Глава 28

Узнав, что я пришла за вещами, Мила заохала и кажется, огорчилась. Хотя, по правде, я была уверена, что она напротив обрадуется моему уходу, тем более нянька из меня вышла так себе. Но Мила вместе с Кирой даже помогли мне собрать чемодан и взяли с меня слово, что буду заглядывать к ним в гости.

— И не забудь, что завтра финал конкурса, — напомнила мне Кира, уже прощаясь.

— Не забудет, поскольку рядом буду я, — усмехнулся Глеб.

— Ах, ну да… Вы же из судей… — девушка тоже улыбнулась. — Тогда, может, скажете по секрету, есть уже фавориты? Или, может, и победительница известна? Вдруг…

— Кира, такие вопросы задавать неприлично, — смутившись, перебила ее Мила. — Извините, Глеб, она просто помешана на этом конкурсе, волнуется очень…

— Я ничего не скажу, но только лишь потому, что ничего не знаю, — ответил Глеб, по-прежнему улыбаясь. — Думаю, этот вопрос будет решаться завтра.

— А, — с горечью махнула рукой Кира, — я все равно особо ни на что не рассчитываю… Просто интересно, кто победит. Может, даже Аня, — она хитро прищурилась. — Она явно симпатична судьям. По крайней мере, одному из них точно, — и многозначительный взгляд в сторону Глеба. — Хотя нет, думаю, даже двум!

— А кто второй? — почти одновременно спросили мы с Глебом.

— Ну как же? А Генрих? — хмыкнула Кира. — Ты же его вылечила…

— Тогда уже и Серов тоже, — тихо, почти себе под нос, добавил Глеб. — Брата его тоже вылечила…

— Хватит уже строить глупые предположения! — отмахнулась я с натянутой улыбкой. — Никто мне поблажек делать не будет. Да, Глеб? — и я с вызовом посмотрела на своего жениха.

— Не будет, — он снова усмехался.

— И все будет честно?

— Конечно.

— И все же, я попрошу тебя кое о чем, — сказала я Глебу уже на пути к его особняку. — По поводу конкурса…

Он вопросительно приподнял одну бровь.

— Сделай так, чтобы Кира не оказалась права. Ведь действительно и Генрих, и Ден… Они могут быть предвзятыми в судействе… А я не хочу, чтобы меня благодарили таким способом. Мне вообще не нужна эта победа. Конечно, возможно, я слишком самонадеянна, заблуждаюсь, и все обстоит совсем иначе… Но это так, на всякий случай…

— Хорошо, — Глеб с трудом сдерживал улыбку, — я позабочусь о том, чтобы ты не стала Мисс Большие Перевертыши. Мне и самому это не надо. Моя невеста должна быть только моей «мисс».

— Собственник, — я шутливо ткнула его локтем в бок. — Надеюсь, ты не окажешься еще и домашним тираном?

— Смотря как будешь себя вести, — ухмыльнулся Глеб. Хотел было обнять меня, но помешал чемодан.

— Тогда и я ничего обещать не собираюсь, — я со смехом пожала плечами.

— Но сегодня ты ночуешь у меня в комнате.

— Это просьба? Или приказ?

— Скорее, второе. Надо начинать оправдывать звание «тирана».

— О, а ты злой и страшный…

— … серый волк, — закончил за меня Глеб, тоже смеясь. — Да-да, и в поросятах знаю толк, — тут он изловчился и все-таки притянул меня к себе. Еще и за ухо укусил, не больно, но щекотно.

— Чего хохочете? — встретила нас на крыльце Софья Ильинична. Она пыталась хмуриться и говорить по привычке ворчливо, но глаза ее все равно смеялись. — Всех пикси распугаете, опять сбегут…

— С каких это пор ты так заботишься о пикси? — удивился Глеб.

— С тех пор, как отдала за них почти все свои сбережения!

— А огород они хотя бы привели в порядок? — спросила я.

— Только две грядки, — вздохнула старушка. — Опять мне лентяи достались! А вы спать тоже идите, хватит по улицам шататься…

Она пошаркала к лестнице, тихо сетуя на бестолковых пикси и о зря потраченных деньгах.

— Спокойной ночи! — крикнула я ей вслед.

— А вам нет, — ответила старушка, оглянувшись через плечо. И ухмыльнулась.

Ох уж эта Софья Ильинична, со своей прямотой…

А Глеб, похоже, решил последовать совету своей бабули, поскольку едва мы оказались в его комнате, он сразу сгреб меня в охапку и принялся целовать.

