Глава 14

Заторможено реагирую на чужой голос. Поднимаю голову. Всматриваюсь в абсолютно незнакомое лицо.

Боль почти не чувствую. Больше страх. Я просто перепугалась и честно говоря, даже успела попрощаться с жизнью. Глупенькая. От такого не умирают. Но любая, даже самая незначительная авария, это фантомная боль моей души.

Сразу проваливаюсь в воспоминания. В чужие крики, валяющиеся вокруг стекла, длинные больничные коридоры…

— Девушка?

Несколько раз киваю. Смотрю на свои дрожащие пальцы и отстегиваю ремень. Выпускаю воздух из легких. Дышу.

— Вы головой ударились?

— Что? Нет.

— Кто так резко тормозит?

Видимо, он понял, что со мной все нормально, и решил сменить милость на гнев. Сейчас набросится с претензиями.

— Дистанцию соблюдать надо, мужчина.

Замечаю его ухмылку и медленно выбираюсь на улицу. Слегка покачивает.

Чувствую чужие пальцы, сжимающие мой локоть.

— Я справлюсь сама.

Мужчина демонстративно выставляет ладони перед собой.

Надеюсь, что ни его, ни моя машина особо не пострадала. Удар был приличный, но скорость небольшая. Поэтому вдруг обойдется.

Не обошлось. Точнее, с моей машиной все отлично. Пара царапин. А вот у мужчины разбита фара и бампер покоцан.

— Страховка есть?

Поворачиваюсь на голос.

— Да. Была…

Ну что за день? Почему все это происходит со мной? Медленно возвращаюсь в машину, вытаскиваю из бардачка папку с документами. Роюсь в ней, а когда нахожу нужную бумажку, бледнею. Моя страховка истекла неделю назад.

Раньше всем этим занимался Илья. Я же, никогда ничего этого не касалась…

— Да я в центре встрял. Ты в роддоме уже? Успел? Как она? Что говорят?

Подслушиваю чужой телефонный разговор и тяжело вздыхаю.

— Я тут, как решу, сразу приеду. Не дрейфь. Да один. Среди ночи? — мужчина смеется. — Да не украдут.

Облизываю губы и мысленно прикидываю во сколько мне обойдется ремонт чужой машины. С отсутствием страховки возмещать мне придется за свой счет, кажется…

Сколько стоит фара от мерса? А работа? А бампер?

— Девушка, ну что там у вас?

Мужчина подходит ближе, по пути убирает телефон в карман толстовки. Я даже сразу не заметила, на нем спортивный костюм. Белый. На ногах кроссовки.

Какая безвкусица. Никогда не понимала этот тренд, носить спортивную одежду где-то кроме спортзала.

Скольжу взглядом выше. Сталкиваемся глазами. Они у него серые. А может, и голубые. На лице легкая щетина. Волосы светло-русые, зачесаны назад, а по вискам сострижены почти в ноль. Симпатичный. Не смазливый. Скорее мужественный.

У глаз небольшие морщинки, губы полные, ресницы длинные, темные. На вид ему лет тридцать пять…

Понятия не имею, зачем я его так пристально рассматриваю, скорее всего, последствие шока.

— Полицию нужно вызвать. Наверное.

— Долго, — мужчина хмурится. — Давай европротокол, — неожиданно переходит на ты, чем снова отталкивает.

Терпеть не могу фамильярностей. Ну хоть минимальные манеры же должны быть?

— У меня страховка истекла, — признаюсь со вздохом.

Мужчина трет лоб, закатывает глаза и развернувшись направляется к машине. Боже, сейчас как вытащат оттуда биту, как стукнет мне по голове. Откуда только эти мысли берутся?

Хотя после разговора с Ильей, еще и не такое нафантазируешь. Тру запястье, на котором уже проступили отметины кровоподтеков.

— До роддома меня подкинешь? — спрашивает незнакомец на расстоянии, что-то доставая из салона. —Эвакуатор сейчас вызову. Пусть в автосервис скинут.

— А деньги? — как дура глазами хлопаю.

— Настроение у меня сегодня хорошее, поэтому таксистом поработай полчасика и считай, что сочлись. У брата сын родился, я поэтому и превышал, — возвращается ко мне уже с курткой в руках. — не успел оттормозиться. Дистанция, — подмигивает и бросает куртку ко мне в салон. — Настю на скорой увезли, а брат в это время из Москвы ехал. Вот и попросил меня узнать, что там и как.

— Надю?

— Настю, — поправляет меня. — Это жена его.

— А, — сконфуженно улыбаюсь. Кажется, мне теперь всю жизнь в именах на "Н", Нади будут мерещиться.

— Евгений, — протягивает мне ладонь.

— Светлана, — пожимаю ее с опаской.

— Ну поехали, Светлана.

— А машина?

— Заберут. Лучше расскажи, чего ты одна ночью по городу катаешься? Муж не волнуется?

— Я не замужем, — проговариваю твердо, усаживаясь за руль.

Евгений хлопает дверью со стороны пассажира. Пристегивается.

