ГЛАВА 32

По пути домой зашла в магазин, прикупила еды, и — бутылку вина. Вот разошлю резюме и устрою себе вечер отдыха с какой-нибудь хорошей книгой, ванной с пеной и вином, и пошлю к черту всех мужиков. От них в самом деле только проблемы. А потом позвоню Наташке, и мы договоримся встретиться. Хороший план, мне нравится. Когда я уже подходила к подъезду, эмоции более-менее улеглись, злость и ярость затаились в глубине души, и на первый план вышло спокойствие и собранность. Истерить и убиваться бессмысленно, надо действовать. Я старалась не думать о том, что у Григория ради того, чтобы прижать меня к стенке и все-таки вынудить встретиться, может хватить влияния и наглости перекрыть мне возможность устроиться на работу куда-то в другое место. В том числе, и с помощью магии… Сначала попробую справиться сама, а потом буду думать, если не получится.

Быстренько сообразив ужин — да, это не лобстеры в лимонном соусе, — криво усмехнулась, взяла тарелку и засела за комп, составлять резюме и шерстить сайты с вакансиями. Часа два я занималась поисками и рассылкой, а после включила воду в ванной и переоделась в халат. Только вот едва взяла на кухне штопор, чтобы открыть бутылку, в дверь раздался звонок. Настойчивый такой, долгий. Я сжала губы и упрямо продолжила, не обращая внимания — я никого не ждала, а встречаться ни с одним из братьев Северовых не хотела. В том, что там кто-то из них, не сомневалась. Но звонок не унимался, и мое терпение закончилось. Ладно, выскажу все, что думаю, и отправлю восвояси, а сама завалюсь в ванну, лечить нервы. Резко выдохнув, я отставила только что открытую бутылку и стремительно вышла в коридор, щелкнула замком и распахнула дверь.

Однако все матерные слова замерли на губах: на пороге стоял хмурый Костя и сверлил меня пристальным взглядом.

— Что случилось? — без приветствия в лоб спросил он, шагнув вперед и потеснив вглубь квартиры. — У тебя телефон выключен.

— Да так, мелкие неприятности, — я дернула плечом, отвернувшись и не собираясь жаловаться на жизнь, как насмешливо предположил Григорий.

Взрослая девочка, справлюсь сама. Однако уйти мне никто не дал, и словам моим не поверил. Сильная ладонь сжала руку, рывок — и я оказываюсь нос к носу с очень недовольным Костей, прижимающим меня к себе.

— Врешь, — обманчиво ласково произнес он, и не думая отпускать. — Вик, я же просил звонить, если что-то случилось. Рассказывай.

И так повелительно это прозвучало, что вместо заверений, что все в порядке, я нервно выпалила:

— Меня увольняют.

Про Григория все же умолчала. Ну вот еще не хватало, чтобы из-за меня морды били. Хотя, кто их знает, может и не будут…

— Та-ак, — протянул Костя, нехорошо прищурившись, и ухватил меня за подбородок, не давая отвернуться. — Ясно.

— Я сама справлюсь, — с нажимом произнесла, упрямо вздернув подбородок и не опуская взгляда. — Резюме уже разослала. Ничего страшного не случилось, Костя, обычная жизнь, с людьми такое случается, — я не удержала усмешки. — Извини, ресторана не получится сегодня, я хочу отдохнуть дома.

Надеюсь, не начнет настаивать, поймет чисто по-человечески. По крайней мере, мне казалось, что между нами все-таки что-то неуловимо изменилось за то время, что мы провели вместе… Северов помолчал, разглядывая меня с непроницаемым лицом, потом кивнул и отпустил, к моему облегчению. Да ладно, и разочарованию тоже. Думала, может, хоть поцелует, утешит… Ой, Вик, ну что за детские мечтания, а.

— Хорошо, — Костя кивнул и повторил. — Включи телефон, пожалуйста.

