Глава 23

Некоторое время мы оба молчали. Приводили себя, свои мысли и чувства в порядок. Вряд ли это на самом деле удалось хоть кому-то из нас, но я хотя бы смогла усмирить слезы, а Хави уже не выглядел как брошенный ребенок.

— Ты ведь его любила, Ана, — неожиданно сменил он тему. — По-настоящему любила, это все видели. Неужели все прошло?

— Не прошло, — честно призналась я. Хавьер на меня не смотрел, хоть и сидел рядом, поэтому, видимо, признание так просто сорвалось с моих губ. — Никогда, наверное, не пройдет, но какой в этом смысл? Он хочет развестись. У него теперь есть Елена. Зачем ему я? Он наверняка меня даже не помнит.

— Откуда ты знаешь про Елену? — нахмурившись, обернулся Солер. — Он не хотел, чтобы ты знала.

— Для этого надо было меньше целовать ее у машины, — теперь пришла моя очередь отворачиваться. Не хотела, чтобы Хави снова видел мои слезы.

— Идиот! — едко, но емко охарактеризовал он своего брата. С такой характеристикой я была согласна.

И снова пауза, которую вновь нарушал Хавьер. И вновь такими словами, что у меня все внутри переворачивалось.

— Он не только тебя не помнит. Ди вообще большую часть жизни забыл. Детство, отца. Даже как вести бизнес. Он два года входил в курс дела, его компания тогда чуть по миру не пошла с протянутой рукой. Но деловая жилка у него в крови, ее одной амнезией не возьмешь. Бизнес он выправил, но свою жизнь…

Если честно, заверения о том, что амнезия Диего — не выборочная и не касается лишь проведенного со мной времени, меня немного обрадовали. Да, это жутко — сама невозможность что-то вспомнить о себе. Но хотя бы страдала не я одна. Эгоистично? Очень. Но я ничего не могла с собой поделать.

— И, знаешь, — Хави полностью обернулся ко мне. Его взгляд горел чем-то похожим на надежду. — Он не помнит тебя как человека, но он помнит ощущения, когда ты была рядом с ним. Что ему было хорошо. Не одиноко. Он не живет в своем доме, но до сих пор хранит там твои вещи. Все, ни одной тряпки не выкинул. И носит тот браслет, что ты ему делала. А еще…

— Не надо, Хави, — попросила я, накрыв ладонью его руку. — Пожалуйста, не надо. Не надо давать мне надежду или веру в то, что у нас еще что-то может быть. Прошло слишком много времени.

— Но ведь ты его любишь, — Хавьер не спрашивал, он констатировал факт, сжимая мои пальцы. — И если Ди напомнить, немного подтолкнуть, я уверен, он тоже…

Что «тоже», Солер договорить не успел — в комнате, где спал Саша, раздалось копошение, а после на пол что-то упало. Судя по звуку — книга, которую я читала сыну перед сном.

— Ты не одна? — тут же подобрался Хави и убрал от меня руку. Я не ответила — чужие шаги весьма красноречиво пояснили все за меня. — Прости, я не должен был так врываться, я…

— Все нормально, — я еще раз вытерла глаза, чтобы в них точно не осталось слез, и поднялась на ноги. Вот он, тот момент, которого я ждала — вдруг поняла со всей четкостью. Момент, когда мне захотелось признаться во всем. — Это самый важный для меня человек, и я уже давно должна была вас познакомить.

Хавьер напрягся еще больше, явно представив себе, что я собираюсь его знакомить как минимум с любовником. Но дверь распахнулась, и вместо жгучего полуголого красавца к нам, сонно вытирая глазки, явился тоже полуголый и тоже красавец, но очень маленький.

— Мам, мы пойдем на море? — еще не проснувшись до конца, интересовался мой сын, когда я подхватывала его на руки.

— Если только позже, — поцеловав сморщенный недовольно нос, пообещала я. — Пока что у нас гости.

Саша наконец-то заметил, что мы не одни, и теперь внимательным взглядом изучал Хавьера. Тот пребывал в откровенном шоке, и я вполне могла понять, почему. Тот же овал лица, те же брови, волосы, глаза. Губы. Я не лукавила, когда говорила, что мой сын — копия отца. Я видела детские фотографии Диего и точно знала, что это — не фигура речи. Саша и Ди — буквально близнецы. Вот такая шутка природы.

— ¿Tío Javi? [Дядя Хави? (исп.)] — по-испански спросил Сашка.

— Sí, — рассмеялась я. Моему сыну произношение давалось явно лучше, чем мне. — Es tu tío Javi. [Да, это твой дядя Хави. (исп.)]

Дядя Хави, который прекрасно нас слышал и понимал, продолжал сидеть и хлопать глазами.

— ¿Saludar? [Поздороваешься? (исп.)] — чуть подкинув малыша на руках, поинтересовалась я сразу у обоих.

— ¡Hola! [Привет (исп.)] — Саша первым поднял ручку и помахал.

— ¡Hola, bebé! [Привет, малыш (исп.)] — прошептал Хави, все еще не веря своим глазам. И спросил уже у меня. — Ана, я сплю? Почему у тебя на руках маленький Ди?

Маленький Ди, явно не сумев перевести всех слов, кроме имени своего отца, так же вопросительно посмотрел на меня.

— Это долгая история, — выдохнула я, опуская сына на диван. — И, пожалуй, я все-таки заварю нам чай.