Анастасия Вкусная · Таежное убежище

У Катерины позади был очень тяжелый развод. Не в плане судов или скандалов, с мужем они расстались вполне мирно, разделив все ровно пополам. Просто после вполне счастливых восьми лет брака Иван пришел и сказал, что его планы на жизнь резко поменялись, и он уезжает в теплые страны. Катя, было, ответила, что не может все бросить, к чему их семья шла столько лет. Но у Ивана уже и спутница в новую жизнь была. И не первый месяц к этому моменту. Девушка на пятнадцать лет моложе, находящаяся в полном восторге от возможности жить на Гоа с пока ещё чужим мужем.

После этого разговора, который буквально выбил почву у Катерины из-под ног, супруги сначала молча разъехались, а потом подали документы на развод. Из-за планируемой резкой смены образа жизни Иван настоял на продаже всего, что у них было: квартира в столице и два автомобиля. Все прочее, из чего год за годом состоял семейный быт, тоже пришлось продать, так как без жилья и понимания, что будет дальше, это всего лишь какое-то количество мебели и техники.

Вырученные деньги поделили и отправились в ЗАГС без всяческих материальных претензий друг к другу. Через положенное время Катю и Ивана развели, и с тех пор они больше не виделись. На последней встрече уже бывший муж сказал, что билеты на самолет куплены, по поводу чего он прямо-таки светился от счастья. Катерине не оставалось ничего иного, кроме как пожелать ему удачи.

Оставшись в съемной квартире после расставания, молодая женщина долго думала, почему совместные годы так мало значили для супруга. Они немало прошли вместе: сначала после свадьбы перебрались из своего областного миллионника в соседний региональный центр, потом через несколько лет в Москву. Иван вполне успешно строил карьеру в айти, был востребованным программистом. Катя не менее успешно занималась недвижимостью. Семья действительно могла позволить себе переезжать, работа не привязывала их к какому-то конкретному месту. Год назад было решено, что ипотека почти выплачена, и наконец-то можно подумать о детях. Для начала хотя бы о первенце. И вот этот год прошел, ипотеку погасили, но будущий отец неожиданно решил, что хочет жить на Гоа с другой. Или, может, неожиданным это было только для его жены?

Перебирая в памяти семейные ссоры и разногласия, Катерина так и не смогла понять, что проглядела или не додала своему семейному счастью. Зато женщина положительно начала сходить с ума в четырех стенах съемной однушки. На работе все валилось из рук, она забывала важные документы на сделки и не обращала внимания на телефонные трели. И, в конце концов, начальник предложил Катерине съездить в отпуск, развеяться, привести нервы в порядок.

В тот вечер Катя вернулась домой разбитой и окончательно сломленной. Она долго плакала, уткнувшись носом в старенькую потертую софу, поминая недобрым словом и мужа-изменщика и свою судьбу несчастную и затрещавшую по швам успешную карьеру. Не так она себе представляла свое грядущее тридцатипятилетие. Особенно ее почему-то удручал тот факт, что с детьми теперь наверняка придется повременить и сильно. Странно, но пока появление малыша казалось делом наживным и быстрым, она не ощущала, что так уж сильно хочет этого. Теперь же думала, будто никогда больше не встретит хорошего мужчину и умрет в одиночестве, окруженная кошками.

На утро из постели Катерину поднял внезапный телефонный звонок. Точнее было уже далеко не утро, но она продолжала лежать и разглядывать потолок, не имея сил и желания даже на элементарные гигиенические дела и завтрак. Звонила давняя подруга, они заканчивали вместе юридический и с тех пор регулярно созванивались. Об изменении семейного статуса Кати Мила не знала, но скрыть это сейчас было как-то не правильно. Все-таки больше десяти лет дружат.

Катерина собралась с духом и ответила. Мила почти сразу поняла, что что-то случилось. И Катя рассказала. Говорила долго и в подробностях, то замолкая, то начиная всхлипывать. А когда закончила, и вовсе разревелась. Мила помолчала какое-то время, потом посочувствовала парой скупых фраз.

— Теперь-то что будешь делать? — она была скорее человеком дела, чем слова, поэтому абсолютно логично для себя поинтересовалась ближайшими планами подруги.

— Не знаю, меня в отпуск на работе отправили. Велели нервы подлечить.

— Вижу я, как ты их лечишь. Слушай подруга, есть у меня пустой дом на Алтае. Горы, озеро заповедное, кругом тайга и ни одного человека. Самолетом до Горно-Алтайска, а там мы тебя с человеком свяжем, отвезет.

— Мил, а что за дом-то хоть? — Катерина была слегка растеряна от такого напора.

— Да родителей мужа, мы же их к себе перевезли, а дом вот стоит, пустует. Не курорт, конечно, но вполне благоустроенный, все удобства, жить можно.

— А это удобно? — Катя плохо себе представляла, как будет жить одна в тайге пусть и с удобствами.

— Не просто удобно, свекры счастливы будут, если кто-то в их любимом уголке поживет немного. Кать, соглашайся — я там была, место классное! Там такие закаты-восходы, через неделю печали свои забудешь. Ну, или не так быстро, но там, правда, здорово.

— Хорошо. Я поеду, — Катерина вдруг согласилась. Почему-то мысль об одиночестве в каком-то доме посреди тайги показалась ей внезапно столь заманчивой, что она готова была сразу паковать вещи, наконец-то поднявшись с постели.

***

Сразу начать собираться не получилось. Пришлось договариваться с квартирной хозяйкой, сообщить на работу, чтобы не рассчитывали на Катю в случае чего, пристроить комнатные цветы бывшим соседям и хорошо изучить в интернете те места, где она собралась провести почти месяц.

Аэропорт-перелет-аэропорт ей ничем не запомнились. Катерина летела далеко не в первый раз, не любила этот процесс всей душой и очень хотела снова оказаться на земле, пусть и далеко от дома. В зале прилета ее встретил немолодой дородный и слишком молчаливый для таксиста дяденька. Ехали больше трех часов, машин на дороге было немало. Катерина представляла себе таежный угол более уединенным. Высказала свои сомнения Михаилу. Он ответил, что место и правда туристическое. Озеро Телецкое чистое и красивое, многие приезжают взглянуть на него, насладиться красотами природы Горного Алтая. Но тут же и успокоил свою пассажирку, мол, знает дом, куда ее везет, он действительно расположен как-то на отшибе.

— Но дорога там прямая. Машину в гараже я проверил, как Павел попросил. Все исправно, в рабочем состоянии. Я покажу ближайший магазин, сами увидите, там хоть и минут двадцать пять ехать, но заблудиться невозможно.

Катерину это вполне устроило. Она планировала выбираться в ближайшее село не чаще одного-двух раз в неделю. Остальное время хотела побыть одна, как ей Мила и обещала. Две большие сумки продуктов она закупила в супермаркете на выезде из Горно-Алтайска. Этого должно хватить дней на пять.

Вскоре они проехали и магазин, и маленький аптечный пункт и выехали на уже абсолютно пустую дорогу. Вокруг поднимались горы, вечно-зеленые леса стремились в синее-синее небо, было сухо и жарко, стрекотали кузнечики, легкий ветер шелестел в высокой траве на обочинах. Иногда с дороги было видно и то самое заповедное озеро — огромное зеркало, в котором неслись облака и отражались деревья.

Дорога действительно оказалась прямой и очень хорошей. Через обозначенное Михаилом время они подъехали к одноэтажному деревянному дому, который на первый взгляд превзошел все ожидания Катерины. Большой, массивный, крепкий — он казался надежным убежищем не только для того, чтобы пережить развод, но и для чего-нибудь пострашнее. Катя сразу поняла, как права была Мила, уговаривая ее приехать сюда. Здесь было тихо, красиво и очень спокойно. Именно чувство внутреннего спокойствия накатило на Катерину, как только она взошла на высокое крыльцо.

Михаил показал, как справиться с замками, электричеством и водой в доме. Открыл гараж и передал ключи от машины, еще раз проверив, что двигатель запускается. Нашел аптечку, запасную зарядку для телефона, батарейки. Оставил свой номер и попросил звонить, если вдруг что в любое время суток.

— Я тут недалеко совсем живу, на самом выезде из Артыбаша. Из моих окон магазин видно. Так что если понадобится что, примчусь сразу же.

— Спасибо вам, Михаил, большое. Надеюсь, я сама со всем справлюсь, но если что, то позвоню, конечно, обязательно. А здесь диких зверей же нет? — на всякий случай поинтересовалась Катерина, не к месту вспомнив свой детский страх.

— Что? Ну, вообще есть, конечно, но они к жилью не выходят. Но если боитесь, то свет оставляйте на ночь в одной из комнат.

Катя очень сильно сомневалась, что это сможет кого-то отпугнуть. Скорее Михаил это посоветовал, чтобы как-то успокоить городскую жительницу. Она вежливо поблагодарила своего нового знакомого, и они расстались, еще раз обсудив необходимость быть на связи на всякий случай.

Оставшись одна, Катерина снова обошла все комнаты, выбрала в качестве спальни самую дальнюю. В этом время суток здесь было удивительно светло, но при этом не жарко. А еще отсюда имелся второй выход — прямо на низкую широкую веранду. Деревянные стол и стулья так и манили, обещая самые лучшие и живописные завтраки. Дом не был никак огорожен, поэтому почти сразу от веранды начинался небольшой луг, который шагов через двадцать заканчивался подлеском, очень быстро переходящим в густой лес. А если поднять голову, то сразу становилось понятно, что прямо здесь и начинаются горы, просто не слишком круто.

Катерина приняла душ, разогрела кое-что из привезенных продуктов и перекусила, любуясь окружающей ее красотой. Второй раз за последний час она подумала, что правильно поступила, приехав сюда. Разве можно было грустить под этим бесконечным небом, рядом с этими величественными деревьями, которым и смена времен года не указ. Утолив первый голод, Катя сбросила обувь и шагнула с террасы прямо в густую упругую траву, которая никогда не знала усилий косарей или ландшафтных дизайнеров. Она шла и наслаждалась каждым шагом, чувством земли под стопами, бесчисленными стеблями, щекочущими ладони, ярким солнцем, бьющим прямо в глаза и делающим все вокруг ещё ярче, еще красивей.

