24 глава. Артем

Я остановил машину, открыл дверь, вышел и взял Везунчика на руки. Краем глаза заметил, как Женя вылезла следом, а в следующее мгновение оказалась рядом.

— Возьми ключ на панели, — кивнул в сторону машины. Женя юркнула в открытую дверь, взяла ключ. — Откроешь? — спросил я, показывая глазами на пса. — У меня руки заняты.

— Да, — неуверенно отозвалась она, и пошла вперед. Толкнула железную кованую дверь, но та ей не поддалась.

— Длинный ключ, — она обернулась, смущенно улыбнулась и кивнула. Вставила ключ, провернула. — А маленький от самого дома.

Переминаясь с ноги на ногу, я наблюдал за всей этой процедурой, смотрел на девушку как она беззаботной, какой-то волнообразной, чуть небрежной походкой едва покачивая бедрами, двинулась в сторону двери. Шел позади, осматривал округлые пухлые ягодицы и к тому времени, когда она успела открыть замок входной двери, я уже чуть ли не корчился от вожделения. Это было похоже на пытку. Ума не приложу, как сохранять дистанцию и не накинуться на нее прямо в прихожей. Но я должен был держать себя в руках, потому как внутренний голос откуда-то из самых потайных глубин подсказывал мне, что с ней нельзя резко и напролом.

Поздним вечером, когда я нашел Женю на остановке, она выглядела измученной. Но теперь, же ее лицо отчего-то сияло, и она с любопытством осматривалась вокруг, слабо улыбалась и смотрела на меня странным взглядом.

По мне же все в этом месте оставалось как обычно. Днем я уже заезжал сюда и осматривал дом. С тех пор как я его покинул ничего толком и не изменилось. Высох сад на заднем дворе, несколько деревьев необходимо будет полностью спилить, газон тоже потерял прежний вид, и в самом доме требовалась капитальная уборка, паутина едва ли не свисала с потолков.

— Дом такой большой и просторный! — восхищенно проговорила Женя, а я испытал нечто умиротворения и благодарности, что она была рядом.

С ней в этом месте было не так грустно и одиноко. Наверно, жить здесь я все-таки не смогу… По крайней мере, один так точно. Двухэтажное здание, с несколькими спальнями наверху, просторной гостиной и кухней на первом этаже было кладезем моих детских воспоминаний. Здесь я был когда-то давно очень счастлив. У нас был обычный дом и крепкая семья. Летом отец устанавливал бассейн на заднем дворе, собирались гости, вечерами мы сидели в беседке. Я любил, когда родители уезжали на отдых, тогда мы всей компанией зажигали летом в этом самом саду. Жарили мясо, и пили пиво с ребятами до утра.

— Да… протянул я, прикидывая в уме, куда определить пса. — Сними, пожалуйста, покрывало с дивана, — кивнул в его сторону.

Можно было положить его прямо на ковер, но женщина, что оказала помощь собаке, посоветовала держать собаку в тепле, пока он отходит от наркоза. Да, определено, собаке бы понравилось здесь жить, во дворе было много места для его забав и беготни.

— Ты давно его продал? — спросила Женя, осматривая каминную полку на которой лежал внушительный слой пыли.

Дом был заброшен, новый хозяин так и не перебрался в него жить. Неизвестно только зачем покупал.

— Давно. Почти пять лет назад. Как родители погибли сразу и продал, — без эмоций ответил я.

— О, — Женя как-то странно на меня посмотрела. — Извини…

— Не стоит. Уже много времени прошло.

— Тогда на кладбище, ты приезжал их навестить? — вдруг спросила она.

— Да, — я тяжело вздохнул. — Не был два года здесь…

— А Эндар? — спросила Женя. — Он… твой друг, или партнер?

— Он был другом моего отца, — я ухмыльнулся. — Кажется, и в самом деле, что целая жизнь прошла. Я думал, буду так рад, когда верну обратно дом, продал ведь я его по глупости. А на деле… — я пожал плечами, рассматривая гостиную и Женю, что стояла посередине комнаты. — Пусто внутри. Даже и радости толком не ощущаю.

Женя обняла себя за плечи, и я перевел взгляд, на ее ладную фигурку, окидывая взглядом с головы до ног.

— Я пойду, схожу за пакетами с продуктами, — на улице уже давно рассвело.

Мы полночи катались по городу и полночи спасали пса. Теперь же я был голоден как тот самый бездомный пес, и спать хотел не меньше, будто мне вкололи двойную дозу снотворного. Однако присутствие Жени пробуждало внутри еще одно желание, но я всячески старался гнать от себя эти мысли.

По пути домой, я заехал в круглосуточный супермаркет, купил немного продуктов, что-то из готовой еды и в итоге всего по чуть-чуть и, конечно же, лакомства для Везунчика. Сомневаюсь, что пес воспримет корм для собак, но с чего-то начинать было нужно. Возможно, собака и вовсе питалась на помойках, так как ее тощие бока наталкивали меня на мысли, что он часто голодовал.

