Глава 12

Демьян

Я еще ни разу так не летал. И все равно кажется, что еле ползу. Если бы можно было силу моей ярости добавить к мощности двигателя, я бы несся по небу как реактивный самолет.

Я обязательно спрошу у Ангелины, какого хера ее понесло в этот отстойный клуб в каких-то ебенях. Потом, когда заберу оттуда. Ни в одном нормальном заведении девушкам не приходится прятаться в туалете из-за того, что к ним пристали обдолбанные уебки.

Там охрана этих уебков в клочья порвет. Репутация заведения превыше всего.

А здесь как в дешманских боевиках. Потому что клуб дешманский.

Еду, а внутри ледник. Что я буду делать, если опоздаю? Почему она мне раньше не позвонила?

И зачем я ее только отпустил на этот ебучий день рождения? Была же чуйка не пускать.

Прости меня, моя хорошая. Прости.

Я виноват. Я тебе изменил. Изменил с этой сукой Риткой. Мы с Артухой напились, и как я у нее оказался, до сих пор понять не могу. Ебал ее полночи, а сам тебя представлял.

Под утро проснулся, сушило сильно, и когда понял, где я и кого трахал, чуть не вывернуло. Хоть презервативы использованные по всей спальне валялись, хоть так...

Натянул кое-как джинсы с футболкой, потом долго мыл руки. И рот. С мылом. Хотя правильнее было бы помыть член. Но идти в душ, это застрять тут еще на десять-пятнадцать минут. А я и минуты больше не хочу оставаться.

Тем более, что как раз член был лучше всего защищен, потому что в презервативе.

И почему до сих пор не изобрели презервативов на рот? А лучше полностью на все тело, допзащита для кожи.

Как тебе такое, Илон Маск? Слабо изобрести?

С двенадцатого этажа вниз я слетел без лифта за доли секунды и уже от подъезда вызвал такси.

Маргарита сразу трезвонить начала, я ответил, что по пьяни не считается. И мое «нахуй» мало того, что в действии, оно еще и подлежит пролонгации на неопределенный срок.

Приехал домой, из такси вышел, а в квартиру подняться не мог. Не хватало духу.

Как я ей в глаза посмотрю? Я же ее хотел, это я ее трахал, а не Риту. Но как такое скажешь? Она же не поймет. А кто бы понял?

«Ангелина, я так тебя хотел, что пошел ебать свою бывшую, потому что ты не даешь»

Просто охуенно. Она меня подальше пошлет и правильно сделает.

Все-таки поднялся, вошел стараясь чтобы потише, а у нее дверь в комнату открыта. Самое поганое, я понимаю, зачем.

Ангелина знает, где я, а все равно волнуется. И как было не войти?

А как вошел, так и завис.

Свет от коридора падал на ее личико, и я не выдержал, присел на корточки возле кровати. Так, чтобы ее лучше видно было.

Какая она красивая! А еще... чистенькая. Да, это как раз то, что первым приходит в голову, когда я ее вижу. Такая чистенькая, охуенно вкусная девочка.

Хотелось лечь рядом, подтянуть к себе так, чтобы спиной она мне в грудь упиралась, а круглой тугой попкой в мой член.

Он уже был готов занырнуть в свою Ангелину. Даже я понимал, насколько он охуевший. Я на нее после Риты даже смотреть не имею права.

Но ничего не мог с собой поделать. Так хотел, что ломало, реально ломало. Как конченного нарика.

Только не трахать ее хотел, точнее, не только трахать. Всю хотел. В волосы зарыться, трогать ее, довести, чтобы она текла мне на руки и умоляла про член внутри.

Все-таки не выдержал, сорвался. Погладил волосы, прошелся по контуру лица. И отвалил. В душе воду включил максимально горячую. Можно было бы, и кипятком облился для дезинфекции.

Уснул мертвым сном. Проснулся, а Ангелины нет. Звонил, забросал сообщениями, пока не увидел записку на холодильнике.

Вот тогда чуйка и сработала, но кто ж ее послушал? Никто.

Зато в холодильнике оказалось полно еды, домашней. Готовить у меня некому кроме Ангелины, значит она. И следом дошло, что это она ужин готовила. Для меня. А я Ритку ебал.

Пиздец.

Если Ангелина с выходных не вернется, правильно сделает. Придется силой тащить, я эти два дня без нее еле прожил. Тренировки выручили, но не могу же я сутками из зала не вылезать. А дома так пусто, что эхо по квартире от каждого шороха разлетается.