После чего развернулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Ну и ладно. Справившись с уколом обиды и запретив себе думать, что ожидала от него больше участия, я скинула халат прямо в коридоре и, прихватив бутылку, удалилась в ванную — вода налилась, и я собиралась отодвинуть все проблемы и просто насладиться вечером.

Очень хотелось обнять ее, утешить и пообещать, что все будет хорошо, но Северов опасался, что не сумеет сдержать клокотавшей внутри ярости. Всего два слова, но и без всяких объяснений Костя подозревал, что дело нечисто с этим увольнением. Виктория была на хорошем счету в этой компании, он специально узнавал. Он вышел из подъезда, на ходу набирая номер, и услышав голос, отрывисто произнес:

— Значит, так. Через час я хочу знать все, что происходит в этой фирме, — он сказал название компании, — и по какой причине увольняют Викторию Загорскую.

— Да, шеф, — отозвались в трубке, и Костя отключился.

План в голове сложился сразу, как только он увидел упрямо вздернутый подбородок и решимость в зеленых глазах. Гордая и упертая, как стадо горных козлов. Губы Северова сложились в неожиданно нежную улыбку, и в груди разлилось тепло. Сама справится, ну конечно, вредная женщина. Нет, все, хватит с нее самостоятельности, а с него — лжи и недоговорок. И катится братишка в ад со своим нелепым спором и условиями. Для Вики же у него сюрприз будет… Костя довольно усмехнулся, в серых глазах мелькнуло предвкушение, и он свернул на очередном перекрестке. На память Северов никогда не жаловался, и название банка, в котором у Вики была ипотека, он отлично помнил, и теперь ехал в его центральный офис.

Там он сразу направился к управляющему, с которым, кстати, был знаком. Вежливо постучавшись, Костя переступил порог кабинета.

— Господин Северов, — просиял улыбкой управляющий, встав из-за стола и поспешив навстречу с протянутой для приветствия рукой. — Чем могу быть полезен?

— Мне нужны документы по ипотеке Виктории Загорской, — маг кивнул и опустился в кресло для посетителей. — Сколько она выплатила, и сколько ей еще осталось, полную сумму.

— Да, конечно, сейчас все будет, — управляющий взял трубку внутреннего телефона.

Костя откинулся на спинку, терпеливо дожидаясь выполнения своей просьбы. Естественно, он не сомневался, что Вика возмутится, когда узнает, что квартира теперь полностью ее, и больше платить не надо. Ведь она ни о чем не просила, и будет наивно полагать, что Костя потребует ответную любезность за свою щедрость. Да вот только Северов не собирался больше потакать ее заблуждениям. Пусть лучше привыкает к тому, что теперь есть, кому решать проблемы, и уже без всяких условий и требований. Просто потому, что Косте впервые за очень долгое время хотелось сделать женщине приятное. Да ему вообще впервые женщина нравилась настолько, что хотелось совершать глупости. Например, устроить ночную прогулку и встретить вместе рассвет… Или влезть ночью в окно с цветком в зубах, как заправский разбойник, и потом любоваться удивленным и ошарашенным лицом… А после любить до самого утра, долго и нежно.

"Любить? Я подумал — любить?" — озадачился Костя, поймав себя на том, что думает не о сексе с Викой, а именно о занятии любовью. "Черт". Лаконичная мысль сначала обдала холодком по спине, потом кожу обсыпали горячие мурашки, стоило лишь вспомнить податливые, мягкие губы и гибкое тело под пальцами. В паху потяжелело, и пришлось положить ногу на ногу, чтобы не вышел конфуз перед управляющим банком. От приятных, но не очень своевременных мыслей Костю отвлек появившийся сотрудник банка, принесший нужные документы.

— Вот, пожалуйста, — мужчина протянул Северову папку.

— Давайте, погасим сразу всю сумму, — Костя достал бумажник из сумки, едва взглянув на график выплат и конечную цифру. — И закроем этот вопрос.

