Глава 21. Непрошенный гость

— Я хочу поговорить с тобой, Мира! — говорит Клара и вздёргивает подбородок.

Она поймала меня перед выходом на работу в подъезде и теперь сверлит взглядом, а я просто в ступоре. Даже начинаю побаиваться её и хочу купить газовый баллончик, на всякий случай. Что может стукнуть в голову моей сестрицы — только Богу одному известно.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я с натяжкой в голосе.

Вроде бы я уже дала понять, что помогать не собираюсь. Ничем. Совершенно.

— Можем посидеть где-то? — она смотрит на меня с надеждой, но я уже давно не реагирую на её щенячьи глазки.

— Я опаздываю на работу, если тебе известно такое слово, — пожимаю плечами я.

— Боря не смог тебя разлюбить… Ты его больная затея. После того, как вы расстались, он частенько винил меня во всём. Во время скандалов вешал на меня ваш развод и потерю ребёнка, — принимается она вываливать на меня совершенно ненужную информацию.

— Зачем ты мне это говоришь? — спрашиваю я, откровенно не понимая, чего она от меня хочет.

Что я могу сделать? Благословить их брак? Или сказать, что теперь буду жить ради неё и её ребёнка?

— Я люблю его, Мира! Я его так сильно люблю… — надрывно всхлипывает Клара. — Я знаю, Вольский считает, что всё дело в деньгах… Конечно, без них я бы на него и не посмотрела, скорее всего, но я полюбила его. Он думает, что это не его ребёнок, но я не изменяла… Это его реб… — она запинается на последнем слове, так и не договорив его. — Я не знаю, как мне быть.

Я тоже любила его… И ненавидела одновременно. Ненависть появилась, как только я узнала, что потеряла ребёнка. Я ведь тогда всерьёз хотела убить их обоих. Я не видела смысла в этой жизни, даже купила пистолет, но не смогла этого сделать в память о своём ребёнка.

Я мельком смотрю на сестру и вызываю лифт. Не сбираюсь тратить время на её причитания, потому что мне Борис не нужен. Ему со мной ничего не светит, как бы он ни старался. Странно, что он этого до сих пор не понимает.

— Клара, у нас с Вольским всё кончено! Ко мне какие просьбы и претензии? — тяжело выдыхаю воздух, вставший комом где-то в грудной клетке.

Мы заходим в лифт. В тесном пространстве находиться вместе неприятно. У меня складывается такое ощущение, словно я оказалась в одной коробке с коброй. Вот тебе и сестра… А ведь в детстве у нас были тёплые отношения, пока мама не начала откровенно показывать, что все наказания будут доставаться Мире, а подарки — Кларе. Тогда-то маленькая девочка и начала портиться.

— Так дай ему это понять! Пошли его куда подальше! Сделай так, чтобы он не захотел пытаться и вернулся обратно! — пищит она.

— Я беременна. Его это не останавливает? Не знаю, что может помочь в этой ситуации.

— Выйди замуж! Серьёзно, Мира! Ну тебе же не составит труда! Фиктивный брак! У меня даже есть человек, который готов на заключение этого брака. Тебе следует просто подписать нужные документы.

Лифт останавливается, и я выхожу из него, пытаясь побороть шок, который охватывает меня после предложения сестры. Она действительно смеет просить меня о таком серьёзном шаге? Помочь ей и обречь себя непонятно на что? Хотя… Мысль на самом деле кажется мне правильной. Единственный способ избавиться от Вольского — выйти замуж за другого. Вот только за кого?

Я нажимаю на кнопку, чтобы открыть домофон, и оказываюсь на улице. Жара уже начинает печь, и я делаю глубокий вдох. Свежий воздух наполняет лёгкие, и мне становится немного легче.

— Я не знаю, Клара. Я услышала тебя, и я подумаю, что можно сделать, но не ради тебя. Я сама хочу избавиться от Вольского, чтобы он больше никогда не появился в моей жизни.

