Глава 5

Наш с Алексом танец я запомню надолго. Это был практически секс, только в одежде и перед публикой. Но это не смущало нас. И даже ночью, лёжа в своей постели и вспоминая, что мы творили на сцене, у меня не сползала с лица счастливая улыбка и пылали щёки.

Этим вечером мы много говорили. После танца, каждый из нас выпил по стаканчику виски, чтобы унять нервно колотящееся сердце, и заняли дальний столик, и говорили, говорили, говорили…

Он вызвался проводить меня до дома, но я отказалась, сославшись на необходимость обсудить с подругой кое-какие дела. Но клятвенно пообещала завтра снова сюда прийти.

Весь день на работе я загадочно улыбалась. И как бы не пыталась подавить счастливую улыбку, которая вызывала у окружающих массу любопытства, но не могла. Татьяна – местная сплетница даже предположила, что я каким-то невероятным образом завела себе мужика, но Рейтман на это только посмеялся. А Алекс сказал, что если у такой как я (и да, я так и продолжаю ходить на работу в простой одежде, с собранными в шишку волосами и в очках), появится постоянный мужик, то он съест свой галстук.

Я не обиделась. В этот раз мне даже не кольнуло сердце от таких его слов, потому что я-то знаю правду!

И вот снова вечер. Я в обтягивающем платье, на каблуках, волосы струятся задорными кудряшками до самой талии. И возле входа в клуб меня ждёт ОН!

Не сказав ни слова, Алекс оглядел меня голодным взглядом и, передав букет цветов, подхватил под руку.

Его машина стояла за углом. Стоило мне только опуститься на переднее сиденье и положить цветы назад, как на мои губы тут же обрушился долгожданный поцелуй. Алекс словно пил меня, а я таяла от его умелых ласк.

– Чёрт! – выругался мужчина, отрываясь от меня. – Это сводит меня с ума, – прошептал он, не отрывая от меня взгляда, а потом снова впивается губами в мои губы.

И если это сводит с ума даже его, то - то, что творилось со мной, даже и описать невозможно.

Его руки были везде, на талии, мяли грудь, гладили попу. А когда Алекс пальцами оттянул резинку моих трусиков, я непроизвольно вздрогнула.

– Хочу тебя, – прошептал мужчина, вновь отрываясь от меня и заводя двигатель.

Алекс гнал так, словно за нами кто-то гонится, и спустя несколько минут он уже парковался во дворе отеля «Империал».

Арендовав комнату, мы поднялись на лифте на четвёртый этаж, а как только вошли в номер, он набросился на меня словно волк на свою жертву.

Прижав к двери и впившись в губы глубоким поцелуем, Алекс принялся правой рукой мять мою грудь, тем самым вырывая возбуждённые стоны из моего горла, а левой нащупывал молнию на спине платья.

Движение, и платье падает к нашим ногам. Отстранившись, Алекс голодным взглядом окинул мою хрупкую фигурку. Я стояла прижатая спиной к двери и смотрела в полыхающие желанием глаза мужчины и сотрясалась от предвкушения. Судорожно вздохнув, Алекс подхватил меня под попу, заставляя обернуть ноги вокруг его бёдер, и потёрся о уже промокшие от желания трусики.

Хриплый стон разнёсся по помещению, а потом Алекс сделал несколько шагов, опустил меня на кровать, и сам лёг сверху.

Изнемогая от желания, я просунула руку между нашими телами и, дотянувшись до ширинки, потянула вниз. Когда я непроизвольно задела член рукой, Алекса ощутимо затрясло.

Оторвавшись от меня, Алекс вынул из кармана упаковку презервативов, и быстро натянув один на член, глядя мне в глаза, ворвался в моё тело.

– Узкая, – прохрипел Алекс, закатывая глаза. – Боже!

Я извивалась под напором его ласк, стонала и хрипела, а потом вместе с его именем выкрикивала свой оргазм в наполненную запахом секса комнату.

Эта ночь оказалась для нас очень длинной и короткой одновременно. Мы буквальным образом не могли оторваться друг от друга.

