Глава 2

Ярослава.

- Аааапчхи!

От моего чиха должны были содрогнуться стены, но скрутило только меня.

Похоже, Джей Ло и ее горячие танцы так мне и не помогли. Промокшие ноги сделали свое дело, и к обеду я чувствовала себя просто кошмарно. Эфир был у меня до одинадцати;пять часов болтовни кого угодно доведут до истощения, тем более, больную хрупкую девицу двадцати шести лет от роду. Гоша, великое и беспощадное начальство - во всяком случае, он именно так о себе думал - выдал мне свои запасные кроссовки и милостиво отпустил домой, хотя обычно я продолжала работать еще несколько часов в студии после эфира.

Какое счастье, что завтра начинаются выходные.

Я прихожу на радио исключительно по будням, так что, несмотря на профессию и время начала эфира, веду практически тот же образ жизни, что и сотни тысяч белых воротничков необъятной нашей столицы.

- Аааапчхи! Ааааппп... - от моего чиха меня снова согнуло и повело в сторону. Еще и мужская обувь, больше нужной на фиг знает сколько размеров, сделала меня окончательно неуклюжей. Я так до выхода не дойду никогда! И кто придумал делать такие бесконечные холлы, сияющие сотнями отражений во всех поверхностях - в натертых белоснежных плитах пола, в зеркалах, стальных ограждениях из нержавейки и даже в сделанных по американским технологиям улыбках многочисленных сотрудников?

Додумать мысль я не успела, потому что снова чихнула, шагнула вперед, ничего не видя сквозь слипшиеся от слез глаза, споткнулась в одолженных кроссовках, и врезалась в кого-то мягкого и пушистого, выбив у того из рук сумочку.

Пушистик взвизгнул и обернулся блондинистой мегерой с перекошенным от злости лицом, начавшей что-то верещать про неуклюжих дур, которые под ноги не смотрят.

Угу, можно подумать, она у меня под ногами пряталась.

Я пробормотала извинения и осторожно начала пробираться мимо блондинки, надеясь не чихнуть снова и не заляпать соплями длинный белый мех, но девица все не могла успокоиться и решила разобраться со мной по полной. Только ей не дали.

- Что здесь происходит? - холодный, режущий голос полоснул по моим ушам и заставил замереть на месте, как будто он сказал «морская фигура замри» а не то, что сказал.

Впрочем, замерла не только я, но и пушистик. И даже перестал верещать. Я обернулась к обладателю ледяных связок и ...

Уткнулась глазами в мощную грудь.

Да лаааадно.

Опять тот странный мужик?

Задрала голову и полюбовалась крупным носом, недовольно поджатыми губами и серыми глазами, на сей раз совершенно непроницаемыми.

Мужчина посмотрел на меня долгим, непонятным взглядом и перевел взгляд на блондинку.

Я тоже перевела. Так, на всякий случай. Блондинка меня удивила: её красивое лицо сделалось добрым, выражение глаз - влюбленным, а улыбка - обольстительной. И все к нему, к человеку-и-пароходу.

Теперь я уже сама усомнилась, что это может быть охранник. Поняла бы это еще в лифте, но тогда меня больше занимали мои ноги. Слишком уж сильная аура его окружала. Да и блондинки в белых шубах к охранникам не ходят.

Почему то при мысли о том, что незнакомец и мегера вместе, сделалось противно. Видимо, что-то отразилось у меня на лице, потому как взгляд его вдруг стали колючими и он снова обратил на меня внимание:

- Я спросил, что здесь происходит?

Блин, этим голосом могильные плиты можно устанавливать.

- Шла. Споткнулась. Задела девушку. Девушка расстроилась - я извинилась. Собственно, всё, - я прощально кивнула, прощально чихнула и двинулась снова в сторону выхода.

Домой бы! И чаю горячего... И под одеяло... И спать долго-долго - до понедельника. Я, правда, договорилась поехать к Зиминым за город, но, думаю, они простят.

Тут меня схватили за руку.

Я ойкнула, вздрогнула и снова остановилась. Рука была очень большой и горячей. Он что, мстить собрался? Буду орать!

Решительно повернулась и уже почти привычно уткнулась в мужскую грудь.Поднимать голову или нет? Насупилась. Не буду и всё!

- С вами все в порядке?

Я так удивилась, что, забыв о только что данных себе клятвах, все-таки голову задрала.

Опять смотрит и опять внимательно.

Энергично кивнула и для надежности подтвердила:

- В полном. Приболела немного - надо просто отлежаться. Я пойду?

- Конечно, - а сам руку не отпускает. Ну вырывать её у этого шкафа себе дороже - так и без конечности можно остаться. - Просто хотел убедиться, что у лучшего ведущего моей радиостанции всё хорошо.

Вау, он считает меня лучшей?! Круто!!! Так, а откуда он меня знает? И почему я не знаю его? И почему он сказал «моей радиостанции», хотя директором нашей медиа - компании, в которую входило радио, газета, звукозаписывающая студия и небольшое издательство, был лысоватый дядечка со сложно произносимым именем и еврейскими корнями?

