Глава 32

— У меня не было отношений, с рождением Марка стало не до этого.

Удивительным образом, но меня совершенно не обижает рассказ мужчин. Может, будь мне восемнадцать, я бы ещё оскорбилась, затаила обиду. Но их честность лучше выдуманных историй. Даже если бы они изначально не собирались меня искать, всё равно бы не устраивала истерику.

А сейчас, когда Алекс поглаживает кожу под грудью горячими пальцами, совсем не хочется бежать. Мне тепло и хорошо. И вопрос, который мучал столько времени, отпускает.

И чуточку приятно, что они помнили.

— Мы такие идиоты, принцесс, — Сэм тушит сигарету в пепельнице и возвращается к дивану. Забрасывает мои ноги на себя, поглаживая щиколотку. А меня снова топит жаром. — Но вы выглядели, как пара. Или это был как раз тот парень, который стал отцом Марку?

— Не он, это точно. Но, наверное, хорошо, что вы не подошли. Я бы тогда точно ни на что не согласилась.

— Тебя и сейчас пришлось уговаривать. Тянулась к нам, а при этом посылала далеко.

— Я не посылала! Ну, немножко.

— Немножко?

Алекс смеётся и втягивает кожу на ключице. Боюсь представить, во что превратится моя шея к завтрашнему утру. И как много тоналки мне понадобится. Но мне нравится. Особенно когда мужчина едва задевает соски, продолжая свою невинную ласку.

Я столько времени думала о том, почему они не появились. Раньше — мимолетом, пока собирала Марка в садик или падала, уставшая, на кровать. В Португалии мысли вовсе не отпускали. Они ведь снова в моей жизни, ухаживают, пытаются затащить в кровать.

Но тогда… Появись они тем летом — я бы не сдалась. У меня был Марк и волновал он больше мужчин. Даже если бы тянуло, если бы скручивало нервы желанием прикоснуться к щетине Алекса и заглянуть в разноцветные глаза Сэма — я бы не поддалась. Сын был первостепенной задачей, самым важным человеком в моей жизни. И я бы никогда не пожертвовала его воспитанием ради нескольких ночей.

Кажется, мужчины нашли самый правильный момент, чтобы ворваться в мою жизнь. Легко и просто, словно мы и не расставались.

— Иди ко мне, принцесса, — Сэм сам тащит на себя, касаясь губами моих губ, целует. Так, что кровь кипит и растекается желанием по венам. Подгоняемая пальцами мужчины, когда он медленно касается клитора. — Влажная. Ты так и не сказала, скучала по нам?

— Скучала.

Признанием вырывается так просто, словно ждало своего часа. Правда ведь скучала. По поцелуям, как сжимают пальцами моё тело. А оно выгибается струной, реагируя. Так хорошо и правильно, что у меня нет сил сопротивляться.

— Мы тоже, Юн. Очень скучали, чувствуешь?

Сэм ловит мою ладонь и тянет вниз. Накрываю его эрекцию, и ячувствую, насколько. Ничего с собой не могу поделать, проводя пальцами через ткань боксеров. Наслаждаюсь рваным вдохом, тем, как мужчина прикрывает глаза. Надавливает своей рукой, заставляя стянуть белье ниже. Коснуться горячей головки, размазывая каплю смазки.

— Чёрт!

Вскакиваю до того, как меня успевают остановить. Телефон разрывается в сумке, заполняя комнату сиреной. Она стояла только на Теймура, его второй номер, которым пользовались крайне редко.

А значит что-то случилось. Содержимое сумки рассыпается по полу, но это мелочи.

— Да, Тей.

— Ты жива? Ты должна была вернуться домой два часа назад. Ник сказал, что съемки закончились.

— Ник сказал?

Теймур продолжает притворяться, что он не мой отчим. Слишком маленькая разница в возрасте, чтобы походить на отца и дочку. Но иногда в своей заботе он действовал заботливее самого строго отца.

И что-то подсказывало, что дома меня ждёт допрос с пристрастием. Глупо улыбаюсь, когда страх отпускает. Думала, с кем-то случилась беда, а тут переживали за меня.

— У вас всё хорошо?

— Да. Марк ждёт тебя, ты скоро? Юн, не мне следить за твоей жизнью, но…

— Я буду выезжать уже. Не знаю, может часа два в дороге. Уложи Марка спать, хорошо? А после будешь рассказывать, как я плохо справляюсь с ролью матери.

— Ты меня с моей бывшей женой не перепутала? Я рад, что у тебя личная жизнь появилась. Просто не заставляй меня волноваться, ок?

— Ок.

Чувствую себя девочкой-подростком, у которой комендантский час. И смущаюсь так же. И веселюсь, с каким вздохом Сэм натягивает боксёры, оставаясь без оргазма.