Я смотрю на сестру. Она широко улыбается и кивает. Такая счастливая, словно я пообещала отдать ей свою куклу барби, когда наиграюсь ей.

— И ты тоже! — улыбка стирается с её губ, опуская их вниз. — Я хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни вместе с ним. Твой визит к Орлову был глупейшей идеей… Моё увольнение с работы вряд ли помогло бы тебе, потому что в этом случае Вольский стал бы настойчивее, так что в следующий раз думай головой, когда строишь вот такие коварные планы.

Клара поджимает губы и кивает. Мне жаль её, если честно… Когда она стала причиной гибели моего ребёнка, я ненавидела её, мечтала отомстить, но теперь понимаю: такой её сделали родители. Она всё ещё та избалованная малышка, привыкшая добиваться своего. Возможно, когда-то она поймёт, что жизнь строится иначе. Когда-то. Не сейчас. Ей нужно сильно ожечься, чтобы пришло осознание — мир не вертится вокруг неё.

Я еду на работу, думая обо всём, что свалилось на голову в последнее время: Артур, Атланта, Иван, Вольский… Столько всего в голове перемешалось. А ещё меня подмывает узнать правду о таинственном доноре. Может ли Илья оказаться им? У него ведь синие глаза, и он сдал сперму именно в этот центр… Передёргиваю плечами, потому что эта мысль кажется мне очень неприятной.

Оставляю машину на своём парковочном месте, которое никто кроме Ивана никогда не занимал, и иду в здание. По пути я вспоминаю вчерашний день, и губы трогает тёплая улыбка. Мы хорошо поговорили по душам и погуляли. Я была бы не против повторить этот день. Возможно, мы смогли бы стать с Иваном друзьями.

Захожу в офис и застываю, заметив высокий мужской силуэт в деловом костюме. Мужчина болтает с секретаршей, а я точно знаю кто это. Только не понимаю, зачем он пришёл. Что ему от меня надо?

— Мирослава Евгеньевна? — оборачивается и улыбается он. — Вы не отвечаете на сообщения и звонки, а у меня уже столько всего накопилось, поэтому решил приехать, чтобы пройтись по всем вопросам. Вы ведь не откажите мне?

Во взгляде Ильи мелькает нечто больное, словно маниакальное желание получить своё. Я сглатываю и киваю.

Я отмечаю, как Вика краснеет, провожая Илью взглядом. Ну, может быть, отвлечётся на неё и оставит меня в покое?!

Мы идём в мой кабинет, и я ставлю на заметку, что следует не забыть прямо сегодня купить баллончик. Ну, мало ли когда он пригодится.

* * *

Я так хорошо спал этой ночью, что теперь полностью отдохнувший еду на работу и думаю об очередной встрече с Мирославой. Причина для этого проста — ей пора перебираться в наш офис. И, если честно, мне показалось логичным перевести её работать в нашу фирму. В таком случае Артур, Вольский и все остальные воздыхатели успокоятся. Конечно, она сможет и дальше руководить там, если захочет, а может организовать у нас агентство, забрать своих лучших работников. В голове назревает идеальный план, и я улыбаюсь.

Наверное, девушка с ресепшена думает, что улыбка предназначена ей, потому что принимается накручивать локон на палец — одна из женских уловок, способная привлечь внимание легкомысленного мужчины, — не моё. Я прохожу мимо, подарив ей билет в полёт несбывшихся фантазий.

Телефон начинает вибрировать, радуя меня и одновременно раздражая, когда вижу имя звонящего.

Вероника.

Что непонятного в моих словах? Я сто раз говорил, что звоню сам, когда хочу. Да и я вроде объяснил, что больше не нуждаюсь в её услугах. Вот только звонок повторяется, вынуждая меня ответить.

— Вань, привет! Как поживаешь? — спрашивает она.

— Привет! Ты зачем звонишь? — сразу же в лоб задаю ей встречный вопрос.