— Да? Опасно, — улыбается.

— Вы маньяк?

— А они всегда вот так прямо в этом сознаются? — смотрит на меня, чувствую.

Сама же в лобовое пялюсь, либо на свои пальцы, сжимающие руль.

— Сильно испугалась? Может, тебе валерьянки или в больничку? Выглядишь не очень.

— Все в порядке. Спасибо за комплимент.

— Я без притязаний на оскорбления. Мало ли.

— Это не из-за аварии. Личные проблемы.

— Понял. На неделе с тобой мой юрист свяжется. Оформите с ним страховку задним числом. Бампер себе покрасишь или поменяешь. Потом возместишь ущерб.

— А так можно?

— Иногда да. Номер свой продиктуй.

Диктую, и лишь потом задаюсь вопросом о том, что все как-то слишком гладко получается. Не бывает так.

— Я вам буду что за это должна?

— А что предложишь?

Слышу усмешку в голосе Евгения, и слегка напрягаюсь.

— Стильный аутфит и услуги дизайнера, — бросаю слегка пренебрежительный взгляд на его костюм.

— А мой тебе чем не нравится? — осматривает свою кофту, оттягивая карман на худи и оттопыривая нижнюю губу, как делают дети. Выглядит это забавно.

Удивительно, что он даже не переспросил, что такое аутфит. Занимательно я бы сказала.

— Не берите в голову. Нервы просто. Все у вас в порядке. Но я правда не могу ничего больше предложить.

— Ты дизайнер?

— Да.

— С женой брата моего шопинг замутить сможешь? В Москве. Она поправилась за беременность, парится по этому поводу. Думаю, ты больше меня в этом шаришь, поэтому что и как объяснять не надо.

— Не нужно. Хорошо. Я с удовольствием.

Я, конечно, таким давно не занималась, но в качестве исключения, сделать могу.

— Ну на этом и сойдемся, тогда. Здесь сверни. Так короче.

Киваю и щелкаю поворотником.

У здания роддома, как только Евгений выходит из машины, к нему сразу подбегает мужчина. Внешне они и правда похожи. Реально братья. Только мой новый знакомый явно старше.

Новоиспеченный отец ярко жестикулирует, пару раз матерится, громко смеется. Евгений хлопает его по плечу, а потом показывает на меня. Киваю, и они оба тут же подходят к двери. Опускаю стекло.

— Макс.

— Светлана.

— Запишите контакты моей жены сразу. Думаю, через недельки полторы, она с вами свяжется. Вот вы, женщины, заморачиваетесь по ерунде. Поправилась и поправилась, будто я ее любить от этого меньше стал. Такого богатыря нам родила. Жека пять кило! Поверить не могу.

Они снова говорят про ребенка, я слушаю вполуха.

Когда Максим уходит, Евгений упирается ладонью в крышу моей машины.

— Светлан, кофе выпить не хочешь? Я угощаю.

Заторможено моргаю. Сколько лет я не ходила с мужчинами на кофе? С юности.

В памяти сразу всплывает Лешка Ефремов — мой одноклассник. В одиннадцатом, он часто звал меня в бистро через дорогу от центральной площади. В нашем поселке с заведениями в принципе была напряженка.

— Уже поздно, — проверяю время. Половина второго ночи.

— Двадцать минут. Поехали, расскажешь, что у тебя там случилось.

— А у меня что-то случилось? — смотрю на Евгения и понимаю, что его простятский тон меня раздражает. Вот это желание выслушать тоже. Мы не друзья. И даже не близкие знакомые. То, что происходит в моей жизни, абсолютно не его дело.

— Ты сама сказала. Какие-то личные проблемы. Разве нет?

Смотрим друг на друга не моргая. Пока я соображаю, что ответить и стоит ли дерзить, мой новый знакомый огибает капот и залезает в салон.

— Тут недалеко есть круглосуточная шаурмичная. Там готовят хороший кофе, Светлана.

Шаурмичная…

Света, тебе скоро тридцать, а ты тратишь свою жизнь на козла мужа и мужика, который зовет тебя в шаурмичную.

Боже, куда катится моя жизнь?

— Едем?

Евгений пристегивается и упирается в подлокотник.

— Ладно, — сдаюсь, исключительно из интереса.

Мужик в спортивном костюме, на дорогущем мерсе, у которого есть свой юрист, зовет меня в шаурмичную. Что будет дальше? В забегаловке из-за штор выскочат люди и закричат «розыгрыш»?

Трогаюсь и медленно выезжаю на пустынную дорогу. Едем молча. Евгений залипает в телефоне, я же, не отрываю взгляд от своей полосы.

— А вы чем занимаетесь, Евгений? В смысле, кем работаете?

— Интересного мало. В основном инвестициями.

— В нашем городе? — не могу сдержать смешок. Ойкаю и извиняюсь. — Во что здесь инвестировать?

— Не только в нашем городе, — он отвечает спокойно. Его мои дурацкие реакции не напрягают и не задевают, слава богу.

— Ясно, — поджимаю губы и сворачиваю к заведению с горящей вывеской. Снаружи выглядит не как клоповник.