Проблем не возникло, и после банка маг ненадолго заехал к себе домой — забрать пресловутый договор. Он хотел встречаться с Викой без всяких обязательств, контрактов и условий. Просто ухаживать, гулять, водить в рестораны и проводить время вместе, как все нормальные мужчины и женщины. Показалось даже, дышать стало легче, и краски вокруг ярче, пока ехал домой. А вот едва он вышел во двор, зазвонил телефон — ровно через час, как и просил.

— Слушаю, — сразу подобрался Костя, поднимаясь по крыльцу.

— Я узнал все, как вы просили, — начал докладывать собеседник. — В общем, там такое дело…

К концу разговора Северов с трудом справлялся с желанием бросить все и немедленно поехать к младшенькому, надрать ему зад, а потом наставить синяков на физиономии. Чтобы не зарывался и учился подчиняться старшим. Снова мелькнула мысль о Вике — интересно, она знала, что Григорий замешан в ее попытке увольнения? А если знала, то почему промолчала?

— Я понял, спасибо, — выслушав отчет, отозвался Костя. — Нет, ничего не надо делать, я сам займусь этим вопросом.

Закончив разговор, Северов зашел в дом, по пути в кабинет набирая еще один номер, и услышав в трубке голос, заговорил жестко и властно:

— Значит, так. Это последнее предупреждение. Еще раз у Загорской возникнут проблемы на работе, можете распрощаться со своим местом. Мы оба знаем, что никаких ошибок при этой якобы проверке не было выявлено, а на будущее напомню, что у меня связей и возможностей побольше, чем у Григория. Намек ясен?

Выслушав ответ, Костя кивнул, хотя собеседник не мог его видеть, и отключился, не прощаясь. Теперь осталось прихватить этот нелепый договор и — обратно к Вике. Вечер предстоял сложным… Но если он все сделает правильно — в кои-то веки, — то результат превзойдет все ожидания.

Горячая ванна и вино помогли, я подобрела и смотрела в будущее уже не так мрачно. В конце концов, Северов-младший не может перекрыть мне абсолютно все варианты работы. Куда-нибудь, да устроюсь, главное, чтобы на взнос хватало, а там проживу. Я смаковала второй бокал, прикрыв глаза и погрузившись в приятное, расслабленное состояние. Когда кожа на пальцах сморщилась и стала, как изюм, а вода остыла, я наконец вылезла, обмотавшись полотенцем. Недопитую бутылку поставила в шкаф на кухне и пошла обратно в гостиную, но не дошла — в дверь снова раздался настойчивый звонок. Я покосилась на часы — десять вечера, между прочим, у кого-то совести совершенно нет, — поджала губы и приблизилась к двери. Если он думает, что я куда-то сейчас поеду, или тем более оставлю его у себя…

Рывком распахнув дверь, я только набрала в грудь воздуха, чтобы высказать все сразу с порога, как Северов-старший шагнул в коридор, оттесняя меня, и вручил какую-то папку.

— На, держи. Ты знала, что в этом нелепом увольнении Гришка замешан? — с порога начал Костя, требовательно посмотрев.

Ой. Это что, он… он занимался выяснением, почему меня уволили, что ли? Мои брови поползли вверх, а в душе поднялись совершенно противоречивые эмоции. Смущение, раздражение, удивление, и еще бог знает, что, и над всем потихоньку брало верх нервное волнение. На мне же одно только полотенце, я после ванной, раскрасневшаяся, распаренная… И Северов это видит.

— Я же сказала, что сама справлюсь, — вместо ответа огрызнулась я и скрестила руки на груди, не торопясь брать документы. — Что это такое? — кивнула на папку.

— Значит, знала, — уверенно кивнул Костя, зашел и захлопнул ногой дверь. — Это — документы на квартиру, она твоя, — небрежно обновил он, и пока я хватала ртом воздух, пытаясь осознать только что услышанное, добавил, вдруг хулигански ухмыльнувшись. — А давай, отомстим Гришке, а?