Глава 9 (Саша)

«Какого хера ни один из вас не догадался её трахнуть?» - думал я, глядя, как шикарная стерва с утра пораньше распекает каких-то ботанов за косяк в расчётах.

Схватить бы ее за волосы, прижаться до отказа и заткнуть поцелуем, чтоб все мысли из головы вниз стекли. Чтоб рот открывала только для стонов. Такая до одури сексуальная она, когда злится.

Хотя, конечно, нудная нотация, которую Ника сейчас читала очкарикам, ни в какое сравнение не шла с тем, как она гневно шипела вчера на меня, не сдерживая грозовые молнии во взгляде. То был чистый кайф.

С трудом отлепил взгляд от сочной задницы, чтоб снова рассмотреть реакцию ботанов.

Даже поморщился слегка. Вы ж мужики. Сколько вам? Сорок? Пятьдесят? А смотрите, как котята нагадившие. Ну накосячили, с кем ни бывает? Яйца свои сожмите и придумайте, как все исправить. А потом уже к шефине приходите: с решением и первыми результатами.

Нет же. Сначала сидели, ждали, когда херня случится (хотя уже поняли, что клиенту лажу отправили), потом скрывали, а когда дошло до начальства – хвосты поджали.

Наконец, Ника закончила промыв мозгов, раздала всем указания, резко развернулась и отправилась в свой кабинет, забыв пальто на спинке одного из стульев.

Звонок от недовольного клиента Нику застал еще в дороге, как я понял. Так что в офисе она сразу же направилась в опенспейс к аудиторам, чтобы потребовать объяснений с гоп-компании. Пальто скинула на ходу, заставив меня залипнуть на аппетитных изгибах.

Стало понятно, что казнь будет небыстрой, так что я отправил Никитоза проверить «сюрпризы» в кабинете Ники, а сам остался кайфовать.

Какого-то хрена, пальто её я подхватил и только потом пошел следом. Просто отлично. Александр Ракитин теперь еще и вещи подносит как собачонка. Басаргин знает толк в издевательствах.

- Ну как? – спросил у друга, который уже любезничал с секретаршей в приемной.

- Всё чисто, - коротко ответил.

Ника вопросительно перевела взгляд с него на меня, но вопросов задавать не стала, видимо из-за постороннего присутствия.

Я все же решил проводить её в кабинет, на всякий случай.

На какой случай, Ракитин?

Всё, я тоже пал жертвой общественной истерии.

- Александр, вы можете идти, - надменно заявила стерва, выбивая вмиг все благостные помыслы прочь.

- Да что вы говорите, Ника Романовна? – язвительно отзеркалил, бросая пальто на диван. – А чаю не подать?

- Обойдусь, спасибо.

Закрыв плотно дверь, я пересек кабинет, обогнул стол и подошел к креслу, в которое она успела сесть. Крутанув кресло так, чтобы Ника оказалась лицом ко мне, я, наконец, запустил пальцы в её волосы, слегка сжал и потянул вниз, чтобы прямо взглянуть в стервозное личико.

- Всё утро об этом мечтал, - довольно проговорил.

- Что ты себе…

В задницу.

Я не очкарик из твоего муравьиного роя.

Не дав Нике договорить, впился в манящие губки.

Кажется, на секунду она растерялась. Застыла, напряглась, но ничего не предпринимала. Мне хватило этого, чтобы ворваться в неё языком, лаская, дразня и наказывая одновременно. Реакция в штанах была незамедлительная. Естественно.

Беспокоило другое.

Реакция в мозгах.

Я целовал женщин. Будем честны: я целовал много женщин. Вероятно, я отношусь к той категории мужчин, которых вы назовете козлами. Я люблю большие сиськи. Люблю хороший секс. И ни с кем не встречаюсь подолгу.

Дело не в том, что я боюсь ответственности или зарекся не жениться. Я – детдомовский ребенок. Конечно, мне хочется почувствовать себя частью семьи. Даже, если эту семью создам сам.

Просто девушки быстро надоедают. Одно и то же лицо рядом приедается. Нет в них чего-то такого, чтобы цепануло крюком за душу и больше не отпускало.

Так что да – я целовал женщин. Но ни разу не ощутил и десятой части того, что происходило сейчас внутри.

Казалось, я подошел к какой-то грани, и лишь эта женщина удерживала меня от бездны. А может той бездной была она сама. Но я готов был сорваться вниз. Особенно, если там ждала она.

По телу пробегали тысячи мелких иголок, на месте которых взрывались миллионы эндорфинов и, хер его знает, чего еще. Из горла рвался рык, а желание прижаться теснее и присвоить, доходило до состояния мании. И все это при том, что Ника не отвечала, а лишь испуганно позволяла мне целовать себя.

Наконец, ее шок сменился гневом. Изящные ладони заколотили мне по груди, и раздалось яростное мычание. С трудом отлепил себя от нее, стараясь вернуть взгляду осознанность.

- Да как ты смеешь?! – взвизгнула Ника.

- А что мне мешает? – нагло спросил, выпрямляясь.

- Всё! Ты на работе! Мы почти незнакомы! Я старше на тринадцать лет! – возмущенно затараторила.

- Херня. Херня. Херня, - перечислил, загибая пальцы.

- Я не давала согласия!

- А вот это засчитано. В следующий раз подожду твоего согласия.

- Что?! Никакого следующего раза не будет!

Многозначительно улыбнувшись, я ничего не ответил и вышел из кабинета. Судя по резкому звуку удара, в дверь за моей спиной что-то прилетело.

Секретарша вздрогнула и испуганно обернулась на звук. Но увидев меня, в секунду взяла себя в руки и игриво замахала ресницами.

- Ника Романовна не в духе сегодня? – спросила с улыбкой.

- Отчего же? – изобразил непонимание. – Бодра и весела, как по мне.

- Мне показалось, что.., - она растерянно хотела продолжить диалог, но я вдруг понял, что мне неинтересно.

Обычно я с легкостью откликаюсь на флирт. Но сейчас стало противно от перспективы слушать глупые хихиканья и разговоры, единственная цель которых – намекнуть на продолжение знакомства. Противно и скучно. После ягодного вкуса обжигающих губ Ники просто невозможно желать меньшего. После касания к пламени, которое она заперла в себе, но не может сдерживать в моем присутствии, невозможно вернуться обратно в пресный мир покладистых девочек. Я могу получить любую. Но любая мне не нужна.

Мне нужна она.

По крайней мере, пока не надоест.

- Вас как зовут, девушка? – спросил холодновато, устанавливая границы.

- Т-татьяна, - слегка запнулась она.

- Где мне найти начальника охраны?

- Первый этаж. Кабинет пятый.

- Благодарю. Не смею больше отвлекать от работы.

- Но…

Девушка что-то пыталась сказать, но я стремительно вышел из приемной. Пора бы слегка вникнуть в рутину Ники Романовны, а то мне стало казаться, что вокруг нее действительно сгущается какое-то дерьмо.