Глава 25

Это утро началось слишком непривычно. Хотя бы с того, что глаза Элла открыла не от того, что кто-то запрыгал по кровати с воплем: «Ма-ам, плосыпайся!». И даже не потому что зазвонил будильник. Просто проснулась, словно единым рывком. Солнечный цвет уже заливал комнату.

Смутно знакомую комнату, которую вчера она даже рассмотреть не успела. Не то до того было. А хозяин данной жилплощади в это время сладко посапывал, мертвой хваткой прижимая к себе. С легкой усмешкой на губах Элла выбралась из его объятий и отправилась на поиске собственных вещей. М-да… Вещи находились примерно также, как хлебные крошки в сказках братьев Гримм, и явственно указывали на проделанный ими вчера путь.

Собрав их, Элла оделась. Откопала где-то возле кресла брошенную вчера сумочку, нашла в ней телефон. И первое, что увидела, было сообщение от Верещагина:

«Раз ты не забрала вчера золотко, за Рокотова можно порадоваться? Умница моя! Надеюсь, вечер и его продолжение удались».

Он столь неприкрытого намека со стороны друга детства щеки полыхнули пламенем. Но да, Ромка был прав. Ночь была потрясающая, и она совершенно точно ни о чем не жалела.

Правда, это вовсе не означало, что она тут же будет строить планы на совместную жизнь с Матвеем и мечтать о чем-либо. Хватит. С одним уже намечталась. А так, они взрослые люди, без обязательств и…

— Ты что, сбежать собиралась? — Матвей подошел сзади, обнял и поцеловал в щеку. Почему-то так легко и привычно, что это вызывало смущение.

— Время уже восемь, мне через час надо на работе быть, — попыталась было выбраться из его объятий Элла. Фокус с проснувшимся мужчиной не прокатил.

— Сейчас позавтракаем спокойно, и я тебя отвезу. Златку, насколько я понимаю, Верещагин в садик уже отвез? Тогда не вижу проблем, — уверенно заявил Рокотов.

— Мне домой нужно, как минимум переодеться, — возразила Элла. Себе-то она могла признаться, что просто не знала, как вести себя с Матвеем после прошедшей ночи. Такого в ее жизни еще не было никогда, и…

— Я. Тебя. Отвезу, — Рокотов перехватил ее и, придерживая пальцами за подбородок, заставил посмотреть в его глаза. — И, ради бога, выбрось из головы все свои дурные мысли. Если ты сейчас начнешь говорить, что то, что произошло, не имеет значения, мы взрослые люди и это точно не повториться, я тебя выпорю, поняла

Столь неожиданно-проницательная тирада заставила ее на мгновение оторопеть. Откуда, вот откуда он узнал, что она хотела сказать? Опять выпел Эллу из равновесия настолько, что она ляпнула:

— Ты что, мысли читаешь?

И зачем так ржать радостно? Взрослый же человек, ей-богу! А веселится так, будто на шоу стенд-апа сходил! Вот что смешного она сказала?

— Быть телепатом ни к чему, если хотя бы чуточку тебя знать, — Матвей покровительственно поцеловал девушку в нос. — И моя задача — не давать таким мыслям заводиться в твоей голове. Так что, моя леди совершенство, собирайся на работу являть свой в кое-то веке не совершенный вид. А я пока приготовлю завтрак.

— Матвей… — немного нерешительно произнесла Элла, даже сама не зная, то ли соглашаясь с ним, то собираясь в очередной раз спорить. Сложно. Или все намного проще, чем ей кажется, стоит лишь перестать упираться? Вчера вот все пошло как по накатанной. А сегодня опять усложнилось.

— Эльфенок, — немного переделал данное Верещагиным прозвище парень. — Отпусти ситуацию? А там жизнь покажет, как нам быть и кем мы друг другу приходимся. Хорошо?

И все-таки Рокотов явно ходил на курсы гипноза. Потому что Элла неожиданно для себя согласилась.

— Вот и умница! — чмокнул ее в губы Матвей. — Черт, а может, не пойдем никуда? — поинтересовался он, а чьи-то загребующие лапы уже поползли по ее бедру, нещадно сминая подол и без того мятого платья.

— Рокотов! — возмутилась Элла, едва сдерживая улыбку. Тот в ответ лишь сверкнул ямочками на щеках и выдал:

— Да, я помню, что ты в восторге от моей фамилии. Ай, не бей меня! Лучше б ты от меня так в восторге была!

— А это я свой восторг от тебя выражаю, — ехидно сообщила Элла. — Не заметно? Я просто в диком восторге от тебя и твоего юмора.

— Оно и видно, что в диком, — уже на безопасном расстоянии хмыкнул Матвей, посылая девушке воздушный поцелуй. — Собирайся. Хороших и добрых девочек, так и быть, накормлю.

— Намекаешь, что мне придется ехать на работу голодной? — приподняла брови Элла, стараясь не расхохотаться. Как дети, честное слово. Хотя вчера и развлекались как взрослые…

— Ну что я за мужчина, если позволю своей девушке голодать? — возмутился Матвей, покидая комнату и оставляя леди Кригер в полнейшем недоумении. Его девушке? А когда она успела ею стать? Или это так, фигура речи? Черт, лучше не заморачиваться по этому поводу. Оно как-то спокойнее для впечатлительного сердца.