Глава 33

Сначала я просто хотела написать Пашке коротенькую записку. Сообщить сухие факты о том, что видела. Без своих умозаключений и выводов, пару строк и всё.

Но как только взяла ручку и лист бумаги, уже не могла сдерживаться. Слова, так долго сидевшие где-то очень глубоко, сами полились на бумагу, освобождая меня от тяжёлого груза. Я выливала в строчки все свои внутренние диалоги и недосказанности. Всё, что тщательно скрывала от Пашки и от всего мира.

Писала и не могла остановиться, пока не поставила точку после «… Я тебя люблю. Будь счастлив».

Очнулась, словно от гипноза. Три листа исписаны убористым почерком. Мои чувства и мысли, в которых, казалось, я боялась признаться даже самой себе. Запечатала конверт. Вот и всё. Он получит его не раньше понедельника, когда я буду уже далеко.

Потом в голове вдруг всплыли истории, в которых рассказывалось, что иногда письма терялись и находили своего адресата через десятки лет, а то и вовсе пропадали бесследно… Нет, так не пойдёт!

Натянула на себя старые джинсы и Тимкин свитер, который по моей невнимательности остался в шкафу. Вот и пригодился, хорошо, что не успела выкинуть. Для надёжности собрала и упрятала под кепку волосы. Очень не хотелось, чтобы меня кто-то заметил и узнал. Ехать решила на такси, чтобы ещё и машину не светить.

Туда-обратно справлюсь за час. Как раз ещё есть время. Просто кину письмо прямо в почтовый ящик на воротах и всё!

По привычке попросила остановить в начале улицы и ждать меня. Бегом рванула к Пашкиному дому. Перед воротами стояла его машина, украшенная какими-то совершенно нелепыми лентами и бантами.

«Что происходит? Женится сегодня? Или уже?.. И… и что теперь делать?»

С каждой секундой вопросов становилось всё больше. Я в панике заметалась, не понимая, как быть. Своим письмом я могла, как всё испортить, так и наоборот — спасти, если ещё не поздно, конечно.

Тут же вспомнила Пашкины слова о «месте силы», где сами собою приходят ответы на безнадёжные вопросы. Обошла дом и побежала к озеру. Времени было в обрез, таксист сказал, что ждёт двадцать минут и уезжает. А мне больше и не надо было. Иначе я рисковала опоздать в аэропорт.

К обрыву пришлось пробираться сквозь заросли и колючки — здесь явно давно никто не ходил. Правильно сделала, что нацепила на себя это старьё.

Вышла на берег. Если смотреть с другой стороны озера, от Пашкиного дома, то кажется, что здесь всего-то метров пять-шесть. А когда стоишь у края — то все десять. Чувства совершенно невероятные. Как будто находишься на вершине мира. Даже сам воздух особенный — от него голова кружится и душа замирает. Хочется глотать его, наполняясь до предела…

Подошла к самому краю. Страх и одновременно восторг. Так и тянет шагнуть, расправив руки, и взлететь. Всё как говорил Пашка. Но я здесь не за этим!

Закрыла глаза. Как заведённая начала повторять про себя: «Что мне делать? Что мне делать? Господи, дай мне знак!»… И за спиной тут же послышался шум ломающихся веток.

Я обернулась в тот миг, когда на меня выскочили две лохматые махины. От неожиданности чуть не грохнулась с обрыва, но быстро отклонилась в сторону и шлёпнулась на колени. Это были Пашкины Пчёл и Муха! Их мокрые носы ткнулись мне в щёки, заставляя жмуриться…

А через пару мгновений из-за кустов показался сам хозяин и, слегка щурясь от солнца, быстро зашагал в мою сторону. Подойдя, замер.

— Ты? — он обалдел. Явно узнал меня только сейчас. — Ты что здесь делаешь?

— Да так… — слегка смущённо хихикнула я, поднимаясь с земли. — Надо было решить для себя кое-что важное, а ты говорил, что лучше всего это делается здесь. А ты сам, почему здесь? Ты же вроде женился?

— Ещё нет. Регистрация в пять.

— М… А мне к пяти в аэропорт. Так что мы, кажется, оба не на месте.

— Стоп, ещё раз… Ты зачем здесь? Что-то случилось?

