Часть 34

— Злата, — окликнул он, хватая ее за руку.

Тогда, резко повернувшись, она постаралась выдернуть свою руку из его пальцев. Только в этот момент оступилась, когда ее каблучок провалился в сток бассейна. Начиная заваливаться на бок, Злата не придумала ничего лучше, как уже самой схватиться именно за его руку. Но этим лишь мешала, когда он и так пытался помочь. И уже через пару секунд оба полетели в воду. Это было неожиданно, бодряще и совершенно неуместно.

— Опять?! — услышал он первое, когда вынырнул из воды. — Да что ты за человек такой! Постоянно меня обижаешь! А теперь вообще решил утопить…

Ругаясь, Злата все пыталась его ударить. Врезала по плечу, забрызгала и без того мокрое лицо. А он так опешил от непривычной ситуации, что не сразу сообразил — что же делать с разъяренной девушкой. Еще ни одна настолько яростно не желала сделать ему больно. Никто не предъявлял подобные претензии, будто его отношение к ней действительно имеет значение. Да и нападали вот так буквально в первый раз. Попытался поймать ее руку, угомонить хоть как-то. В какой-то момент удалось развернуть спиной к себе и зажать у бортика. Только тогда Злата успокоилась. В отличие от него. Ведь опять завела с полоборота, когда любимая поза в сексе — вот как сейчас. Чтоб не глазами в глаза, чтоб носом зарыться в волосы, и крепко держать за бедра своими пальцами, пока вбивается в жаркую плоть…

Невольно застонал сквозь стиснутые зубы, все-таки признавая свое поражение и утопая в облаке ее ванильного аромата. А Злата словно задрожала, выдохнула резко. В голове — как помутнение рассудка. Кажется, он готов взять свою жену прямо сейчас. Но нет, так нельзя… только не так. Собрав последние остатки самоконтроля, попытался отстраниться. Тогда, воспользовавшись моментом, девушка повернулась лицом к нему. Посмотрела в глаза, заставляя ощутить дискомфорт в собственных ощущениях. Уже начинал трезветь, когда Злата снова приблизилась, не желая отпускать так просто. Она просила поцелуя, и однозначно чего-то большего, всем своим видом просила — любви и ласки.

А его как заклинило. Уже не в состоянии оставить жену, еще пытался хоть как-то держать себя в руках. Тогда Злата снова сделала свой шаг. Она прильнула к нему и обняла за шею. А он позволил, готовый разрешить ей сейчас абсолютно все. Даже поцелуй, за которым потянулись ее губы. Пусть даже вместе с приятными ощущениями все тело прострелил болезненный импульс. Он снова застонал, все-таки отвечая на поцелуй. Ведь ее губы — как мягкая сладость, от которой сложно отказаться.

Гавр и не понял, как так получилось, но уже через секунду прижимал Злату обратно к бортику бассейна. Казалось, его сейчас разорвет от желания. Демон проснулся и теперь люто хотел жрать, и чтоб именно это юное создание. И плевать тому на его правила или комплексы. Есть только голод, который требует утоления. И Злата совершенно не помогала унять этот порыв.

— Хочу потрогать, — произнесла шепотом в его рот, просовывая руку между ними. — Такой твердый…

Когда она коснулась его через брюки, сердце пропустило удар. Еще пару таких эмоциональных кульбитов, и он может не дожить до утра. А пока их губы снова слились в каком-то неприличном поцелуе. Все тело пробила дрожь, оповещая уже о последней стадии его личного безумия. Дальше только смерть. В порыве случайно укусил ее за нижнюю губу. А может и специально. Гавр уже не отдавал отчет своим поступкам.

— Ау, — произнесла на это девушка.

Но не оттолкнула. Да и не смогла бы. Он бы не дал. Да и вряд ли сама этого хотела. Ее тихий стон — как особая форма нежности. Стонет, потому что его рука уже у нее между ног: мнет, ласкает, растирает удовольствие по влажной коже. Сначала через белье, но этого так недостаточно. Когда просунул в нее пальцы, Злата опять дернулась. Резко вдохнула от неожиданности. А он обычно так не делал, не вторгался настолько нещадно, тем более в девочку. Но эта девочка даже не думала его останавливать. Наоборот, вдруг схватилась за его ремень и тихо прошептала:

— Пожалуйста, покажи мне… что это такое.

Вот теперь точно — дальше только смерть. И Злате уже не в силах помочь даже стоп-слово. Очередной поцелуй — как общая анестезия. Когда расстегнул ремень, Злата обняла его крепче, и не только руками. И вот уже между ними ни сантиметра преграды. В воде оказалось слишком удобно стать максимально близкими.

Всего один толчок бедрами, и он уже оказался внутри нее, выбитый этим в какое-то другое измерение. Голова снова кругом. Какой-то астрал. Женское «ай» на заднем плане. Злата так сжалась, будто он сделал ей неприятно. Приподнялась, стараясь хоть немного отстраниться. А он даже не в состоянии дать ей время, чтобы привыкла. Смог лишь повторить анестезию в виде поцелуев. И это хоть как-то работало. Но очередной толчок его плоти в девственное лоно подействовал на них по-разному. Он уже на грани, а она:

— Гавр, мне больно…

Вот оно, то самое стоп-слово, которое должно бы на него подействовать. Только уже не сейчас.

— Гавр… — снова позвала она, шлепая его ладошкой по плечу, пока он врезался в нежную плоть, снова и снова.

Он слишком долго себя сдерживал, чтобы теперь суметь остановиться. Наверное, именно поэтому Златославе повезло. Еще каких-то пару движений, и на него накатила такая разрядка, какую никогда не испытывал. Внезапно и очень сильно, освобождая от напряжения каждую клеточку тела.

— Да блин! — выпалила Злата.

Она запаниковала. Стала отталкивать, ударила ладонью по щеке. А когда вырвалась, добралась до лестницы бассейна, быстро вылезла и поспешила в дом. Гавр даже не стал останавливать или звать. Нужно бы сначала вернуться в себя — в свое вибрирующее тело. А еще разобраться в том хаосе, который образовался в нем после взрыва. Ведь только что произошла настоящая катастрофа, которую все это время пытался избежать. Теперь в прямом смысле схватился руками за голову, опираясь локтями о кафельный бортик. И первым делом хотелось кричать. Так, чтоб услышала та стерва из своей могилы, которая сделала его таким.

Гавриил даже не заметил, в какой момент к нему подошел брат. Раф присел перед ним на корточки и тяжело вздохнул, тихо ругаясь на выдохе. Что-то видел или догадался, но уже точно все знал. Спросил только:

— Насколько я понимаю, вы не предохранялись?

— Нет.

— Ясно. Тогда мы с ней прокатимся. А ты вылезай и иди домой. Все будет нормально, — добавил брат напоследок, хотя был зол так, что чувствовалось даже на расстоянии.