Катя так увлеклась своими ощущениями, что дошла до самой кромки леса. Еще издали она увидела красно-зеленый островок зарослей брусники. Присев на корягу, как любой голодный до подобных видов городской житель, Катерина рвала ярко-бордовые блестящие мелкие ягоды и тут же их ела. Вспомнила детство, в их лесу тоже росла брусника. Тогда, а растет ли сейчас, Катя не знала, она очень давно не была дома. Наевшись и вымазавшись в соке, женщина достала из кармана джинсов носовой платок и вытерла руки и лицо наскоро.

Посидев еще какое-то время, Катя поняла, что стало темней. Солнце зашло за верхушки деревьев, подул довольно неприятный прохладный ветер. Катерина резко встала и поспешила к дому, который и был вроде совсем недалеко, но вот луг с этой стороны уже не казался таким уж маленьким. Весь путь назад ее подгоняло какое-то непонятное легкое чувство беспокойства, что-то свербело внутри, отдаваясь в затылке, заставляя ускорить шаг. Закрыв за собой заднюю дверь, Катерина пошла было застирать носовой платок, но не смогла найти его. Вроде вот только был в руках, а не заметила, как обронила. Пойти бы поискать, пока совсем не стемнело, но почему-то выйти ещё раз из дома она не решилась.

Впрочем, очень скоро непонятная оторопь исчезла без следа. Она списала все на обилие эмоций за сегодняшний день и на общее нервное истощение. Ей здесь нравилось, поэтому выкинув все посторонние мысли из головы, она принялась раскладывать вещи и продукты, попутно готовя ужин.

В эту ночь Катерина спала, как у нее давно не получалось. Ее не мучили никакие мысли о разводе или бывшем муже, о работе или дальнейшей жизни. Здесь было так тихо, а в окно светили такие яркие звезды, что любуясь на них, она сама не заметила, как уснула, а проснулась уже от бьющих прямо в глаза солнечных лучей. Катя улыбнулась тому, что забыла задвинуть шторы и встала, чтобы поприветствовать новый день. Первый день ее новой жизни.

***

Перед поездкой основным страхом Кати было возможное чувство одиночества, оторванность от привычной жизни, малый спектр доступных развлечений и занятий. Но спустя три дня женщина окончательно поняла, как же нравится ей такая спокойная жизнь. Она начала читать привезенную с собой книгу, до которой в той прошлой ее жизни никак не доходили руки. Приемы пищи стали длинными и медленными, а сама еда очень упростилась. Оказывается, человеку не так уж много надо — картошка, молоко, несколько видов круп и каш, сухофрукты для домашнего компота. Из лакомств Катерина не смогла отказать себе лишь в кофе и шоколаде. Но как же ей нравилось баловать себя ими ранним утром или поздним вечером, сидя на веранде и прислушиваясь к стрекоту насекомых и разнообразным голосам птиц.

До самого Телецкого озера Катя пока не добралась, да и не планировала такой дальней вылазки, хотя Михаил настоятельно рекомендовал посетить самые популярные туристические места. Но, оказалось, пляж можно организовать и на заднем дворе или на том месте, которое сама выберешь в качестве такового. Каждый день раза по два или три Катерина выбиралась из дома с плотным покрывалом, бутылкой воды и книгой. Расстилала импровизированное пляжное полотенце прямо на примятую траву и загорала, сколько хотелось, не боясь посторонних взглядов.

В первый день Катя показывала себя солнцу в купальнике, во второй перешла к загару топлесс, а на третий и вовсе устроила нудистский пляж. И дело тут было вовсе не в желании обзавестись ровным темным цветом кожи, просто с каждым днем она все больше вживалась в свободу этого места. В его независимость от всего — чужих взглядов, других мнений, бесконечных сравнений и оценок. Ей было здорово просто быть собой, поэтому утро четвертого дня она встретила на веранде в халате на голое тело. Вся косметика была забыта еще в день приезда и так и лежала где-то на дне дорожной сумки. Иногда не к месту вспоминалось, как бывший муж пенял ей на неидеальный живот и небольшие белые растяжки на бедрах, на ее недостаточно сексуальный стиль в одежде и нелюбовь к каблукам. Как же она старалась нравиться ему все эти годы. Это было похоже на постоянную гонку за горизонтом — макияж, укладка, чулки, вызывающее белье, домашняя одежда не для удобства, а для красоты. А теперь и мужа больше нет, и вроде бы даже и чувства сожаления по этому поводу не осталось. Его почти полностью вытеснило это ощущение самости, принятие себя и этой жизни, пусть и несправедливой, но все еще прекрасной и интересной.

Моментами к Кате возвращалось то чувство непонятной неуютности, которое посетило ее на брусничной поляне. В такие моменты ей казалось, что солнце становится тусклее, поднимается или, напротив, резко затихает ветер, замолкают птицы и животные. Порой ей чудилась какая-то тень у кромки леса. С каждым днем она все чаще ловила себя на таких ощущениях, но продолжала успокаивать себя тем, что хоть она и приехала в чудесное место, но какие-то психологические последствия у ее переживаний должны быть. Поэтому пусть лучше они проявляются так, а не подавляются.

Еще через три дня Катерина поняла, что ее продуктовые запасы истощаются и ей нужно выбраться в Артыбаш. День был солнечный, настроение прекрасное. «Может, и до озера доеду», — подумала Катя, покидая гараж. Затылок в очередной раз кольнуло чувством тревоги, но женщина просто отмахнулась от него и вырулила на дорогу.

В местном магазинчике было многолюдно и, судя по заливистому смеху продавщицы, кокетничающей с покупателями, удивляло это только Катю. Дождавшись своей очереди, она выбрала и купила нужные ей продукты, расплатилась и направилась обратно к машине. На крыльце ее окликнул незнакомый мужчина.

— Вы же Катерина, правильно? — Катя недоуменно уставилась на него, и он продолжил. — Здравствуйте, меня зовут Валентин Михайлович. Очень приятно познакомиться.

Мужчина смотрел на нее так уверенно, будто она непременно должна была его узнать. Катя напрягла все свои мыслительные способности и вдруг поняла, что перед ней сын Михаила. Тот во время поездки обмолвился, что его сын туристов с экскурсиями водит по местным достопримечательностям.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулась Катя.

— Можно просто Валя, — в ответ расплылся мужчина.

Выглядел он вполне под стать своей профессии — высокий, подтянутый, загорелый, в спортивной одежде и в обуви, которой и непроходимые горные тропы не помеха.

— Я сам вас хотел встретить, но мне неожиданно группу коллеги передали. Не получилось.

— Все в порядке, — Катя не совсем понимала, чего он от нее хочет, и улыбалась на автомате. — Мне очень понравилась поездка с вашим папой.

— Давайте помогу сумки донести, — Валентин взял два увесистых пакета у Катерины из рук и пошел в сторону машины. Видимо, он тоже прекрасно был знаком и с домом, и с автомобилем свекров Милы.

— Спасибо, — Катя медленно пошла за ним, все еще не совсем понимая, что делать с этим внезапным знакомством.

За то время, что Катерина провела в магазине, на обочине рядом с ее временным автомобилем организовался стихийный минирынок. Шустрые местные бабушки разложили свои товары прямо на земле — картошка, ягоды, зелень, травы, молоко и домашние сыры, разнообразные поделки. Чего тут только не было — глаза разбегались. Продавцы наперебой расхваливали свое и зазывали покупателей. Туристы охотно интересовались товаром, торговались и радовались покупкам. Катю заинтересовала маленькая сухонькая бабушка, которая торговала пучками сухой травы и монотонно повторяла «лечебные травы, новый урожай, успокоительное, тонизирующее».

— Здравствуйте, — поздоровалась с ней Катя. — Мне бы что-нибудь от нервов. Только что-то простое, я совсем ничего в травах не понимаю.

— А что беспокоит-то? — старушка внимательно уставилась на покупательницу.

— Чувство тревоги, в основном.

— Если совесть не чистая, травяной чай не поможет, — авторитетно заявила бабулька.

— Все в порядке с моей совестью, — опешила Катерина и рассмеялась. — Развелась я недавно, вот отдохнуть-успокоиться приехала.

Катя и сама не поняла, зачем рассказала это незнакомой женщине. Но откровенность неожиданно сработала в правильном направлении, продавщица перестала сверлить Катерину внимательным взглядом и полезла ковыряться в своем мешке с сухими пучками.

— Вот тебе сбор успокаивающий и общеукрепляющий. Шикша, пион и жимолость. Завари все литром кипятка, минут через 40 можно пить.

— Спасибо большое, — поблагодарила Катя и поспешила расплатиться.

Валентин ждал у машины, они вместе сложили покупки на заднее сидение. Катя думала, как вежливо попрощаться, но мужчина вдруг предложил довезти ее до озера, показать местные красоты, обещал настоящий туристический обед прямо на берегу. И Катерина вдруг согласилась. Никакого курортного романчика она не планировала, но надеялась, что знакомый ее подруги это быстро поймет и отстанет сам. А пока почему бы не погулять вместе.

Прогулка затянулась до позднего вечера. Они и пообедали и поужинали на берегу. Уха из свежевыловленной рыбы, дикая утка, запеченная на открытом огне, овощная нарезка из местных овощей. Аппетит у Катерины проснулся волчий, свежий воздух, потрясающие виды и отличное настроение только способствовали этому. Когда подъехали к дому, Катя вдруг поняла, что действительно прекрасно провела время. Валя хоть и вел себя как первый парень на деревне, но оказался милым и веселым собеседником и абсолютно точно отличным гидом. Он рассказал Катерине за несколько часов столько, сколько она не узнала из интернета за неделю подготовки к поездке.

Валентин, загнав машину в гараж и закрыв замки, передал ключи Катерине.

— Я послезавтра иду в горы, заканчивать новый маршрут. Он совсем не сложный, для групп с детьми. Не хочешь со мной погулять.

— С удовольствием, — вполне искренне улыбнулась женщина. Ей вдруг подумалось, что нет ничего плохого в том, чтобы разбавлять уединение общением с вполне приятным мужчиной.