— Я же говорю, хотела получить ответ. И знаешь, кажется, получила. Вот, держи, — протянула ему запечатанный конверт. — Видно оно должно было попасть тебе лично в руки. Только открой, когда я уже буду в воздухе. Хорошо?

— Ну… — он растерянно повертел его в руке. — Хорошо…

— Хотя нет! Лучше сейчас. Ты же сказал, что в пять часов женишься…

— Ладно, — Пашка начал аккуратно надрывать конверт.

— Нет! Стой! Лучше когда я улечу. Блин, — моя голова опять взрывалась от количества того, что хотелось сделать. Но времени на раздумья не было. Надо было всё решить здесь и сейчас. — Короче. Сам конверт откроешь, когда я улечу. Но кое-что я должна сказать тебе сейчас. Я не уверена, но мне кажется, что это важно…

Наблюдая за моими метаниями, Пашка даже губу закусил, пытаясь сдержать улыбку:

— Ну давай. Слушаю тебя.

— Ты только не подумай, что я пытаюсь как то влезать в твою жизнь или ещё чего… — неуверенно начала я. — Но я видела как Лилька и эта, твоя, невеста о чём-то болтали в кафешке. Я не поняла весь разговор, но речь точно шла о каком-то сюрпризе на свадьбе. А ещё, Лилька ей конверт передала. И мне кажется, что в нём были деньги… Она ведь и мне предлагала отступные, за то, что я уйду от тебя. А потом, наоборот — за то, что останусь и доведу дело до свадьбы, а после регистрации дам показания против тебя. Может, я конечно и не права и здесь совсем другое… И может, это вообще не моё дело… Но, Паш, я себе весь мозг этим вынесла! Не хотела выглядеть дурой… Дура, да?

Он улыбнулся. Глаза его сверкали так прозрачно и чисто, что мне тут же стало легче.

— Если только чуть-чуть, Лен. Ведёшь себя так, словно мы чужие… — замялся, потрепал по загривку псину. — Ну… ладно, спасибо, что сказала. Это и правда, сюрприз. Я запустил прослушку и в телефон Дэнни, и в Лилькин, но сигнала, что они созванивались так ни разу и не получил. Общались только дома, при мне, да и то так… Я бы сказал — враждебно. Значит, где-то я всё-таки упустил. Хотя… — задумчиво потёр подбородок. — Я Даниэллу знаю больше года и не думаю, что она может пойти на это… Чёрт… Так, ладно. Значит, план отменяется, пока я всё не выясню. Спасибо, что сказала, Лен. Это действительно очень важно!

— Паш, а вот если честно, тебе это всё не надоело?

— Очень. Я последние дни уже столько всего передумал! Но принимать решения на эмоциях, а потом жалеть, что сдался — это не про меня.

— Я тоже много думала и знаешь, что мне не понятно? Как ты можешь потерять свои воспоминания, если они всегда с тобой? Не в этом доме, а вот тут, — я легонько коснулась ладонью его груди. — Ты думаешь, мне было легко расставаться с квартирой, где прошло моё счастливое детство с родителями? Нет. И это тоже было единственное, что от них осталось. Но я обменяла её на будущее. На возможность учиться и жить дальше. И ничуть не жалею. Квартиры уже нет, но мои воспоминания никуда не исчезли. И я могу быть где угодно, но это не мешает мне любить то, что было когда-то.

— Может, ты и права. Последние годы я только и жил жаждой отомстить. Всё время смотрел назад, цеплялся за прошлое. А сейчас… — привлёк меня к себе. — Сейчас нашёл тебя и так глупо упускаю.

Аккуратно снял мою кепку, рассыпая по плечам волосы. Обнял и держал так крепко, что даже дышать было сложно. И я старалась не шевелиться, лишь бы не спугнуть, лишь бы он не отпускал.

— А действительно, пошло оно всё к чёрту! — вдруг шепнул Пашка. — Пусть забирает себе всё! Я в это больше не играю. Завтра утром оформлю себе путёвку и прилечу к тебе. Ты не против?

И вроде бы радоваться — моя взяла!.. Но в голове ясно всплыла его недавняя фраза: «Пороть горячку, а потом сожалеть, что сдался — это не про меня» А сейчас он, похоже, именно этим и занимался…

— Против, Паш. Я против, — я слегка отстранилась, чтобы видеть его глаза. — Ты должен поехать сегодня в ЗАГС и жениться…