— Глеб… — удалось мне вставить между поцелуями. — А не опасно, если мы снова… В смысле, тебе не станет опять плохо?

— Не должно, — он прикоснулся губами к моему виску. — Мне кажется, мы с моим зверем смогли договориться. Благодаря тебе.

— Значит, ты больше не будешь пытаться от него избавиться?

— Я постараюсь привыкнуть к тому, чтобы снова быть самим собой, — Глеб заправил прядь волос мне за ухо.

Я улыбнулась и уже сама потянулась к его губам, как вдруг вспомнила:

— А твой дед?

— Что «мой дед»? — не понял Глеб.

— Если он придет и будет смотреть на нас…? — я принялась оглядываться в поисках полупрозрачного силуэта. Как-то не очень хотелось бы предаваться любви под наблюдением призрака.

— Нет, он не посмеет, — Глеб мотнул головой, но не особо уверенно.

— Точно?

— Дед! — позвал Глеб.

— Чего тебе? — прозвучало не сразу, а спустя чуть ли не минуту.

— Давай ты сегодня побродишь на половине бабушки? Мы с Аней хотим побыть одни.

— За кого ты меня принимаешь? — оскорбленно отозвался граф Волков. — Больно мне хочется смотреть на эту стыдобу…

— Ну я так, на всякий случай, — Глеб улыбнулся.

— Пойду к Соне. Бон нюи…

— И тебе спокойно ночи, дед…

— Ушел? — спросила я через несколько секунд.

Глеб кивнул и снова вовлек меня в поцелуй, от которого пьянела голова, а тело наполнялось знакомой горячей истомой…

— Я тут подумал… — произнес Глеб, когда спустя время мы, уже утомленные и расслабленные, лежали в объятиях друг друга.

— О чем? — я почти дремала, примостив голову ему на плечо.

— О том, что мне все же стоит поговорить с Серовыми…

— Правда? — встрепенулась сразу я.

— Правда, — отозвался Глеб, возвращая меня к себе на плечо и обнимая еще сильнее. — Только завтра. А пока спи… Решать все будем завтра…

Утром Глеб поднялся первым, правда, никуда не ушел, подождал, пока проснусь я.

— Привет, — я потерла еще сонные глаза, затем разглядела, что он уже полностью одет. — Ты куда-то собрался?

— Да, я ведь тебе говорил ночью, — Глеб улыбнулся несколько напряженно. — Серова хочу навестить.

— Так рано? — встрепенулась я и бросила взгляд на часы: начало десятого.

— А чего тянуть? Надо идти, пока я не передумал.

— Я с тобой, — одеяло мигом было отброшено в сторону. — Подожди, только умоюсь и оденусь…

— Ань, может, не стоит… — произнес Глеб, правда, не так уж настойчиво. — Я и один справлюсь…

— Опять ты за старое? — я глянула на него грозно. — Чего мне уже теперь бояться? Я-то была у Серовых… Да и пациента навестить надо, — нашла еще одну «вескую» причину.

— Хорошо, — сдался Глеб. — Собирайся, я пока что-нибудь нам на завтрак придумаю… Жду в кухне.

Пять минут на душ и чистку зубов, три на поиск одежды и две на ее надевание, еще пять минут на прическу и легкий макияж — итого: чуть больше пятнадцати минут на все про все. Да я супер-женщина!

За это время Глеб приготовил кофе и гренки с сыром.

— А где Софья Ильинична? — спросила я, садясь за стол.

— Возможно, гуляет… — Глеб пожал плечами. — Она рано летом встает…

«Зайца ловит?» — так и подмывало спросить. Но промолчала, сдержалась. Вместо этого сказала:

— Ты тогда ей записку какую оставь, что мы ушли, а то мало ли, вдруг задержимся?

— Машину твою еще не починили? — поинтересовалась я уже на крыльце.

— Обещали завтра или послезавтра, — ответил Глеб. — Хочешь, чтобы я отвез тебя на вокзал?

— А ты хочешь этого? — я посмотрела на него искоса.

— Нет, не хочу. Уже не хочу, — Глеб, щурясь от яркого солнца, с улыбкой почесал себе затылок.

— И я уже не хочу, — я тоже улыбнулась. — У меня отпуск еще не закончился, между прочим.