Пауза затянулась, и, осознав это, мужчина ,чье-имя-мне-никто-видимо-не-скажет, вдруг выпустил мою руку и отступил на шаг назад, поближе к блондинистой красотке. А я сделала пару осторожных движений в сторону входных дверей, и, осознав, что никто больше не посягает на мою свободу, ломанулась на улицу.

Фух.

Теперь точно домой.

Спать, лечиться и раздумывать, что это было вообще такое?

- Ясяяяяяя, выручай! - возопила в каморке, где ведущие обычно готовили материалы, Катерина Евгеньевна Самойлова, Грозная Кэт, Маркетолог Всея Руси и по совместительству человек, что отвечал за корпоративную культуру, проще говоря, за совместные пьянки нашего холдинга.

Я дернулась и чуть не свалилась со стула - легкие у Катерины были словно паруса какого - нибудь корвета, да и грудь под стать. Грудью она этой проложила себе дорогу к своей высокой должности, но не в том смысле, что через постель, а в том, что тараном сметала всех своих конкурентов.

Катерина мне нравилась. Это была честность, энергия, напор и жизнерадостность в виде восьмидесяти килограмм веса. Пришла она в компанию давно, гораздо раньше меня,и к нашим медиа прямого отношения не имела, поскольку мы были самостоятельной структурой, зарабатывающей как на заказах холдинга, так и на сторонних. Ну и рекламодатели, понятно, были в почете.

Холдинг Up! представлял собой довольно таки любопытное место. Зимины утверждали, что мне с моим тотальным - точнее фатальным - везением на этот раз действительно повезло попасть в самое охраняемое - функциональное - супер - пупер предприятие с параноидально настроенными боссами. Их паранойя заключалась в том, что они терпеть не могли, похоже, никаких партнеров и по максимуму постарались взять под свое крыло все компании, что им могли пригодиться. Так под одной крышей оказались наши медиа, строительные и торговые фирмы, архитектурное и дизайнерское бюро, ресторан и банкетные залы, тренинговая компания и еще куча более мелких структур, простое перечисление которых занимало пару страниц нашего сайта.

Все это располагалось на двух первых и семи последних этажах бизнес-центра; остальные были отданы под аренду.

Кстати, здание также принадлежало холдингу и являло собой навороченный эко-проект с бронированными стеклами, солнечными панелями, самоочисткой и системой управления «такой умный дом, что сам себя боюсь». Его придумал и напичкал электроникой гениальный программист и безопасник, имя-которого-нельзя-называть и на фотографию-которого-нельзя-смотреть. Вообще наши боссы не слишком любили работать на публику: интервью не давали, с речами по этажам не бродили и даже в великие праздники вроде Нового Года до простых смертных не снисходили, а устраивали отдельный банкет для себя любимыхв зале за тремя печатями.

Собственно, меня все это не слишком все волновало. Я бы и в принципе этим не нтересовалась, но каждый новобранец в нашем холдинге, даже если он уборщица тётя Шура, ненавидящая слякотные следы, обязан был не просто прочесть, но и выучить назубок - а потом сдать экзамен - по корпоративной истории и правилам.

Правил было великое множество. Но все они сводились к двум основным: «не разглашать» и «работать от рассвета до забора». За выполнение нам полагались большие зарплаты, нереальный даже по меркам столицы соцпакет; и камень на шею в случае нарушения этих самых правил.

- Что случилось, Катя?

Право называть по имени и на «ты» Катерину Самойлову я получила, когда дважды выручила её отдел со срочными заказами. К этому праву прилагалась вечная дружба - и от неё, понятное дело, отказаться было невозможно.

- Наш ведущий сломал ноги! - трагично заорала Катерина и начала бурно объяснять, почему же сломанные ноги какого-то ведущего стали вселенской проблемой.

Оказывается, речь шла о корпоративе по случаю дня рождения компании, который должен был состояться в конце недели. С «нашим» ведущим для простых смертных все было в порядке, поскольку работал он в нашем же холдинге, а за здоровьем сотрудников здесь следили неплохо; но вот приглашенный и весьма популярный человек-праздник для «тех» людей, то есть боссов, ключевых фигур компании, главных партнеров, клиентов и прочих важных шишек оказался в больнице. Катя уже обзвонила все агенства и известных персонажей, но все были заняты.И теперь надежда только на меня.

- Кать, эээ... А я то почему? У вас в маркетинге полно красивых и хорошо разговаривающих девиц... Ну или взять любого из наших парней...

- Ты не понимаешь, - всплеснула руками наша женщина - корвет - Они не справятся - всё должно быть живо и с огоньком - и она ткнула пальцем в мои морковного цвета волосы.

Я вздохнула.

Не могу сказать, что меня обрадовала перспектива скакать «с огоньком» перед суровыми людоедами, какими мне представлялись вышеперечисленные персонажи, но в просьбе не было ничего такого, что стоило сопротивления.

- И потом, - продолжила госпожа маркетолог - тебе всего лишь придется действовать по сценарию...

- По какому сценарию? - я напряглась.