Я зашел с пакетами в дом спустя пять минут. Женя сидела на диване, Везунчик лежал рядом укатанный в плед бирюзового оттенка.

— Давай перекусим? — предложил я. — Наверху несколько спален. Можно я останусь в доме с вами? Лягу на диване, а ты можешь занять одну из комнат? — у меня совершенно не было сил куда-то ехать еще.

— Да, — слабо отозвалась Женя, и продолжила сидеть на диване. — Это ведь твой дом. И… мне страшно оставаться здесь одной.

По всему ее виду было понятно, что девушка очень устала. Но в ее-то состоянии… она сбежала из больницы, практически всю ночь я катал ее по городу. Нашел развлечение для раненного человека. Ей отдыхать нужно, а я…

Тяжело вздохнув, я понес пакеты на кухню и включил холодильник. Женя пришла следом, подошла и заглянула в один из пакетов. Вела себя скромно и тихо, и не торопилась задавать никаких вопросов, а может и правда так устала, что и сил не было пошевелить языком?

— Ты что будешь? Я взял несколько салатов, мясо и картошку. А еще йогуртов, фрукты, чай и сладости.

— А это Везунчику? — она извлекла из пакета кусок свежего мяса в вакуумной упаковке.

Ну, возможно, и не свежего, но главное размороженного и судя по размерам кости, тому этот кусочек точно придется по вкусу.

— Да, — я улыбнулся, а сам перевел взгляд на хрупкие плечи Жени и снова почувствовал, как внутри что-то зашевелилось.

— Теперь он точно никуда не уйдет, — Женя выкладывала продукты из пакета на стол. — Я буду салат и немного мяса. Сладости приберегу до утра.

— Неужто боишься за фигуру? — теперь настал мой черед иронизировать.

— И это тоже, но сейчас просто не хочу, — она взглянула на меня и оглянулась назад, пробегаясь глазами по шкафчикам. — Где у тебя посуда?

— Там, — я кивнул в сторону одного из шкафов. — Но уже не уверен. Хотя мало что изменилось с моего последнего визита в этот дом.

— Хорошо, — Женя открыла дверцу, достала тарелки, взяла стакан, подошла к раковине и включила воду, набирая в него воды. Затем сделала из него несколько глотков и поставила обратно на столешницу.

Все это время я с интересом рассматривал девушку. Еще никогда я ни с кем не делил быт и очаг. Нет, подруги и женщины у меня были, но на моей территории девушка появлялась впервые и ночевала тоже. Причем не в моей постели. Чаще я был гостем и мог иногда не прийти ночевать домой, но и то в исключительных случаях, потому как любил свою уютную квартирку в Москве и вид из окна на оживленную дорогу. Здесь же дом находился, будто в изоляции от всего мира, кругом стояла оглушительная тишина.

Мы ели в полном молчании, Женя смотрела в тарелку, не отрываясь, будто постигала дзен.

— Ты устала, — нет, я не спрашивал, а видел с какой заторможенностью она совершала все действия — с легкой рассеянностью, потирала глаза и зевала.

— Да, — она улыбнулась уголками губ и тут же их опустила. — Насыщенный день… Наверно, я усну в ту же минуту, когда прикоснусь головой к подушке, — подняла лицо и посмотрела мне прямо в глаза.

А мне вот после таких взглядов, да просто взглядов на девушку о сне даже и не мечталось.

— Спасибо, все было вкусно, — она убрала тарелку со стола, сполоснула под водой и поставила на сушилку.

Я тоже к тому времени все доел, и просто поставил тарелку в раковину. Заметил, как Женя подорвалась и помыла и ее, ухмыльнулся, покачивая головой.

В этот момент она походила чем-то на мою мать, которая тоже вот так всегда суетилась перед отцом. Вроде и ничего особенного — просто девушка приучена к порядку, раз часто оставалась с маленьким братом. Но тепло разлилось по сердцу от этого жеста с ее стороны и сравнения, что подало мне мое воображение.

— Наверху, — я кивнул в сторону второго этажа, — можешь выбрать любую комнату, — я не собирался идти следом за ней, потому как велик был соблазн остаться, точно не удержусь и снова к ней прикоснусь. А если она позволит мне это маленькое и захватывающее путешествие по своим землям, то и вовсе не уверен, что захочу остановиться. Недаром ведь говорят, не буди лихо…

— Любую? — она едва шевелила губами и посмотрела на меня с некоторым смущением.

— Абсолютно, — заверил я ее. — А я лягу на диване, — кивнул в его сторону и тоже зевнул. — Буду охранять сон Везунчика. Или наоборот…

Женя растеряно посмотрела на меня, на Везунчика и потом на диван, повела здоровым плечом и, развернувшись, зашагала к лестнице. Я смотрел вслед удаляющееся хрупкой фигурке и рассматривал ее плечи, спину и округлые ягодицы, ловя себя на мысли, что мне нравилось ее присутствие в моем доме. И вовсе не потому что испытывал к ней неодолимое влечение, а просто рядом с ней мне было комфортно и тепло, уютно… как в те самые времена, когда были живы мои родители.