Они тепло попрощались, договорившись о деталях следующей встречи. Оставшись одна, Катерина разложила покупки и заварила купленный травяной сбор. По дому поплыл теплый уютный запах, который, казалось, успокаивал уже сам по себе. Было поздно, поэтому оставив напиток остывать до утра, Катя отправилась в душ, а затем легла спать.

***

Уснула она очень быстро, так вымоталась за день, но вот спокойной эту ночь нельзя было назвать. Катерина часто просыпалась, ей чудилось, будто доски веранды скрипят под чьими-то тяжелыми шагами, слышались какие-то не то вздохи, не то хрипы. Она ворочалась, силясь побыстрее уснуть снова. Уже под утро ее разбудил звук похожий на звериный рык. Резкий и довольно громкий он заставил ее подняться с постели и выглянуть в окно. В предрассветном мареве она, конечно, ничего не увидела. Но где-то в туманной дымке, что стелился у самой земли, мелькнула уже знакомая ей тень. Катя вспомнила, что спрашивала у Михаила о диких животных, и он успокоил ее. Привычное уже чувство острой тревоги стало медленно отступать, растворяясь вслед за туманом в первых лучах солнца.

Катерина встала и первым делом пошла на кухню за своим лекарством от нервов, которое сама себе и назначила при помощи придорожной торговки. Выпив полстакана настоя, почувствовала себя лучше, но, скорее, это было лишь самоуспокоением. Завтрак также не сильно помог взбодриться. Поэтому, как только окончательно расцвело, и воздух прогрелся, женщина, прихватив чашку дымящегося кофе и шоколадку, вышла на веранду.

На солнце быстро стало невыносимо жарко, Катя сбросила халат с плеч, подставляя всю себя лучам, пытаясь согреться, вытравить все муторное беспокойство прошедшей ночи. Так она и сидела, прихлебывая из кружки и заедая сладким, пока ее взгляд случайно не упал на дальний угол веранды. Там, чуть белея на солнце, лежал какой-то грязный буро-серый клочок не то ткани, не то бумаги. Катерина, заинтересованная вещью, которую не видела здесь вчера утром, встала и, сделав несколько шагов, присела на корточки, чтобы лучше рассмотреть находку. В первый момент она не поверила своим глазам, это оказался ее потерянный платок. Как он мог оказаться здесь, она понятия не имела, прошло ведь уже несколько дней, и его здесь точно не было раньше. Катерина рассматривала вновь обретенный кусок ткани со всех сторон и даже попыталась заглянуть под доски веранды. С боков все было заколочено, так что вариант, что платок сначала завалился туда, а потом как-то оказался наверху ничем не подтверждался. Логическая цепочка в голове женщины оборвалась, едва она заметила длинные глубокие полосы на крашеном дереве. Урон был настолько значительный, что щепки торчали в разные стороны от борозд и даже виднелись в редкой траве рядом. Катерина тут же вспомнила прошедшую ночь и мысли о рычании какого-то животного, которые с наступлением утра она отогнала от себя.

Катя попыталась успокоиться. Как всякий разумный человек, она была абсолютно уверена, что при наличии реальной опасности ее бы предупредили. Если не подруга, которая может и была здесь всего пару раз, то местные уж наверняка. Выпив ещё полстакана успокаивающей настойки, она вытащила покрывало и устроилась с книжкой на мягкой траве. Правда перед этим предпочла надеть майку и шорты. Все же человек, который тревожится, в одежде чувствует себя значительно комфортнее.

Пытаясь сосредоточиться на содержании истории, которая ещё вчера казалась ей очень интересной, Катя все чаще ловила себя на мыслях о том, насколько это правильно оставаться здесь и дальше. Совсем одной в доме, вокруг которого ночью ходит дикий зверь. Она сначала совсем перестала читать, потом положила голову на руки и сама не заметила, как уснула.

Проспав пару часов, Катерина отлежала себе все, что только можно, и, кажется, слегка сгорела на солнце, но зато проснулась с ясной головой и в хорошем настроении. Размяла ноющие мышцы, смазала плечи и голени кремом, пообедала, налила настойку в стакан и опять отправилась на веранду. Надо было все-таки забрать платок и сфотографировать следы когтей. Решила показать их Валентину, он-то точно должен узнать этого зверя, ну или знает, у кого спросить. Выходя из дверей со стаканом в одной руке и телефоном в другой, Катя неожиданно запнулась, не удержала равновесие и уронила свой напиток. Стакан уцелел, а вот содержимое растеклось огромным пятном, просачиваясь между досок и капая на землю. Катерина выругалась, подняла стакан, вернулась за тряпкой, но вытереть, конечно, ничего не смогла. «Само высохнет», — решила она и ушла в дом, забыв о своем первоначальном плане.

Вспомнила вновь о злополучном платке ближе к вечеру. Наконец постирала его, хотя спустя столько времени это и было бесполезной тратой времени. Желание запечатлеть следы когтей куда-то испарилось, не хотелось выставить себя перед Валентином пугливой городской дурочкой. Может эти отметины здесь с незапамятных времен, и этот единичный случай все село знает.

В попытке отвлечься женщина устроилась с книжкой на веранде. Заходящее солнце ласкало распущенные волосы, обещая, что к концу отпуска те станут каштановыми. Намаявшись с ночи, Катя снова почувствовала спокойствие и умиротворенность. Закинула ноги на второй стул и с радостью расслабилась, наслаждаясь. Мысли лениво крутились в голове, унося в прошлое. Одна за одной проносились картины их отдыха с Иваном: Турция, Кипр, Египет, Греция. Если разобраться, это ее первый отпуск в одиночестве. Постепенно от прошлого размышления унеслись в будущее — теперь она не только отдыхать будет одна, но и все остальное. Слезы навернулись сами собой, Катерина всхлипнула, жалея себя и свою незавидную женскую долю. Наверное, это был подходящий момент, чтобы еще раз выплакать, что пока не отболело. Внезапно Катя вновь почувствовала то самое, что будто преследовало ее здесь. Какое-то неотвязное внимание, как пристальный взгляд в спину. Женщина вернула на плечи лямки топика, выпрямилась на стуле и стала озираться по сторонам, ища источник этого непонятного раздражения. Она внимательно всматривалась в траву на лугу, в кусок дороги, который просматривался отсюда, в густой подлесок. В какой-то момент ей померещилась привычная уже тень. Катя решительно вытерла слезы, не будет она трусихой и, наконец, посмотрит поближе, что это может быть. Тень ведь — это всего лишь тень. На самом деле это что-то, на что падает солнечный свет. Кругом столько деревьев, что диковинные очертания темных областей вполне возможны. Немного путанно женщина пыталась убедить себя в правильности короткого марш-броска в сторону леса. Пугающий ее силуэт она всегда видела примерно в одном и том же месте — там, где росла брусника. Может, камень какой, или плотный кустарник.

Катя быстро дошла до намеченного места. Здесь вроде ничего не изменилось — те же низкие молодые деревья, та же стена из мощных кедров сразу за ними, внушительные валуны, редкая трава и ковер из ягод. Рот сразу наполнился слюной. «И почему я каждый день не прихожу сюда лакомиться брусникой?» — подумала она. И в тот же момент получила ответ острым уколом чужого взгляда между лопаток. Катерина отмахивалась от этого чувства с момента приезда, но почему-то с самого первого дня на Алтае именно эта ягодная поляна стала центром ее беспокойства. Именно здесь она впервые почувствовала ту безотчетную тревогу, которую позже списала на откат из-за разрушенной личной жизни. Иногда здорово наконец-то разобраться в себе, но лучше, если это произойдет за плотно закрытыми дверями и под одеялом, а не в двух метрах от непролазного таежного леса, где в радиусе 50 км нет людей.

Чувство тревоги вгрызлось в виски, между лопаток уже буквально свербело, а оборачиваться было очень страшно. Паника накатила вмиг и отступать не спешила. Все же развод и здоровая нервная система — мало совместимые вещи. Катерина пересилила себя, опустилась на корточки, якобы за ягодами и аккуратно двигаясь в такой позе, стала постепенно разворачиваться. Она и сама не могла понять, что именно ищет, ругала себя последними словами за чрезмерно буйную фантазию и за то, что следовало перед поездкой обратиться к специалисту, а не испытывать свои нервы затворничеством.

В конце концов, Катя оказалась лицом к своим страхам. Через секунду она облегченно выдохнула. Сразу за подлеском начинался крутой скальный склон — камни, камни, камни и немного травы. Не было слышно птиц, ветер стих, солнце ушло за деревья. И вдруг среди относительной тишины женщина услышала негромкий звук, очень похожий на зевок. Как будто кто-то вдохнул, открывая рот, а потом закрыл его, смачно щелкнув зубами. И тут Катерина поняла, что если ей в спину кто-то и смотрел, то он должен бы находиться выше, так как она сама в тот момент стояла. Мышцы ее свело, дыхание стало медленным и рваным, теперь женщина отчетливо слышала звуки присутствия здесь кого-то еще. Очень похоже, будто кошка вылизывается. Та кошка, которая только что зевнула. Катя немалым усилием воли заставила себя поднять голову на странные звуки. В следующую минуту глаза ее округлились не то от удивления, не то от ужаса. И ведь подозревала, что рядом бродит какая-то зверюга, но вот увидеть вольготно расположившуюся между камнями рысь никак не ожидала. Животное тем временем с большим интересом смотрело на Катю в ответ. И продолжало вылизывать лапу.

Зверь был большой, явно взрослая особь. Песочно-пестрая шерсть, мощные лапы, толстый короткий хвост и те самые уши с кисточками, по которым точный вид этой кошки определил бы и ребенок. Катерина шумно выдохнула, ладони противно намокли, а ноги уже затекли от сидения на корточках. Рысь в очередной раз отвлеклась от очищения собственных когтей и с интересом посмотрела на женщину.

— А у меня дома куриное филе есть. Будешь? — зачем-то спросила Катя.

Животное неопределенно заурчало, вызвав вполне логичную реакцию в виде шевелящихся на затылке волос. Катя медленно поднялась и попыталась размять мышцы, лишь слегка двигая ногами. Кошак никак не выдал своего интереса к происходящему, лишь перешел от передних лап к задним. «Мальчик», — подумала женщина, пронаблюдав смену позы животного.

