Глава 59

На мгновение Кире показалось, что если сейчас она зажмурится, а потом откроет глаза, то и Надя, и ее история, и необходимость прямо сейчас принять хоть какое-то решение – всё это задребезжит, как стекло от удара мяча, дрогнет, а потом рассыплется на мелкие кусочки и исчезнет.

И снова Кира окажется одна с мальчиками. А через два дня вернется Влад. И они уедут отсюда. Ведь планы были именно такими? Так к чему здесь эта внезапно объявившаяся женщина и тот хаос, который она с собой притащила? Притащила и вывалила, как вываливает бомж неопрятную кучу старья, устраивая себе гнездо под теплотрассой. Трясет тряпьем, клянет весь этот несправедливый мир, источая злобу и зловонные запахи.

Но Надя ничего не источала, она сидела, замерев, как мышка и ждала приговор. На Киру навалилось сонное равнодушие, только немного кружилась голова, и пол под ногами напоминал палубу накренившегося корабля.

Она понимала, что прямо сейчас ей нужно сбросить оцепенение и ухватиться хоть за какую-то мысль. И эта мысль послужит ей той тонкой, но на редкость упругой веточкой, что поможет не захлебнуться в водовороте. Позволит хотя бы еще минуту продержаться на поверхности. И может быть, даже выбраться. Ведь наверняка эта тонкая веточка крепится к более крепкой, а та, в свою очередь, к стволу, и это означает, что она выдержит тяжесть Кириного тела и не сломается.

Кира выползет на берег и… и обнаружит, что осталась одна. Ведь к этому всё и шло с самого начала, но она зачем-то принялась обманывать саму себя, судьбу, ожидания всех вокруг. Сотни женщин живут одни и ничего. Вон, ее мама тоже живет. И она, Кира, будет…

Громкая мелодия, вырвавшаяся из телефона, нарушила тишину. Надя подняла на Киру помертвевшие пустые глаза. Кире показалось, что и без того худенькое ее тело съежилось, а сама она стала еще меньше ростом.

– Это он? – шепотом спросила Надя.

Кира отвернулась и провела по экрану пальцем.

Чувствуя себя человеком, который прямо при жертве договаривается с палачом о способе казни, Кира больно прижала телефон к уху. Голос Влада булькал, будто он захлебывался в воде. Фразы постоянно прерывались, донося лишь обрывки неразборчивых слов. Кира не смогла бы подсчитать, сколько раз она сказала: да, алло, ты меня слышишь, ты пропадаешь, тебя не слышно.

Пока она пыталась бороться с мобильной связью, Надя сидела неподвижно, как почуявший опасность жук. Казалось, еще минута, и она свалится на пол и замрет на спине, поджав лапки.

Всё казалось каким-то неправильным, причем поправить это было уже невозможно. Так или иначе, но Надя своей цели добилась – Кира не знала, не понимала и не хотела больше разбираться, кому верить.

У Влада есть только слова, у Нади – справки, копии и загнанный взгляд при упоминании имени ее бывшего мужа. И такой взгляд невозможно сымитировать. Есть еще Илья. Прямо сейчас его можно позвать на кухню и ласково расспросить, как жилось ему поживалось с мамой, что делал в этот момент папа, и правда ли, что старенькая тётя лежала в грязи под колесами автомобиля, не давая ему сдвинуться с места. Тронуться умом и спросить. Естественно, Кира этого делать не станет.

Влад булькнул в последний раз и окончательно затих. Утонул в пространстве, куда не дотянули свои щупальца мобильные операторы. Остался в мире, где еще не успели воткнуть в землю серый карандаш вышки, утыканной наверху какими-то датчиками, коробочками и антеннами. Оставалось ему только позавидовать, он так и не узнал, что сейчас происходит на уютной семиметровой кухоньке.

– Нет там нормальной связи, - с раздражением сказала Кира и тут же принялась писать Владу сообщение.

Надя невесомо выдохнула, но с места так и не сдвинулась. Только лицо стало обмякшим, как будто на него была налеплена косметическая маска и сейчас она сползла вниз.

Кира сосредоточенно тыкала в экран. Слова складываться не хотели. Как она ни перестраивала фразы, текст получался глупым. Не требующим ответа, не встревоженным, и даже не гневным, а именно глупым. Кира злилась и стирала написанное.

– Кира, мы поедем, - тихо влезла Надя.

Кира подняла на нее глаза. Сегодня, и завтра, и послезавтра она собиралась дать отпор Сергею. Выстоять, спрятавшись за баррикады скандалов, унижений и угроз и дождаться Влада. Но к появлению Нади, о которой она в своей жизни, если и думала, то ровно три минуты, оказалась совсем не готова.

Причем Кира уже не удивлялась этому дьявольскому совпадению, где Надежда нашла старую симку, где Сергей ответил на незнакомый номер и с радостью стравил людей, которые оказались связаны друг с другом невидимыми путами прошлых или настоящих отношений.

Сергей, так или иначе, получил козырь в руки и незамедлительно им воспользовался. И неизвестно, что было бы действеннее, выгонять Киру на улицу или наслать на нее женщину, которая рассказала о Владе… Что она, кстати, рассказала? Правду? Или откровенную ложь?

Сергей сделал ужасную вещь. Он посеял сомнение. И рассчитывать, что эти зерна не взойдут, нелепо. Еще как взойдут! Они всходят, даже на самой истощенной и чахлой почве, что уж говорить об удобренной комплексами Кириной душе.

Семена быстро проросли и уже проклюнулись пышными зелеными макушками. С каждой минутой, проведенной с Надей, сомнения только набирали силу. И остановить этот процесс было невозможно.

Надя восприняла молчание Киры, как знак согласия, поэтому подобрала с пола сумку, не глядя, положила туда прозрачный файлик с бумагами и двинулась в прихожую. Кира беспомощно смотрела ей вслед.

Надо же что-то сделать. Но в перегретой эмоциями голове, было пусто, как в стеклянном шаре. Так же пусто было и в теле. Словно все импульсы, которые отвечали за движение мышц, отключились, и центр больше не управлял периферией.

Самым неприятным было то, что как только Надя и Илья покинут дом, Кире придется подумать о Владе. Обо всем, что она узнала. Подумать и принять решение, которое не изменят его слова, когда он вернется.

Слушать его Кира не хотела. Это только усложнило бы ситуацию. Не на детекторе же лжи их обоих проверять? А раз невозможно узнать истину, то лучше абстрагироваться, уйти в сторону и спокойно жить с Мишей.

Заниматься работой, собой, сыном, помириться с мамой, ведь она оказалась права, попробовать выстроить нормальные отношения с Сергеем, чтобы вместе заботиться о Мише. От пункта к пункту, спокойно и размеренно, и незачем больше осложнять себе жизнь.

– Илья, пойдем, - послышалось вдалеке.