, что думала.

– Лер, а Макс твой лучше, что ли? А мэр ваш бывший? Лера, ты же большая девочка уже. Бизнесом вот успешно занимаешься. И не один год ведь занимаешься, я узнавал! Ты же понимаешь, что, там, где большие деньги крутятся, невозможно оставаться плюшевым зайцем. Там или ты, или тебя. И я сейчас не оправдываюсь перед тобой. Я констатирую. У тебя в фирме сколько мужиков в подчинении? Человек 40? 50?

Лера кивнула, а он продолжил:

– Ты же не гладишь их всех по головке, не грозишь им пальчиком, уговаривая, чтобы они работали, пьяными на работу не выходили, да? Чтобы тебя, красивую молодую женщину, начали всерьез и на равных воспринимать. В суровом мире взрослых мужиков много, наверное, всякого разного пришлось сделать, верно? Уволить, я думаю, не одного пришлось, чтобы остальные поняли, что ты не шутишь. Говорить с ними на одном языке, а иногда и жестами показывать. Отвечай: было такое?

– Было и не один раз, – пришлось Лере признать его правоту.

А Валерий удовлетворенно кивнул и продолжил:

– Лера, я много в жизни наворотил, не одного подмял под себя, пока стал тем, кем стал. Если бы я под себя не подмял, так меня бы подмяли. Я не тот человек, и подмятым быть не люблю и не буду. А вот чего я НЕ делал, так это женам не изменял. Ни в первом браке, ни во втором. Не изменял и не собираюсь этого делать впредь. Потому что считаю, что это глупо и подло. Раз уж ты выбрал эту женщину, зачем искать другую? Не нравится – не живи с ней, но точно не ходи при ней к другой женщине! И да, у детей деньги я тоже не ворую, надеюсь, здесь не надо ничего пояснять?

– Не надо, – Лера ответила машинально.

– Я понимал, что наша с Викой связь – это так, лишь постель. Я не считаю нужным перед всеми хвастаться, в чем я сплю, как и тем, с кем я сплю. Потому и скрывал это от всех, а точнее, просто не афишировал. Вика была умной женщиной, и она сразу поняла, что у нас с ней не будет другого развития событий. Что там у нее потом пошло не так, я не знаю, – Валерий вздохнул, – вот вы с ней подругами были, но и ты ведь не знала про нас с ней до того вечера. Верно?

– Верно, – признала Лера очевидный факт.

– А знаешь, почему? Потому что она, элементарно, ревновала тебя ко мне.

– Ревновала? Меня к тебе?

– Да, ревновала. И именно меня к тебе, – подтвердил Валерий, – хоть я ни словом не обмолвился. А она поняла все про меня и почувствовала. А еще, она очень завидовала тебе. Вот просто во всем завидовала. Сама же, вроде, успешной в своем деле была, а вот знаю, что завидовала! – он выдохнул и замолчал.

Лера тоже молчала. Говорить не хотелось. Совсем.

– Так что, Лера, то, что Вика в окно шагнула – это только ее выбор и нашей с тобой вины в том нет. Твоей уж точно! – добавил он уже менее эмоционально.

– Валерий Викторович, а не боишься, что тебя обвинят в предвзятости, когда все узнают, что мы с тобой теперь вместе?

– Что? Ты о чем сейчас? О конкурсе? – насторожился, даже на скамейке развернулся.

– Да, о нем. Мое ведь предложение самое лучшее, верно?

Он неожиданно расхохотался, откинув голову назад, а отсмеявшись, произнес:

– Нет, Валерия, ты, определенно, не такая, как все! А тебя только это сейчас волнует? Не боишься, что дочери мои тебя не примут?

– Ха-ха три раза! Ты сам то себя слышишь сейчас? Твоя младшая дочь меня в гости зазывает, старшая дочь в моей квартире спит в моем же белье и пижаме. Это уж тебе надо моих сыновей бояться! – Лера чуть улыбнулась.

– Да уж, ситуация у нас с тобой, Лера, – он усмехнулся, – слушай, а давай я тебя найму к себе управляющим и вопрос о моей предвзятости в выборе победителя в конкурсе отпадет сам собой.

– Что?

– А что? Зарплату обещаю платить хорошую. На работу будем вместе приезжать, вместе уезжать, даже обедать и то вместе будем! – его глаза предвкушающе загорелись.

– Ага, а еще завтракать, обедать и спать! Вот прям мечта, а не жизнь! – настала очередь Леры усмехаться.

– Согласен! Тебе тоже нравится все делать вместе?

– Да, но нет! – огорошила его Лера.

– В каком смысле?

– В смысле да, нравится. И нет, не пойду я к тебе управляющим.

– Это почему же? – интерес в его глазах уже выплескивался.

– Нет, потому что мне моя фирма дороже. Я слишком долго шла к тому, чего достигла сейчас. Так что спасибо за лестное предложение, Валерий Викторович, но управляющим я к тебе не пойду.