Но никто из мужчин ничего не говорит. Не пытается утянуть обратно на диван, надавить, чтобы я ещё немного осталась. Алекс подаёт мне мои шорты, а Сэм накидывает сверху свою кофту, чтобы не замерзла. И это такие мелкие знаки заботы, от которых тело покрывается мурашками.

— Мы не так всё планировали, — вдруг произносит Алекс, помогая собрать мелочь, выпавшую из сумки. — Ты разрушила все наши планы, красотка.

— У меня Марк, я не могу…

— Я не о сейчас. Мы собирались поужинать с тобой, решить все вопросы и договориться о нормальном свидании. А нас чуть занесло.

— Чуть? — потираю ключицы, на которой определенно проявляется засос. — И это чуть?

— С тобой просто невозможно удержаться, принцесса. Отключаешь все предохранители.

— Вы сожгли мои пять лет назад, справедливости ради. Подбросите к вокзалу?

Улыбаюсь, когда Сэм открывает передо мной дверцу машины, а Алекс, усевшись на место водителя, тут же устраивает свою ладонь на моем колене. Таким привычным движением, словно мы всю жизнь так делаем.

— Алекс, вокзал в другой стороне.

— За кого ты меня принимаешь, принцесс? Ты не будешь ездить на электричке. Особенно в такое позднее время. Или боишься ехать с нами? Думаешь, не сдержишься и начнешь приставать?

— Это я пристаю?

Поездка кажется такой просто и легкой. Мне хорошо. Сэм периодически дёргает меня на себя, воруя поцелуи. Жадные и долгие. А Алекс, стоит загореться красному светофору, не отстает от своего друга.

Губы жжет от постоянных поцелуев, но с лица не сходит довольная улыбка. Мне хорошо, очень хорошо.

— Ладно, могу я задать ещё один вопрос?

— Принцесс, спрашивай всё, что тебя интересует.

— Но за каждый ответ полагается поцелуй!

— Вы уже на год вперед набрали оплаты. Португалия. Вы просто увидели меня тогда на пляже и придумали контракт. Или как? Мне казалось, что вы меня не узнали.

Алекс поворачивает голову и смотрит, как на глупышку. Может, так и есть. Но я не понимаю, а это меня раздражает. Это эгоистично, но я хочу быть уверенной, что моя роль только моя заслуга, а не подачка, не попытка затащить в постель. Удачная, но…

— Тебя невозможно не узнать, принцесса. Хотя ты и изменилась. Волосы стали длиннее, и, правда, ты стала слишком худой. Но мы узнали, сразу.

— Моя роль…

— Писалась для тебя, — Сэм кивает, но не дает отвернуться. — Но, если бы ты не справлялась, мы нашли бы другой способ общения. Наняли бы чисто консультантом. А ты справляешься. Ты потрясающе танцуешь, Юн. И это только твоя заслуга. А вот Ник получил свою работу из-за тебя.

— При чем тут Ник?

Такого поворота я точно не ожидала. Сотню вариантов передумала, но друг там явно не фигурировал.

— Он хотел попробовать себя в съемках игр. Прислал портфолио, и там была ты. Так что вопрос с его стажировкой был решен сразу.

— Это нечестно. Он хорошо снимает!

— Ага, мы убедились в этом. Но брать случайных людей, даже с хорошим опытом, мы не хотели. Видео с тобой подтолкнули нас к этому.

— И когда вы уже знали, что я буду вашей актрисой?

— Надеялись — с самого начала, как он подал заявку. Уверены — когда напоили его после встречи с тобой и уговорили предложить тебе работу.

— Вы жулики.

— Ага, и полностью этим довольны.

Наверное, я плохой человек. Потому что улыбаюсь и чувствую теплоту в душе. Они хотели меня, неважно, на день или пару месяцев. И сделали всё, чтобы получить.

Меня никто и никогда так не добивался. Открыто, бросив все силы и не скрывая грязных намерений. И это подкупало. А вместе с убивающими ямочками Алекса, у меня изначально не было шансов.

— Я не могу пригласить вас. Марк и…

— Мы всё понимаем, принцесс, — но, несмотря на это, Сэм идёт вместе со мной. Оставляет короткий поцелуй, а следом меня прижимает к себе и Алекс. — Но ты правильно сказала, мы жулики.

— Сэм!

— Поэтому, принцесс, мы пригласим тебя.

— Что?

— Раз ты отказалась переезжать к своему жениху, — Алекс проводит кончиками пальцев по месту, где должно быть обручальное кольцо, и улыбается. — То переехали мы. Соседняя квартира как раз пустовала. Мы теперь твои соседи, принцесса.