Внутри, кстати, тоже. Свет яркий, стены не грязные, мебель простенькая, но чистая. Столы протерты, и запахов гадких тоже нет.

Присаживаюсь. Евгений занимает место напротив, после того, как заказывает для нас кофе.

Осматриваюсь и улыбаюсь.

Мой новый знакомый приподнимает бровь. Смотрит с интересом.

Теперь-то я прекрасно вижу цвет его глаза. Серые. Не безликие, как это часто бывает. А очень яркие и выразительные.

— Что? — спрашивает, рассматривая меня так же пристально.

— В студенчестве мы часто вот так сидели, — вздыхаю, и будто в прошлое погружаюсь. — После клуба заваливались в какие-нибудь ночные фастфуды или кофейни. Болтали, смеялись. Такое классное время было. Никаких проблем, хотя тогда, кончено, казалось иначе. Мы приходили компанией, просили разрешения сдвинуть столики. Заказывали кучу всякой вредной еды и ждали, когда начнут пускать в общагу. Иногда по городу бродили. У вас не так было? Или вы местный?

— Я после школы сразу пошел работать. Мать нас одна с Максом тянула. Учиться в университете ни времени, ни возможности не было. В моем школьном аттестате всего одна четверка, остальные тройки. Все, что мне светило — это ПТУ или какой-нибудь паршивый колледж.

— Это ужасно, — искренне сожалею, — не тройки, а то что пришлось так рано начать работать.

— Я не жалуюсь. Хороший жизненный опыт, — Евгений пожимает плечами, и в этот момент нам приносят кофе.

— Спасибо, — касаюсь чашки и делаю маленький глоточек. — Вкусно, — прикрываю глаза.

Действительно, очень вкусный кофе. Честно говоря, даже лучше, чем в известной сетевой кофейне напротив нашего офиса. Удивительно…

— Твоя мама-герой. Одной воспитывать двоих сыновей…

— Она очень сильная женщина. Ты вон такая же боевая.

Он снова пристально смотрит, а я теряюсь. Это комплимент такой? Хороший или плохой? Быть сильной это же прекрасно, правда?

Улыбаюсь и быстро перевожу тему.

— Вы с братом очень похожи. У вас большая разница?

— Семь лет.

Опять смотрим друг на друга. Натянуто улыбаюсь и опускаю взгляд в чашку, нервно постукивая ногой под столом. Странная ночь.

Евгений закатывает рукава худи и меня берет оторопь. Все открытые участки кожи от кистей и выше изрисованы татуировками.

Эти картинки вызывают не самые приятные ассоциации. Мой отец сидел. Я не так часто видела его за свою жизнь, потому что он выходил, и снова садился. Раз за разом. Четко помню забитую наколками спину и вытатуированные на пальцах перстни.

У Евгения, конечно, нет ничего подобного. Это просто картинки. Возможно, со смыслами, а может, и без.

Он чувствует мою реакцию, ловит взгляд, потом смотрит на свои руки.

— Судя по всему, мне придется сводить рукава и полностью обновить гардероб.

Он говорит это с улыбкой, а я чувствую себя, какой-то стервозной тварью, которая оценивает человека исключительно по внешности…

— Простите, — бормочу. — Я сегодня в ужасном настроении. Не хотела вас обижать.

— Да ты и не обидела. Выкать только прекращай.

— Мы на брудершафт не пили, — тоже улыбаюсь.

— Организуем.

Он так резко поднимается с места, что я перестаю контролировать свои реакции и хватаю его за руку.

— Нет-нет. Я пошутила, — выпрямляюсь, все еще сжимая крупные мужские пальцы. Когда осознаю это, тут же разжимаю свои и делаю шаг назад. Задеваю стаканчик с кофе, и тот опрокидывается набок. Жидкость растекается по столу и начинает капать на пол. — Черт.

Краснею. Адски хочется уйти. Стыд заливает лицо.

— Мне домой нужно. Я поеду. Извините.

На улицу вылетаю пулей. Чувствую себя нашкодившей девчонкой. Давно в моей жизни не было подобных ощущений. В последние годы я не просто повзрослела, во мне появилось высокомерие. Оно отравляет.

Моя жизнь — это четкий график. Завтрак, фитнес, работа, обед, йога, ужин в ресторане, сон.

Последние годы мы с Ильей оба живем в этих графиках, у каждого он свой. Может быть, в этом и проблема? Мы перестали дурачиться, гулять пешком по ночным улицам и целоваться под дождем.

— Света! — Евгений выходит следом за мной.

Оборачиваюсь.

— Извините, — тянусь в сумку за ключами от машины. — Я правда поеду.

— Хорошо, — он кивает. — Если будут проблемы, звони.

Мы стоим друг напротив друга. Евгений перекатывается с пяток на мыски, сунув руки в карманы спортивок. А я вот куда свои деть, не знаю.

— Спасибо.

— Спокойной тебе ночи, Света.

Мужчина не улыбается больше. Просто смотрит в глаза.

— И тебе, Женя…