Как я без нее раньше жил? Хз.

Ангелина позвонила и стала быстро-быстро говорить, что они с подружками в левом клубе в ебенях. Закрылись в туалете, потому что их хочет силой увезти местная гопота.

Фарид, сын прокурора. Знаю я этого гондона. Папашка его не целый прокурор, а помощник прокурора в районной прокуратуре. Пусть только квакнет, его сынок завтра же сядет за хранение и распространение наркотических и психотропных средств. От трех до восьми лет.

Папа-помощник прокурора не спасет, потому что районная прокуратура и Генеральная это немного разные структуры. А как раз в последней служит отцовский хороший друг.

Я угадал, клуб реально дешманский. Оставляю машину прямо у входа, подхожу к двери. На дверях замерли два борова. Иду дальше так, будто их нет.

— За вход платить не собираешься? — интересуется первый. Второй при виде меня расширяет глаза и дергает напарника за руку.

— Сань, это же Демон...

— Слушайте сюда, — говорю доверительно, — там от вашего уебка Фарида в туалете моя девочка прячется. Если вы меня не впустите, через полчаса здесь будет спецназ, а вы пойдете искать работу. И я клянусь, что вас не возьмут охранниками даже в супермаркет. Я бы предпочел, чтобы вы помогли, но согласен, если вы просто не будете лезть.

Боровы переглядываются и по очереди решительно кивают. Пропускают меня внутрь, я бегу по коридору к туалетам. Вижу трех отморозков, навалившихся на дверь.

Одного разворачиваю к себе за вывернутый локоть, беру за уши и насаживаю на колено. Сначала пахом, потом солнечным сплетением. Второго оттягиваю за руку и как консервную банку на веревке швыряю об стенку.

А теперь Фарид. Согнутым локтем в кадык и в стену.

— Ты что, охуел, Демон? — хрипит он. — Пусти...

— Там, — показываю на дверь, — моя девочка. Ты ее напугал. Если ты ее еще где-то увидишь, перейдешь на другую сторону улицы, понял?

— Да понял, пусти...

— Он правда Демон? — хрипит под стенкой его дружок. Что ему отвечает Фарид, мне неинтересно, я стучу в дверь.

— Ангелина, ты там? Это я, выходите.

— Демьян! — дверь распахивается, и я тихо зверею, когда вижу ее испуганные заплаканные глаза. — Ты приехал!

Она с плачем бросается мне на шею, и я хватаю ее в охапку.

Все так как я хотел. Тело к телу, так что ладонь между нами не пройдет. Сама жмется, сама в меня вдавливается.

Ну почему я, сука, одетый?

***

Ангелина

Я боюсь разжать руки, боюсь оторваться от Демьяна даже на секунду. Я думала, что он не успеет, что эти три урода выбьют двери. Что было бы дальше, страшно представить.

Демьян сам меня не отпускает. Держит за талию одной рукой, второй голову прижимает. Я зарываюсь носом в его шею и замираю.

Только бы дали нам так еще постоять, только бы обо мне не вспоминали...

Демьян что-то говорит, очень резко и грубо, но я слов не разбираю. А его жесткий угрожающий тон наоборот успокаивает, потому что это моя защита.

— Ангелина, отпускай, мы идем в машину, — негромко говорит Демьян мне в макушку. Но я отчаянно жмурюсь, мотаю головой и сильнее к нему жмусь.

Вот если бы слиться с ним и стать невидимой!

Каренин шумно выдыхает, хмуро выдает: «Ладно, так пойдем», — и продвигается со мной через коридор к выходу. Девочки спешат за нами, кажется им так сказал Демьян.

Они забираются на заднее сиденье автомобиля, на переднее Демьян усаживает меня. Когда у него получается, наконец-то, меня от себя оторвать.

— Пристегнись, — бросает он, я слышу его словно сквозь вату. Киваю и бестолково шарю по стенке салона, пытаясь нащупать ремень безопасности.

Демьян молча наблюдает, пока у него не иссякает запас терпения. Он нависает надо мной, упираясь одной рукой в спинку сиденья. Второй снимает пряжку ремня и вставляет его в карабин. Я с трудом подавляю желание снова влипнуть в его шею.

— Куда вас отвезти? — Каренин смотрит в зеркало заднего вида на притихших девчонок. Они называют адреса, Демьян по очереди вбивает их в навигатор.