Утро наступило неожиданно. Мы расставались на парковке возле отеля. Я категорически отказалась, чтобы он довёз меня до дома, и вот уже несколько минут мы целуемся возле ожидавшего меня такси.

– Дай мне свой номер телефона, – попросил меня Алекс.

– Нет, – отказала с усмешкой.

– Маш, дай мне номер, – повторил он, но я всё равно отказала ему, пообещав сообщить его в следующий раз.

Следующий раз наступил буквально через несколько часов.

Встретившись возле клуба Алины, Алекс повёз меня в ресторан, и пытался выяснить, где я живу, чем занимаюсь, но я отвечала, что хочу оставаться для него загадкой. Алекс смирился, хотя я уверена, что ненадолго, но номер телефона всё же стребовал.

Так мы и стали встречаться.

На работе я наблюдала за ним, украдкой посмеиваясь, а вечера и ночи проводила в его объятиях, в том самом отеле «Империал».

Несколько раз мы выбирались с ним на пикник, а однажды на все выходные уехали в его загородный домик, и даже плавали на арендованной яхте.

Я была счастлива! Но память раз за разом подкидывала мне тот вечер, когда у нас всё случилось в самый первый раз на корпоративе, и следующее утро, где я узнала о споре. Именно эти воспоминания отравляли мою душу. И я никак не могла от них избавиться. И только поэтому я так и не отказалась от своей мести.

Уже давно наступила осень, и наши дни стали более загруженными работой… хоть это немного отвлекало меня от жестокой реальности.

Чем больше времени проходило, тем всё ближе наступал тот день, когда мне придётся положить всему конец. Я ждала этого дня с надеждой, что свершившаяся месть позволит мне спокойней вздохнуть, отпустить прошлое, и в то же время страшилась, что как только тот день настанет, моя жизнь кончится.

Алекс словно чувствовал надвигающуюся беду. Старался как можно больше времени провести рядом. Даже один раз отменил пары в институте, чтобы приготовить мне сюрприз.

В тот вечер с цветами и шампанским он признался мне в любви и предложил выйти за него. Мы сидели на террасе одного из ресторанов города, а рядом, специально для нас играли музыканты.

Хоть и был конец октября, но погода в эти дни выдалась хорошая и радовала нас теплом. Чего нельзя было сказать о моём настроении.

В тот вечер я ничего не ответила, пообещав подумать, а утром написала заявление на увольнение.

Теперь каждый день, проведённый рядом с Алексом, буквально отравлял меня. Я знала, чего он от меня ждёт, но не могла ему этого дать.

Последние дни я ходила на работу как на каторгу. Вероника не раз спрашивала меня о моём паршивом настроении, но я не могла никому открыться, даже ей. Саша тоже последние дни был сам не свой, ведь и он тоже замечал, что ту, другую меня, что-то тревожит. В эти минуты он пытался всячески меня поддержать, старался шутить, а вот на работе срывался.

Хватит! Достаточно!

И вот настал тот день…

Последний раз я иду по этому коридору, звонко стуча каблучками по выложенному тёмной плиткой полу.

Последний раз я решила сыграть в эту игру. Больше такого не повторится. Пора заканчивать со спектаклем.

Открываю дверь в номер, заранее зная, что он, как и прежде ждёт меня, распластавшись на алых простынях, и в нетерпении покусывает нижнюю губу.

– Наконец-то, – раздаётся чуть хрипловатый от возбуждения голос.

В этот раз я не могу даже улыбаться. Боль давит, а в сердце разрастается дыра. Ведь этого больше не повторится.

Наш секс бурный и я быстро дохожу до вершины наслаждения. А потом…

Ну, вот я и сделала это…

Я перечеркнула всё, что было между нами. Я ухожу от Алекса теперь навсегда.

Мои плечи сотрясаются от слёз, перед глазами пелена.

Выбегаю на улицу и пытаюсь сделать глубокий вдох, но рыдания заставляют меня задыхаться.

Достала из сумочки платок и вытерла слёзы со щёк.

Такси, мне нужно поймать такси.

Господи, почему никто не останавливается?

