Глава 6.

Танюша Виноградова

– Так… Ну… Тут у нас чисто, да? Поправлю… – чуть отодвигаю плед, психую и аккуратно складываю его на диване, а потом снова психую и бросаю его кучей. – Нет… Пусть и не думает, что я тут что-то для него убирала! Это для твоего этого Такеши, ясно?!

Кажется, по взгляду моей собаки понятно, что она мне совсем не доверяет… Я потеряла единственного союзника…

И сделать толком ничего не успеваю, как в дверь стучатся. Какого фига вообще так рано? Только не говорите, что уже пять!

– Сейчаааас… Секунду! – снова поправляю подушки, плед и бегу открывать. Запыхавшаяся. Даже волосы не расчесала, блиииин…

Открываю ему дверь и вижу их обоих, Артём с тортиком в одной руке и с Такеши в другой… Как стучался, непонятно… Лбом что ли?

– Чё так долго? Пингвинчиков прятала? – спрашивает с мерзкой рожей.

– Пингвинчиков? Что? – переспрашиваю, недоумевая. О каких вообще пингвинчиках речь? Мягких игрушек у меня вообще дома нет. Тем более пингвинов…

– Ай, да забей… – проталкивает меня с невероятной наглостью и ставит своего пса на пол. – Беги, мужик, осваивайся…

Смотрю на это хамство и нет слов. Рыжий моментально бежит к моему Персику и оккупирует территорию, словно захватчик.

– Спасибо, что пригласила, – протягивает Артём мне торт. И морда такая… Хитрая, наглая, борзая…

– Ты навязался. Сам. Я не приглашала, – фыркаю и ухожу. – И снимай обувь. У меня чисто.

– Да я и так не привык по дому в обуви ходить, – ворчит он из прихожей. – Какая же ты злючка, а… А чё у тебя так холодно… – трёт руки и дышит на них, словно и впрямь замёрз, тепличный мальчик.

– Да потому что температура должна быть комфортной. Для цветов, для меня и для собаки… Батарея одна перекрыта…

– Капец… Я мёрзну… – бубнит он, и швыряю ему в рожу плед, а он ржёт, пока наши собаки обнюхаются и облизываются прямо у нас на виду. Клянусь, если снова будут устраивать тут разврат… Я что-нибудь кому-нибудь сделаю… К примеру вазектомию. Желательно Артёму… Просто потому что он меня бесит.

Закутывается в плед и садится на диван, а я несу торт на кухню. Наливаю чай. Не знаю уж буду ли его есть, потому что кусок в горло не лезет. Хотя выглядит он аппетитно… Когда успел в магазин только сходить? Тут прошло-то… Всего ничего…

– Ну давай, Такеши… Сделай ей комплимент… – сидит и ржёт, а сам пишет кому-то сообщение. Наблюдаю за ним со стороны и кривлю губы. Особенно, когда Такеши лижет моей собаке одно место… А этот придурок издевается. – Да ты джентльмен… Сначала кайфуют дамы.

– Ты можешь быть ещё более мерзким? – спрашиваю, и он поворачивает голову.

– Могу. Надо?

– Нет, спасибо…

– Ну, как скажешь… Чё ты так взъелась на меня, а? Рапсодия страсти… – гладит местечко на диване рядом с собой. – Неси сюда свою попку…

– Что?! Ты…

– Всё-всё… Иди сюда, поговорим…

У меня внутри всё кипит. Мне вообще теперь страшно с ним оставаться здесь. Сумасшедший… Озабоченный.

Я бы с удовольствием провела это время в другой комнате.

Аккуратно подхожу и сажусь от него подальше на другой край дивана, а потом просто смотрю на собак.

– Ты бы ещё в угол села…

– И сяду, если придётся… Всё лучше, чем с тобой…

– Я понять не могу, чем так противен. Если это, потому что я тебя не приглашаю на тусы, то приходи…

– Артём… А ты веришь в то, что есть люди, которые любят спать и не любят тусы?

– Душнилы и одиночки… Да, верю… – отрезает он, выбешивая меня. – Знаешь почему? Потому что ты живёшь от утра до утра… А я проживаю каждую секунду с кайфом…

– М-м-м… Ну да… – выдыхаю, понимая, что мне от этого кретина не дождаться понимания. Проще вообще не разговаривать.

– Потом… Когда она округлится, я хочу присутствовать на УЗИ…

Молчу, потому что у меня эта тема вызывает раздражение. А он продолжает меня бесить.

– И на родах хочу быть…

Нервно усмехаюсь, потому что он тут уже запланировал уже на два месяца вперед. А я уверена, что ему через день уже наскучит.

– Что я смешного сказал?

– Да потому что ты необязательный… Тусовщик просто… Вот и всё.

– И что? Что плохого в тусовках? Это явно лучше обиженных жизнью недотраханных женщин.

Вот это вызывает у меня настоящее бешенство. Какой же он надменный отвратительный кусок г…

– У тебя что какой-то пунктик на этом? Девушка бросила? Ты достал уже!

– О-о-о… А вот это уже симптомы…

– Иди в жопу… Вы ещё долго?

– Мы только пришли. Пять минут прошло. Ещё пятьдесят пять, дорогуша…

– Ненавижу…

Он ржёт, а я вздыхаю.

– Они ладят. Мы тоже можем… – говорит так, будто я виновата в его тупом поведении.

– Нет. Не можем, как видно. Так что просто помолчим лучше…

– Ну, ты как хочешь… А я чай пошёл пить с тортом, – нагло встаёт и просто идёт на кухню. Я же остаюсь смотреть, как он достаёт нож, разрезает ленточку. Хозяйничает у меня там… Открывает холодильник и достаёт молоко. Оборзевший, а…

– М-м-м… Охуенный торт, – бормочет с набитым ртом. – Иди сюда за эндорфинами, малыш…

– Отвянь, а… – сижу и смотрю на Момо. – Может побыстрее как-то с этим разберешься? – обращаюсь к ней, пока она глаз не сводит со своей избранника.

– Эй, киса, – слышу сбоку, поворачиваю голову и мне резко толкают в рот ложку с тортом. Я и вякнуть не успеваю. – М-м-м… Кайфуй… Ешь давай…

Смотрю на него и хочется убивать.

– Испачкалась, глупая, – касается пальцем моей губы и облизывает его. Господи, что здесь вообще происходит?! Что за сценарий к бюджетному порнофильму?!

– Ещё раз так сделаешь… Прикоснёшься, и я клянусь… – цежу сквозь зубы, пока он угорает надо мной, заливаясь в смехе.

– Бооооже… Да ты целка…?

Раздуваю ноздри и чувствую, как прямо из середины моей грудной клетки… Вздымается и разрастается яркими всполохами огненный шар… По размерам становится просто огромным. Щёки пылают. Сердце стучит как бешенное. Всё сжимает внутри… Будто в чугунные тиски сжало.

– Блин… Внатуре? Угадал, да? Охренеть… Я думал, вас уже не существует… Вымерший вид…

– Пошёл вон отсюда! И пса своего дурацкого забирай! Сволочь! – начинаю бить его, хлестать, нападая. И чувствую, как он обхватывает мои руки своими. Взгляд глаза в глаза. Ненависть такая, что мне хочется утопить его в ней, но тут происходит кое-что немыслимое… Артём резко дёргает меня к себе за запястья и касается моих губ своими… Ядовитыми…