Глава 5

Достопримечательность заведения, куда привел меня Глеб, заключалась в том, что оно было единственным в Больших Перевертышах и называлось «Лунный свет». Глеб говорил о нем, как о кафе, но я бы сказала, что это настоящий ресторан и довольно претензионный. Стильное, под старину, оформление, вышколенные официанты, интересное меню — для местечкового общепита очень даже и очень. И посетителей здесь было немало.

— Господин Волков, — нас встретил пожилой администратор и провел в вип-кабинет. Затем, отдавая меню, понизил голос: — Должен вас предупредить, что и господа Серовы здесь тоже решили отужинать-с. Они в своем випе.

— Спасибо, Аркадий, — поблагодарил его Глеб со спокойной улыбкой. — Но не стоит беспокойств. Все в порядке. Конфликта не будет, обещаю.

— Может, Софье Ильиничне что-нибудь с собой завернуть? — предложил администратор. — У нас сегодня потрясающее каре из барашка.

— Хорошо, заверните, — кивнул Глеб. — А мне, будьте добры, тальятелле с грибами и сливками.

— И все? — с легким недоумением уточнил Аркадий.

— Можно двойную порцию, — улыбнулся Глеб.

— Как скажете… А вашей спутнице?

— Мне тоже пасту, только болоньезе, пожалуйста, — попросила я.

— Отличный выбор. Вино?

— Давайте шампанского, — попросил Глеб.

— Сейчас все будет сделано, — заверил Аркадий и удалился.

— Я не поняла, это ваш личный вип? — поинтересовалась я с удивлением.

— Вроде того, — усмехнулся Глеб, накрывая мою руку ладонью, а затем переплетая наши пальцы. — Это все еще наследие от прадеда. Он в свое время частенько сюда захаживал. Потом и бабушка с дедом, и родители. Кафе очень старое, как видишь…

— Да, это заметно. Атмосферно очень, — подтвердила я. — И у Серовых тоже свой вип, да?

— Да, их предки тоже были уважаемыми людьми…

— Но они ведь не полезут к тебе снова, этот Ден и его прихвостни? — уточнила я с тревогой.

— Будем рассчитывать на их благоразумие.

К счастью, прогнозы Глеба оправдались: Ден, хоть мы и столкнулись с ним, когда уходили, скандалов учинять больше не стал, наоборот, включил полный игнор, взглянув на нас как на пустое место.

— Какая луна красивая… — протянула я, запрокидывая голову к небу. Мы шли домой, держась за руки, голова немного кружилась от выпитого шампанского, и я чувствовала себя абсолютно счастливой. — Большая, полная…

— Полнолуние еще через несколько дней, — отозвался Глеб, тоже поглядывая на небо. А потом вдруг сказал, замявшись: — Ань… Ты только не обижайся, но я все же попрошу тебя уехать следующим автобусом.

Я остановилась. Все романтическое настроение слетело, будто и не было. И, вроде бы, сама не собиралась задерживаться здесь, но услышать от Глеба такое было неприятно.

— Хорошо, — отозвалась бесцветным голосом. — Уеду.

— Нет, ты не так все поняла, — он развернул меня к себе лицом, заглядывая в глаза. — Дело не в тебе, совсем не в тебе. Я не хочу, чтобы ты уезжала, но так надо. Просто поверь мне на слово. Ты даже можешь вернуться сюда через неделю, может, раньше. Нет, я сам приеду за тобой, привезу… Просто на эти несколько дней тебе надо уехать, хорошо? Я объясню тебе все потом.

— Ты уже не первый раз это обещаешь, — с горечью усмехнулась я, — рассказать все потом. Ты что-то скрываешь от меня, Глеб? Или… Это такой способ расстаться? Ты скажи мне, я все пойму, правда. Нет так нет… Не буду устраивать истерик, скандалов… Разлюбил, ну что ж… А, может, никогда и не любил…

— Дурочка, — Глеб сгреб меня в охапку и стиснул в объятиях. — Ты даже не представляешь, как я тебя люблю… Но просто все намного сложнее, чем ты думаешь. Намного… Я только прошу тебя пока поверить мне на слово, довериться и не задавать никаких вопросов. Скоро мы будем вместе, навсегда, обещаю.

— Ладно, уеду, — тихо пообещала я. — И буду ждать тебя в Москве. А ты, если захочешь, приедешь ко мне сам…

Глеб, взяв меня за подбородок, заставил посмотреть на себя:

— Я приеду, можешь не сомневаться.

Я кивнула, а его губы нашли мои, вовлекая в трепетный поцелуй.

— Пошли, — я первая отстранилась от него и улыбнулась уже веселее, — мы же несем твоей бабушке барашка, не забыл?

— Точно, она будет счастлива, — Глеб тоже улыбнулся и взял меня за руку. — Если только она не легла спать…

Софья Ильинична бодрствовала, встретила нас почти на пороге, словно куда-то тоже собиралась.

— Нагулялись? — полюбопытствовала она.

— Нагулялись, — отозвалась я. — И вам вкусненького принесли из «Лунного света».

— Барашек, — бабуля, заглянув в бумажный пакет, расплылась в счастливой улыбке. Затем, бережно прижав его к себе, со словами: — Значит, вечерний променад на сегодня отменяется, — направилась обратно к лестнице.

