Глава 18

Родион снова сделал паузу. Нужно было срочно сказать что-то, что было бы правдой и подняло настроение Ирины. Для мужчины это было важно… Как ни странно… И, кажется, нужные слова нашлись. Новиков мысленно боролся с собой, чтобы их произнести. Это было не в его духе. Или сейчас или никогда… - То, что я сказал Зорину, были правдой. – Произнес Родион на выдохе. - Про наши с тобой отношения. – Он смотрел в стену, чтобы не потерять уверенность. К горлу подступал ком. Взрослый мужчина, манипулятор, а вел себя, как неопытный юнец. Руки начали трястись. - Я в тебя влюбился. Я не сказал ни капли лжи. – Вот и все. Признание и прозвучало. Нужно ли оно было? Спорный вопрос, но назад дороги нет. - Кроме того, что ты моя невеста. – Добавил молодой человек, как бы подтверждая, что в его словах нет абсолютно никакого обмана. Ирина молчала. Теперь был ее черед удивляться. Это откровение стало полной неожиданностью и выбивало из колеи. Она не глупая и понимала симпатию к ней мужчины. Даже женское самолюбие предполагало подобный расклад, но получить признание вот так спонтанно… Будто все происходило не по-настоящему и не с ней. Если бы Родион в тот момент сказал, что он пошутил и все это розыгрыш, Ирина не стала бы сопротивляться, а наоборот полностью поддержала бы эту инициативу. Она искренне сделала бы вид, что поверила в такую нелепую шутку. Девушка не была готова к признанию. - Я никогда еще раньше не влюблялся. – Все еще не глядя на побледневшую и притихшую собеседницу, осторожно произнес Новиков. Это не было попыткой манипулировать, просто констатация факта. Даже с долей иронии. - Я даже не знаю что сказать. – Тоже негромко ответила Ира. - Ничего не говори. – Родион Новиков вернулся. Голос был спокойным и даже строгим, но не грубым. - Это тебя ни к чему не обязывает. – Молодой человек взял себя в руки, дабы сохранить гордость. - Я долго и сам не мог признаться себе в этом. Считал себя слабым, раз влюбился. – Слова сами строились в предложения. Ему было необходимо высказаться. - Но, оказалось, что это чувство так вдохновляет и окрыляет, что придает жизни совершенно другой смысл. Я благодарен тебе за него. - Я тут ни при чем. – Смущенно отреагировала девушка. - Еще как причем. Я помогу тебе решить проблему с Зориным, а потом исчезну из твоей жизни. Благородно, жертвенно, но… глупо. Так подумала Ирина. Нет, она не станет кричать «останься», по крайней мере, сейчас. У нее в душе что-то не давало просто сказать нет, мне твои чувства не нужны. И это было не банальное самолюбие, а зреющие собственные чувства. Ирина перестала рубить их на корню. Здравый смысл предупреждал, что она может ошибаться, но неистребимая вера в людей твердила, что нужно дать шанс. - Покажи свой телефон. – Попросила девушка. Родион, который все еще сидел на полу упираясь спиной в кровать, не задумываясь передал ей гаджет, все еще не поворачиваясь лицом. Конечно, он понимал, что Ирина там увидит. А что ему скрывать? Он уже все сказал. Ира нажала кнопку, чтобы снять блокировку и увидела свое фото. Вот то, что она одновременно и хотела, и боялась увидеть. Молодой человек молчал. Ждал реакции. Сердце в груди начало ломать ребра от волнения. Ирина положила ладонь на плечо мужчине, то ли обозначая свою благосклонность, то ли снисхождение. Все же, высокая самооценка Родиона была фикцией. Ширмой для окружающих. Новиков поцеловал руку, лежащую у него на плече. Так смиренно и обыденно, будто делал это постоянно. - Отдыхай. У меня еще дела. Мужчина ушел, а Ирина устроилась поудобнее на подушке. Ноги перестали так болеть, и теперь можно было подумать о чем-то более интересном. Родион ей признался в любви. Мыслимо ли такое? А с другой стороны, он человек, который знает чего хочет, и не тянет кота за… хвост. Часто нам мешают страхи сделать шаг, а тут все предельно открыто и честно. Вроде бы… Правда, мешал один факт. Он умел играть и манипулировать. Вдруг, это тот самый момент? А какая ему выгода? Ирина совсем запуталась. Она ощущала нечто странное в своей душе. В ней тоже что-то таилось, но девушка пока не разобралась с этим ощущением. В омут с головой это не ее принцип. Мышцы ног перестали ныть, поэтому разум стал постепенно погружаться в сон. Родион сидел на кухне. Перед ним стоял стакан с налитым в него коньяком. Молодой человек то и дело протягивал руку к напитку, но пока так и не выпил. Он терзался мыслью, что зря признался в чувствах. Мужчина судорожно искал все «за», но противный страх только твердил о глупом поведении. Душа и без того была измотана, так сам себе проблем подкинул. К нему присоединилась Маргарита Степановна. Она укоризненно посмотрела на содержимое стола. - Я не пил. – Тут же отчитался Родион, зная назревающий вопрос. - Хорошо. – Устало ответила женщина. – У Ирочки температура до конца не спала, но девочка уснула. Пусть поспит, отдохнет, сил наберется. - Скоро лекарство подействует. Станет легче. – Родион снова протянул стакан, но убрал его обратно. - У нее озноб, согреться не может. – Снова начала причитать Степановна. - Нужно еще лекарства? – Молодой человек начинал злиться. Не на женщину, а на себя, но Степановна попала под горячую руку. - Вот ты тундра. – Домработница сделала вид, что хочет стукнуть молодого человека, чем даже позабавила того. – Согреть ее надо. – Она смотрела прямо в глаза Родиону, а тот жестко тупил. - Как это? - Народное средство. Согреть при ознобе живым теплом. – Будто намекала женщина, но уже, итак, сказала все, что нужно. – Обнять и греть. Родион сначала замер, пристально вглядываясь в глаза Маргарите Степановне. Та только ждала его действий. Молодой человек решился последовать совету. Он оставил в покое несчастный стакан, и пошел в спальню к Ирине. Девушка действительно лежала свернувшись калачиком, чуть подрагивая от озноба. Новиков прошелся к кровати, но не сразу решился последовать рекомендациям Степановны. Это как-то выглядело неловко. А с другой стороны, девушке требовалась помощь. Таблетки еще не подействовали, поэтому нужно было действовать. Так себе оправдание, но оно хотя бы нашлось. Родион залез под одеяло, устроился поудобнее и прижал содрогающееся тело к себе. Вначале мужчина не верил в действенность этого способа, но прошло немного времени, как Ирину перестала пробивать дрожь. Она стала ровно дышать и расслабилась.