Андрей

Перед мной на столе лежит фотография. Ее принес Костя — парень, которого я приставил следить за Крис. На фото сама Крис и какой-то мужик. Они выходят из кафе, улыбаются друг другу, его рука лежит на ее талии.

Фото сделано на следующий день после того, как я отправил Крис бумаги о разводе. Вот так быстро. Всего день, и она решила, что можно уже не скрываться.

Лицо ее спутника кажется смутно знакомым. Я велел Косте пробить его, и тот принес целое досье на Павла Забавина. Я пробегаюсь по страницам и понимаю, откуда знаю этого хлыща. Они с Крис вместе учились в университете. Это с тех пор у них роман?

Все эти годы Крис была со мной и с ним. Если она его так любила, почему не отказала мне? Повелась на деньги, но старую любовь забыть не смогла?

Костя не смог ничего раскопать на этого Павла. В том числе он не нашел свидетельства его встреч с Крис до этого дня.

Неизвестность сводит меня с ума. Я точно знаю, кто может дать ответы. Марина. Но звонить ей нет никакого желания.

Усилием воли заставляю себя отложить фото до лучших времен. На носу собрание акционеров, сосредоточусь на нем.

Но кто бы подумал, что именно собрание окончательно выбьет почву у меня из-под ног. Все потому, что на него приходит она — моя то ли бывшая, то или еще действующая жена. Ведь Крис так и не подписала бумаги на развод. Я не понимаю, чего она выжидает. Разве что надеется выторговать лучшие условия.

В зале уже собрались почти все акционеры. Ждали еще одного, он вечно опаздывал. Место Крис тоже пустовало, но как раз ее я не рассчитывал увидеть. А она пришла…

Открывается дверь, и все сразу поворачивают головы. В зале повисает гробовая тишина, а я ловлю себя на желании снять пиджак и дать Крис прикрыться. Вырядилась, как на панель. Красивая, гадина. Сил нет смотреть.

Хорошо, я сижу, и стол прикрывает нижнюю часть моего тела. В том числе ту самую, что окаменела при одном взгляде на жену. Все, теперь из-за стола не подняться.

А Крис, как ни в чем не бывало, направляется к креслу. Цок-цок, цок-цок — шпильки ее туфель выбивают дробь об пол. Она идет, покачивая бедра, и я точно знаю — каждый мужик в этом зале хочет ее. И сильнее всех я сам.

Крис выбирает место рядом со мной. Садится и закидывает ногу на ногу. При этом край короткой юбки немного задирается, и я вижу черное кружево чулок.

Черт! Она ведь это нарочно. Все это гребаный спектакль для единственного зрителя — для меня. Едва это понимаю, как от злости падает планка.

Снимаю пиджак со спинки стула и встаю, прикрываясь им.

— Игорь, — говорю помощнику, — проведи собрание сам. У меня важный разговор с женой.

Хватаю Крис за локоть и силой выдергиваю из кресла. Она возмущенно шипит, но идет за мной. Я привожу ее в кабинет, захлопываю дверь, и тут происходит то, к чему я совершенно не готов — Крис прижимается ко мне всем телом.

— Я соскучилась, — шепчет она. — А ты?

Она ведет ладонями вниз по моему торсу и добирается до доказательства моей заинтересованности в ней.

— Ты тоже скучал, я вижу, — мурлычет Крис.

Ее голос, запах, тепло ее тела — все настолько знакомо, настолько желанно, что я на миг теряю контроль над собой. Притягиваю Крис еще ближе и целую. Врываюсь в ее рот, переплетаю наши языки. Рыча, толкаюсь все глубже.

Крис ошиблась — я не просто соскучился, я изголодался по ней. Как дикий зверь по добыче. Она пятится от моего напора, пока не упирается попой в стол. Тогда я подхватываю ее под бедра и усаживаю на него.

На секунду отрываюсь от ее губ, но лишь затем, чтобы поцеловать тонкую шею. И тут вижу… эту чертову фотографию. Она так и лежит на столе — Крис и другой мужик.

В мозгах будто тумблер переключают. Возбуждение моментально спадает, как волна сходит с берега — раз и нет его. Я резко отстраняюсь от Крис.

— В чем дело? — она удивленно хлопает ресницами.

— Это ты у него спроси, — киваю на фото за ее спиной. Она практически сидит на нем.

Крис неловко оборачивается. Хмурится, разглядывая фотографию, а потом начинает оправдываться:

— Но послушай, это просто…

— Не надо, — перебиваю. — Мне известно все, что ты хочешь сказать — это просто друг, это ничего не значит. Но мне плевать. Мне. Уже. Плевать. Понимаешь?

Я не могу больше находиться с ней в одном помещении. В моем большом кабинете становится слишком тесно. И я сбегаю.

— Будешь уходить, закрой дверь, — говорю ей напоследок.

— Ты упрямый дурак, Алмазов! — кричит она мне вслед.