— Хотя… — Глеб вдруг стал озабоченным. — Может и стоит тебе уехать. Мало ли что произойдет в ближайшее время в Перевертышах. Если дела обстоят настолько серьезно, как говорит Ден, это может быть опасно…

Я вздохнула:

— И сколько раз я от тебя уже слышала это слово «опасно»? Все, перестань, Глеб. Я взрослый человек, а ты не можешь защитить меня от всего. И давай первым делом поговорим с Серовым, а там уже будем думать…

— Хорошо, — пошел мне снова на уступки Глеб. А он исправляется! — Только пообещай, что будешь…

— … осторожней, — закончила за него я и взяла его под руку. — Обещаю!

Пешком до Серовых идти оказалось далековато, возможно, на скорость влияло еще и то что дом их стоял на возвышенности, и последний участок пути пришлось подниматься в горку. Ворота были закрыты, зато на нем висел динамик с кнопкой вызова, а сверху подмигивали красным глазом несколько камер.

— Волков? — раздался в динамике удивленный голос Дена. — Неожиданно…

— Я пришел поговорить, — Глеб посмотрел на одну из камер. — Насчет чужаков. Пустишь?

— А еще я пришла, проведать Семена, — вставила я, тоже пытаясь попасть в объектив камеры.

— Заходите, — после некоторой паузы ответил Серов.

И ворота отъехали в сторону, пропуская нас внутрь.

При дневном свете двор выглядел еще симпатичней, чем вечером: цветы радовали глаз всевозможными оттенками, весело журчал фонтан, а за домом, оказывается, раскинулся сад и виднелась лужайка для отдыха с бассейном.

Ден встречал нас в холле.

— Вы пешком? — с легкой иронией уточнил он.

— Машина в ремонте, — невозмутимо ответил Глеб.

— Как ваш брат? — я решила переключить внимание хозяина на более нейтральную тему.

— Уже лучше, — на лице Дена промелькнула едва заметная улыбка. — Вчера вечером он смог вернуть свое человеческое обличие и даже сходил к Лунному Дереву.

— Я уже почти здоров, — на лестнице появился молодой блондин и стал быстро спускаться по ступенькам. Теперь я видела, что и он мне был знаком, один из тех, кто всегда в числе сопровождающих Дена. — Хотите проверить?

Семен с усмешкой собрался было задрать футболку, чтобы, видимо, продемонстрировать мне швы, но я остановила его жестом:

— Не надо, я верю, что вам уже лучше. Это и без осмотра видно. Главное, швы не беспокоят, не гноятся?

— Нет, уже почти зарубцевались, — ответил Семен.

— Это замечательно. Но несмотря на явные улучшения, продолжайте принимать антибиотик, чтобы исключить другие проблемы, — посоветовала я.

— Как скажете, доктор, — он шутливо склонил голову.

— Так мы можем поговорить? — на этот раз Глеб вернулся к насущной теме.

Ден кивнул и показал на приоткрытую дверь:

— Проходите…

Это оказалась гостиная. Высокие потолки, окна во всю стену, мягкие светлые диваны, кофейный столик из стекла, такие же стеклянные стеллажи с книгами и статуэтками. И много зелени в кадках.

— О чем разговор? — спросил Ден, опускаясь на диван следом за братом.

Мы сели напротив, и Глеб, не отрывая прямого взгляда от хозяина дома, произнес:

— Я думал, ты уже догадался. Не понимаю, почему продолжаешь вести себя как ни в чем не бывало. Аня мне все рассказала… О чужаках и твоих подозрениях. У меня они тоже были, а случившееся с Семеном только укрепило их. Мне кажется, нам на время следует забыть о разногласиях наших кланов и объединиться, чтобы предотвратить возможную беду. Потом, когда все будет позади, можем вернуться к прежнему противостоянию…

— Звучит красиво, браво, — Ден насмешливо поаплодировал. — Я проникся.

— Я серьезно, Ден. Давай оставим вражду в стороне и попробуем найти выход из сложившейся ситуации вместе, — спокойно продолжил Глеб.

— Что нам даст твое единичное присоединение? Весь твой клан — ты и твоя бабка.

— Пусть так. Но мне все равно есть что и кого защищать. И я готов ради этого на все.

— Боишься, что в одиночку не справишься?

Глеб усмехнулся:

— Ты же прекрасно все понимаешь, Ден… Ни ты со своими родственниками, ни я в одиночку — порознь у нас ничего не выйдет. Только объединив кланы и действуя заодно, мы сможем остановить врага, если такой есть. И дело здесь совсем не в количестве членов наших кланов…

Серов уже не улыбался, задумался.