Но вот Господь услышал мою молчаливую молитву, и возле меня остановилась машина.

– Маша? – раздалось сбоку.

Обернулась. Чёрт, только не это! Светка, из отдела кадров.

А позади меня с грохотом распахнулась дверь, и выскочил запыхавшийся Алекс. Он надел на себя только штаны и ботинки, да накинул на голые плечи пальто и резко остановился.

– Маша? Имирская? – удивлённо спросила Светлана, не ожидая увидеть меня в таком виде, да и в таком месте. Узнала.

– Что? И-имирская? – шокировано раздалось позади голосом Алекса.

Медленно обернулась. Он смотрит на меня шокированным взглядом, в надежде признать во мне ту самую Машу, что каждый день видел на работе и что так жестоко наказал за то, что доверилась ему.

Усмехнулась печально и, быстро запрыгнув в машину, сказала:

– Поехали! Быстрее!

Полгода спустя…

После того, как я уволилась из института и переехала в пригород, я нашла работу учителем начальных классов и арендовала небольшой домик. Теперь живу одна и думаю о том, как изменилась моя жизнь за это время. Мне всё здесь нравится, правда! Вот только иногда… на меня находит жуткая тоска, а сегодня стало ещё хуже.

– Мария Сергеевна! Мария Сергеевна! – прокричал восьмилетний Борька, мой ученик.

– Да малыш, – сказала и улыбнулась. Этот непоседливый мальчуган с первых дней работы в этой школе вызывал у меня улыбку.

– Мария Сергеевна, а, правда, что у вас сегодня день рождения?

От его громкого голоса все ученики, что стояли на крыльце нашей школы стали оборачиваться.

– Да, правда, – сказала я.

– Вот, это вам! – сказал он и протянул мне бумажную птичку, что держал за спиной. – Я сам её сделал! – с гордостью проговорил мальчик. – Специально для вас.

– Спасибо, мой хороший! – и приняв подарок, потрепала по его лохматой макушке.

– С днём рождения! – стало раздаваться вокруг.

– Спасибо, ребята, – сказала с улыбкой. – Спасибо! – и помахав детям на прощание, отправилась домой.

Вот мне и исполнилось двадцать семь. И что же я имею? Даже кошки и той нет. И что хуже всего, каждую ночь мне снится ОН, а утром я просыпаюсь в слезах и долго пытаюсь взять себя в руки. Рана в груди всё разрастается и разрастается с каждым проведённым вдали от него днём. Почему так? Мне было плохо, когда он был рядом, а теперь стало ещё хуже. И когда это всё прекратится, я не знаю.

У меня сегодня праздник, а настроение хуже некуда. Утром позвонила Алинка, чтобы поздравить и пригласила в клуб, отпраздновать, и я даже обещала подумать, но… нет. Не могу.

Тяжело вздохнула и свернула на свою улицу, а сделав несколько шагов, остановилась, как вкопанная.

Он стоял, прислонившись к заборчику и нервно курил. А когда поднял взгляд и увидел меня…

– М-маш! – прошептал Алекс. – Машка!

Я стояла посреди улицы и не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть. Горло свело спазмом, а из глаз хлынули слёзы.

– Маш, Машунь! – проговорил Сашка, приближаясь ко мне. – Маш, прости меня. Я… чёрт, я виноват. Только, Машка… я не могу так больше. Прости. Прости меня!

Перед глазами всё смазалось, ноги подогнулись, и я едва не упала, но подскочивший Алекс подхватил меня и крепко притянул к себе.

– Ну что ты? Не плачь. Маш, слышишь, – шептал Алекс, гладя меня по распущенным волосам. – Машенька, ну же, малышка! Не плачь!

– Приехал, – прошептала сдавленным голосом. – Нашёл меня!

– Нашёл! Нашёл! И больше никуда тебя не отпущу! – сказал Алекс, обхватив моё лицо руками и пристально заглядывая в глаза. – Никогда, так и знай! Слышишь, Машка? Никогда!

А я и не собираюсь больше никуда бежать. Теперь я точно знаю, что я нашла своё место в жизни и в его сердце!

Конец!