Глава 57

Женщина медленно стянула куртку и так и осталась стоять, держа ее в руках. Кира забрала одежду и повесила в шкаф. Подождала, пока Надежда разуется и жестом пригласила на кухню.

Шла за ней и поражалась: насколько же она худая! Просто кожа да кости! А что, если и правда, у нее с головой беда? Но тогда тем более, отдавать ей Илью опасно. Нужно дождаться Влада, и пусть сами между собой решают. А она больше не может. Устала.

Мысли ее перенеслись на несколько месяцев назад, в тот предгрозовой день, когда на них с Мишей напали собаки, и в ее жизни снова появился Влад. Может, и правы все вокруг, доказывая, что она совершила ошибку? Думала, это любовь, а оказалось, влезла в самую гущу непонятных событий и варится в ней. Расхлебывает последствия, решает проблемы… Зачем всё это? Может быть, не стоило сразу бросаться в другие отношения? Наверняка, не стоило…

– Когда он вернется? – неожиданно спросила Надя.

Кира помедлила, прежде чем ответить. Нашла ножницы, открыла пачку печенья и высыпала в вазочку. Поставила на стол и только тогда сказала:

– В пятницу.

Женщина посмотрела на нее долгим взглядом. Кира невозмутимо достала набор разных чаев, вынула из шкафчика две кружки. Решила, что обойдутся без церемоний. Нужно спокойно поговорить, но Илью пусть забирает только после встречи с Владом. Должна же она понять!

Два белых пакетика вздулись пузырями в кипятке. Когда Надя надрывала упаковку с чаем, Кира заметила, какие у нее обкусанные ногти, а через большой палец тянулся безобразный скрученный шрам.

– Как вы узнали мой адрес? – спросила Кира.

– От вашего мужа. От Сергея.

Лицо у Киры вытянулось. Как? Каким образом, здесь замешан Сергей?

– Вы, наверное, думаете, я сумасшедшая? – продолжила Надя. – Нет. Это не так. Хотя я уверена, Влад сказал вам совсем другое. Он всем рассказывает… И все ему верят. Вот и вы, наверняка, поверили, - усмехнулась она.

Кира смутилась. Как она ни силилась, но эта женщина, кукушка, ревнивая безумица, бросившая собственного ребенка, не вызывала в ней ничего, кроме сочувствия и жалости. Ни ее внешность, ни поведение никак не вязались с тем образом, который рисовала себе Кира, когда слушала историю Влада.

Перед ней сидела измученная, опустошенная мать. Мать, отыскавшая ребенка за тридевять земель, сумевшая приехать сюда, чтобы забрать его. Напряжение, которое совсем недавно судорогой искажало ее лицо, исчезло, разгладилась горькая складка в углу рта. Наверное, она появилась, когда Надя потеряла Илью.

От нее веяло одиночеством и отчаянием, а еще тихой радостью, что сын здесь, рядом. Время от времени она оборачивалась в сторону комнаты и прислушивалась, а потом смущенно улыбалась. И в глазах вспыхивало что-то такое теплое, как маленький огонек свечи.

– Так при чем здесь Сергей? – спросила Кира, отводя взгляд.

Надя внушала ей всё больше симпатии. И это было странно.

– Я случайно нашла старую сим-карту Влада. И обзвонила всех подряд. Так я попала на вашего мужа. Он помог мне.

А потом Надежда принялась старательно, как школьница на уроке, рассказывать. И чем больше ее слушала Кира, тем страшнее ей становилось.

Обхватив себя руками, будто ей холодно, Надя рассказывала свою историю. Или может быть, свою правду? Кира слушала, не перебивая. Каждое предложение, каждое слово причиняли боль, вызывали сожаление и вселяли отчаяние. Кире хотелось затопать ногами, закрыть руками уши, выгнать незваную гостью из дома и стереть из памяти весь этот кошмар, которым ее сейчас угощают, как она печеньем и чаем.

– Он забрал Илью, пока я была в больнице. Нет, не психиатрической, - усмехнулась Надя, заметив взгляд Киры. – В обычной. Банальный аппендицит. Вот, смотрите, - она резко подняла кофту и оттянула джинсы.

Кира увидела синюшную кожу, выступающие из-под нее ребра и розоватый след небольшого шрама.

– Тёте он наврал, что я сама попросила увезти сына. Я ей про Влада многого не рассказывала. Берегла. У нее со здоровьем было не очень. Давление… Спасибо, хоть приютила после всего, что случилось…

– А что случилось? – разлепила губы Кира.

На Надю она не смотрела. Боялась. Пока была возможность уговаривать себя, что она слушает воспаленный бред брошенной, нездоровой женщины, Кира это делала. И понимала, стоит только посмотреть Наде в глаза, сразу станет очевидно, что всё это правда. Поэтому, главное, не смотреть. Хотя бы минуточку еще побыть в блаженной иллюзии.

Как ни старалась Кира отвернуться, взгляд Нади ее притягивал. Кира чувствовала себя, как человек, который до леденящего ужаса боится высоты, но оказавшись на краю уступа, зачем-то подходит все ближе и вглядывается в черную бездну.

Из комнаты доносились мультяшные тонкие голоски. Странно, что Илья так больше и не заглянул на кухню. Не проверил, здесь ли мама.

Кира подумала, что если бы она вот так пропала из жизни Миши, а потом приехала за ним, он не слез бы с ее рук, не отпустил бы больше ни на шаг, и спал бы, держась за ее палец. А может быть, это она так считает? А на самом деле, Миша не настолько к ней привязан. В последнее время только об отце и талдычит.

– А вы не знаете? – удивленно спросила Надя.

Кира почувствовала, что изумление искреннее. И снова сжалась внутри спираль колючей проволоки. Стало до жути противно: сейчас она услышит подтверждение слов мамы и Сергея.

Всё, от чего она так усердно прятала голову в песок, оставляя на растерзание голую пятую точку. Любовь у них, не мешайте, не лезьте не в свое дело! В голове, как будто кривлялся глупый клоун, пищал противным голоском ее любимые фразы. Ее заблуждения. И все же придется выслушать эту женщину. Может быть, Надежде не хватит сил убить надежду.