— Она собиралась на прогулку в такой час? — шепотом спросила я у Глеба. — Ведь ночь почти на дворе.

— Бабушку это никогда не останавливало, — хмыкнул он.

В этот раз я быстро ушла в свою комнату, во время прощания с Глебом ограничилась коротким поцелуем и сослалась на усталость. Он явно почувствовал мое отчуждение, но ничего не сказал, лишь проводил взглядом до двери. Я все еще переживала из-за его просьбы уехать и уже жалела, что сама явилась сюда без приглашения. Я вообще тактичный человек, и вот впервые решилась на авантюру, проявила решимость — и это, похоже, вышло мне боком. Как говорится, не умеешь — не берись.

Ладно, я попыталась себя успокоить, в конце концов, катастрофы не случилось. Можно Глеба и дома дожидаться. Он же сказал, что не отказывается от своих чувств, и мне очень хочется ему верить. Ну а недомолвки… У него на них, возможно, действительно есть причины. Неприятно, безусловно, когда любимый от тебя что-то скрывает, но вдруг это не только его секрет? В жизни бывает всякое… Возможно, Глеб сдержит обещание и когда-нибудь откроет мне свою тайну. Поэтому не стоит изводить себя, а лучше попытаться воспользоваться моментом и хорошо провести оставшиеся дни вместе с ним.

Любимая пижама еще больше подняла настроение, и я уже почти умиротворенная отправилась спать. Забыв о страхах прошлой ночи, выключила свет, залезла под мягкое одеяло. Рина сменила постельное белье, и теперь оно приятно пахло свежестью и каким-то цветами. Я сама не заметила, как провалилась в сон. Но он был недолгим, а проснулась я с уже знакомым чувством, что на меня кто-то смотрит. Оторвала голову от подушки — и в горле застрял крик. Около моей кровати стояло нечто бестелесное, полупрозрачное, точно дымка. Это уже потом, сквозь ужас, смогла различить очертания лица и фигуры, кажется, мужчины. Его контур с каждой секундой становился четче, и вот я уже могла разглядеть глаза-буравчики, широкие брови, усы и даже выпирающий пивной животик. И кого-то он мне до боли напоминал…

Да это же… Прадед Глеба!

— Тише… — с раздражением проговорило… приведение? — Давай ты только не будешь орать, ладно?

Но моя реакция пошла от обратного. Меня словно прорвало, и я завизжала. Подхватилась с постели и ринулась к дверям, затем к комнате Глеба, ворвалась к нему и тут же кинулась к кровати, где он уже сидел с очумелым спросонья видом и потирал глаза.

— Аня, что случилось? — Глеб заключил меня в объятия, а я, дрожа, вжалась в него всем телом.

— Там… Там… Там… Твой прадед! — выпалила я.

— Что? — Глеб недоумевал. — Какой прадед? Он ведь умер… Давно…

— Ну правильно, т-т-там его призрак! — с отчаянием ответила я.

— Где?

— В моей комнате. Он смотрел на меня! — я случайно обернулась и снова вскрикнула: дед-призрак теперь маячил здесь. — Глеб, вот он! Он пришел сюда! Он преследует меня!

— Где? — Глеб начал оглядываться.

— Я просто хотел посмотреть, кого ты привел в дом, внук, — между тем с ворчанием произнес призрак. — Что за она… Нервная какая-то…

— Слышишь? — мой голос охрип. — Он говорит про меня. К тебе обращается…

— Да ничего я не слышу…

— Ты серьезно? — я смотрела на Глеба в страхе. — Не слышишь и не видишь? Да вот же он! Вот!

— Аня, — Глеб взял мое лицо в ладони, заглянул в глаза, — кажется, ты переутомилась… Слишком насыщенный день… — он снова обнял меня, прижав к груди.

— Ты хочешь сказать, я не в своем уме? У меня галлюцинации? — всхлипнула я и скосила глаза в сторону, где… Только что был призрак. Никого.

Господи… Неужели я и вправду схожу с ума? Похоже, мне действительно пора домой. И сразу к врачу.

— Нет, ты просто устала, — Глеб ласково погладил меня по голове. — Ты очень впечатлительная, может, была еще и в полусне. Я слышал, такое бывает. Вроде, явь, а вроде, и сон. Тебе нужно хорошенько выспаться и все. Хочешь, оставайся сегодня у меня? Я буду оберегать твой сон, — он улыбнулся.

— Хочу, — кивнула я.

— Тогда давай спать, — Глеб откинул одеяло, приглашая меня лечь рядом. — Утром на все будешь смотреть в другом свете.

Он уложил меня себе на плечо, обнял и поцеловал в макушку:

— Спи, я с тобой.

Сам факт, что я впервые лежу с Глебом в одной постели, несколько отвлек меня от пережитого. В его объятиях я действительно ощущала себя спокойно и в безопасности. Прижалась к нему теснее, вслушиваясь в стук его сердца, вдыхая аромат его кожи, и мой страх постепенно отступал.

Глеб прав, я слишком впечатлительная, а еще и день был чересчур насыщенным. Акулина эта утром подняла нервы… Потом зайца готовила, первый раз, между прочим… Прогулка длительная… Гопники-мажоры еще напугали. И в конце просьба Глеба, что уж отвергать, расстроила… Безумный день.

В общем, показалось, мне все показалось…