– Ну, тогда, тем более, переезжай. Переезжайте. Все вместе! Всей твоей большой семьей – с твоей мамой и любимым котом. Дом огромный – места всем хватит.

– У меня нет кота, – почему-то именно эту информацию Лера предпочла поправить.

– Да? А почему? Ты тоже собак больше любишь? – тут же заинтересовался Валерий, – знаешь, Лер, принято считать, что люди делятся на кошатников и собачников. Ты, значит, собачник у нас? Отлично! Заведем собаку, дочери давно уже просят у меня собаку. Давай возьмем большую? Согласна?

Валерий нес какую-то ерунду, а Лера вдруг повелась на нее. Повелась на ерунду, а получилось, что все ему о себе рассказала.

– Нет. Не согласна. Кошки и собаки – это как жители с разных планет. Да, они разные, но они уживаются вместе и очень даже дружно живут, я знаю. У моей секретарши есть и кот, и собака. Она их и брала то сразу вместе. А у меня никого нет, потому что вот не до домашних животных нам с мамой было.

Валерий молчал, но своего фирменного прищуренного взгляда с Леры не спускал, Лера видела это боковым зрением. Он так и сидел к ней лицом.

Лера привыкла к мужским взглядам – оценивающим, раздевающим, снисходительным, но взгляд Валерия сейчас был другим. Он был понимающим, поддерживающим, заинтересованным.

– У нас с мамой тогда одна цель была: выжить, собрать себя по кусочкам. Маме – после внезапного ухода отца, спустя почти двадцать лет счастливого брака. Мне – после того, как узнала, что парень, в которого я влюбилась, оказывается, просто поспорил с друзьями на возможный секс со мной. Он спор выиграл, а я лишилась девственности и всех иллюзий. Вот так и сразу, ну, да я тебе уже рассказывала об этом.

Лера слышала, как шумно выдохнул Валерий, но ничего не сказал. Она была ему благодарна за то, что он ничего не говорил сейчас. Да и что тут говорить? Она и сама все знала и о себе, и об Игорьке.

– Ну, как ты понимаешь, беременность и вовсе была для меня неожиданной. О презервативе мы, конечно же, не думали в тот момент. Я так уж точно! Мне было странно и больно в тот момент, а потом еще и гадко, когда я всю правду узнала. Вся запланированная жизнь полетела под откос. Крест на спортивной карьере, на институте, да много еще на чем. Мама тогда нашла выход из положения: обменяла нашу шикарную квартиру в центре на вот эту и начала ее обустраивать. Я ушла в вечернюю школу – не могла я видеть своих одноклассников тогда. Стыдно мне перед ними было, понимаешь? Вот в вечерней школе мы с Викой и сдружились. В вечерней школе я не одна такая была. Там вообще все по-другому было. Даже мои ровесники были уже более взрослыми, что ли.

– Ничего удивительного, – услышала неожиданно Лера сбоку, – вы и были уже взрослыми. Для вас всех детство уже закончилось.

– Ну да, тут ты прав, – кивнула Лера.

В этот момент ее телефон пиликнул входящим сообщением от мамы. Лера прочла, что-то быстро набрала в ответ и тут же встала со скамейки. Не успела она убрать телефон в сумочку, как он зазвонил, на дисплее высветилось имя "Лешка". Лера удивленно вскинула брови, но отвечать на звонок не стала.

– Что-то случилось? – Валерий тут же поднялся следом, сделал вид, что не заметил входящего звонка от Алексея. Хотя нет, заметил и имя прочитать успел. И вот это ему совершенно не понравилось!

– Мама сообщила, что я ключи дома забыла, а она хочет уже прилечь. Она у меня ранняя птичка.

– Тогда пошли, верну тебя, где взял. Давай вот здесь выйдем! – махнул Валерий в сторону от главной аллеи.

Они вышли из парка по другой дорожке. Так получилось чуть длиннее, но, зато им не пришлось опять проходить там, где Лера получила свое ранение.

– Ну, так что? – Валерий задал этот странный вопрос, когда они стояли уже у ее подъезда.

– В каком смысле? – Лере пришлось поднять к нему лицо и поймать пристальный взгляд глаза в глаза.

– Завтра вы переезжаете?

– Что? Нет! – Лера рассмеялась.

– А можно узнать причину отказа? – развеселился вдруг и Валерий. Развеселился потому, что как то очень уж странно Лера свое "нет" сказала.

– Переехать можно только к мужу, ну, или к родителям, а не просто так, или потому, что так всем удобно. Не в том мы уже возрасте, чтобы на двоих, в складчину, дом снимать.

– То есть переедешь, если я предложу тебе за меня замуж выйти, так? – Валерий прищурился.

– А ты сначала предложи, а там мы посмотрим! И нет, я не могу одна, не посовещавшись со всей своей большой и дружной семьей, такое решение принимать, – и Лера скрылась в подъезде, не дав ему возможности что-то еще добавить.

– Докатился, Валерий Викторович! Ты еще замуж не позвал, а тебе уже отказали! – усмехнулся он уже в закрытую дверь.