Глава 2

Семь лет назад Кира была улыбчивой тридцатилетней женщиной, работала менеджером в строительной фирме и была столь сообразительна и расторопна, что руководство намекало на повышение. Нужно было только закончить дополнительные курсы. Компания была небольшой, но с хорошим коллективом, а потому даже предстоящее продвижение по карьерной лестнице не могло испортить дружеские пятничные посиделки.

На досуге Кира занималась декоративным консервированием. Звучало пафосно, а на деле, она брала банки, бутылки или крошечные стеклянные вазы, и заливала маринадом композиции, составленные из ягод, фруктов или небольших овощей. Смотрелось и необычно, и красиво. К ней часто обращались, когда нужен был оригинальный презент. Впрочем, это увлечение она считала баловством и всегда отмахивалась от комплиментов в свой адрес. Хотя симпатичные баночки очень украшали любой интерьер. Одинаково хорошо они смотрелись и на кухне, и в гостиной. А уж с идеями у Киры всегда было всё в порядке.

До встречи с Сергеем у нее вообще всё было относительно в порядке. Каштановые длинные волосы она собирала в хвост, любила платья с драпировкой в области живота, чтобы скрыть проблемное место, носила туфли на каблуке и всегда улыбалась, даже если настроение было не очень.

В то утро, когда Кира столкнулась с Сережей в лифте, на ней было темно-красное платье, подол которого был на три сантиметра выше колена. В ушах покачивались сережки в виде веточек коралла, а волосы она собрала в небрежный пучок. Непослушная прядка запуталась в неровных камешках. Кира косилась в зеркало и, прижимая одной рукой папки с бумагами, другой пыталась осторожно освободить волосы. Конечно же, папки посыпались на пол.

Кира сердито выдохнула и, присев, принялась собирать бумажки. Краем глаза она видела, как невысокий мужчина, вошедший вместе с ней на первом этаже, бесцеремонно пялится на ее коленки. Через секунду он принялся помогать ей.

– Спасибо, - вежливо улыбнулась Кира.

– Вы случайно не в «СтройНовации» работаете? – спросил незнакомец, подавая папки.

Кира задержала взгляд на его руках: красивые пальцы, ухоженные ногти. Мужчина был почти одного с ней роста, но она ведь на каблуках. Пиджак хорошо сидел на подкаченных плечах, карие глаза смотрели дружелюбно. «Ничего такой,- подумала Кира. – Пожалуй, парфюм чуть резковат, но может быть, это потому что замкнутое пространство». Она с любопытством посмотрела ему в глаза:

– Да. А как вы догадались?

Мужчина усмехнулся и глазами показал на рекламные буклеты, торчащие из папки. Кира засмеялась. Она знала, у нее красивый смех и обворожительная улыбка. Ей часто делали комплименты, и незнакомец оказался неоригинален:

– У вас смех, как солнечный зайчик… Прыгает туда-сюда…

Вот этим сравнением, «как солнечный зайчик», Сергей ее и покорил. Кира сама не поняла, как попала в его сети.

Бодрящая танцевальная мелодия вернула Киру из тесного лифта на кухню. Звонила мама. Кира вздохнула, надо ответить, иначе она запаникует. Да и Мишка соскучился. Мама увезла его к себе почти сразу:

– Ты тут с собой разберись. Нечего ребенку на сумасшедшую глядеть, - сказала напоследок.

Вот уже две недели Кира пытается разобраться. Не очень-то получается. Она провела рукой по влажным волосам, стянула резинку, тусклые волосы комком упали на плечи.

– Как ты? – испуганно спросила мама.

Она всегда с настороженностью ждала, что Кира скажет «хорошо». Но Кира ее не разочаровывала.

– Так себе…

Она знала, что мама до сих пор надеется, что все вернется на круги своя. Семья по мановению волшебной палочки склеится, и все станет по-прежнему. Поэтому Кире должно быть без семьи плохо или так себе, а если ей станет хорошо, значит, надежда на воссоединение рухнула.

Киру мама родила от женатого, который, как только узнал о счастливой возможности стать трижды отцом, сразу же растворился в никуда. В его семье уже подрастали двое. Третий ребенок, да еще и на стороне, в планы совсем не входил.

Мама растила ее одна, жили они трудно, потому что алиментов горе-отец выделил слезы, а на зарплату машинистки особо не разбежишься. Правда, когда наступили новые, но тяжелые времена, мама со своей коллегой, более напористой и шебутной тетей Аллой подрядилась в челночницы.

Киру оставила на соседку, а сама подхватила клетчатые сумки и рванула в Польшу, за шапками и трусами. На обратном пути что-то не заладилось. Автобус задержали, денег отдать парням в кожаных куртках, не нашлось, и мама лишилась товара. Тетя Алла визжала и ругалась так, что крепкие молодчики ее оставили в покое. Вот так торговля в их семье не состоялась. Пришлось кое-как выживать без коммерческой подмоги.

В старших классах Кира уже работала после школы курьером, разносила по фирмам деловую корреспонденцию, собирала новогодние подарки и клеила картонные коробки для сомнительной парфюмерии, которая потом продавалась в ларьке на центральном рынке.

– Мама! - Кира услышала звонкий голосок и невольно улыбнулась.

Пятилетний Мишутка отобрал телефон у бабушки и приготовился рассказывать о своих длинных днях, которые были наполнены тысячами важных детских дел.

– Мама, я соскучился. Ты когда приедешь? Я домой хочу. И к папе.

Кира почувствовала, как запершило в горле. Слова собрались в комок и застряли на полпути. Моментально подступили слезы, им и приглашения не надо. Кира иногда недоумевала, откуда в человеке столько слез?

– Кира? – мама вернула себе телефон. – Ты ела сегодня?

Кира молча покачала головой, как будто ее могли видеть. О том, что она почти не ест, маме знать необязательно. Бегает вот еще, потому что Сергей сказал, что такая жирная корова никому не нужна. Он прав, конечно… но может быть, хоть себе нужна?

Чтобы это доказать, уже неделю бегает, ловя ртом удушливый городской воздух. Кажется, что на улице все над ней смеются и тычут пальцем: о-о-о, свинка Пигги бежит. Пигги – любимая героиня Мишки. Кира узнала о ней из мультика.

– Ну, ладно… ты крепись, - традиционно пожелала мама. – Я завтра позвоню.

Кира пожала плечами. Голос мамы исчез, а она так и осталась стоять посреди кухни, не понимая, как ей жить дальше.