— Ну ладно, я тогда пойду. Ты заходи, если что, — продолжила Катерина нести бред, медленно отступая вперед спиной.

Рысь снова рыкнула, не отрываясь от своего занятия. Катя тем временем добралась до кромки леса и ступила на луг. Вокруг сразу стало светло и ветрено, вернулись звуки, а следом и здоровые человеческие инстинкты. С точки зрения зоологии женщина сделала не самый умный поступок, но это было единственное, что пришло в голову. Она развернула и бросилась бежать изо всех сил. Как ей удалось ни разу не упасть в высокой густой траве, Катерина и сама не понимала. Она бежала, не оборачиваясь, глядя только на заднюю дверь своего временного дома. В голове проносились мысли о том, что она хотела бы умереть быстро в когтях хищника и быть съеденной, а не просто послужить временной забавой сытого животного.

К тому моменту как веранда замаячила впереди вполне достижимой целью, а звуков преследования так и не было слышно, Катя уже выдохлась полностью и бежала дальше на чистом энтузиазме и внезапно откуда-то взявшемся бешеном желании жить. Заскочив на крепкие доски заднего крыльца, Катя снесла один и стульев, влетела в спальню, захлопнув за собой дверь. Навалившись на эту спасительную преграду, она пыталась безуспешно отдышаться, но ничего не выходило. Снова запаниковала, вспоминая все ли окна и остальные двери в доме закрыты. А выдержит ли стекло натиск хищника? Уйдет ли животное само или надо вызвать специалистов? Катерина опустилась на пол, продолжая подпирать собой дверь. Ей казалось, если отойдет, то рысь войдет сюда вслед за ней, и она ничего не сможет с этим сделать.

Постепенно женщина взяла себя в руки. Сплела в замок пальцы, в попытке перестать дрожать, стала дышать глубоко и медленно, считая удары сердца. Страх отступал, оставляя за собой недоумение и желание уехать отсюда немедленно как можно дальше. Катерина заставила себя встать, проверила замок на задней двери и все задвижки на окнах. Потом обошла каждую комнату в поисках незапертого. Все в доме было закрыто, ничего не свидетельствовало хотя бы о малейшей возможности проникновения внутрь кого бы то ни было. Катя умылась холодной водой, а потом и вовсе целиком залезла в душ, смывая пот, грязь, прилипшую траву. К концу мытья женщина окончательно убедила себя в том, что все закончилось и все хорошо. Она знает, что делать — нужно позвонить Михаилу. А дальше видно будет.

***

Однако планам Катерины не суждено было сбыться. После душа она прилегла на кровать и уснула. Не удивительно, день выдался непростой. А на утро женщина и сама уже не могла точно сказать, было ли вчера это все или во сне привиделось. Наверное, это тревожный сигнал — сомневаться в реальности произошедшего, но Катя упрямо отбросила свои страхи. Сказал же Михаил, что нет здесь никаких зверей. Да и тем более сегодняшний день она планировала провести с Валентином, а не в доме.

Мужчина вскоре и сам позвонил, а потом и приехал. Они были вместе весь день. Катерина опять услышала очень много рассказов из местного фольклора, туристических баек и просто разнообразных шуток. В конце концов, не удержалась и спросила, водятся ли здесь рыси.

— Да, рыси на Алтае есть, — ответил Валя. — Но я никогда не слышал, что их кто-то лично видел. А почему ты спрашиваешь?

— Да так, — растерялась женщина. — Что-то пришло в голову.

Расставшись с новым знакомым, Катя перекусила на кухне на скорую руку. После вчерашнего поздний ужин на веранде не казался ей хорошей идеей. Перед сном она какое-то время пыталась рассмотреть хоть что-то в кромешной темноте за окном. Кругом было тихо, и как женщина не напрягала слух, не услышала ничего кроме стрекота ночных насекомых. Немного приободрившись, Катерина смогла уснуть, не забыв выпить на ночь свой ставший уже привычным успокоительный напиток.

Травки действительно помогали. По крайней мере, проблемы со сном, которые возникли сразу после переезда в новую квартиру, отступили. Теперь даже имея весомые поводы для бессонницы, Катя засыпала быстро и могла спать всю ночь, не просыпаясь. Сегодня, правда, как и ночью раньше, женщина была разбужена непонятными звуками. Открыв глаза, она лежала какое-то время без движения, надеясь, что это всего лишь окончание сна, которое вот-вот улетучится. Но время шло, а непонятная возня прямо за стеной не прекращалась. Катерина усиленно прислушивалась — на веранде точно кто-то был. На человеческие шаги не похоже, но хорошо это или плохо, она никак не могла определиться. Логика подсказывала, что, скорее всего, это опять та же рысь, но вот что делать с этими выводами посреди ночи?

Полежав ещё какое-то время и набравшись храбрости, Катя села на кровати и отодвинула занавеску. В свете тусклого фонаря, висевшего рядом с дверью, который она исправно включала каждый вечер перед тем, как лечь спать, женщина увидела, что и ожидала. Огромная кошка каталась по доскам, легко отталкиваясь от двери и стен. Благодаря густой шерсти довольно резкие движения сопровождались всего лишь неясным шорохом, который Катя сразу и не разобрала. Это так сильно напоминало знакомые всем кувырки и перекаты обычных домашних любимцев, что Катерина фыркнула со смехом, не удержавшись. Рысь будто услышала Катин смех, быстро села и уставилась аккурат в окно, из которого подглядывала женщина. Катерина, испугавшись, отпрянула от стекла, но через секунду снова выглянула, не в силах совладать с любопытством.

Какое-то время женщина и рысь внимательно разглядывали друг друга. Катя вдруг подумала, насколько же красив этот зверь в своей дикой мощи и первозданной идеальности.

— Какой же ты красавец, — прошептала она, приложив ладонь к стеклу.

На удивление животное будто услышало — тихо рыкнув, встало и прошлось по веранде, демонстрируя себя всего. Катя хихикнула в ладошку.

— Я завтра вечером тебе здесь курочки оставлю, голодный, наверное, — посочувствовала женщина зверю.

Тот в ответ лишь недовольно заурчал, обстоятельно обнюхал доски под собой и, спрыгнув с крыльца, скрылся в темноте.

После странного ночного инцидента Катерина на удивление быстро и крепко уснула, а утром, лишь выглянув предварительно в окно, без страха вышла на веранду. Правда тут же замерла — на том месте, где ночью катался рысь, ясно были видны контуры темного пятна. Женщина тут же вспомнила, как разлила свой напиток прямо здесь. Неужели животное пришло на запах травы. «Интересно, а я тоже уже так пахну?» — подумала Катя и с сомнением посмотрела на стакан в руке. Впрочем, от очередной дозы успокоительного все же не отказалась.

Весь день она провела на веранде, искала в интернете информацию о повадках рысей, их взаимоотношениях с растениями и людьми. Ничего особенно интересного не нашла, кроме того, что, как и домашние кошки, эти крупные кошачьи могут испытывать необъяснимое влечение к некоторым представителям флоры. Катерина попыталась вспомнить, какие именно травы перечислила старушка, протягивая ей пучки, но безуспешно.

Перед сном женщина, мысленно посмеиваясь над самой собой, все же оставила на веранде размороженную куриную грудку. Долго крутилась в постели, раздумывая, хватит ли такой огромной кошке, такого небольшого кусочка мяса. В итоге, уже затемно, ругая себя за глупость и опасаясь быть сожраной, вытащила из морозилки всю упаковку и, с трудом отковыряв мясо от подложки, отнесла на крыльцо.

Ночь на удивление прошла спокойно и, устраиваясь за столом с утренней чашкой кофе, Катерина решила, что она, наверное, переоценила интерес рыси к ней самой и к ее домику. Сомнения, правда, быстро отступили — на том, месте, где в прошлый раз она обнаружила платок, снова лежало что-то непонятное. Катя, быстро оглядевшись по сторонам, пересекла веранду и присела над очередной находкой. Через мгновение женщина прикрыла рот от внезапно подступившей тошноты. Она плохо разбиралась в живности, но это очевидно был заяц. Спина его лежала на досках веранды, а голова и задние ноги свешивались до самой земли. Под тушкой натекла приличная лужа крови из вскрытого брюха. Рядом с кровавой лужицей лежали ошметки куриного филе. Судя по остаткам, ночного гостя угощение заинтересовало не сильно. Попробовал, но не доел.

Какое-то время женщина просто продолжила сидеть на корточках и пытаться осмыслить произошедшее. Рысь, что, принесла ей зайца? Это спасибо за курицу? Обмен? Подарок? Мысли Катерины с каждой секундой все удалялись от любого адекватного объяснения этой растерзанной тушки. Наконец, усилием воли она прекратила эти никчемные гадания и решила, что хватит — все зашло слишком далеко, чтобы продолжать оставлять это в себе. В этот момент зазвонил телефон, оставленный ею на столе. Катя радостно подняла трубку и после взаимных приветствий поинтересовалась у Валентина, не знает ли он как приготовить зайца. Тот слегка опешил, но сказал, что скоро приедет, и действительно приехал через час.

Гид долго рассматривал зайца под разными углами. И даже понюхал. В итоге вынес вердикт — тушка свежая, есть можно. А по поводу ее появления здесь сказал только, что у местных охотников своеобразное чувство юмора.

— Ну вы же понимаете, Катюша, приезд молодой, красивой и одинокой девушки в наших местах скрыть практически невозможно. Ждите шутника в гости, он ещё вас спасать будет от дикого зверя, которого изобразил, распоров зайцу брюхо.

Катерина рассмеялась за компанию, хотя в тот момент приход рыси был для нее предпочтительней, чем мужчины, который запугивает перед своим появлением.

Валентин действительно оказался мужчиной, с которым в тайге не пропадешь. Уйдя за угол, он разделал и освежевал зайца. Затем ополоснул в тазике, который Катерина поставила прямо на землю, и рядом на доске отделил мясо от костей и нарезал на некрупные аккуратные куски. У гида даже нож свой имелся довольно внушительных размеров. Потом развел небольшой костер между двух крупных камней, а мясо замариновал в сметане и травах. Единственное, что нашлось подходящего на кухне.