— Я соскучилась! Раньше мы встречались куда чаще… Ты себе любовницу завёл другую? Со мной опасно так играть, милый…

Я негромко цокаю языком и закатываю глаза. Она тут пытается качать права и угрожать мне? Как-то не вяжется со свободными отношениями, на которые без проблем согласилась. Я думаю — зарычать и послать к чёрту, или всё-таки мягко сказать, что она пережиток прошлого.

— Ты мне надоела. Этого будет достаточно, чтобы понять, что тебя больше не желают видеть?

Пусть сурово, но зато как есть. Правда. Слышу истерический смешок и тяжёлый вздох. Видимо я немного недооценил эту женщину.

— Я так и знала… Значит, другая всё-таки. Зря ты так со мной… Обиженная женщина может больно ужалить в пятку. Ты ведь догадываешься?

— Ужаленный зверь может стереть в порошок. Ты ведь догадываешься? — повторяю её же фразу и выключаю телефон.

Ненавижу, когда люди начинают угрожать. Сильнее всего ненавижу, когда знают, что им ничего не светит, а всё равно тявкают, как те моськи. Фыркаю и мотаю головой, стараясь вернуть мысли в правильное русло.

Набираю номер телефона Мирославы, точно зная, что её голос способен помочь мне успокоиться сейчас.

— Алло, — отвечает она. — Доброе утро!

Каждый звук растекается в душе целебным бальзамом, обезболивая раны прошлого и залечивая рубцы.

— Доброе утро! Как ты себя чувствуешь?

— Всё хорошо… Сейчас отдыхаю после встречи с двумя не особо приятными мне людьми, хотя… Один очень даже ничего.

Внутри закипает ревность. Она сейчас специально так сказала, или это я такой чувствительный? Я прикусываю щёку изнутри и улыбаюсь.

— Что за люди такие? — не могу сдержать любопытство я.

— Моя сестрица и Илья.

А ему-то что нужно? Болеет идеей создать идеальный проект или очаровать неприступную женщину? Он тот ещё демон-искуситель, вот только Мира не такая. Она ведь и беременна. Ухмыляюсь от того, что мысли о ней быстро изменились и стали абсолютно иными, а ещё удивляюсь, ведь я действительно быстро успокоился за какие-то несколько секунд.

— Что Илье было нужно? — стараюсь не показывать свои эмоции голосом.

— Задавал вопросы по проекту, ответы на которые я просто не могла подобрать. Я ведь не инженер… Ничуть не проектировщица. В общем, вроде бы я всё ему объяснила и дала контакты того человека, который занимался ремонтом по моему рисунку.

Я чувствую по интонации её голоса, что Мира улыбается, и мне становится чуточку теплее на душе.

— А давай пообедаем вместе? — в один голос говорим мы после тишины, которая длилась около минуты.

Я слышу, как Мира смеётся, и улыбаюсь сам.

— Я буду рад. Заеду за тобой к обеду.

— Давай лучше я приеду? Надоела уже та кофейня, да и не хочу сталкиваться сегодня ещё с кем-то назойливым.

— Без проблем… У нас тут вкусно готовят в одном ресторанчике рядом. Я тогда закажу столик на двоих.

— Ресторан для обеда-а, — протягивает Мира.

— Ммм… Это будет моя просьба о прощении за испорченную кружку.

— Её давно пора было выкинуть, — снова смеётся она.

— Всё равно я должен извиниться за хамство.

— Договорились!

Впервые мне не хочется отключать телефон первым. Я готов слушать тишину, размеренное дыхание Миры, главное знать, что на другом конце провода она думает обо мне.

Идиот!

Мысль бьёт по нервным окончаниям, вынуждая взять себя в руки. Это Мира. Она просто коллега и дальняя родственница, если так можно сказать. А у меня ведь Лена есть. Так нельзя.

— Ладно, тогда до встречи! Пока! — быстро тараторю я и отключаю телефон.

Кладу трубку на стол, заваленный бумагами, и ощущаю лёгкую испарину пота на лбу.