Глава 21

Марк

Находясь в здании суда и ожидая приглашения на заседание, смотрел на сидящих с противоположной стороны коридора мужчину и женщину.

Никогда бы не подумал, что мог бы испытывать столько отрицательных эмоций, направленных на конкретных адресатов.

Передо мной сидели бабушка и дедушка моей дочери, по линии матери.

И в любой другой ситуации, можно было бы порадоваться, что у ребенка появились кровные родственники.

Но конкретно сейчас такое родство поперек горла стояло.

С их исковым я ознакомился подробно и далеко ни один раз. И это полный пиздец.

Их сторона как и я, с адвокатом.

Сюр какой-то. Но не смешно ни хера. Вообще не понимаю, кто у них исковое принял? Совсем что ли все мозгом поплыли? При живом отце, ребенка передавать бабушкам и дедушкам? С хрена ли?

— Марк, все хорошо будет. Ничего у них не получится. Это же бред, — взяв меня за руку, тихонько произнесла Амелия.

Маруська сейчас с Афиной. Ратмир и Ами со мной.

И если Ами изо всех сил не дает мне воспламениться и спалить все вокруг себя к херам, и наворотить дел, то Мир как и я, больше на цепного пса смахивает.

— Я знаю, — ответил, должно быть, немного грубее, чем следовало. — Извини.

— Не извиняйся, — Ами сильнее сжала своими пальчиками мою ладонь. Сделал тоже самое в ответ.

Терпение на нуле. Хотелось поскорее отсюда сорваться к дочери.

— Дело по иску Смирновых к Кирсанову, — раздался голос секретаря, — Проходите, пожалуйста.

Поднявшись с места, вошел в зал. Все остальные тоже.

Дальше началась возня. Адвокаты высказывались по существу заявленных требований. Спорили. Все казалось каким-то абсурдом.

Я бы ещё с натяжкой понял, заяви они желание определить порядок общения. Но никак не определение места жительства.

— Стороны желают заявить ходатайства? — спросила судья, после всего озвученного.

— Да, ваша честь, — заявил адвокат той стороны. — Мы бы хотели пригласить свидетеля для дачи показаний. А так же приобщить письменное ходатайство, о проведении независимой судебно-медицинской экспертизы ДНК. Мои клиенты имеют основание полагать, что девочка не является биологической дочерью ответчика.

— Что за бред? — подскочил с места, готовый в глотку этому адвокату вцепиться. — Ничего умнее не придумали? Маша моя дочь! И это не обсуждается.

— Ответчик, поспокойнее, — встряла судья. — Суд приглашает свидетеля для дачи показаний. Ходатайство о проведении экспертизы, приобщает к материалам дела.

— Марк, тихо. Не кипятись, — попытался меня вразумить адвокат.

И у него почти получилось заставить меня взять себя в руки. Но ровно до той минуты, пока в зал не зашла… Катя.

Переглянулись между собой. Было не очень понятно, какой из неё свидетель. Но ровно до той минуты, пока она не открыла рот и не начала давать показания. Точнее, сука, полный бред.

— Да, с гражданином Кирсановым мы были в отношениях. Я подтверждаю, что он употребляет запрещенные наркотические вещества. Неоднократно лично видела, как он употреблял тяжелые наркотики. Сейчас временно в завязке. Но он часто так, то держится какое-то время, то срывается и тогда все. Он уже не он. Я считаю ребенку опасно находиться рядом с ним.

— Сука… — процедила Ами, а у меня в загашнике имелись более емкие определения.

— Я её урою, — выплюнул еле слышно, не сводя со всей этой компании взгляда.

Мысленно расчленил их.

Самое забавное, что объявись они просто и с простым желанием контактировать с внучкой, я был бы не против. Почему нет, если бы по-людски?

Но тут ведь в нашу размеренную жизнь с ноги войти решили. И теперь мира не будет. Ни при каких обстоятельствах.

Размотаю и горе деда с бабкой, и суку свидетельницу.

Катя, закончив давать показания, вышла из зала и к моменту, как вышли и мы, её уже и след простыл.

Мой адвокат протестовал против заявленных требований, но протест был отклонен.

Вышли, сука, как оплеванные.

— Марк, отдай нам внучку, — за все время впервые лично подошел ко мне отец моей бывшей.

Даже не затрудняю себя называть их по именам. Тогда их не знал и сейчас знакомиться не планирую.

— А нахер бы вам не пойти? — произнёс в ответ, заложив руки в карманы и сжав ладони в кулаки.

— Не стоит так с нами разговаривать, Марк, — вмешалась мать моей бывшей. — Мы с дочерью не были так близки, как хотелось бы. Даже не знали, что она была беременна и родила. Но как ты уже знаешь, Луиза умерла полгода назад. И когда в её документах мы нашли отказную на ребенка и другие бумаги, мы не могли не среагировать. Это наш шанс.

— Шанс на что? Слепить из моего ребенка ту, кого из дочери не вышло?

Насколько в теме был я, ещё в то время, Луиза родителям была не нужна. Росла сама по себе, колесила по миру, зарабатывала фрилансом.

В целом, не удивительно, что они не знали, что она родила. Жаль, что узнали сейчас. Как бы это не звучало, без такой родни жилось в разы лучше.

— Почему бы и нет? Это наша плоть и кровь. Мы видели девочку, она наша.

Что значит, сука, видели? Где? Когда? При каких обстоятельствах?

Выходит за моей семьей со стороны наблюдают, а я ни сном, ни духом.

— У девочки имя есть, — произнес сквозь зубы, а так называемая бабушка чуть ли не поморщилась. — И к вам она не имеет никакого отношения.

— Ошибаешься. Она наша, — снова повторила и сделала ещё один шаг ко мне. — Ты наверное ещё не понял, но мы по головам пойдем, даже если это не законно. Но своего добьемся.

Это я уже понял. Чего одна Катя стоила с бредом, который несла. Но я с неё ещё спрошу.

— Тогда имейте в виду, что и ваши головы свернуть можно, — усмехнулся и окинул их брезгливым взглядом. — Вы могли приехать ко мне и мы бы обо всём договорились. Я не против, чтоб у моего ребенка были бабушка и дед. Но вы, какого-то рожна решили, что можете вершить чужие судьбы и делать все, что в голову взбредёт. Дочь у меня забрать захотели? Отдача заебёт.

На том и разошлись.

Кипел внутри. Хотелось крушить все вокруг. Злость такой силы, что едва контролю поддается.

В машину к Миру сели в полном молчании.

Ами сидела кусая губы и заламывая пальцы.

Мир вел тачку и явно слишком громко думал.

— Сейчас к нам поедем, обмозгуем все, — произнес он, выезжая на трассу.

Я, сука, даже за руль сейчас не рискну сесть. Я как атомный реактор.

Уверен, что они уйдут ни с чем, какие бы требования не выдвигали. Но скольких нервов это будет стоить?

— Насчет ДНК… — продолжил друг. — Ты уверен, что там без сюрпризов?

— Уверен, — ответил и с силой стиснул челюсти.

Маруська моя копия. Как ксерокс, блин. Да, мамашка у неё была той ещё дамочкой. И думаю не просто так предки Луизы давят на анализ ДНК, зная ветреность дочурки.

Но не пойти бы им всем дружно в задницу?

Даже если бы Маруська была не моей, это уже ровным счетом ничего бы не изменило. Но только я и проверять это не собираюсь. У меня есть своя правда.