Глава 14

Нетерпеливый стук в дверь мгновенно разогнал неуместные фантазии. Подорвавшись с кресла, я понеслась в прихожую, но застыла на полпути, вспомнив, что в моей нынешней реальности нельзя открывать дверь в одиночку.

Повернула в сторону ванной и громко постучала. Вода тут же перестала шуметь.

- Саш, кто-то пришел, - проговорила так, чтобы он услышал.

- Выхожу. К двери не подходи.

Через пару секунд он действительно вышел из ванной. А я внезапно захотела выйти в окно. Ну или хотя бы взвыть в голос.

Чёртов Ракитин не потрудился накинуть на себя ничего кроме полотенца.

Ой, мамочки…

Дыши, Ника…

Вдох стал непосильной задачей, потому что Александр Ракитин с самодовольной улыбкой прошел мимо меня, позволяя рассмотреть каждую проработанную мышцу, каждую родинку и каждый долбанный кубик пресса.

Я не просто застыла на месте, я забыла и о том, что кто-то пришел, и о том, что этот кто-то может попытаться нас убить. Не отрываясь, наблюдала, как капли воды срываются с мокрых волос и скатываются по невероятному телу, теряясь в полотенце.

Прямо, как я пару минут назад и представляла.

Хотя нет. В моих фантазиях полотенца не было…

Ника, соберись!

Сорвавшись с места, я подлетела к входной двери, которую Саша не совсем удобно открывал левой рукой для того, чтобы скрыть дверным полотном правую руку с пистолетом.

Тяжело сглотнув, я неосознанно подошла ближе к Ракитину, скрываясь за его спиной. Казалось, время застыло. Я отсчитывала секунды до момента, когда дверь полностью откроется и что-то произойдет.

Еще до того, как мы рассмотрели незваного гостя, из-за двери раздалось ворчание.

- Я для кого объявления пишу, а?

Перед нами оказалась женщина лет шестидесяти. На голове, как полагается, у нее покоился песец (и почему бы эти жуткие шапки не запретить на государственном уровне?). Темно-бордовый пуховик в пол умопомрачительно подчеркивал синие тени на глазах (и это не комплимент). Узкие подкрашенные губы были недовольно сжаты.

Прежде, чем вступить в разговор, Саша выглянул в коридор и осмотрелся по сторонам.

- Никого, - еле слышно сказал, обернувшись ко мне.

Наконец удалось слегка выровнять дыхание.

- Уважаемая, вам чего? – холодно спросил Ракитин.

- Я – Вера Петровна. Старшая по подъезду, - визгливо начала она, нахально ступая на порог. – Каждый новый жилец обязан, заезжая, мне показаться, потому что мы тут активно боремся за чистоту и порядок. Вдруг вы маргиналы?

- И что, если мы – маргиналы?

Женщина смешно захлопала глазами, явно не ожидая, что ее напор не возымеет действия.

- Тогда вам здесь не место! – отчеканила.

- Любопытно. Мы сняли квартиру. Заключили договор. Заплатили деньги. Хозяин отдал нам ключи и позволил здесь жить. Так что же конкретно вы сделаете, если нам здесь не место? – ехидно проговорил Саша.

- Буду ставить вопрос..., - начала важным тоном Вера Петровна.

- Ставьте, - перебил ее Ракитин, - только пожалуйста за пределами нашей территории. – И без вас есть, кому мозг долбать.

Бедная женщина от такой отповеди стала жадно хватать ртом воздух, а затем вдруг перевела взгляд на меня, совершенно нетактично осмотрела сверху вниз и выдала:

- Постыдилась бы! Внуки, небось, на подходе, а ты с малолеткой якшаешься!

Я будто онемела. Покраснела с ног до головы, хотя и не было между мной и Сашей того, о чем она подумала. Вот только память услужливо выдала поцелуй в кабинете и недавние неприличные мысли об этом мужчине. А еще цифры возраста.

Саша, бросил на меня взгляд с легким прищуром, понял, что отвечать я не намерена, и вернул всё внимание на гостью.

- Возьмите свое бесценное мнение и затолкайте поглубже, - угрожающе прорычал он. – Еще раз мою женщину обидите, я вам ваш вопрос так поставлю, мало не покажется!

Вера Петровна в шоке отшатнулась и этого хватило, чтобы Саша мог захлопнуть дверь перед ее носом.

- И что это было? – спросил у меня, обернувшись.

- Ты о чем? – растерянно произнесла.

- Почему не послала её нахер?

- Я таким не занимаюсь, - холодно отчеканила.

- Каким «таким»? Собственной защитой?

- Нет. С базарными бабами не свожусь. Мне не нужна защита перед ней.

- Да? А вот судя по тому, как ты покраснела, командирша престарелая тебя очень даже задела.

- Саша, что ты хочешь от меня? Я не такая, как ты думаешь! Я не ввязываюсь в конфликты, не участвую в скандалах, не сплю с.., - слишком поздно осознав, что чуть не вырвалось из моего рта, я мгновенно замолчала.

- Не спишь с кем? С малолетками? – тихо произнес Ракитин ухмыляясь. – Кажется, ты в шаге от того, чтобы удивить саму себя, крошка. Потому что последние два дня я то и дело вижу, как ты ввязываешься в конфликты и участвуешь в скандалах.

- Только с тобой, Ракитин, - раздраженно бросила. – Ты вынуждаешь меня вести себя странно!

- А может я вынуждаю тебя быть собой? – прищурившись припечатал он.

- Нет… Это не я, - растерянно прошептала. – Я не такая.

- Не такая? Не дерзкая, не взрывная, не знающая себе цену, не сводящая с ума?

- Нет! – вскрикнула, отскочив от Саши на другой конец прихожей. – Нет! Я рассудительная, спокойная, взрослая женщина! Хватит!

- Дура ты, - усмехнулся Ракитин. – На ту, которой ты хочешь казаться, даже смотреть скучно. А от тебя оторваться невозможно.

И он смотрел. Смотрел на меня с таким неконтролируемым пламенем в глазах, что дыхание перехватывало. В этот момент я верила каждому слову. Верила в то, что он хочет меня до безумия. Верила в то, что считает особенной. Сводящей с ума.

Когда воздух между нами накалился до предела, Саша сделал шаг в мою сторону. Я собиралась отшатнуться, остановить его. Но не смогла. Потому что, кого я обманываю? Единственное, чего я хотела – ощутить горячую кожу под своими ладонями, провести языком по каждой сексуальной впадинке и оставить поцелуй на каждом миллиметре его тела.

Оказавшись рядом, Саша обхватил руками мое лицо и, тяжело дыша, стал склоняться к губам.

Вдруг снова раздался стук в дверь.

- Сука! – прорычал он, резко отстраняясь.

- Саша! – обеспокоенно воскликнула, увидев, как он схватил пистолет с тумбочки.

- Угомонись, я не совсем отбитый.

Ракитин глянул в глазок, и его словно отпустило.

- Ну наконец-то! А я уж было подумал, что тебе башку прострелили, - сказал он, стоявшему на пороге Никите.