Весь процесс сопровождался рассказами о том, что он делает и почему. Катя узнала, как понять по туше и внутренностям, что мясо все еще не испортилось; как развести безопасный костер рядом с лесом; сколько нужно держать куски в маринаде, чтобы потом не сильно беспокоиться, пропеклись ли они. Все это было безумно интересно, потому что ранее женщина никогда не задумывалась о таких вещах. Да и сам мужчина все больше начинал ей нравиться. Ее бывший муж был классическим программистом — ноутбук, кофе, кожаный стул на колесиках. В тайге он не имел бы ни шанса против Валентина. А уж когда мясо оказалось над огнем и начало сумасшедше аппетитно пахнуть, Катя и вовсе решила, что ей очень повезло с новым знакомым. Тот в свою очередь подолгу заглядывал Катерине в глаза, улыбался во все тридцать два и не переставал сыпать байками и шутками, демонстрируя очевидный интерес к женщине.

Вскоре они пообедали на веранде. Заяц вышел потрясающим — сочным, мягким, пряным и сливочным. Мужчина предложил после свозить Катерину в магазин, но она отказалась, еда ещё была, а сближаться с гостем и дальше желания пока не было. А вот его желания она уже ясно видела в блеске глаз и долгих, но будто случайных прикосновениях. Валентин спокойно отреагировал на отказ и уехал, пообещав вскоре позвонить.

Вечером Катя долго колебалась, но все же оставила несколько кусочков недоеденного зайца на веранде. Она не была уверена, что животное будет жареное мясо, но почему-то хотела еще раз попытаться накормить рысь. Потягивая вечернюю порцию настойки, женщина разглядывала появляющиеся звезды, вдыхала полной грудью прохладный горный воздух, наслаждалась шелестом ветра в ветвях гигантских хвойных. После тревог последних дней, она наконец-то снова обрела спокойствие, вроде все наладилось и даже отношения с приблудившимся зверем на лад идут.

Ночь снова внесла корректировки в Катин настрой. Умиротворение как ветром сдуло — ночь была беспокойной, рысь бродила вокруг дома, царапала стены, ломилась в дверь, громко рычала. Женщина периодически просыпалась, ворочалась, старалась не паниковать, ведь двери и окна она теперь проверяла постоянно и была уверена, что животное не сможет забраться внутрь. Высидев по утру несколько часов дома и периодически выглядывая из всех окон, Катерина все же набралась храбрости выйти. Картина, представшая ее взгляду, была без преуменьшения пугающей. Вчерашнее угощение растащено и расшвыряно по всей веранде, даже на стенах остались липкие темные пятна. Глубокие царапины виднелись на стенах, двери, полу. Один из стульев был буквально уничтожен. Стол пострадал меньше, но одну из ножек явно грызли. Но все это были мелочи по сравнению с невообразимым запахом. У Кати в детстве была кошка, поэтому она без труда поняла, что кроме бардака рысь здесь ещё и туалет устроила. Причем странным было то, что погром локализовался на веранде, а вот помеченными были все четыре угла и оба крыльца.

Женщина устало опустилась на уцелевший стул. И что она теперь хозяевам скажет? Ваш горячо любимый дом в горах пострадал от нападения зверя, которому стряпня Валентина не понравилась? Бред! Ну ссать-то зачем было?! Кажется, попадись ей этот гадливый кот прямо сейчас, она бы его отчитала, оттаскала за шкирку и натыкала в его лужи. Но рыси не было, как Катерина не вглядывалась в кромку леса, а делать что-то надо было. Притащив из дома ведро воды и тряпки, Катя принялась оттирать следы ночного животного буйства. Времени пришлось потратить прилично, но, по крайней мере, вонять перестало. Что делать с испорченной мебелью и следами когтей женщина понятия не имела. Обломки стула отнесла в контейнер и отправилась в душ.

Помывшись и пообедав наспех, Катя поняла, что снова чувствует внимательный взгляд на себе. Чувство тревоги тоже появилось, но какое-то притупленное. «Наверное, травы помогают», — решила женщина и снова пристально посмотрела в сторону леса. Рысь обнаружился почти сразу — кошка сидела там же, где они встретились в прошлый раз. На прогалине, окруженной зеленым, бежевая, пестрая шерсть была хорошо видна. Катерина застыла, сверля взглядом зверя, он отвечал ей тем же. Посидев так некоторое время и поняв, что ожидать раскаяния и извинений, как минимум не слишком адекватно, женщина демонстративно встала и, хлопнув дверью, скрылась в доме. Потом быстро собралась и отправилась в село, надеясь переделать все дела и немного отвлечься.

В магазине снова было многолюдно, а рядом с ним опять стояли бабульки со своими разнообразными товарами. Катерина опять набрала два пакета еды, а после отыскала взглядом ту самую бабульку. Дождавшись пока покупателей рядом с ней станет поменьше, Катя подошла сама. Попросила успокаивающий сбор «как в прошлый раз брала». Торговка внимательно посмотрела на покупательницу и молча достала из пакета три пучка травы. Выглядели они точь-в-точь как предыдущие.

— Скажите, а животным может запах этих растений нравится? — осторожно поинтересовалась Катерина.

— Ну так да, — удивленно ответила бабулька. — Конечно, кошки вон как жимолость любят. Бесятся от нее. А у вас кошечка есть? Напугались? Не переживайте, все с животным нормально. Не давайте, может злой становиться от травы этой.

Катя бодро улыбнулась пожилой женщине и отправилась домой. Вот оно что — может рысь из-за запаха травы так злится? «Опять доски оттирать», — невесело подумала Катерина. Но хочешь-не хочешь, а попытаться надо было. Тем более что она так и не набралась решимости сообщить кому-то о звере. Правда уже не потому, что боялась кого-то насмешить своими страхами. Ей казалось, что если в селе узнают, то непременно вызовут службу отлова или что-то подобное. И отпуск будет испорчен, и животное может пострадать.

Катерина усердно драила веранду, напевая себе под нос популярную песенку, и затылком чувствовала, что рысь снова где-то рядом. Решила не обращать внимания, пусть кошка не думает после сегодняшней ночи, что здесь ей рады и планируют еще угостить чем-нибудь вкусным. Женщина почти управилась, когда резко подул сильный холодный ветер и почти сразу начался ливень. Катя поспешила укрыться в доме, теперь ей бы хотелось узнать, где обосновалось животное, но это было уже невозможно из-за плотной стены дождя.

В надежде, что непогода скоро отступит, Катя поужинала, почитала, написала несколько писем, заварила травы. Ливень же все не утихал, а ветер, казалось, только усиливается, редкие раскаты грома участились и стали громче, молнии сверкали то тут, то там. В доме скрипели двери и звенели стекла, звук падающих на крышу капель становился все громче. Так и не дождавшись улучшения погоды, Катерина легла спать. Посреди ночи ее разбудил скрежет и грохот. Женщина подскочила на постели, не понимая, что происходит. Дождь все также хлестал по стенам и крыше дома, а ветер завывал во всех щелях. Звук, разбудивший женщину, больше не повторился и через какое-то время она снова уснула. А утром, попытавшись выйти на веранду, Катя поняла, что же произошло ночью. Единственное дерево, которое росло около дома, видимо, сломалось от порывов ветра и, упав на веранду, заблокировало дверь. Как Катерина ее не дергала, смогла лишь чуть приоткрыть, чтобы собственно и рассмотреть ветки и листья.

Натянув халат на пижаму, Катя вышла через переднюю дверь и направилась к заднему крыльцу. На улице было холодно и влажно. Солнце уже встало и охотно согревало воздух своими лучами, но последствия непогоды все еще хорошо ощущались. Женщина зябко куталась в халат и медленно ступала по высокой мокрой траве. Ноги в тапочках и носках сразу же вымокли, а кожа покрылась противными мурашками. Достигнув цели, Катя остановилась как вкопанная. Дерево, которое еще десять минут назад блокировало ей выход, лежало на земле рядом с верандой, а задняя дверь была распахнута настежь. Холодок страха пробежал по позвоночнику, но она припомнила слова Валентина про охотников и их чувство юмора. Логично, что кто-то приехал посмотреть, как туристка пережила такой сильный ливень. На чем могли приехать эти самые охотники, если она только что видела пустую дорогу перед домом, Катя старалась не думать. Женщина медленно поднялась на веранду, вошла в дом. Внутри было тихо и сухо, все стояло на своих местах. И едва Катерина решила выдохнуть с облегчением, как из кухни послышались негромкие звуки. Будто кто-то хозяйничает: открывает и закрывает холодильник, включает плиту, ставит на нее чайник. Поняв, что незваный гость вовсе не скрывается, Катя немного расслабилась и поспешила все же узнать, кто это так вольготно чувствует себя в ее доме.

На пороге кухни женщина замерла. Со спины сложно было сказать, что у этого охотника с чувством юмора, но вот задница, бесспорно, у него потрясающая. Катерина так и стояла бы, наверное, с приоткрытым ртом, наблюдая как абсолютно обнаженный мужчина заваривает чай с ее, между прочим, травами, если бы он не повернул в ее сторону голову. Какое-то время они молча обменивались взглядами, а потом незнакомец хрипло произнес: «Полотенце есть?» Только сейчас Катя заметила, что мужчина весь мокрый — от пепельно-серых волос до стоп, на которые налипли грязь и трава.

— Я сейчас принесу. Ванна там, — указала она ему направление и ушла в спальню.

Роясь в шкафу в поисках большого банного полотенца, женщина слышала тяжелую поступь незваного гостя. Он включил воду, потом душ. Катя замерла, пытаясь понять, как она вообще относится к этой ситуации — заявился без спросу, хозяйничает у нее на кухне голый, да ещё и командует, полотенце, мол, неси! Кстати, а как его нести, полотенце-то это? Катерина выглянула в коридор, дверь в ванную была приглашающе распахнута. Мужчина за шторкой продолжал водные процедуры. Катя прокралась на цыпочках к умывальнику и осторожно повесила полотенце на край. Потом пошла в кухню — перевести дух и приготовить что-нибудь к чаю. Все-таки мужчин положено кормить.