- Ну, кроме ведущего, там же еще будут выступления, конкурсы... Все уже расписано и согласовано - ты просто будешь выходить между этими действиями как... как...

- Говорящая голова, - сказала я мрачно - Кать, поняла. Давай этот сценарий - я посмотрю его. Насколько он обязателен? Шаг вправо - шаг влево?

- Ну...

- Понятно.

Понятно, что мне не понравится.

Опасалась я не зря.

Это был скучнейший сценарий самого чинного мероприятия, которое только можно представить.

Я бывала на таких.Выглядело всё очень пристойно - правильные люди приходили, аккуратно пили с другими правильными людьми, аккуратно ели свои правильные маленькие канапе и решали свои большие дела. При этом все выступления шли фоном, и никто на артистов не обращал внимания.

Проблема была в том, что, во-первых, при таком раскладе на меня однозначно нападет ступор и вместо ведущего они получат блеющую овечку. А, во-вторых, проводить заявленные «конкурсы» в подобной обстановке смерти подобно. Они в этом праздничном агенстве реально думают, что цвет и запах нашей нации, то есть холдинга, будет ввязываться в эти пляски и прыжки?!

Представив, как я неприкаянно брожу между рядов бесстрастно взирающих на меня олимпийских богов и уговариваю их пойти покусать висящее на нитке яблоко, я взвыла.

Позорище какое.

Надо срочно придумать что-нибудь другое.

Я доплелась до кофемашины, надеясь что кофеин сподвигнет меня на подвиги или хотя бы умные мысли. Состояние было тяжелым и очень хотелось домой, а не думать над идиотским сценарием - два дня в кровати под присмотром имбиря, лимона и меда меня, конечно, спасли, но не до полного выздоровления.

Я вздохнула и снова уставилась на сценарий.

Перевернула его вверх ногами.

Закрыла и положила на него ладони - вдруг случайным образом у меня сейчас проявятся способности медиума и призраки бывших ведущих, погибших от скуки на таких дурацких корпоративах, придут ко мне с советами?

Выдохнула.

Медиума из меня сегодня не вышло.

Ладно, утро вечера мудренее. А за окном вообще темнеет уже, потому отправлюсь - ка я домой и сценарием займусь завтра.

- Удиви их.

Я приподняла ногу и полюбовалась, как с нее стекает огромный кусок пены и шмякается в ванну. Строго говоря, валяние в горячей воде у меня сейчас было под запретом, но я не выдала себя ни звуком, а то с Артема станется примчаться ко мне и вытащить отсюда.

Я крепче прижала телефонную трубку. Звонок другу становился все интереснее.

- Собственно, об этом я тебя и спрашиваю - как их удивить.

- Ты не поняла. Я не предлагаю тебе сделать еще более веселый конкурс по раскручиванию бутылочки или устроить стенд-ап шоу. Я предлагаю поменять отношение к этому мероприятию. Представь, что ты делаешь все эти вещи для нас - для меня, Тохи, Савелия. Поверь, когда вокруг тебя постоянно «когохочешьвыбирай» лучшее, что можно сделать - это привлечь внимание необычным отношением. Как ты иможешь.

- Отличный совет, а главное, какой понятный, - съязвила я.

- Не бухти, ты отлично знаешь, что я имею в виду. Найди, что действительно заинтересует эту публику и оживит обстановку.

- А вдруг с оживлением выйдет... перебор?

- Тогда тебя уволят и ты, наконец-то, пойдешь работать ко мне, - радостно проговорил тоже-мне-друг.

Я хмыкнула

- Купишь радио - пойду.

- О...

Пауза мне не понравилась. Я почти вживую видела, как крутятся шестеренки у него в мозгу.

- Тёма, забудь что я сказала, - угу, я сама суровость.

- Не могу, мелочь, ты мне отличную идею подала, - мужчина расхохотался.

Я от досады запустила мочалку в воду. Раздался громкий плюх, и я замерла.

- Ты что там делаешь?

- Ничего, - сказала быстро

- Ты что, ванну принимаешь? Какого хрена, если ты так и не выгреблась из своей простуды?! Мелочь, немедленно...

- Ой, какие то помехи! Пшшшш, пшииии... - старательно подула я в трубку, отключила телефон и откинулась на бортик ванной.

Ну вот и что гостямможет быть интересно?

В принципе, я уже убрала подчистую все расписанные конкурсы, переговорила с менеджером ресторана о кое-каких дополнениях на столах и поменяла местами некоторых артистов, добавив им интерактив со зрителями - на редких мероприятиях, которые я вела, зрителям сидеть я не позволяла.

Но вот заинтересовать этих пресыщенных жизнью товарищей...

Тут меня как подбросило.

Я выскочила из ванной, натянула на мокрое тело халат и подбежала к компьютеру, где недавно читала в сети одну любопытную статью.

Широкая улыбка расползалась по моему лицу.Ну конечно. Просто идеально. Я довольно потерла руки.

А то, что на это действо придется получить разрешение у самого главного и неприступного Броневого, прозванного Броней - почему прозванного, я не знала, но догадывалась - так это ерунда.