— Хорошо, у тебя есть какие-то предложения? — произнес потом.

— Для начала мне нужно знать, какую информацию раздобыл ты, — ответил Глеб. — Вы уже знаете, откуда эти шпионы?

— С большой вероятностью это Зубовы из Полярного. Во-первых, звериное обличие того, с кем дрался Семен, похоже на северных волков, во-вторых, по слухам, именно там начались проблемы с Источником — Лунным Озером. То ли оно серьезно обмельчало, то ли вовсе высохло… Поэтому вполне вероятно, что они нацелились на наш…

— Мне казалось, войны за Источники уже давно в прошлом, — вздохнул Глеб.

— А что бы делал ты, если бы наше Дерево погибло? — с вызовом поинтересовался Ден. — Не стал бы искать новый? Хотя бы для того, чтобы спасти свою семью, своих близких…

— Не знаю… — Глеб задумчиво потер подбородок. — Это действительно трудный выбор… Впрочем, мы сейчас все близки к этому. Поэтому нам надо защитить Дерево. Сегодняшней ночью оно будет цвести, а значит, произойдет наибольший выброс силы… Возможно, Зубовы, если это они, ждут именно этого…

— Если их Источник гибнет, значит, сами они слабеют, — стал рассуждать Ден дальше. — И победить их, если они нападут, должно быть не так уж трудно…

— Возможно, ты прав, — кивнул Глеб. — Если бы только знать, сколько их… А что, кстати, имеем мы? Сколько нас может собраться?

— Мы вдвоем с Семеном, Алекс и Игорь, дядька наш Артур, — стал перечислять Ден. — Женщин пока в счет брать не будем. Можно подключить кого из лисиц, Косолаповых тоже…

— Еще Кабановы! — вспомнила я соседей Милы.

— Тоже подойдут, — согласился Ден.

— Отлично, — тоже кивнул Глеб. — Осталось только сообщить им, что им надо находиться в готовности на празднике. Как насчет того, чтобы организовать патруль вокруг дерева?

— Да, стоит сделать. Пошлю туда Алекса и Игоря… Могу прямо сейчас, — предложил Серов.

— Да, давай. Уверен, моя бабушка тоже не откажется помочь. Можно попросить ее присоединиться к твоим ребятам.

— Не думал, что когда-нибудь случится подобное, — поморщился Ден, — и я буду согласен на помощь самой Софьи Ильиничной, — имя старушки он произнес особенно язвительно.

— Все бывает когда-то в первый раз, — Глеб тоже произнес это сквозь зубы.

Далее они несколько секунд сверлили друг друга взглядами, словно проверяли, кто сморгнет первым и проиграет. Но заговорил все же Серов:

— Если ничего не произойдет до праздника, еще раз обсудим это незадолго до его начала. Встречаемся на полчаса раньше.

— Хорошо, — отозвался Глеб и поднялся. — Так и сделаем. Мы тогда, пожалуй, пойдем.

— Я вас не держу, — развел руками Ден. И добавил с привычной ехидцей: — Хотя… Извините, что не предложил кофе…

— Спасибо, мы уже пили недавно, — ответил Глеб с полуулыбкой. — Кстати, чуть не забыл… Нам ведь надо еще и с победительницей конкурса определиться, — и он бросил быстрый взгляд на меня.

Ден тоже глянул в мою сторону:

— Решим на месте.

Мне же оставалось только улыбаться.

— Вот видишь, разговор прошел хорошо, — сказала я, когда мы с Глебом уже покинули дом Серовых. — Вам даже удалось пойти на перемирие…

— Не думаю, что это перемирие будет долгим, — отозвался он без тени улыбки. — Временное, как я и предложил…

— Глеб… — я взяла жениха под руку. — Может, теперь ты мне все же расскажешь, что именно произошло между вами и Серовыми? Почему вы стали врагами?

— Это давняя история, — его взгляд стал отрешенным.

— Расскажи, нам ведь идти еще и идти, — попросила я. — Или лучше у твоей бабушки поинтересоваться?

— Нет, у бабушки не надо. Она старается избегать этой теме, поскольку… Поскольку это все произошло из-за нее.

— Из-за Софьи Ильиничны? — я была искренне удивлена такому.

— Да, — Глеб невесело усмехнулся, — она, можно сказать, главное действующее лицо в этой истории.

— Ты заинтриговал меня, — я тоже усмехнулась. — Теперь точно мне очень хочется узнать, что там произошло. Рассказывай давай!