Спустя десять минут и четыре бутерброда с колбасой и сыром мужчина вышел из ванны. Катерина так увлеклась нарезкой, что не сразу поняла, что вода больше не шумит, а ее гость стоит на пороге кухни, привалившись к косяку. Женщина сдержанно улыбнулась, оценив готовность незнакомца перейти на более адекватный уровень общения. Полотенце, к счастью, было на его бедрах, а не где-то еще.

— Вы же охотник? — спросила Катя скорее потому, что нужно было что-то сказать. Эта пауза со взаимными гляделками становилась не очень удобной.

— Определенно, — ухмыльнулся собеседник.

— А одежда где? — она не была уверенна, что действительно хочет это знать.

— Вымокла.

Ну, вполне логично. Охотники они же по нескольку дней могут в лесу жить, вот и промок, наверное, вчера, а сменки нет. Да и хозяев дома он точно знает, раз пришел сюда. И вроде совсем не кажется опасным. Какие только мысли не проносились в голове у женщины, лишь бы не дать оформиться тем, которые непременно привели бы к панике.

— А это вы зайца принесли? — задала она еще один странный вопрос.

— Я, — мужчина как-то резко погрустнел, и Катя поспешила исправить ситуацию.

— Есть хотите? Я бутерброды сделала.

Гость не только не отказался, но и продемонстрировал отменный аппетит. Катерина поймала себя на мысли, что ей это очень нравится. Как давно она не готовила бывшему мужу? Не смотрела, как он ест? Пожалуй, из их брака это ушло слишком давно, чтобы продолжать сокрушаться о его распаде.

Запивая еду горячим чаем с травами, мужчина щурился от удовольствия при каждом глотке, будто в кружке был редкий деликатес, а не местные растения и немного самой обычной заварки. Катерина почему-то захотела снова привлечь его внимание и абсолютно неожиданно для себя спросила: «Если вы охотник, то знаете, наверное. Здесь рыси водятся?»

Собеседник очень странно на нее посмотрел, но ответил утвердительно.

— А как часто они могут выходить к человеческому жилью?

— Так часто, как вы сможете их заметить.

Логика ответа была железной, вот только яснее Катина ситуация от этого не становилась.

— Насколько опасной может быть встреча с рысью для меня?

— Самый лучший способ поладить с хищником, — ответил мужчина после некоторых раздумий. — Это не привлекать его внимание. Если животное знает, что вы живете здесь одна, то не стоит вызывать его любопытство, приглашая гостей.

Катя кивнула с милой улыбкой, а про себя подумала: «Какой ценный совет. Жаль, что слегка запоздалый».

— То есть если я буду вести себя как раньше и не приглашать гостей, рысь мне ничего не сделает?

— Я абсолютно уверен, что рысь вам ничего не сделает в любом случае. Но может проявить интерес, от которого вы будете не в восторге.

Женщина слегка насторожилась не то от нравоучительного тона, не то от легких рычащих ноток в голосе, не то от странной уверенности по поводу поведения дикого зверя. Но опять лишь мило улыбнулась.

— Я не приглашаю сюда гостей.

В ответ на это мужчина как-то странно сузил глаза, по лицу его пробежала легкая тень.

— Мне пора, — сказал он, отставляя кружку. — Полотенце верну позже.

Странный незнакомец встал, сначала вышел из кухни, а после покинул дом через заднюю дверь. Катерина так растерялась от стремительности его действий, что даже не пошла за ним. Только запоздало поняла, что ни имени его не узнала, ни чувства юмора не заметила. А еще он даже «спасибо» не сказал за еду и полотенце. Ну и нахал!

Весь день Катерина провела, раздумывая над этой странной встречей. Перебирала в голове без конца все его фразы, мимику. Воспоминания об обнаженном теле гостя и вовсе опаляли щеки краской, а сама ситуация вызывала легкий страх. И чем больше времени проходило с момента окончания этой встречи, тем более рассудочно могла размышлять Катя. Выводы, которые так и напрашивались сами собой, ее вовсе не радовали. Касались же они, прежде всего, не незнакомца и его странного появления, а после и исчезновения. Во всей этой ситуации, как и раньше, больше всего женщину страшила она сама и ее реакции и поведение. Почему она никому не рассказала про рысь напрямую, а абсолютно незнакомому голому мужику рассказала? Почему раньше ей казалось, что ее засмеют за вопросы и страх, а в его присутствии она и не вспомнила об этом? Почему внимания Валентина она старалась избегать, а с гостем сама всячески пыталась завязать беседу? Похоже, пришло время позвонить единственному человеку, кто хотя бы точно выслушает. А, может, и совет даст какой-нибудь.

Мила ответила почти сразу, не перебивая, выслушала сбивчивый рассказ. Катя быстро поняла, что даже с подругой она не может спокойно об этом поговорить. Рассказала и об этом и о своих странных реакциях на незнакомца. Говорила долго, стараясь передать все оттенки и нюансы. Когда закончила и замолчала, Мила не поспешила среагировать.

— Ну, что думаешь, Мил? Я совсем того? — жалостливо поторопила подругу Катерина.

— Кать, а ты что-то принимаешь?

— Из таблеток ничего, — женщина помолчала, поняв, к чему ведет Мила. — Я пью успокаивающий чай с местными травами. Бабульки торгуют у магазина, вот я и купила. Мне, Мил, так тревожно временами было, когда я сюда приехала, и бессонница ещё в Москве началась. Подумала, ну ничего же плохого от травяного настоя не будет.

— Кать, ты не волнуйся, я же не говорю, что это что-то плохое. Просто ты рассказываешь такие вещи, это ведь совсем на тебя не похоже. Ты всегда такая уверенная в себе, общительная, приветливая. Ты, наверное, сама не понимаешь, какой сильный стресс испытываешь в связи с разводом. Я думаю, правильно, что ты пытаешь помочь себе успокоиться, но может рано ты начала жить, будто ничего не случилось? Я не призываю тебя убиваться по бывшему, но, возможно, не стоит окружать себя мужчинами сейчас.

Катерина вдруг поняла, о чем именно волнуется ее подруга, и едва не рассмеялась.

— Мил, ты серьезно?! Ну какие мужчины?! Валя он сам стремится к общению, а если не стремится, то я не навязываюсь. А сегодняшний так и вообще. Непонятно кто такой и зачем приходил. Я же даже имени его не спросила, а вдруг он и не охотник вовсе?

— Катя, меня не голый неохотник сейчас смущает больше, а твое желание найти какие-то связи между поведением дикого животного и твоими реакциями на это. Есть рысь, которая шляется вокруг дома, о которой ты почему-то никому рассказывать не хочешь, есть два местных мужика. Но в твоем рассказе это все как-то очень странно переплетено. Я поэтому и спросила про лекарства.

— Что мне делать?

— Может, приедешь к родителям? Тут ты точно сможешь отдохнуть. Встретимся, поговорим, сходим к специалисту.

— Я не хочу, Мил. И к родителям не хочу, и к специалистам. У меня еще почти три недели отпуска и я хочу провести их здесь. Может, мне стоило начать с этого, но мне здесь очень нравится. Правда.

— Ну тогда хотя бы с травой завязывай. И зверей лесных подкармливать тоже! И мужиков домой водить! Вот знаешь, последнее Лёшины родители бы точно не одобрили, — закончила Мила со смехом.

Подруги тепло попрощались. Мила не дала совет, который Катерина захотела бы услышать, но на душе у нее сразу стало легче. Так всегда бывает, когда выговоришься. Высказанные проблемы уже не кажутся такими страшными. Есть рысь, которая не нападает и не подходит днем близко. Если перестать разливать настойку и раскладывать еду на веранде, то, скорее всего, и ночью перестанет приходить. Есть двое мужчин: с Валей все просто, Катерина не испытывает к нему никакого женского интереса, и есть загадочный незнакомец. С последним было сложнее, но подумав хорошенько, женщина приняла решение, что по-хорошему его надо было просто прогнать и все. Именно так решила и поступить, если тот заявится еще раз.

Твердо решив последовать некоторым советам подруги, Катерина немного успокоилась. Вылила остатки настоя, убрала травы подальше. Сегодня ехать в аптеку за банальной валерьянкой было уже поздно, но она обязательно сделает это завтра утром. Проверенное надежное средство, а не какие-то неизвестные ей травы. В унисон с Катиным настроение чудесно прошел остаток дня. Ночь тоже была спокойной, да и следующие дни все как один радовали умиротворением и одиночеством. Рысь не приходила, единственный Валин звонок она проигнорировала. Погода стояла солнечная и тихая, было жарко и душно. Катерина снова стала проводить дни, как первые после приезда — сон, еда, загар, книжка. Вот только действительно перешла на валерьянку.

Спокойная размеренная неделя осталась позади. Чувство тревоги ушло вместе с визитами рыси, сменившись недоумением по поводу этого события. Неужели, чтобы дикий зверь отвязался, и надо-то было всего лишь подруге позвонить. Загадочный незнакомец также не появлялся и даже Валентин, звонивший до этого раз в два-три дня, куда-то пропал. По поводу последнего Катя испытывала легкие угрызения совести, стоило перезвонить. Это ни к чему бы ее не обязало, но дало бы понять человеку, что она ценит его внимание.

***

Сегодняшнее утро началось с открытия. Бывает так, что собираясь в дорогу прямо чувствуешь, что что-то забыла, но что именно понять не можешь. Катя проснулась с ноющей болью внизу живота и с мыслью, что не очень хорошо подготовилась к тому, что и в тайге останется женщиной. Проверив все возможные карманы во всех сумках, она нашла тот необходимый минимум, чтобы добраться до аптеки. Наскоро позавтракав, Катерина отправилась в город. Настроение было паршивым, как и всегда в эти дни. Почему-то опять накатила тоска по детям, которым не суждено было родиться в их с Иваном браке.