Я понимаю, что подруги после того, как прошел шок, теперь изнывают от любопытства. Настя знает Каренина, но не знает, что я у него живу. Анюта вообще ничего не знает, но Демьян явно ее заинтересовал. И главный вопрос, который их мучает — куда Каренин меня повезет. Потому что мой адрес он у меня не спрашивал.

Только сегодня они вряд ли получат ответы на свои вопросы. Демьян завозит домой сначала Анюту, потом Настю.

— Спасибо вам большое, вы нас буквально спасли, — говорит Настя, когда Каренин тормозит у ее подъезда.

Он ничего не отвечает, подруга чуть заметно вздыхает и начинает выбираться из салона.

— Это ты сегодня день рождения отмечала? — спрашивает вдруг Демьян. Настя замирает и обрадованно кивает. А мне хочется сделать фейспалм.

Что она себе напридумывала? Что Каренин сейчас станет ее поздравлять?

Похоже на то, потому что подруга плюхается обратно на сиденье и заговаривает со скорбной миной:

— Представляете, как обидно! Я его так ждала, это мой любимый праздник...

— В следующий раз выбирай заведение получше, — обрывает ее Демьян, — а то и сама подставилась, и подруг подставила.

Он переводит взгляд на меня. Настя на заднем сиденье вспыхивает.

— Не у всех есть деньги на «Кактус» или «Домино»!

— Если нет денег, сидите по домам, — жестко перебивает Демьян. — Когда у меня не было денег, я так и делал.

— Ну и сиди, если тебе нравится. И вообще, это к ней подкатывать начали, — Настя кивает на меня, ее голос предательски дрожит, — если бы ее не было, нас бы никто не тронул.

— Значит она больше никуда с тобой не пойдет, — жестко отвечает Демьян.

Настя с возмущенным видом вылетает из автомобиля, на меня даже не смотрит. Хочу сказать Демьяну, что не надо было так, она моя подруга, но по прежнему не могу выговорить ни слова. Обнимаю себя и кутаюсь в собственные руки.

До дома Демьяна долетаем за считанные минуты, но я не чувствую скорости. Я вообще ничего не чувствую, хотя только что Каренин поссорил меня с подругой. И я должна как минимум об этом сожалеть.

Но мне все равно. Демьян достает меня из машины, заглядывает в лицо и хмурится. Я послушно захожу в подъезд, продолжая обнимать себя за плечи, иду к лифтам. Вхожу в квартиру, начинаю разуваться.

Каренин ловит меня за подбородок, заглядывает в лицо. Отодвигает вниз веки, хмурится еще больше.

— Ангелина, у тебя шок, — говорит немного нервно, — я сейчас тебя уколю. Будет больно, потерпи, зато нормально уснешь.

Он ведет меня в мою комнату, сажает на кровать, сам уходит. Возвращается через несколько минут со шприцом и спиртовой салфеткой.

— Повернись, дай мне плечо, — командует Каренин, я подчиняюсь.

Укол и правда болючий, хорошо, что доза маленькая. Некоторое время прижимаю салфетку к месту инъекции, Демьян выходит из комнаты, но сразу возвращается.

— Я пойду в душ, — говорю заплетающимся языком и пробую встать.

— Я тебе помогу, — Каренин поддерживает за локоть, но я решительно мотаю головой.

— Нет, спасибо, ты и так очень помог. Я тебе благодарна, правда. Дальше я сама.

Демьян хочет возразить, но я уже скрываюсь за дверью. В голове понемногу начинает проясняться, и я не представляю, как будет выглядеть его помощь в ванной. Или наоборот, слишком хорошо представляю.

В пижаму переодеваюсь прямо в ванной, чтобы не показываться перед Карениным в одном полотенце. Даже сквозь шум воды слышно, как Демьян ходит по комнате.

Выхожу из душа, Демьян шагает навстречу.

— Я буду спать, — прячу глаза, — спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — говорит он хрипло и выходит из комнаты.

Не знаю, что колол мне Демьян, но сплю я ужасно. Мне снится полный бред — за мной кто-то гонится, я прячусь среди старых длинных построек. Лиц не вижу, слышу лишь сиплое дыхание, но так еще страшнее.

Просыпаюсь от того, что меня гладят по спине, по волосам. Шепчут в волосы:

— Тихо, Ангел, тихо, шшш... Все хорошо...

Обвиваю руками шею, прижимаюсь к широкой твердой груди.

— Не уходи, Демьян, — бормочу сонно, — останься со мной.

— Хорошо, — слышу над ухом хриплое, — хорошо, Ангел, я никуда не уйду.