— Бабуле тогда было лет семнадцать, и стал заглядывать на нее один из Серовых…

— Софья Ильинична, небось, была красавицей в те годы, — заметила я.

— Наверное, — Глеб улыбнулся уже более открыто. — Во всяком случае, по рассказам, от ухажеров отбоя не было.

— Вот и я о том же! И что Серов?..

— Вроде как обесчестил он ее. Насильно.

— Хочешь сказать, изнасиловал? — я перестала смеяться.

Глеб кивнул:

— Она не сразу в этом призналась, прадед узнал немного позже. Конечно, пришел в ярость. А Серовых стали на защиту своего родственничка, того самого… Сперва была драка, в обоих ипостасях, Волковы против Серовых. Некоторое преимущество оказалось на стороне Серовых… А прадед не мог так все это оставить, конечно же. В общем, никто не знает, как и с помощью кого, но он наслал на Серовых проклятье. После него в роду Серовых стали рождаться мальчики бесплодные, сразу не все, но с каждым поколением все больше. И вот последнее поколение, куда относятся Ден, Семен и их кузены, никто из них не способен иметь детей…

— Как ужас, — выдохнула я. — Жестоко. За одного ублюдка отвечает весь род?

— Это все в характере моего прадеда, — вздохнул Глеб. — Но это еще не все. Глава клана Серовых сделал ответный ход и проклял уже наш род.

— Чем именно?

— Волковы стали заболевать и умирать, один за другим. Умер и прадед вскоре. Умирали и мужья женщин нашего рода. Никто из них не дожил до пятидесяти. Например, мой отец, как и мама. Дед, за которого вышла замуж бабуля через несколько лет после того случая, тоже прожил недолго.

— Но Софья Ильинична… С ней же все в порядке…

— Это для всех загадка. Она единственная, кого не коснулся откат. Ну и пока я…

— Хочешь сказать… — мне прямо поплохело о такой мысли. — Хочешь сказать, ты тоже умрешь? И я, если выйду за тебя замуж? И наши дети… Глеб…

— Нет, ты бы не умерла, потому что человек… — Глеб обнял меня за плечи. — Откат действует только на оборотней. На полукровок тоже нет, так что дети наши, скорее всего были бы в безопасности… А если бы… Если бы я смог стать обычным человеком, как хотел, то, возможно, и меня миновала бы эта участь…

— И ты это тоже собирался от меня скрывать? — я попыталась заглянуть ему в глаза. — Очередная тайна?

— Ну вот рассказал же, — улыбка Глеба вновь вышла горькой. — Просто до вчерашнего дня я пытался сам все это остановить, изменив себя. И если бы мне это удалось, то и рассказывать не пришлось… Теперь же, конечно… Похоже, выбора не осталось. Если боишься рисковать, то…

— Замолчи, — резко оборвала его я. — Я буду рисковать. И не смей меня опять прогонять из-за своих жертвенных порывов. Надо просто подумать, как все изменить. Любое проклятье можно снять. Может, у Акулины спросить? Она же тоже ведьма.

— Думаешь, я не спрашивал? Она сказала, что у ее бабки в книге, вроде, есть нечто похожее, но там указано, что подобные проклятия может снять только тот, кто его сделал.

— То есть, та ведьма? — у меня все упало внутри. Той ведьмы, скорее всего, и в живых нет давно.

— Или же кто-то, связанный с ней по крови, — добавил Глеб.

— То есть, дочь, внучка?

— Вроде, да. Но надо уточнить у Акулины.

— А ты не пробовал ее найти? Ту ведьму? Спросить у прадеда ее имя.

— Прадед не признается. Да и смысл искать ту ведьму, с которой был связан прадед, если снимется проклятье только то, что наложено на Серовых. А что делать с нашим? Надо найти тогда и ту, которая помогала Серовым.

— А это не может быть одна и та же ведьма?

— Я как-то об этом не задумывался, — Глеб внимательно посмотрел на меня. — Если это так, то…

— У Серовых кто-то мог знать ее имя?

— Возможно… Дочь того главы еще жива. Вполне вероятно, что она что-то знает. Но захочет ли она говорить с нами?

— Захочет, — уверенно проговорила я, — если это поможет избавить от проклятья и их род.

Но для начала, что бы ни говорил Глеб, я бы хотела все же побеседовать с Ильей Аристарховичем, точнее, его призраком. И с Акулиной, да. С ней даже раньше. И лучше даже сегодня. Нет, прямо сейчас.