Посетив аптеку и магазин, женщина сразу же поехала домой. Уже с утра было жарко и душно. Ветер последние несколько дней совсем пропал. Тайга буквально изнывала от летней суши, не давая облегчения разморенному человеку даже под вековыми кедрами. Катерина загнала машину в гараж и направилась в дом через заднюю дверь, так было ближе до кухни и ванной. Завернув за угол, женщина, испугавшись, остановилась. На веранде спиной к ней на единственном уцелевшем стуле сидел мужчина. Катино сердце моментально затрепыхалось, потому что она сразу же узнала странного незнакомца. Пепельно-русые короткие волосы серебрились на солнце, светлая рубашка облегала мощные плечи и, судя по отставленной из-за стола ноге, брюки на нем тоже были, хвала небесам.

Катерина выдохнула в попытке унять сердцебиение и немедленно отогнав мысли о том, с чего бы это она так распереживалась. Невозмутимо поднялась на крыльцо и прошла к дверям, мужчина, явно слышавший появление хозяйки, даже не пошевелился. Катя обошла гостя и, развернувшись к нему, окинула долгим пристальным взглядом. В ногах у него стоял внушительный пакет, из которого торчали всевозможные инструменты. Это несколько сбило Катю с толку, но не достаточно, чтобы изобразить дружелюбие.

— Вижу, предупреждать о визитах вы по-прежнему считаете излишним, но спасибо, что хотя бы оделись.

Мужчина ответил ей прямым долгим взглядом, губы его изогнулись в веселой усмешке.

— Здравствуйте, Катя. Наше знакомство вышло не очень удачным. Я готов извиниться за то, что напугал вас.

Катерина слегка опешила от такого поворота. В прошлую встречу этот мужчина не произвел впечатление человека, который станет признавать свои промахи и извиняться за них. И откуда он имя ее знает, она не представлялась уж точно.

— Так вы извиниться пришли? — промямлила женщина, растерявшись.

— Да, — снова улыбнулся гость и кивнул на мешок. — Слегка специфическим способом, но, думаю, вы не будете против.

— Это ведь инструменты? — мозг Катерины лихорадочно пытался придумать, зачем бы они ему понадобились.

— Да. В прошлый визит я заметил, что рысь изрядно попортила дом и мебель. Попытаюсь что-то сделать с этим.

— Да? — Катя не смогла сдержать радостной улыбки. Последние дни она постоянно думала, что делать с этими следами ночного буйства рыси. — Это было бы чудесно, но, пожалуй, слишком для извинений. Я не так уж сильно испугалась.

— Понимаю. Уверен, голых мужчин вы и раньше видели, — сказал он с абсолютно серьезным и непроницаемым лицом. — Но вы можете уравновесить ситуацию, предложив мне пообедать после окончания работ.

— А… С удовольствием. Я как раз готовить собиралась. А как вас зовут? — Катерина наконец-то отважилась задать вопрос, который терзал ее с прошлой встречи.

— Кару, — мужчина опять широко улыбнулся, блеснув безупречными, белыми зубами.

— Зайдете? — Катя мотнула головой в сторону двери. — Только я понятия не имею, есть ли в доме что-то нужное для этих самых работ и где оно лежит.

— Ничего не нужно. Я все принес. Я, пожалуй, начну. В темноте сложно будет работать.

Мужчина встал и начал медленно стягивать расстегнутую рубашку с мощных плеч, попутно наблюдая за Катиной реакцией. Она же только фыркнула на это, быстро открыла дверь и прошмыгнула внутрь. Привалившись спиной к двери, попыталась унять бешено бьющееся сердце. Не вид же обнаженной груди этого Кару так смутил ее, в самом деле?

Немного придя в себя, женщина отправилась на кухню и занялась обедом. Запеченная курица с овощным гарниром всегда удавалась ей хорошо. Поэтому Катерина с энтузиазмом принялась за готовку. Сквозь приоткрытое окно ей были прекрасно слышны звуки ремонтных работ, она чувствовала запах, напоминающий растворитель, но не хотела вникать в то, чем там занят ее новый знакомый. Спустя полтора часа еда была почти готова, и Катерина все же вышла на крыльцо. Все еще полуобнаженный Кару возился с поломанным стулом. И когда только притащил обратно?

— Вкусно пахнет, — сказал он, не поворачивая головы.

— Почти готово.

— У меня тоже.

Мужчина поставил на веранду вновь пригодную для сидения мебель и встал. Все же он был очень высоким и мощным. В прошлый раз Катя не обратила на это особого внимания. Кару весь взмок, хоть и находился в тени все это время. Проходя мимо Катерины в дом, он буквально сразил ее резким мужским запахом, в котором женщина моментально захотела раствориться. Она даже чуть прикрыла глаза от удовольствия и внезапно нахлынувших не слишком невинных желаний. Ее реакция не осталось незамеченной, но мужчина лишь усмехнулся в ответ и вскоре скрылся в ванной. Катерина обругала себя за подобное поведение и, надеясь, что румянец с щек уже сошел, вернулась на кухню накрывать на стол.

Они чудесно пообедали. Кару нахваливал Катины блюда, ел за обе щеки и вообще был гораздо словоохотливее, чем в прошлую встречу. Иногда правда замолкал и окидывал Катерину взглядом, от которого у женщины начинала кружиться голова. Она отгоняла от себя нелепые мысли по поводу истинных намерений ее гостя и старалась хотя бы не краснеть. Последнее получалось крайне плохо — щеки горели, несмотря на ее нежелание.

После еды они расположились на веранде. Снова пригодный стул оказался очень кстати. Кару со смехом спросил, где чудесный травяной чай.

— Я прекратила его заваривать.

— Почему?

— Мне кажется, он приманивает рысь.

Ну вот опять! И почему она все свои бредовые мысли выбалтывает исключительно этому красавчику?!

— Диким кошкам нравится запах жимолости — это правда. Но эту рысь манит сюда не поэтому, — сказал Кару, проникновенно смотря Катерине в глаза. Она тут же потерялась в их золотистой радужке и начала падать прямо в манящую темноту зрачков.

— А почему? — спросила она, предчувствуя, что ответ ей может не прийтись по душе.

— Понятия не имею, — расхохотался мужчина заразительно, и как Катерина ни хотела рассердиться на его подтрунивание, ответила смехом.

Она ещё не отсмеялась, когда Кару встал и подошел к ней почти вплотную. Катя, улыбаясь, подняла голову и вопросительно поглядела на него.

— Можем пойти в дом… Или прям здесь в траве?

Катерина хотела бы сделать вид, что не поняла, или возмутиться столь наглой прямолинейности, но не смогла вымолвить и слова. Это было уж слишком для нее. И пусть последние несколько часов она только и делала, что мечтала о чем-то подобном, к такому резкому повороту оказалась не готова. Попыталась опустить голову, чтобы скрыть эмоции, но Кару удержал за подбородок. Он смотрел прямо в глаза, абсолютно не стесняясь. Ноздри его слегка подрагивали, будто мужчина принюхивался к какому-то запаху, почувствовать который мог только он один. Катерина вдруг ясно поняла, что именно заставило его сделать ей это крайне непристойное предложение, и в очередной раз залилась краской. Если он чувствует с их первой встречи, как сильно она желает его, то, наверное, будет крайне странным поступком отказаться сейчас.

— Наверное, лучше в доме, — прошептала она едва слышно.

Кару, наконец, отпустил ее лицо, разрывая зрительный контакт, взял за руку и повел в спальню. Катерине было жутко неловко, но вожделение уже растекалось по ее венам сладкой истомой предчувствия. В голове вертелась сотня вопросов — как, зачем, почему — но все это моментально терялось в водовороте его прикосновений, запаха, нежных быстрых поцелуев.

Кару оказался неутомимым, хоть и бесхитростным любовником. Он не пытался произвести впечатление милой болтовней, которую большинство мужчин считают исключительно необходимой в такие моменты. На прелюдию он также не стал тратить время, но она оказалась и не нужна. Катерина жаждала физического единения здесь и сейчас без лишних слов и движений. Эмоции захлестывали ее, она отдавалась этому мужчине с готовностью и страстью, которых не было давно в ее жизни. А, может, и никогда.

Поздним утром Катерина проснулась вымотанная физически, но чрезвычайно довольная. На кухонном столе ее ждал букетик полевых цветов, стакан ягод и свежие яйца. Катя не смогла определить на глаз, чьи именно были яйца, точно не куриные. Яичница из них получилась вполне вкусная, а уж как грели душу цветы. От Кару она никак подобного не ожидала, ведь они обошлись вообще без ухаживаний.

Весь день женщина провела в приятной истоме, нежась на полотенце под ярким солнцем. Уже позабытая легкость наполняла тело, а мыслями она витала в облаках, мечтая о следующей встрече с Кару. Думала, что приготовит для него. Вспоминала, привезла ли что-то завлекательное из одежды. Впрочем, все ее мысли незаметно скатывались к прошедшей ночи. Катя широко улыбалась и закрывала глаза.

Мужчина появился, когда уже совсем стемнело. Внезапно вынырнул из темноты и опустился на соседний стул. На сей раз на нем были лишь джинсы. Ни футболки, ни хотя бы обуви Катя не увидела. И пока она недоумевала по этому поводу, думая как облечь в слова свое удивление, Кару положил на стол кое-как ощипанную птичью тушку. Катерина так изумилась, что сразу же забыла про внешний вид гостя.

— Вот, подумал, что нужно что-нибудь принести к ужину.

— Очень романтично, — ответила Катя вежливо, пытаясь не рассмеяться. — Правда, я не умею готовить дичь.

— Я умею. И не хуже других. Только мне нож нужен. Через час будет готово.

— Я принесу.

Женщина пошла в дом, раздумывая на ходу, что для ужина, пожалуй, поздновато, но и спать она сегодня явно очень не скоро ляжет. Она снова радостно улыбнулась, предчувствуя страстную ночь. Когда Катя вернулась, костер уже весело потрескивал, бросая пугливые отсветы на доски веранды. Кару, сидя рядом, окончательно избавлял их будущий ужин от перьев, опаливая их над огнем.

— У тебя очень быстро получилось разжечь костер.

Кару на это лишь хвастливо задрал подбородок. Катерина расхохоталась и положила перед ним принесенную посуду.

В отличие от Валентина Кару не стал уходить с тушкой за угол, дабы поберечь нежную женскую психику. Он разделал птицу прямо здесь, пошагово объясняя, что и как нужно делать, чтобы получить вкусное и сочное мясо без посторонних привкусов. Катя и сама не ожидала, но ей понравилось учиться у этого мужчины премудростям походной готовки. Было спокойно и уютно сидеть рядом, соприкасаясь плечами и бедрами, и наблюдать за процессом, который совсем не вызвал отторжения — готовит же она курицу, купленную в магазине.

Через час еда действительно была готова, вот только съесть больше пары кусочков Катерине не удалось. Кару, видимо посчитав, что с романтикой пора заканчивать, просто закинул ее на плечо и потащил в дом. Катя хохотала, болтала руками и ногами и шутливо просила ее отпустить. Мужчина поставил ее на пол уже около кровати, вытер пальцами мясной сок с ее губ и тут же облизал. Сначала пальцы, а затем и губы. Сердце Катерины пустилось вскачь, по ладоням побежали мурашки, требуя немедленно прикоснуться к объекту страсти. Он, впрочем, не торопился продолжать — чуть отстранился, заглянул в глаза.

— Правда хочешь, чтобы отпустил? — спросил он абсолютно серьезно, без всякого намека на шутку.

Почему-то Катя сразу поняла, что речь вовсе не о том, пойдет ли она ногами или он понесет ее.

— Нет, вовсе нет, — быстро и чуть испуганно ответила она. — Не хочу.

Для пущей убедительности женщина замотала головой, но была остановлена. Кару взял ее лицо в ладони, снова внимательно посмотрел в глаза.

— Не говори мне о том, чего не хочешь на самом деле. В моем мире все просто — есть правда, есть ложь. Я не различаю полутонов и намеков. Скажешь уходить, я уйду.

Катерина вдруг так напугалась того, что Кару и правда может уйти, что привстала на цыпочки и быстро поцеловала его. Не останавливаясь на невинной ласке, она сразу же сорвалась в безумно-страстное путешествие по губам, рту, лицу и шее любовника. Мужчина только рвано вдохнул и замер, не мешая Катиной инициативе. Уже через минуту, впрочем, терпение покинуло его, и он, рыча и ругаясь на непослушные лоскуты ткани, начал стаскивать одежду с них обоих.

На утро Катя снова проснулась в одиночестве, а к сумеркам уже с нетерпением ждала Кару. И он опять пришел. И приходил каждый вечер, иногда поздно ночью. Его забавные ухаживания не претерпевали изменений — едва открыв глаза, женщина неслась на кухню, чтобы узреть очередные дары леса; а вечером, только завидев любовника, бросалась к нему и просила показать, что он принес на этот раз. Кару смеялся и говорил, что она как ребенок. Катя тоже смеялась, ведь это было правдой — она чувствовала себя ребенком. Маленьким, счастливым ребенком.

***

Так прошла неделя. Этим утром Катерина очень не хотела вставать, утихомирить страсть Кару удалось уже под утро. Женщину разбудило настойчивое треньканье собственного телефона, который она последний раз брала в руки несколько дней назад. С трудом найдя мобильный, Катя ответила на вызов, просто мечтая, чтобы аппарат наконец перестал тренькать.

— Да, — сонно прошептала она, присаживаясь на ближайший стул и зевая.

— Алё, Катюх! Ты куда потерялась?! Не звонишь, на звонки не отвечаешь. Валентина набрала, он говорит, что давно бросил попытки с тобой связаться. Кать, ты как там вообще? В порядке? — протараторила подруга.

— Мил, да я отлично. А Валя, да, не общались давно, — Катерина замолчала, не зная, стоит ли ещё что-то рассказать.

— Отлично? А про самолет ты помнишь?

— Какой самолет?

— Тот, который у тебя через несколько дней. На Москву.

Катя замолчала. Она ведь и правда совсем забыла, что отпуск ее заканчивается и нужно лететь домой. Мила абсолютно верно истолковала молчание подруги.

— Катя, давай я сейчас Михаилу или Валентину позвоню. Ты вещи пока собирай. Поживешь у них пару дней. Они тебя в самолет точно посадят.

— Мил, стой, — запротестовала Катерина. — Не надо никому звонить! Я сама. Когда пора будет ехать в аэропорт. Ты не волнуйся так, со мной, правда, все в порядке. Просто так хорошо отдыхаю, что совсем забыла. Но я бы точно вспомнила, у меня напоминалка на телефоне стоит.

Кое-как успокоив подругу, Катя нажала отбой и попыталась успокоить уже себя. Посмотрела на календарь, на дату в обратном билете. Да, все верно — осталось несколько дней. Несколько дней из ее месячного отпуска на Алтае. Пора возвращаться в Москву, потом на работу, а потом к нормальной обычной жизни. Без страстного любовника Кару, его странных повадок и подарков, тайги с ее дарами, яркого солнца в высоком небе, вековых кедров и лиственниц и без ощущения того самого детского счастья, над которым любит подтрунивать ее рысь.

Весь день Катерина не могла найти себе места и мечтала только о том, чтобы Кару поскорее пришел. Будто он имел власть над календарем и неумолимо приближающейся датой отъезда. И мужчина, конечно, пришел. Едва сумерки упали на лес и луг, Катя увидела его высокую статную фигуру у кромки леса. Как и в последние дни, он был полностью обнажен. Наверное, поэтому, а может еще потому, что боялась расплакаться, Катя набросилась на него сразу, как только добежала с веранды. Они со смехом повалились в высокую, ещё теплую от дневного солнца траву. Кару быстро расправился с Катиной одеждой, целуя и покусывая любовницу — лицо, шея, плечи, грудь — всюду, куда мог дотянуться. Женщина тихо постанывала, изнывая от желания соединиться с возлюбленным, нетерпеливо терлась об него. Он только чуть слышно посмеивался, но и сам старался быстрее добраться до самых сокровенных мест на ее теле.

После они вернулись в дом, наспех перекусили и продолжили в ванной и спальне. Хоть и утомленная, Катерина никак не могла уснуть. Мысли об отъезде никуда не делись, а лишь ненадолго ушли на второй план. Она бы вертелась юлой на простынях, но не хотела разбудить Кару, который, как ей казалось, уснул. Но вскоре выяснилось, что ее бессонница не осталась незамеченной.

— Ты не спишь. Что-то случилось? — он повернулся к ней и посмотрел на нее так, будто отлично видел в темноте.

— Мне пора уезжать, — глотая слезы, прошептала она.

— Почему? — после секундной паузы спросил Кару.

— Мой отпуск заканчивается через несколько дней. Мне нужно возвращаться домой.

Мужчина лег обратно на свою подушку. Катя продолжала пытаться сдержать слезы, но получалось неважно. Она шмыгала носом, пыталась вытереть пальцами предательскую влагу, но, кажется, начинала плакать только сильнее.

— А какой он твой дом? — после молчания, показавшегося Катерине вечностью, спросил Кару. — Тебя там кто-то ждет? Кто-то, кто нуждается в тебе? Кто пропадет без тебя? Кому ты обещала, что вернешься?

— Нет, — прошептала Катя чуть слышно. — Никто не ждет. Ну, может, только начальник на работе, да и то вряд ли. В Москве полно риелторов.

— А кто такой риелтор? — абсолютно серьезно спросил Кару.

— Это такой человек, который помогает другим продавать и покупать дома, — Катерина улыбнулась сквозь слезы, ее совсем не удивило, что мужчина ничего не знает о ее профессии.

— Отлично, — даже в темноте было понятно, что Кару улыбается. — Тогда ты поможешь мне купить этот дом.

— Тебе нужен этот дом? — Катерина очень удивилась подобному повороту.

— Да, мне очень срочно нужен этот дом или любой другой, который тебе понравится. В Москве тебя никто не ждет, значит, там не может быть дома. Но ты ждешь меня каждый день, значит, мой дом рядом с тобой.

Кару резко замолчал. В воздухе сразу буквально повисло напряжение. Катерина каким-то образом поняла, что мужчина мучительно подбирает слова и не хотела его торопить, хотя каждая секунда тишины давалась ей непросто.

— Ты сделаешь меня самым счастливым, если согласишься остаться рядом со мной здесь, в тайге. Но прежде я должен тебе кое-что рассказать… — Катя затаила дыхание. — Я не такой, как ты, не такой как люди в селе…

Кару снова замолчал.

— Я знаю, — прошептала Катерина и зажмурилась.

— Откуда? — он сразу понял, что они говорят об одном и том же.

— Все тушки, которые ты приносил, вспороты также как тот заяц. Я нашла в интернете одного опытного известного охотника и отправила ему фотки зайца. Позавчера он ответил мне, что охотники так не потрошат дичь. Добавил, что, скорее всего, это дикий зверь. Ориентировочно — крупная кошка. Точнее он сказать не может, фото не достаточно четкое. Но я думаю, что это рысь. — Катя замолчала и перевела дух. — Ну и ещё ты голый из леса приходишь.

***

Кару действительно купил дом. Оказывается, Лешины родители давно хотели его продать и были рады, что теперь в нем будет жить подруга невестки. Сама Мила, правда, обалдела от таких новостей. Тем не менее, она помогла найти людей, которые согласились уладить все вопросы, связанные с дистанционным увольнением и освобождением съемной квартиры. Вещи свои Катя пристроила по знакомым и бывшим коллегам, потому как офисный гардероб ей больше был ни к чему, а прочего у нее и вовсе не было. В итоге, в тайгу к хозяйке приехала небольшая дорожная сумка с документами и дорогими сердцу вещами.

Все время, пока длился этот переломный момент, который отделял Катерину-туристку от Катерины-жительницы Алтая, Кару почти не отходил от нее. Часто вопросительно заглядывал в глаза, будто спрашивая, что может сделать для нее. Но ей было вполне достаточно того, что он рядом. Ну и еще того, что у него есть обычный человеческий паспорт, который она увидела при подготовке к сделке. Каждую ночь мужчина исступленно шептал Катерине, что его дом, там — где она и что он счастлив, что она осталась. Катя не могла ответить, в такие моменты ей было не до разговоров. Но они оба знали, что это их общее счастье. Очень детское и очень огромное.

***

Автор на ПродаМане httрs://рrоdаmаn.ru/Twiggy174

Автор на Призрачных мирах httрs://fеisоvеt.ru/магазин/Вкусная-Анастасия/